[Небесная Книга: Поздравляем Номера 099 с первым извлечением Демонического клинка! Разблокировано достижение «Судьба нас не сводила, всё решает мой клинок». Это лёгкое трепетное копошение... Ах, сладкое чувство первой любви~]
* * *
Хотя Цзян Си и не слышал оповещения Небесной Книги, он мгновенно уловил резкую перемену в лице спутника. В душе он потешался, однако внешне состряпал пренаиженнейшую мину и упрямо протянул:
— Юноша, ты всё ещё намереваешься свалить вину на меня?
Шэнь Ци поперхнулся. На его обычно бесстрастном лице проскользнула неловкость:
—... Виноват.
Цзян Си тихонько хмыкнул, понимая, что не стоит загонять застенчивого паренька в угол — того и гляди, за оружие возьмётся. Вовремя остановившись, он с улыбкой перевёл тему:
— Кхм-кхм, давай-ка лучше посмотрим, что спрятано в морозильной камере.
Он снова положил руку ему на плечо. Шэнь Ци на мгновение одеревенел — похоже, странное онемение всё ещё не прошло окончательно, — однако отталкивать спутника не стал. Поднявшись по лестнице, они быстро оказались перед незапертой дверью.
Цзян Си пребывал в великолепном расположении духа и не упустил случая подшутить:
— Сейчас откроется. Внутри злая собака — Синсин, защити своего спутника!
Шэнь Ци запнулся, но так и не высказал вертевшийся на языке вопрос: «А ты с ролями в задании ничего не перепутал?». Заметив его замешательство, Цзян Си тихо ухмыльнулся, отчего Шэнь Ци помрачнел ещё пуще.
В тишине коридора струился бледный лунный свет. Сжимая клинок в правой руке, Шэнь Ци левой толкнул деревянную створку. Не успел он распахнуть её и наполовину, как разглядел неясный тёмный силуэт, прижавшийся к полу неподалёку. Шэнь Ци замер, моментально наставив остриё на незнакомца.
Раздался низкий рокот. Силуэт выгнул спину, и при лунном свете обрисовал свои очертания. Шэнь Ци разглядел противника — им оказалась всё та же свирепая кавказская овчарка.
Он инстинктивно сжал рукоять. Овчарка рыкнула и во весь опор рванула к визитёрам. В мгновение ока пёс оказался прямо перед Шэнь Ци.
Мешкать было нельзя. Шэнь Ци замахнулся клинком на свирепого зверя, предварительно оттолкнув Цзян Си левой рукой подальше от схватки. Цзян Си не сводил глаз с боя; на его правой руке время от времени вспыхивала золотистая нить — он был готов вмешаться в любой момент.
Впрочем, физические характеристики Шэнь Ци ощутимо возросли, да и сила Демонического клинка давала о себе знать: справиться с усиленным псом оказалось куда проще, чем разделать проклятую куклу! После пары стремительных выпадов огромный пёс рухнул на пол в кровоподтёках. Опасаясь поднять шумиху, Шэнь Ци разил без фанатизма, а порой и вовсе наносил удары плашмя.
Цзян Си с похвалой произнёс:
— А малец-то наш крепнет на глазах.
Шэнь Ци обернулся, в недоумении нахмурившись:
— С чего ты вдруг взял моду звать меня мальцом?
Цзян Си на мгновение опешил и неловко отвёл взгляд:
— Да так... просто привычка.
Он не стал уточнять, кого именно привык так называть, и Шэнь Ци не прошёл дальше, лишь попросив больше не употреблять это слово. Опустив взор, он посмотрел на израненного пса. Кавказец беспомощно пластал лапы по полу; в его некогда свирепых глазах читалась отчаянная стойкость, а покрасневшие веки придавали морде неожиданно жалкий вид.
Шэнь Ци склонил голову, скрывая выражение лица:
— Забьём его?
Цзян Си беспечно отозвался:
— Подумаешь, пёс. Рядовое препятствие на локации. Если хочешь прикончить —...
