Цзянь Юйчжэ с товарищами не сомкнули глаз до самого утра, кое-как скоротав ночь в гостиной. На следующий день все трое, как и следовало ожидать, обзавелись внушительными тёмными кругами под глазами.
Шэнь Ци, напротив, прекрасно выспался. Спустившись по лестнице, он окинул гостей взглядом, и его мертвенно-бледное лицо даже показалось чуть более оживлённым.
— Мастера плохо спали?
Те лишь вяло кивнули в ответ. После ночного кошмара с призраком женщины даже вечно трусивший Цзянь Юйчжэ, казалось, перестал так уж сильно бояться старосту. Он даже решился завести разговор:
— Староста, а что у нас сегодня на завтрак?
Шэнь Ци вскинул бровь и невозмутимо отозвался:
— Еда на кухне. Мне нужно ненадолго отлучиться. Надеюсь, господа мастера поскорее разберутся с бедами нашей деревни.
«Мастера», которые до сих пор не продвинулись ни на шаг, дружно промолчали. Не обращая внимания на их сложные, полные немого укора взгляды, Шэнь Ци неспешно покинул дом.
Повисла тишина. Цзянь Юйчжэ поднялся на ноги, потянулся и направился на кухню. Вскоре он вернулся с подносом:
— Давайте сначала поедим. Я проверил: сегодня без мяса!
При этих словах двое других мигом подобрались и торопливо уселись за стол.
Жуя, Цзянь Юйчжэ заговорил:
— Ну и как, по-вашему, проходить это испытание? Сейчас всё кажется сплошной кашей. Есть пара-тройка зацепок, а толку от них — ноль.
Ван Цюань проглотил кусок и ответил:
— Скорее всего, мы просто не нашли главную сюжетную улику.
Бай Лин с самого утра сидела как на иголках, а от этих слов и вовсе занервничала:
— Но мы ведь уже всё обыскали! Все места в деревне, куда только можно было сунуться, обошли. Что ещё остаётся?
Ван Цюань многозначительно посмотрел на неё:
— Нет, не всё.
Цзянь Юйчжэ прикусил палочку для еды и оживился:
— Комната старосты!
Поймав недоумённый взгляд Бай Лин, Ван Цюань пояснил:
— Мы проверили каждый дом, каждую комнату и даже Храм Короля-Дракона. Но комнату старосты так и не осмотрели.
Действительно, когда они в прошлый раз собирались туда заглянуть, дверь оказалась заперта, и они ещё не знали, что у Бай Лин есть универсальный ключ. Теперь же можно было попытаться.
Цзянь Юйчжэ с набитым ртом невнятно пробормотал:
— Небось прячет там что-то непристойное. Чего он её каждый раз запирает, стоит только за порог шагнуть?
Ван Цюань согласно кивнул:
— Это же игра, и староста явно фигура подозрительная. Раз у нас есть ключ, стоит наведаться к нему, пока его нет дома.
Бай Лин замялась:
— Но... у меня осталась всего одна попытка.
Цзянь Юйчжэ замер с палочками в руках. Давить на неё казалось нечестным. В конце концов, их команда собралась случайно, между ними хватало недоверия, и требовать от девушки отдать последнюю спасительную карту было как-то не по-мужски.
Подумав немного, он предложил:
— А может, просто высадим дверь? Скажем, что кто-то пришёл отомстить старосте. Вон, прошлой ночью как раз объявился этот его дядюшка рода.
Минувшая ночь запомнилась им надолго. Их многоуважаемый староста, заломив руки незнакомому юноше, невесть откуда вытащил верёвку толщиной в запястье и, приговаривая: «Не волнуйтесь, это просто непутёвый родич со злыми намерениями», в два счёта связал того, словно праздничный цзунцзы. Бедолага до сих пор так и лежал в углу гостиной.
Освободить его никто не рискнул: мастера звёзд с неба не хватали, зато трезво оценивали свои силы. Староста явно обладал скрытой боевой мощью, и нарываться на неприятности никому не хотелось.
Ван Цюань открыл было рот, но в итоге лишь согласно кивнул.
* * *
Дверь в комнату старосты на вид ничем не отличалась от остальных, разве что дерево казалось добротнее и массивнее.
