Шэнь Ци остановился.
Вокруг лечебницы царила мёртвая тишина, лишь позади раздавался торопливый топот. Потолочный светильник заливал пролёт мертвенно-зелёным светом. Замкнутое пространство окаймляли ровные ряды глухих палат, выстроившихся молчаливыми стражами напротив Шэнь Ци.
Шаги Цзи Фэна утихли.
— Что стряслось?
Шэнь Ци выдержал паузу:
— Мы сбились с пути. Возвращаемся.
Он развернулся. Силуэт Цзи Фэна то нырял в тень, то выхватывался зеленым лучом. То ли у Шэнь Ци было слишком острое зрение, то ли показалось, но на миг в глазах спутника мелькнула торжествующая ухмылка.
Пальцы Шэнь Ци сжали перила. Слегка опёршись о поручень, он произнёс с наигранным равнодушием:
— Похоже, мы попали в призрачную петлю.
Цзи Фэн свесился через пролёт, вглядываясь вниз: всё тот же болотный свет, ни единого окна, точная копия третьего этажа. С преувеличенным испугом он уставился на Шэнь Ци:
— И что делать?
— Что-что, сухари сушить, — холодно отозвался Шэнь Ци.
Единственное окно на площадке не пропускало ни глотка свежего воздуха. За стеклом стремительно сгущались сумерки. Вспомнив проявления лечебницы прошлой ночью, Шэнь Ци понимал: с наступлением тьмы наладить контакт с девочкой станет невозможно.
Он решил не ходить вокруг да около:
— Эта призрачная петля — твоих рук дело?
Цзи Фэн изобразил недоумение:
— Доктор Шэнь, вы о чём? Мы ведь напарники!
Шэнь Ци спокойно продолжил:
— У одного знакомого я видел карту предмета — «Лабиринт призрачных теней». Она заставляет застрявших внутри бесконечно кружить по зацикленному пространству, где не ощущается ход времени, сжимая интервал во внешнем мире.
Он сделал паузу, въедаясь взглядом в Цзи Фэна:
— Кто ты такой? И какое отношение имеешь к Цзян Си?
На лице Цзи Фэна отразилась странная эмоция:
— Отношение? — ухмыльнулся он. — Вы что, ревнуете?
Шэнь Ци промолчал.
Видя, что собеседнику нечего ответить, тот сообразил и весело расхохотался:
— То есть он даже не соизволил объяснить, кто он такой? Вы уверены, что он вообще считает вас напарником?
— А ты, выходит, жаждешь просветить меня? — парировал Шэнь Ци.
Цзи Фэн мгновенно сбросил смешки, сделав серьезное лицо:
— Разумеется. Во избежание недоразумений кое-что прояснить стоит. Во-первых, к этой чертовщине с пространством я непричастен. И раз уж мы застряли, так и быть, поболтаем.
Он выдержал паузу:
— На самом деле мы — порождения свитков. Духи картин.
Шэнь Ци мысленно вздрогнул. Духи картин? Но разве Тун Тун не утверждал, что они... призраки? Можно ли верить этим словам?
Цзи Фэн, словно погрузившись в воспоминания, с лёгким вздохом произнёс:
— Лишь благодаря свиткам мы обрели шанс на перерождение. Но не просто так. Каждый из нас обязан найти указанного Небесной Книгой Хранителя свитка и заключить с ним сделку-связь. Только пройдя путь до конца, можно обрести истинную свободу.
— А если не найти? — поинтересовался Шэнь Ци.
— Не найти? — Лицо Цзи Фэна на мгновение исказилось, но он тут же беспечно пожал плечами: — Искать дальше. Хранителей свитка пруд пруди, кто-нибудь да подвернётся.
Шэнь Ци промолчал, погрузившись в раздумья. Хранители свитка... если судить по его собственному индивидуальному номеру, их не так уж и много. Если только самих духов картин не единицы, то с учётом гибели игроков в испытаниях на всех духовно-связанных банально не хватит.
К тому же Духи картин разнились между собой. Из наблюдений за Цинь Ми и слов Тун Туна следовало: Цзян Си кардинально отличается от прочих. Значит, и ограничений у него больше. К какому же типу принадлежит стоящий перед ним Цзи Фэн?
Цзи Фэн не обратил внимания на молчание Шэнь Ци. Он въелся в него голодным взглядом, будто волк, не едавший трое суток.
