Едва услышав грохот, Шэнь Ци устремился на шум. Сперва им двигала лишь смутная тревога, но с каждым шагом сердце заходилось всё сильнее, срываясь на сумасшедший ритм.
Они с Цзян Си были знакомы от силы дней десять, однако каждое движение, каждый жест этого человека отзывались в нём нелепым, въедливым чувством дежавю. Шэнь Ци одновременно хотел сбежать подальше от этой странности и подсознательно чего-то ждал — сам не ведая, чего именно.
Как и прямо сейчас: из самой глубины души рвался настойчивый, шепчущий голос: «Быстрей! Ещё быстрей! Не успеешь — локти кусать будешь!»
Лицо Шэнь Ци становилось всё мрачнее. На мгновение его обожгла мысль: уж не Небесная ли Книга манипулирует его телом, подстраивая очередную ловушку? Но он тут же отбросил эту догадку. Нет, дело было не в Книге. Дело было исключительно в Цзян Си.
Стремительно преодолев навесной переход, Шэнь Ци выскочил прямо к номеру 0301 — и с ходу столкнулся со Сье И, чей труп застыл у порога с выражением немого изумления на мертвом лице.
Не обратив ни малейшего внимания на застывший скорбный вызов в остекленевших глазах убитого, Шэнь Ци лишь скользнул по нему беглым взглядом и повернулся к необычной железной двери. Он попытался разбудить глухую преграду колотушкой из собственных кулаков, громко выкликая Цзян Си, но изнутри не донеслось ни звука.
— Цзян Си! Цзян Си!
Коридор погрузился в мертвенное безмолвие. Неприметная прежде дверь казалась непреодолимым монолитом, словно отлитым из пушечной стали. В этой дурной тишине Шэнь Ци охватила леденящая уверенность: он опоздал.
Грохот его ударов безнадёжно вяз, будто глох в глубоком болоте. На ощупь пальцы упирались в плотную, холодящую сталь, но звук выходил глухим, ватным — словно он колотил по прессованному хлопку.
Осознав, что внутри его вопли могут вовсе не слышать, Шэнь Ци потемнел взором и со всего размаху врезал по двери кованым носком.
— Эй-эй, постой, не горячись! — Сан, изо всех сил бежавший следом, выскочил в коридор, задыхаясь. Он судорожно зашарил по карманам в надежде нащупать хоть какую-то отмычку. — Я... дай посмотрю, может, выскребу артефакт подходящий!
Положение складывалось аховое: снаружи остался лишь он да этот NPC. Если чудовища отеля решат объединиться и сговориться, его мгновенно раздавят!
«Не то... тоже не то... где же она...»
— Нашёл! — Глаза Сана вспыхнули. — Босс, у меня есть...
БУМ!
Под непрерывным, бешеным градом ударов Шэнь Ци измученный металлический лист не выдержал и с оглушительным треском вылетел прочь, открыв проход.
Сан медленно поднял взгляд на зияющий проём, перевёл взор на зажатый в кулаке [Универсальный ключ] — и онемел.
«Мать твою, и это они называют "Трусишкой"? Да тут трусостью даже не пахнет, чистый монстр!»
Хотя... Сан тут же заставил себя успокоиться. Ну конечно! Корчится от страха его приятель-босс, вот парень и сорвался. В минуты смертельной опасности человеческий организм способен и не на такие чудеса.
Однако червь сомнения всё равно подтачивал разум: Цзян Си же преодолевающий испытания, верно? Каким образом любовь между обычным NPC и преодолевающим испытания может быть настолько искренней и крышесносной?
Мозги Сана превратились в кисель. Он тщетно пытался распутать этот клубок непонятных взаимоотношений, когда над ухом прозвучал сухой голос «Трусишки»:
— Сан, вытащи его отсюда. А я спущусь за Цзян Си.
— А? А-а, ладно... Кого вытащить? — на автомате переспросил Сан.
Не успел он закончить вопрос, как из нижнего проёма показалась чумазая круглая голова. Весь в саже и пыли, наверх отчаянно карабкался Цзян Юй — тот самый, что по-прежнему носил на себе чужую личину «Трусишки».
Они переглянулись, синхронно отвели глаза и одновременно подумали про себя: «Да-а, с боссами спорить себе дороже, надёжней держаться рядом!»
Сбросив указания Сану, Шэнь Ци без колебаний сиганул в тёмную пропасть. Тормозя телескопической дубинкой о плотные стенки монструозного желудка, он мягко пружиня приземлился на самом дне.
Поджав губы, Шэнь Ци лавировал между языками разгорающегося пламени, не обращая внимания на судорожные корчи и содрогания органа, и уверенно шагал к Цзян Си.
Опустившись перед ним на корточки, Шэнь Ци негромко спросил:
— Устал?