Цзянь Юйчжэ подобрал где-то увесистый железный прут и теперь нетерпеливо переминался с ноги на ногу у порога.
— Погоди! — остановил его Ван Цюань.
Цзянь Юйчжэ вопросительно обернулся.
Поколебавшись мгновение, Ван Цюань повернулся к стоявшей позади девушке:
— У меня всё-таки плохое предчувствие. Слушай, у меня остался один заряд на [Дубине Волчий клык]. Давай я обменяю её на твой ключ, идёт?
С этими словами он достал из кармана карточку и протянул Бай Лин.
Стоит ли менять неизвестно насколько полезный [Универсальный ключ] на боевую способность? Бай Лин согласилась без малейших колебаний.
Ван Цюань пошёл на это вовсе не из душевной доброты и желания спасти всех вокруг — им двигал чистый инстинкт самосохранения. Просто внезапный укол тревоги оказался слишком сильным, а он привык доверять своей интуиции.
Вставив новенький ключ в скважину, он толкнул дверь.
К счастью, никакой смертоносной ловушки за ней не оказалось, и все облегчённо выдохнули. Однако комната старосты была завалена хламом до такой степени, что внутри едва удавалось сделать шаг. Цзянь Юйчжэ даже засомневался, не страдает ли хозяин раздвоением личности: безупречно строгий вид Шэнь Ци никак не вязался с этим хаосом.
Впрочем, размышлять об этом было некогда. Опасаясь, что староста может вернуться раньше времени, они сразу принялись за поиски.
Несмотря на беспорядок, большинство вещей представляли собой бесполезную рухлядь, да и сама комната была небольшой, так что осмотреть её удалось довольно быстро.
— Нашла! — радостно воскликнула Бай Лин, помахав старой тетрадью в пыльно-розовой обложке.
Мужчины тут же подошли ближе. Это оказался потрепанный блокнот десятилетней давности с пожелтевшими от времени страницами.
Бай Лин открыла его на первой странице. Неровным, торопливым почерком там было выведено:
1 мая 2000 года
Отец сказал, что в деревне сейчас неспокойно, и велел мне погулять в городе подольше. Не знаю, что стряслось, но раз уж он расщедрился на карманные расходы, вернусь попозже!
7 мая 2000 года
Деньги кончились, пришлось возвращаться. Только почему дома вдруг стало так пусто и холодно?
21 июля 2000 года
Мама сошла с ума. Всё из-за того, что сестрёнка утонула. Теперь она запрещает мне даже подходить к воде, а когда я моюсь, стоит над душой и не сводит глаз. Что за бред? Я же взрослый парень, что со мной может случиться?
11 августа 2000 года
Я сидел в бочке с водой, как вдруг вломилась мать. Стала орать, чтобы я вылезал, а потом и вовсе набросилась на меня с палкой! Хорошо, что отец выставил эту сумасшедшую вон. Подумаешь, набрал полную бочку, не так уж много воды я и потратил.
17 августа 2000 года
Мама ушла. Отец сказал, что мы ей больше не нужны. Неужели всё только из-за того, что я потратил лишнюю воду? Не понимаю.
1 сентября 2001 года
В деревне творится какая-то чертовщина. Люди шепчутся, будто видели под потолочными балками пару босых жёлтых ступней. Говорят, третья дочь Короля-Дракона пришла за долгами. Отец вместе с сельчанами даже выстроил Храм Короля-Дракона! Смешно, в каком веке живём, а всё туда же — в глупые суеверия.
А ещё я очень скучаю по маме. Мне кажется, она всё ещё где-то рядом. Я обязательно её найду!
5 декабря 2001 года
Деревня становится всё более странной. Дядюшка рода почему-то выглядит всё моложе и моложе — со стороны кажется моим ровесником, хотя ему уже за шестьдесят!
11 февраля 2002 года
В деревне остались только отец да пара стариков из нашего рода. Отец говорит, что Да Ню и остальные учатся в городе и не могут приехать. Но сегодня же канун Нового года! Деревня окончательно свихнулась. Если я выберусь отсюда, ноги моей здесь больше не будет.
Дальше шли обычные записи об учёбе в городе.