— Раз это так неважно, зачем было обманом заставлять меня согласиться на связь? — внезапно спросил Шэнь Ци.
Да ещё и имитируя голос и интонации Цзян Си! Если бы фальшивке хватило харизмы, а сам Шэнь Ци не обладал цепким взглядом и въедливостью, он ведь мог по незнанию дать согласие! А бог знает, какими побочными эффектами чревато такое подтверждение.
Цзи Фэн обомлел, а затем с досадой развёл руками:
— Вы сильны, я просто хотел стать вашим напарником.
Он распахнул глаза, напустив на себя предельно искренний вид:
— Свяжись со мной! Я никогда не стану тебя обманывать или таиться. Мы сможем полностью доверять друг другу. Разве я не лучше? Он сохнет с каждым днём и обречён на утилизацию свитком. Останешься с ним — он просто потянет тебя на дно, разве не так?
Шэнь Ци изобразил сомнение:
— Выходит, мне непременно нужен напарник? А нельзя...
Заметив, что собеседник клюёт, Цзи Фэн прибавил нажима:
— Нельзя! Для вас путь свободен после прохождения девяти свитков, но есть условия. Видишь? Он лишь юзает тебя и ни за что бы не открыл правду.
Чтобы подкрепить слова убедительностью, Цзи Фэн выдал крупицу реальности:
— Достаточно пройти девять свитков, чтобы обрести свободу, вернее ведь? Первые пять и заключительные четыре. Так вот, в последние четыре свитка без Духа картины в качестве напарника проход закрыт.
В глазах Шэнь Ци мелькнула метательная тень. Спустя мгновение он едва слышно произнёс:
— Спасибо, что открыл глаза. Теперь я знаю. Но я...
Цзи Фэн торжествовал про себя: «Ничтожный смертный, сразу заглотнул наживку!» Внешне же сохранил невозмутимость:
— Не спеши. Мы можем побыть напарниками эту ночь, а ты всё взвесишь. Дашь ответ до рассвета.
Шэнь Ци поднял взор. Хоть его лицо оставалось бесстрастным, в янтарных глазах светилась полная готовность:
— Договорились.
«Договорились, как же! Держи карман шире!»
Шэнь Ци мысленно хмыкнул. Нагородил три короба чуши — три доли правды, семь долей лжи, и это называется «никогда не стану обманывать»? Намного надежнее смотрелись туманные подсказки Тун Туна. Сопоставив факты, Шэнь Ци пришел как минимум к двум выводам. Во-первых, этот тип до смерти хочет оформить связь именно с ним, выкинув Цзян Си с доски. Во-вторых, он презирает его — да и вообще всех людей.
Ха, презирает? Думает, самый умный? Сыграть роль не проблема: пусть у Шэнь Ци и «каменное лицо», но, отыграв неписей в нескольких свитках, обвести вокруг пальца самодовольного Духа картины он точно сумеет.
Оба обменялись затаёнными взглядами и отвернулись, будто ища выход из зацикленного пролёта. Вдруг Цзи Фэн озадаченно угукнул.
— Что там? — повернулся Шэнь Ци.
Цзи Фэн вгляделся в непроглядную тьму за стеклом:
— Наступила ночь. Взгляните, внизу снова всё изменилось.
Шэнь Ци проследил за его взглядом. Второй этаж преобразился, вернувшись к облику первой ночи. На лестничной площадке отчётливо слышалось всхлипывание девочки.
— У-у-у-у...
Цзи Фэн просиял:
— Доктор Шэнь! Ловушка распалась! Не волнуйтесь, я защищу вас.
«Доктор Шэнь» лишь едва заметно дёрнул уголком губ, предпочтя промолчать.
Грохот! Грохот! Грохот!
Сверху и снизу одновременно донёсся оглушительный шум и звон. Шэнь Ци нахмурился: прошлой ночью такого беснования не наблюдалось.
[Небесная Книга: Ночной защитный механизм завершен. Активировано условие 2: Это весьма необычная психиатрическая лечебница. Насколько бы спокойно здесь ни было днём, с приходом ночи она погружается в безумие.]
Шэнь Ци рефлекторно выдвинул лезвие своего тесака, окинув быстрым взглядом коридор:
— Сначала к девочке.
Во что бы та ни превратилась с наступлением тьмы, она оставалась его единственным мостиком во внутреннее ментальное пространство. Остальные пациенты пока не прониклись к нему достаточным доверием, и допустить гибель малышки он не мог.