Наткнувшись взглядом на покрасневшие собачьи глаза, он будто вспомнил нечто важное и резко осекся:
—...хотя погоди. Вдруг у него особая роль?
Шэнь Ци едва заметно шевельнул пальцами и спокойно кивнул:
— Ладно.
Цзян Си с беспокойством глянул на спутника, позабыв про шутливое прозвище:
— Цици?
Шэнь Ци моментально совладал с эмоциями и качнул головой, давая понять, что всё в порядке. Направившись к лестнице на шестой этаж, он увлёк Цзян Си за собой:
— Пойдём, взглянем на морозильник.
Опасаясь неожиданных помех, Шэнь Ци предварительно обошёл шестой этаж. Убедившись, что вокруг ни души, он подошёл к морозильной камере. Повернувшись к Цзян Си, он спросил:
— Ключ у тебя?
Цзян Си неторопливо извлёк ключ и протянул его, пробормотав:
— А если мой дешёвенький ключ не подойдет к такому солидному замку?
Шэнь Ци выхватил ключ и применил его к замку:
— Ничего, главное — у меня руки прямые.
Цзян Си почесал нос. «Неужели я настолько язвителен, что даже этот парень начал меня подкалывать?»
То ли ключ был персональной подлянкой от Небесной Книги специально для Цзян Си, то ли на третьем этаже им просто нельзя было воспользоваться, но в руках Шэнь Ци механизм сработал безупречно. Замок щёлкнул. Распахнув крышку морозильника, Шэнь Ци вгляделся внутрь и застыл.
Цзян Си медленно приблизился и тоже заглянул внутрь. Камера казалась забитой до отказа, хотя тел там было немного: трупы троих преодолевающих испытания и ещё одна незнакомая женщина.
Шэнь Ци нарушил тишину:
— Эту женщину я знаю. Судя по всему, моя старшая тётушка. Говорили, будто она умерла неделю назад... Судя по состоянию тела, её убили.
Цзян Си сощурился:
— А это ещё что?
В отличие от Шэнь Ци, он не страдал профессиональной привычкой медиков досконально осматривать трупы, но его зоркий взгляд уловил тёмный кончик чего-то, торчавшего из кармана брюк женщины. Невнимательный человек легко принял бы это за смявшуюся ткань.
Цзян Си вытащил предмет. Это оказалась окровавленная шелковая лента, сплошь исписанная мелкими иероглифами.
Не успел он разобрать надпись, как неподалёку пронзительно закукарекал кочет. Шэнь Ци изменился в лице — в груди укололо дурное предчувствие.
Шэнь Ци развернулся к Цзян Си:
— Бежать сможешь?
Цзян Си критически оценил своё немощное тело и с некоторой неуверенностью ответил:
— В теории... наверно?
Не тратя времени на споры, Шэнь Ци шагнул к нему и одним махом закинул Цзян Си себе на плечо:
— Потерпи. И держись крепче!
Не давая спутнику вставить и слова, он с места рванул к выходу.
«Ку-ка-ре-ку-у!»
Петушиные крики, перекликаясь, огласили крышу дома, словно давая условный сигнал — и в поместье семьи Линь мгновенно поднялся гвалт. Глянув в проём внутреннего двора-колодца, Шэнь Ци увидел, как на пятом этаже затеплились лучи фонариков и послышались тревожные возгласы. Снизу, с третьего этажа, донёсся оглушительный стук в двери: преодолевающие испытания тоже осознали неладное и кинулись искать тех, кого им поручено оберегать.
Терять минуты было нельзя. Но стоило Шэнь Ци сделать шаг к лестнице, как издыхавшая овчарка вдруг поднялась на лапы. Шерсть свирепого пса снова лоснилась, не сохранив и следа от недавних ран. За спиной зверя выросла мрачная фигура Линь Да. Лицо старшего дядюшки потемнело от злобы, а уставившиеся на визитёров выпученные глаза казались абсолютно мёртвыми.
Линь Да заговорил ровным, безжизненным тоном, будто вёл речь о пустяках:
— Вы неслушны. Синсин, как ты мог поднять руку на собственного брата?