Цзян Си слегка обомлел. Он ждал расспросов: почему, мол, обладая такой силой, ты до сих пор отсюда не выбрался? А вместо этого услышал самый будничный и совсем неважный вопрос.
На его губах заиграла едва заметная улыбка:
— Есть немного.
Шэнь Ци опустил веки, не ставя под сомнение чужое состояние. Он подхватил Цзян Си под локоть, сноровисто вскинул его к себе на спину и молча двинулся к выходу.
Цзян Си доверчиво уткнулся лбом в его шею. Шэнь Ци на мгновение замер, но тут же тихим, почти неразличимым шепотом проронил:
— Поспи немного. Я вытащу нас.
Уловив этот еле слышный шепоток, Цзян Си на миг замер. Затем его губы тронула тёплая, облегчённая улыбка. Он прикрыл глаза, с полным спокойствием доверив свою жизнь Шэнь Ци.
«А ведь мальчик-то вырос!»
* * *
Когда Цзян Си снова разлепил веки, убранство вокруг показалось знакомым. Хотя все номера в этом отеле штамповались как под копирку, он без труда узнал их общую с Шэнь Ци комнату.
Повернув голову, он увидел Шэнь Ци: тот сидел под тусклым светом дешевенького ночника и лениво пролистывал какую-то книгу на иностранном языке. Цзян Си вспомнилось — это была «Коралина», которую он сам разглядывал пару дней назад.
Цзян Си зашевелился чуть громче обычного, и Шэнь Ци, даже не оборачиваясь, понял, что тот очнулся.
Прихлопнув обложку, он налил в стакан тёплой воды, подошёл к кровати и абсолютно ровным голосом поинтересовался:
— Очухался?
— Угу, — Цзян Си сделал небольшой глоток и скользнул взглядом по окну, за которым висел войлочный мрак. — Я... долго провалялся?
— Нормально, — безразлично отозвался Шэнь Ци. — Провёл бы в беспамятстве ещё день — и отправился бы на тот свет. Ну, или сразу на выход.
Он не ведал, предполагал ли сценарий Цзян Си альтернативные пути: если да, тот завершил бы испытание и ушёл; если нет — его бы просто списали в утиль.
Цзян Си мастерски выхватил суть и тут же виртуозно сменил тему:
— Наступила ночь шестого дня?
Шэнь Ци кивнул. Глядя на бледное, бескровное лицо Цзян Си, он внезапно поймал себя на поразительной мысли: а ведь пробираться сквозь свитковые миры бок о бок с этим человеком — не такая уж плохая идея.
Как-никак, сила и хватка Цзян Си не вызывали сомнений, да и задевал он в душе какие-то потаённые струны. К тому же Цзян Си вовсе не торопился раскрывать его истинную личину — иначе проговорился бы при первой же возможности.
— Цици? — тихо позвал Цзян Си, удивляясь, как это спутник умудряется вот так на ровном месте уходить в себя. Голос его звучал осторожно, будто он боялся спугнуть чужие мысли.
И действительно — спугнул. Шэнь Ци опомнился и ужаснулся собственной наивности: он что, всерьёз рассчитывает на чужую молчаливость?! Отказаться от самого надёжного способа — немедленного переезда — в пользу «авось»?!
Он понасупился. Во всём виновата Небесная Книга! Это её происки туманят ему рассудок! Ну уж нет. Как только выберутся — съезжать надо без промедлений!
Шэнь Ци мотнул головой, собираясь отрезать сомнения, но договорить не успел — с порога донёсся шум.
Сан бесцеремонно распахнул дверь и выпалил на одном дыхании:
— На носу седьмой день, босс-то очухался или... Э-э... Вы занимайтесь, занимайтесь!
Сан хлопал глазами, переводя взгляд с одного босса на другого под их тяжёлыми взорами, и чувствовал, как у него поджилки трясутся.
Цзян Си только того и ждал. Развитие прежней темы не сулило ничего хорошего, поэтому он радостно зацепился за предлог.
— А где Цзян Юй? — крикнул он вслед Сану, пока тот не дал драпака. — Зови его сюда, обсудим, как закрывать этот свиток.
Спустя десять минут вся четвёрка сгруппировалась вокруг круглого стола, сводя воедино полученные сведения.
— В тот день я сам всё видел, — взял слово Сан. — Пусть мелкая нечисть почти выгорела, одного Управляющего хватит, чтобы отправить меня на тот свет раза три-четыре. Так что я предлагаю объединить силы.
Пожар, устроенный Цзян Си, не просто покалечил желудок Управляющего, но и дотла испепелил тьму-тьмущую паукообразных тварей. Сколько тряпичных кукол уцелело, сказать было трудно, но тишина, царившая в отеле, ясно намекала: нечисть понесла колоссальный урон.