Цзи Фэн возражать не стал — пришло время продемонстрировать свои боевые возможности. Он держался на полшага позади, прикрывая тыл. Шэнь Ци мгновенно извлёк из кармана ключ и отпер дверь палаты.
Днём девочка выглядела всего лишь истощённой, но с наступлением ночи вновь усохла до состояния обтянутого кожей скелета. На этот раз она не пряталась с головой под простыней — из-под одеяла торчала лишь усохшая голова с огромными, жутковатыми в своей выпуклости глазами.
Она склонила голову набок. Фигурки на её черепе рвались наружу, натягивая кожу. Но девочка не плакала — её рот распахнулся в жуткой двадцатисантиметровой ухмылке:
— Хи-хи-хи-хи...
Цзи Фэн выступил вперёд, в его ладони соткался очертаниями клинок:
— Осторожно!
Он швырнул метательный нож прямо в лицо девчушке, однако лезвие со звоном отбила широкая полоса тесака Шэнь Ци. Цзи Фэн озадаченно уставился на напарника, блеснув глазами.
Шэнь Ци встретил его взор абсолютно спокойно. Чистые янтарные глаза смотрели насквозь, точно видя скрытые мотивы.
Цзи Фэн отвёл взгляд и недовольно буркнул:
— Зачем помешали?
— Врач не должен вредить своим пациентам, — неторопливо произнёс Шэнь Ци.
— Но я-то не врач! — раздражённо выплюнул Цзи Фэн.
Шэнь Ци шагнул к койке, встретившись взглядом с застывшей девочкой, и невозмутимо чеканил:
— Зато я — врач.
Цзи Фэн с досадой зашипел:
— Да какая она пациентка? Настоящее чудовище!
— Хм? — Шэнь Ци медленно повернул голову, его янтарные глаза потемнели, превратившись в два бездонных омута. — Чудовище?
Цзи Фэн мгновенно осекся и отвёл глаза:
— Ну посмотрите на неё, она же полностью слетела с катушек! Кто она, если не монстр?
[Небесная Книга: Кхм-з-з... Девочке очень больно, но она о-о-очень... з-з-з... добрая. Она никогда... хш-ш-ш... не причинит вреда своему... з-з-з... доктору Шэнь.]
Шэнь Ци слегка прищурился. Убедившись, что Цзи Фэн никак не отреагировал на странные помехи в системном оповещении, он задумался.
Шэнь Ци вспомнил прошлый случай: когда он думал, что Небесная Книга не ответит, система всё же подала голос — вот так же, прерывисто, с треском и шипением, будто радиопередача на грани срыва.
Если верить Тун Туну, нынешняя Небесная Книга — результат противоборства нескольких сил. Нельзя ли с осторожностью предположить, что голос, звучащий сквозь помехи, играет на его стороне?
Шэнь Ци протянул руку к малышке, мягко произнеся:
— Пойдём со мной. Ночью здесь опасно, я уберегу тебя.
Девочка неподвижно уставилась на него леденящим взглядом. Любой другой на его месте уже бросился бы прочь.
Цзи Фэн нахмурился:
— Доктор Шэнь, ночью она не отдаёт себе отчёта. Позвольте мне лучше покончить с ней.
Стоило ему закончить фразу, как девочка испуганно сжалась в комок. Её худенькая ручонка неуверенно тянулась к Шэнь Ци. Отбросив сомнения, Шэнь Ци подхватил лёгкое тело на руки. На его обычно холодном лице застыла упрямая решимость:
— Пойдём. Это всего лишь маленький ребёнок, с ней я как-нибудь справлюсь.
Взгляд Цзи Фэна, устремлённый в спину Шэнь Ци, потемнел; пальцы сжали рукоять ножа. Однако он лишь тихо пробормотал:
— Ничего... Рано или поздно ты сам попросишься ко мне в напарники.
Он следовал за Шэнь Ци шаг в шаг. Вокруг продолжался оглушительный грохот — тяжелые предметы с размаху рушились на пол и стены. Цзи Фэн окинул запертые двери задумчивым взглядом, что-то просчитывая.
Шэнь Ци с девочкой на руках устремился на первый этаж. Двери центрального холла оставались открытыми. Метаться по лестничным пролётам означало загнать себя в ловушку между нападающими сверху и снизу тварями. Намного разумнее вырваться к выходу и маневрировать на открытом пространстве перед больницей.
