Тун Тун искренне восхищался способностью Шэнь Ци выуживать улики буквально из воздуха, но прекрасно понимал: время не ждёт. Сомневаться и задавать лишние вопросы сейчас было некогда.
Все трое, словно сговорившись, проигнорировали замерших за спиной фарфоровых монстров. Склонившись друг к другу, они сгрудились над крошечным экраном. На удивление, Небесная Книга проявила хоть какую-то толику милосердия: прямо поверх фонового рисунка заблокированного телефона горели пять нулей. Шэнь Ци быстро ввёл комбинацию, и защитный экран послушно исчез.
На заставке красовался уютный, наполненный солнцем пейзаж: сад, утопающий в пышном цветении баугинии, сочный зелёный газон, а под деревьями — женщина, играющая с маленькой дочкой. Теплота этого снимка дышала искренней любовью к жизни.
— Вон сколько тёплых тонов, — поцокал языком Тун Тун, сокрушённо вздохнув. — Мать с дочкой, такая идиллия... И надо же было всё спустить в утиль из-за банальной измены!
Шэнь Ци лишь неопределённо промолчал. В живописи он не разбирался, но чутьё у него было отменным. Никакой тёплой идиллии он не ощущал — напротив, от этой картинки веяло фальшью и какой-то липкой, неестественной странностью.
Привычным движением перейдя в галерею, он пробежался по снимкам. Не найдя ничего примечательного, Шэнь Ци принялся проверять социальные сети и мессенджеры. В одном из них наконец обнаружилась нужная зацепка.
— Это? — подал голос Су Цзиньюэ, ткнув пальцем в диалог с аватаркой лисицы. — «Дрянь»?
Он не ругался — именно такое имя стояло в контактах.
Хозяйка телефона не стала мудрить и придумывать эвфемизмы. Подписала разлучницу коротко и прямо: «Дрянь».
Шэнь Ци помедлил секунду и открыл чат. Понимал же, что всё это — лишь созданная Небесной Книгой иллюзия в свитке, а они просто ищут улики, но листая чужую переписку под столь откровенным ярлыком, всё равно почувствовал невольный укол неловкости.
Судя по сообщениям, между женщинами с самого начала искрило. Незнакомка откровенно провоцировала:
«Дрянь: Здравствуй. [Смайлик с улыбкой.jpg]»
«Синьчэнь: Вы кто?»
«Дрянь: [Фото: объятия.jpg] [Фото: поцелуй.jpg] [Скриншоты переписки.jpg]»
«Дрянь: Зачем тебе моё имя? Просто прими факт: не умеешь удерживать мужа — освободи место. Засела как собака на сене, самой от себя ещё не тошно?»
«Синьчэнь: Что вы себе позволяете?»
«Дрянь: Ах да, и вот ещё. [Анализ ДНК.jpg]»
«Дрянь: Моя дочь зовёт тебя мамой уже столько лет — пора бы и честь знать. Самка бесплодная, нечего чужих детей присваивать. Смотри, карой небесной ударит. [Смайлик с улыбкой.jpg]»
Это были самые первые сообщения. Шэнь Ци развернул прикреплённые снимки. На первом пьяную женщину придерживал мужчина — со стороны казалось вполне безобидным. Второе фото запечатлело поцелуй в темноте, лица женщины не разглядеть. Третья улика оседала уже железобетонно — скриншот переписки, где двое вовсю сюсюкали и звали друг друга «мужем» и «женой». Шэнь Ци специально свернул картинку и проверил: аватар мужского аккаунта совпадал с профилем хозяина дома.
На четвёртом снимке лежал документ: генетическая экспертиза на отцовство и материнство для девочки и любовницы. Графа с именами была замазана, но итоговый вывод читался чётко: «Мать и дочь».
— Обалдеть... — уставился на экран Тун Тун. — Вот ведь тварь какая наглая! Втиснулась в чужую жизнь и с потрохами всё разрушила!
— Главный виновник всё равно мужик, — качнул головой Су Цзиньюэ. — Не сходил бы налево — и дерьма этого не было бы.
— Концы с концами не сходятся, — хмурясь, возразил Шэнь Ци. — Куклу сшивал хозяин дома. Если девочка — дочь любовницы, а к жене он остыл, то забив её до смерти, он должен был уйти к любовнице. Зачем ему пытаться оживить погибшую супругу? И зачем было запираться с ней в этой глуши, обособленно от всего мира? На воле встречаться с разлучницей было бы куда проще.