Сан уставился на Цзян Си блестящими от волнения глазами:
— Я знаю про иной выход. Он ведёт к тайной двери в Пуговичный мир. Нарыл этот секрет своими каналами. Если гарантируете, что я переживу эту «Ночь сюрпризов», я выложу вам координаты.
Цзян Си не стал юлить и легко согласился:
— Идёт. Но ведь это ещё не все твои условия?
— Точно, — Сан замешкался на секунду, но всё же прибавил: — Не обессудьте за подозрительность, у меня припасено несколько [Договорных свитков]. Предлагаю скрепить договор печатью, чтобы быть уверенными друг в друге.
Цзян Си поправил дужку очков и мягко улыбнулся:
— Я не против.
Сан перевёл взгляд на Цзян Юя, получил от того утвердительный кивок и с довольной миной вытащил свитки, тут же принявшись заполнять условия.
Шэнь Ци подался вперёд, уставившись на него прозрачными янтарными глазами:
— А меня вписать?
Сан застыл.
«Босс, ты ж NPC! Зачем тебя-то вписывать?!»
Вслух он, естественно, такого не ляпнул. Сан лишь криво оскалился в заискивающей улыбке:
— Э-э... Понимаете, свиток вмещает строго троих участников! Да и к чему формальности? Вы с боссом — одно целое, свои люди!
Сан шустро всучил ручку Цзян Си:
— Вот, ставьте подпись, и договор вступит в силу!
Цзян Си, изо всех сил давя смех, взял перо. Его пальцы слегка подрагивали, но на свитке всё равно отпечатался изящный, каллиграфический росчерк.
Шэнь Ци смерил парочку сумрачным взором и решил не зацикливаться. Раз Сан не принимает его за человека, значит, роль NPC выстроена безупречно. Повод для гордости!
Цзян Си тихонько прокашлялся, пряча улыбку:
— Соглашение заключено. Каков адрес?
Сан выкладывал всё без утайки, прекрасно сознавая, что теперь они в одной лодке:
— Шахта грузового лифта на заднем дворе. Когда спускаешься на цокольный этаж, в днище кабины открывается едва заметный зазор. Если заглянуть туда, виден тёмный вентиляционный канал.
Он быстро изложил, откуда раздобыл эту зацепку.
На самом деле подметил он её ещё тогда, когда ходил купаться вместе с Шэнь Ци. Обладая феноменальным чутьём на оптические обманки, он почувствовал неладное при выходе из кабины и задействовал поисковый артефакт. Системное уведомление гласило:
[Результат разведки: Полный лишений розовый лаз. Преодолев тринадцать испытаний, вы ступите в чудесный Пуговичный мир и завладеете несметными сокровищами Пуговичного управляющего.]
— Тринадцать испытаний? — поинтересовался Цзян Юй.
Сан метнул быстрый взгляд на босса и отчитался:
— Я пытался прощупать почву, надеялся урвать хабар. Но открыл первую дверь — а за ней вторая! Подозреваю, весь путь вымощен этими чертовыми дверями.
Шэнь Ци заинтересовался, почему тот остановился у первой преграды:
— И почему ты не шёл дальше?
Сан скис, лицо его налилось праведным гневом:
— Да я бы с радостью! Но на второй двери висел кодовый замок. А в записке с подсказкой — мать её высшая математика!
Сан чуть не плакал от обиды:
— Я на госэкзамене по математике еле-еле проходной балл наскрёб! Не будь я гуманитарием, разве пошёл бы в художку?!
Шэнь Ци промолчал.
Цзян Юй проникся чужой болью до глубины души:
— Ну и сволочи! Что за дискриминация двоечников в кабаке?!
Шэнь Ци поглядывал то на Сана, то на Цзян Юя. Горе-игроки мгновенно нашли общий язык и уже вовсю перемывали косточки своим школьным преподавателям точных наук, слившись в едином порыве братского сочувствия. Ещё немного — и зарыдают в обнимку.
В глазах Шэнь Ци мелькнуло лёгкое недоумение: «Неужели математика — это так сложно?»
Цзян Си сохранял невозмутимость. Непринуждённо встретившись взглядом с остальными, он вклинился в беседу:
— Высшая математика действительно кусается. Но не переживайте, наш Цици — гений. Справится на раз.
В его голосе звучала такая нескрываемая гордость, что присутствующие замерли в замешательстве. Откуда у Цзян Си эта непоколебимая вера в то, что его спутник — вундеркинд, способный щёлкать задачи как орехи?!
Цзян Си проигнорировал их выразительные взгляды:
— Пора выдвигаться. Тринадцать дверей сами себя не отворят, а времени в обрез.
Ему удалось направить мысли команды в нужное русло. Все четверо поднялись, готовые покончить с испытанием. У самого выхода Шэнь Ци замешкался на секунду, захватив со стола ту самую книгу на иностранном языке. Чутьё подсказывало: она ещё пригодится.