Цзи Фэн оглядывался с нарастающей тревогой. Наконец он резко остановился и ухватил Шэнь Ци за рукав:
— Бегать бессмысленно! Давайте я просто уничтожу их!
— Исключено! — отрезал Шэнь Ци.
Цзи Фэн насупился:
— Доктор Шэнь, бросьте этот святошеский альтруизм! Мы в свитке, а не в реальном мире!
Шэнь Ци молча смерил его тяжелым взглядом. Цзи Фэн не просто лгал на каждом шагу — в любом его поступке сквозило стремление устранить Цзян Си. Зачем Небесная Книга запрещала убивать пациентов днём, а ночью превращала их в монстров, пока оставалось загадкой, но одно было ясно точно: если Цзи Фэн рвётся уничтожить этих больных, Шэнь Ци обязан защитить их любой ценой.
Не дождавшись ответа, Цзи Фэн занервничал. Оглядевшись, он вдруг вскрикнул с искрой в глазах:
— Доктор Шэнь! Они вышли!
Шэнь Ци обернулся. Из тьмы коридора вывалились две твари, в которых уже не осталось ничего человеческого.
Первый гигант сжимал в ладони топор, лезвие которого заплыло подсохшей бурой кровью. Его налитые кровью глаза выпирали из орбит, лицо покрывали нарывы и вздувшиеся волдыри, а само тело раздулось до неестественных размеров.
Второй держал тяжеленный кузнечный молот. Сложенный точно гора плоти, он возвышался не менее чем на два метра. Складки жира полностью скрывали черты лица, а грудь усыпали темные округлые пятна, напоминавшие сотни крошечных слепых глаз. У Шэнь Ци едва не начался приступ трипофобии.
Цзи Фэн взмахнул оружием и с наигранным благородством выпалил:
— Доктор Шэнь, уходите! Я сдержу их!
Он уже сделал шаг вперёд, но Шэнь Ци крепко сгреб его за шкирку. Схваченный за загривок Цзи Фэн на мгновение оцепенел. Спустя пару секунд он растерянно моргнул:
— Доктор Шэнь?
Шэнь Ци ловко подхватил его и рванул прочь, бросив на ходу:
— Доктор Шэнь не лишает жизни!
«Ещё чего! Мне ещё погружаться в их ментальное пространство на поиски Цзян Си. Кто знает, можно ли пробраться в разум мертвеца?»
Его слова, унесённые ветром, заставили Цзи Фэна вспыхнуть лютой яростью. Сжав зубы, он оглянулся на монстров. По непонятной причине гуманоидные твари не бросились в погоню, застыв у больничных дверей подобно истуканам-стражам.
Внезапно Цзи Фэн, приняв решение, занес лезвие над спиной Шэнь Ци. Но в следующее мгновение его лицо исказилось, и он зажмурился.
Шэнь Ци ни на секунду не ослаблял бдительности — он просто не хотел доводить дело до гибели пациентов. Заранее активировав несколько защитных артефактов, он приготовился к удару, однако брызнувший всплеск холодной стали так и не достиг цели.
Остановившись неподалёку от входа, Шэнь Ци встряхнул обмякшее тело:
— Цзи Фэн?
Тот висел неразогнутой куклой, будто потеряв сознание от тряски.
Маленькая Наньнань не мигая следила за Цзи Фэном. Обвив руками шею Шэнь Ци, она плотнее прижалась к нему. Взгляд Шэнь Ци ожесточился. Он сбросил Цзи Фэна на землю и, прикрывая девочку, подался вперёд:
— Цзи Фэн!
Лежащий на земле Цзи Фэн шевельнул пальцами. Когда он поднял голову, его лицо выражало глубокое уныние:
— Вы же не открыли мне дверь? Я сбросился вниз, так с чего вдруг вам есть до меня дело?
Шэнь Ци опешил. Лишь теперь до него дошло: настоящий Цзи Фэн страдает диссоциативным расстройством личности... Похоже, сейчас перед ним проявилось истинное тело, его оригинальное «я»!
Подбирая слова, Шэнь Ци произнёс:
— Цзи Фэн, взгляни на двери больницы.