«Брата? Какого ещё брата? Этого пса, что ли?»
Не дав Шэнь Ци вставить слово, Линь Да продолжал:
— Раз ты проявляешь непокорность, мне придётся прибегнуть к семейному наказанию. Пусть Старый господин Линь проучит тебя как следует.
Едва прозвучали эти слова, как лежавший на полу пёс раздулся до двойных размеров. Из пасти чудовища закапала зловонная слюна; гигантская туша напрочь перекрыла путь к отступлению.
Цзян Си слегка похлопал Шэнь Ци по спине, прося спустить его на землю. В подобном раскладе таскать на загривке лишний груз было слишком опасно.
Шэнь Ци ссадил Цзян Си и с мрачной решимостью заслонил его собой. Свирепое чудовище без тени сомнений рвануло прямо на Шэнь Ци. Имея за спиной спутника, Шэнь Ци не мог и не хотел отступать. Крепче сжав Демонический клинок, он ринулся навстречу зверю — на этот раз без малейшей жалости.
Кромсать разросшуюся тварь оказалось разминкой: хоть пёс и раздался в размерах и налился свирепостью, по-настоящему смертоносным соперником он так и не стал.
Однако стоило Шэнь Ци нанести завершающий удар и изрубленному псу с грохотом рухнуть замертво, как Линь Да расплылся в улыбке.
Шэнь Ци обдало дурным предчувствием. В тот же миг снизу донёсся пронзительный женский вопль, принадлежавший кому-то из преодолевающих испытания. Улыбка на лице Линь Да стала торжествующей.
— Синсин, послушайся ты дядюшку, я бы позволил тебе уйти без боли. Но теперь... поздно!
В его глазах зажглись алые вспышки. Повинуясь невидимому импульсу, сгрудившиеся вокруг куры синхронно обмякли и испустили дух. Зловеще усмехаясь, Линь Да процедил, словно уже праздновал победу:
— Хе-хе, жертвы этой старой карги Старой госпожи Линь наконец-то уничтожены! А теперь вы, досадные помехи...
Он не успел договорить, как выражение его лица сменилось диким ужасом:
— Как такое возможно?! Вы же гарантированно должны были...
Пока Шэнь Ци добивал пса, Цзян Си успел бегло пробежать глазами ленту. Лишь теперь ему открылось, почему Линь Да не прикончил собственную дочь своими руками!
Оказалось, под этой крышей вершился чудовищный ритуал, требовавший четырнадцати жертвоприношений: семи мужчин и семи женщин, причём идеальной платой считалась кровь членов семьи Линь. Ещё два года назад Линь Да отдал в жертву своего второго сына, а совсем недавно его супруга проведала об этом. Решив, что следующей на алтарь отправят её дочь, мать вознамерилась увести девочку из поместья. Но вырваться из дома ей не удалось, и тогда женщина отдала собственную жизнь в обмен на защиту для Линь Синьсинь.
А значит, любой, кто попытается лишить жизни Синьсинь, сперва сгинет вместе с мстительным духом матери. Лишь после гибели призрака с девочки спадёт покров защиты. Вот почему Линь Да, жаждавший смерти дочери, не смел притронуться к ней сам.
Прикрыв рот кулаком, Цзян Си несколько раз кашлянул:
— Деревянные таблички с именами... Они ведь нужны для метки, верно?
Уловив на себе настороженный взгляд Линь Да, Цзян Си убедился, что попал в самую точку.
И хотя ни к одной из противоборствующих фракций Игроки примкнуть не могли, силы сторон оставались примерно равны. Не могло быть так, чтобы Старому господину Линь позволили собирать урожай душ без разбора, пока Матушке Мунян — или Старой госпоже Линь, как случайно проговорился Старший дядюшка, — требовалось знать имена жертв.
Следовательно, Старому господину Линь имя жертвы тоже было необходимо! Разница заключалась в том, что при входе в испытание Игроки подсознательно подчинялись Линь Да, выполнявшему роль Направляющего NPC, и вырезали свои имена на плашках. Поскольку Старый господин Линь сразу получил преимущество, система в целях баланса обязала их вкушать прах. Всё это делалось для того, чтобы упростить ему заготовку жертв... или устранение чужаков, мешающих ритуалу!