Ван Цюань перевернул сразу несколько страниц, добравшись до самого конца. На последних листах нашлись ещё три записи:
1 августа 2010 года
Отец потребовал, чтобы я вернулся, а потом бросился на меня с ножом. Он сошёл с ума! Он безумен! Он безумен!
13 июля 2015 года
Я стал старостой. В тот день мне показалось, будто я снова видел маму. Она неотрывно смотрела на одного из дядюшек и совсем не замечала меня. Но дядюшка её словно не видел. Наверное, я просто переутомился. Мама ведь давно ушла отсюда.
1 июня 2020 года
В деревне снова неспокойно. Похоже, придётся позвать людей со стороны, чтобы разобрались.
Последние три записи заметно выбивались из общего ряда. Самая свежая была сделана совсем недавно, а на двух предыдущих виднелись расплывшиеся чернильные кляксы, словно писавший долго колебался над каждым словом.
Ван Цюань уставился на страницы, погрузившись в размышления.
Ему вспомнилась фраза из условий прохождения: «Она так сказала». Поначалу он подозревал банальную историю с торговлей людьми — в глухих горных деревнях такое случалось сплошь и рядом.
Однако по мере сбора улик прежняя версия рассыпалась. Судя по дневнику, женщина сошла с ума после гибели ребёнка и вскоре пропала. Позже староста снова увидел её — вернее, её призрак. Это недвусмысленно намекало, что несчастная мертва, а её месть направлена против дядюшек рода.
Общая картина понемногу складывалась: девочка утонула, мать не вынесла горя и повредилась рассудком, затем родственники что-то с ней сделали, она погибла, и в деревне началась чертовщина...
Значит, чтобы пройти сценарий, достаточно сдать дядюшку рода?
Нет, что-то не сходилось. При чём здесь мясо? В обучающем сценарии на этом делался слишком явный упор, чтобы это оказалось простой случайностью.
В голове Ван Цюаня крутился целый рой мыслей. Перед ним забрезжила жуткая, невероятная догадка, и самое главное — улик в её пользу набиралось всё больше!
Цзянь Юйчжэ особым умом не отличался. Он прекрасно понимал, что до сих пор жив лишь благодаря напору и отчаянной бесшабошности новичка, поэтому предпочёл молча ждать вердикта от более опытного спутника.
К несчастью, времени на размышления им не оставили: Небесная Книга не собиралась давать им спуску.
Скр-р-ып... кр-р... кр-р...
Цзянь Юйчжэ мгновенно оцепенел. Дурное предчувствие кольнуло холодом.
Бай Лин с пронзительным визгом бросилась к выходу. Этот крик лишь подстегнул нечто, скрывавшееся во тьме: жуткие звуки за их спинами стремительно приближались.
«Мать твою! Вот же бестолочь!»
Цзянь Юйчжэ мгновенно активировал способность [Бесполезный книжник], развернулся, сграбастал Ван Цюаня за шиворот и с грохотом вылетел из комнаты.
Ван Цюань от неожиданного рывка едва не растянулся на полу, но всё же успел на лету захлопнуть за собой дверь. Едва створка встала на место, замок с сухим щелчком заперся сам собой. Чудом спасшаяся парочка перевела дух. Всё-таки они правильно сделали, что не стали ломать дверь с самого начала — иначе старосте пришлось бы вызывать новую партию «мастеров».
Как бы ни было странно поведение этой двери, пережитая опасность сблизила мужчин, заложив основу для хрупкого доверия. Переглянувшись, они поняли, что теперь могут действовать сообща.
Цзянь Юйчжэ не удержался от ворчания:
— Интересно, эта тварь постоянно торчит в комнате старосты? Неужели он сам её ни капли не боится?
Ван Цюань пожал плечами:
— Это же его мать. Может, он даже скучает по ней. Вот вернётся староста — сам у него и спросишь.
Цзянь Юйчжэ замахал руками:
— Ну уж нет, мне жизнь дорога!
И хотя панический страх перед Шэнь Ци немного притупился, при виде этого человека у него всё ещё предательски поджилки тряслись.
Ван Цюань тихо усмехнулся. Сжимая в руке добытый дневник, он вместе с товарищем стал спускаться по лестнице.
Ван Цюань чувствовал: им не хватает всего одной детали, чтобы распутать этот клубок до конца.