Подавленный Цзи Фэн безучастно мельком глянул на гигантов. Монстры у входа пришли в движение: из их глоток вырывалось угрожающее рычание, нарастала агрессия. У Шэнь Ци закралось дурное предчувствие.
Цзи Фэн вдруг странно ухмыльнулся:
— Ох, они жаждут моей смерти... Доктор Шэнь, вы уж защитите меня.
И не давая собеседнику вставить слово, пробормотал под нос:
— А что поделать, если ключ у меня?
Ключ?
Осмыслить догадку он не успел: обе твари сорвались с места, развив невероятную скорость. Шэнь Ци пришлось подхватить Цзи Фэна под локоть и уходить от погони. Физическое состояние Цзи Фэна оставляло желать лучшего — тяжело задыхаясь на бегу, он продолжал цедить:
— Прикончите... прикончите их, и не придётся упёсывать!
Шэнь Ци, сохраняя ровное дыхание, отозвался:
— Ладно, я подумаю.
Не то чтобы ему жалко было расправиться с чудовищами. Просто он пока не уяснил точно, как проникать в ментальный мир пациентов, но из странных провокаций «поддельного Цзи Фэна» вынес главное: тварям пока жить. Впрочем, ненадолго. Стоит во всём разобраться — и он зачистит место под ноль!
— Братец, не бойся, скоро рассвет, — раздался у самого уха нежный детский голосок.
Шэнь Ци слегка повернул голову. На руках у него сидела та самая безумная малышка.
Взгляд девочки прояснился. Чистые черные зрачки придавали ей ангельское, не по годам невинное выражение. Шэнь Ци осеняла дерзкая догадка.
— Наньнань? — тихо позвал он.
Её глаза расширились еще сильнее, и она с улыбкой пропела:
— Братец, не переживай! Как только забрезжит рассвет, Наньнань втянет тебя внутрь!
В душе Шэнь Ци бушевал ураган. С чего бы девочке из первого свитка оказаться внутри этого пациента? Выходит, поддельный Цзи Фэн — да и сам Цзян Си — вовсе не вторая личность Цзи Фэна, а сущности, вселившиеся в его тело?!
Правда вспыхнула в сознании ярким озарением. Шэнь Ци мгновенно выгнал Цзи Фэна вперед и вскинул тесак для блока. И вовремя: прямо перед его грудью из воздуха блеснуло острое лезвие кухонного ножа.
С чего бы монстрам, обречённым на уничтожение врачом, мириться со своим палачом?
За его спиной глаза Цзи Фэна полностью заволокло бельмом. На губах расплылась тошнотворная ухмылка, а зубы будто измазала тёмно-зелёная слизь:
— Доктор Шэнь, добро пожаловать на парад монстров!
Шэнь Ци замер. Он хладнокровно окинул взглядом выстроившихся в метре от него гигантов и встающего с ними в один ряд поддельного Цзи Фэна. Пальцы сжали рукоять тесака.
Раз они намерены идти до конца — что ж, примем бой!
Наньнань посмотрела на сборище чудовищ и шепнула Шэнь Ци на ухо:
— Братец, мамочка тоже спешит на помощь! Потерпи ещё капельку, скоро рассвет!
Шэнь Ци бросил взгляд на горизонт. Ночной мрак медленно рассеивался, уступая место первому утреннему свету. Длительность ночного цикла действительно сократилась.
— Что произойдёт, когда взойдёт солнце? — так же тихо спросил он.
Наньнань прищурилась от удовольствия:
— Я верю в братца! Как только рассветёт, Наньнань проведёт тебя к господину!
Стоило фразе отзвучать, как троица монстров заподозрила неладное. С диким ревом все трое одновременно кинулись на Шэнь Ци.
Шэнь Ци сжал зубы и, найдя брешь, рванул в сторону. Он решил довериться Наньнань. Под «господином» она наверняка имела в виду Цзян Си, а появление самой девочки — очередной ход в той самой сложной системной игре!
— Рассвело! — Шэнь Ци не успел сделать и десятка шагов, как Наньнань положила подбородок ему на плечо и прошептала: — Братец, у тебя ровно сутки, чтобы найти ключ или обрывок схемы и выбраться из чёрной дыры. Удачи!
Шэнь Ци не успел осмыслить её слова: мир вокруг стремительно закружился в безумной пляске, и всё застлала ослепительно-белая пелена.
Его перенесло. Но не пострадает ли Наньнань, оставшись там совсем одна?..