Он вполголоса добавил:
— И к чему была та предсмертная записка? Что она означает?
— Может, на него отчаяние напало, когда сообразил, что натворил? — предположил Тун Тун. — Уголовку-то никто не отменял...
— Они жили отшельниками в глуши, убьёшь там кого — никто и не почешется, — Су Цзиньюэ озадаченно потёр подбородок. — Хотя нестыковки явно есть. Но... стоп. А зачем мы вообще во всём этом ковыряемся? Вы нашли главное задание? Или эти семейные дрязги как-то связаны с сюжетом?
Тун Тун закатил глаза:
— Нашли бы — ты бы первый в интерфейсе увидел, у нас же контракт. Не нашли пока! Шэнь-гэ говорит, мы всё ещё закрываем предварительные условия. Без них скрытый квест просто не активируется.
— Чёрт, то есть нам надо самим всю эту предысторию до косточек раскопать? — поморщился Су Цзиньюэ. Его всегда с души воротило от подобных любовных клубов и семейных драм. Силовые задачи или чёткие головоломки — это да, а вот разбираться в чужих страстях... тут он пасовал.
Он взъерошил волосы и с досадой предложил:
— Может, вернёмся в дом и ещё раз всё обшарим? Мало ли что проглядели.
Искоса глянув на жуткое полчище кукол, Су Цзиньюэ внутренне вздрогнул. Сотня стеклянных глаз по-прежнему не проявляла агрессии, но и уходить не собиралась. Игрушки молча стояли плотным кольцом и наблюдали за их совещанием. Он даже сам удивился, как они втроём вообще умудряются сохранять хладнокровие под этими уставленными на них мёртвыми взглядами и спокойно разгадывать сюжет.
Слова Су Цзиньюэ мгновенно освежили память Шэнь Ци. Точно! Он же прихватил из комнаты две мятые бумажки!
Быстро вытащив из кармана брюк смятые листки, он расправил их и въелся взглядом в убористый почерк. Спустя пару секунд его лицо прояснилось:
— Вот оно что...
— Что там? — просиял Тун Тун. — Шэнь-гэ, докопался?
Шэнь Ци кивнул:
— Это отрывки из двух врачебных заключений. Записей немного, но поставить диагноз можно.
Текст на оборванных листиках был отрывочным, но несколько строк бросались в глаза:
«Анамнез: гипоксия и внутриутробная гипотрофия при гипоксических осложнениях в перинатальном периоде; высокая корреляция с проявлениями шизофрении...
Обследование головного мозга: гиперактивность дофаминергической системы, дисфункция норадреналиновых рецепторов...
Сфера восприятия: бред ревности; навязчивая идейная фиксация на числе 44444 как на "счастливом знаке"...»
Су Цзиньюэ пробежал глазами по строчкам и удивлённо поднял брови:
— Шизофрения?
— Именно, — Шэнь Ци опустил бумагу и снова взял телефон.
Набрав на экране введённый в качестве пароля набор «44444», он мгновенно получил доступ во второе клонированное приложение мессенджера. Зайдя в него, он увидел знакомую аватарку с лисицей и никнейм «Цзювань». В контактах числилось всего два человека: профиль мужа и... основной профиль самой хозяйки.
Тун Тун обомлел. На его лице отразилась дикая смесь потрясения и нелепости происходящего:
— Это... она что, сама наставила себе рога?!
— Вот именно, — подтвердил Шэнь Ци. — В психиатрии бредовая ревность — один из ключевых симптомов шизофренического расстройства. Больному настойчиво кажется, что супруг ему изменяет. Чтобы "доказать" предательство, пациент фальсифицирует улики, создаёт вымышленные доказательства и абсолютно искренне верит в собственную паранойю.
Переведя взгляд на второй листок, Шэнь Ци резюмировал:
— У хозяина дома тоже не всё в порядке с головой. Судя по карте, он страдал циклическими расстройствами с резкими сменами фаз — от маниакального возбуждения к глубокой депрессии. Простыми словами...
Шэнь Ци подобрал понятный аналог:
— В одну секунду он счастливо пляшет, а в следующую — проваливается в беспросветный мрак и рвётся свести счёты с жизнью.
Это полностью объясняло смысл предсмертной записки.
Мужчина проклинал день собственного рождения и горько жалел об их роковом, дефективном союзе.
Его психоз был наследственным, а у жены имелась врождённая шизофрения. То, что их дочь родилась здоровой — невероятное везение. Однако кошмар настиг их позже: обострение болезни заставило женщину поверить в измену мужа. Она принялась лично фабриковать "улики", упиваясь собственной паранойей.
А муж? В разгар очередного приступа жены у него началась маниакальная фаза. Потеряв контроль над собой в приступе ярости, он вырезал всю семью.
— Вспомнил! — хлопнул себя по лбу Су Цзиньюэ. — Язык цветов! У баугинии два значения: одно — семейное согласие, а второе — предательство! Я-то решил, что здесь царила идиллия, вот и не обратил внимания.
— Выходит, весь этот уют был лишь ширмой. Два психа под одной крышей — немудрено, что они сбежали в глушь, — задумчиво пробормотал Тун Тун. — Но кто тогда прикончил самого хозяина? Оживший труп жены?
— Навряд ли, — качнул головой Шэнь Ци. — Вы про куклу не забыли?
«Куклу?»
Су Цзиньюэ и Тун Тун переглянулись. Эту деталь они действительно упустили.
— В том видении из киноплёнки, — пояснил Шэнь Ци, — кукле отрубили конечности, а затем обтянули её срезанной кожей убитой жены. Кукла, обёрнутая человеческой плотью... Кто поручится, что в неё не вселилась настоящая хозяйка?
— Точно! — подхватил Тун Тун. — Сотня этих тварей только что пела детскую считалочку: * «Кукла, кукла — не верь ей, сестрёнка, она фальшивая! Папа и мама ждут тебя...»* Выходит, эта кукла пропитана смертельной обидой и злобой! Она и есть исток всего аномального свитка!
Едва Тун Тун выговорил последнее слово, над поляной раздался оглушительный системный сигнал. Впервые за всё время игроки испытали искренний восторг от звука интерфейса:
[Небесная Книга: Поздравляем Человека-Шэнь Ци, Человека-Тун Туна и Человека-Су Цзиньюэ с разгадкой тайны «Куклы за спиной младшей сестры»! Активировано скрытое задание.]
[Сценарий побега официально переписан. Тип Отборочного сценария изменён на: Сценарий Задания.]
[Условие прохождения: Младшая сестра говорит: «Вся семья должна быть вместе, до последнего кусочка». Поможешь малышке исполнить её мечту?]
[Небесная Книга: В связи со сменой типа сценария течение времени приостанавливается на один час. Всем Игрокам предоставляется передышка. Если через 60 минут задание не будет выполнено, режим побега возобновится. Просьба использовать время с умом и восстановить силы.]
— Шэнь-гэ! Квест выскочил! — просиял Тун Тун. — Всё ровно так, как ты рассчитывал: закрыли предквест, осталась финальная подчистка!
Шэнь Ци почувствовал лёгкий укол иронии. Кто бы мог подумать, что разгадка крутилась перед носом с самого начала? Все разрозненные улики твердили об одном: девочка просто хотела, чтобы вся семья снова собралась вместе.
Однако расслабляться он не намеревался.
— Рано радоваться, — предостерёг он спутника. — Главный замес ещё впереди.
— Подумаешь, — усмехнулся Су Цзиньюэ. — Главное, скрытый квест выбили. Собрать кучу родственников в кучу — да раз плюнуть.
Шэнь Ци вскинул бровь, собираясь возразить, но Небесная Книга опередила его, привычно обнулив их оптимизм.
[Небесная Книга: Дзинь! Негодяи вознамерились отнять малышку? Кукла недовольна! Кукла украсит поле боя алой сакурой из вашей крови, чтобы завоевать любовь сестрёнки! P. S. Орда кукол устремляется на поле боя~]
[Подсказка: Обратный отсчёт: 58 минут 23 секунды. Смертные, старайтесь изо всех сил! Раздавите себя в пыль~]
Едва голос Системы утих, в небесах налилась мрачным багрянцем бледная кровавая луна. Её слабый, мертвенный свет затопил округу, напитав воздух могильным холодом.
Окружающие куклы замерли хищным оскалом — казалось, они отлично слышали оповещение. На фарфоровых лицах проступили глумливые ухмылки, выглядевшие в багровом полумраке искренне зловеще.
Шэнь Ци вздохнул. Подобный поворот его ничуть не удивил. Было бы наивно полагать, что Небесная Книга позволит им пройти квест без боя.
Достав из кармана телескопическую дубинку, Шэнь Ци щелчком развернул стальной стержень. Выражение его лица стало предельно сосредоточенным. «Семья должна быть вместе»... Но как именно выполнить это условие? Начать с того, чтобы физически сгрести останки в одно место?