До Линь Да, похоже, наконец дошло:
— Вы уничтожили плашки?!
Цзян Си с усмешкой поправил:
— Что ты, просто качество у них оказалось дрянным. Совершенно не выдержали нагрузки.
Вопреки ожиданиям, в глазах Линь Да не вспыхнула ярость. Он невероятно обмяк, отстранённо зафиксировав взгляд на визитёрах. Эта внезапная апатия выглядела жутко.
Сердце Шэнь Ци заколотилось как бешеное: его не покидало ощущение, что надвигается катастрофа.
Линь Да не стал предпринимать никаких действий. Он лишь отступил, освобождая проход к дверям, и его выпученные бельма остекленело повернулись:
— Возможно, мне и впрямь пора вырезать новые плашки. Ночь глубока. Идите отдыхать.
Что за чертовщину задумал этот старый хрыч?
«А-а-а-а-а!»
Снизу вновь донёсся визг — кричала одна из женщин-Игроков. Похоже, им удалось как-то вскрыть замок на третьем этаже и вырваться на пятый. Но что же там стряслось?
Пол под ногами содрогнулся и провалился в небытие раньше, чем Шэнь Ци успел сделать хоть шаг. Во тьме свободного падения он ощутил лишь крепко сжавшую его ладонь Цзян Си, который изо всех сил прикрыл его своим телом. В душе Шэнь Ци скользнула странная гамма чувств, но развить мысль он не успел: глухой стон — и они рухнули на твёрдую поверхность.
— Цзян Си?
Шэнь Ци принялся ощупывать спутника во тьме, пытаясь проверить, не переломал ли тот кости, но Цзян Си перехватил его ладонь.
— Кхм-кхм... Слышишь, со мной тут ничего не случится, всё в порядке.
Сглотнув слюну и прочистив пересохшее горло, он прошептал:
— Цици, погляди, куда нас занесло?
Поджав губы, Шэнь Ци молча помог Цзян Си подняться, выудил из кармана Полярный фонарик и щелкнул кнопкой. Лишь досконально осмотрев спутника под белым лучом и убедившись в отсутствии повреждений, он соизволил оглядеться.
Они оказались в тесном потайном каземате. Выбоистые стены топорщились острыми каменными выступами, о которые Шэнь Ци едва не исколол пальцы.
Ощупывая шероховатую кладку, он наткнулся на подвижный каменный зубчатый выступ. Стоило надавить на него с усилием, как стена сдвинулась, открывая взору ещё более крохотную коморку.
Внутри вплотную друг к другу ютились люди: все выжившие Игроки вместе с Линь Синьсинь сидели на земляном полу. Их руки были крепко скручены за спинами, а сами они оказались связаны в единый живой кольцевой узел.
За их спинами возвышалась утончённая, исполненная кротости изваянная из камня статуя. На её умиротворённом лике замерла мягкая улыбка, а у подножия раскинулся алтарь, сплошь заваленный пирамидами спелых алых яблок.
Шэнь Ци с трудом выдавил:
— Вы...
Лица пленников перекосил ужас. Внезапно каменное изваяние подало голос:
— Синсин, мамочка так долго тебя ждала...
Грохот!
За спиной раздался оглушительный треск. Цзян Си инстинктивно прикрыл затылок Шэнь Ци своей ладонью и обернулся — чтобы столкнуться нос к носу с Линь Саном.
Шэнь Ци в недоумении оглянулся:
— Цзян Си?
Их лица находились в миллиметре друг от друга. Услышав оклик, Цзян Си с невозмутимым видом отстранился и отозвался обманчиво ласковым тоном:
— Пустяки. Просто наткнулся на одного жирноватого бледного хлыща.
И ни словом не обмолвился о том, как едва не чмокнул незнакомца в нос!
Линь Сан даже не удостоил их взглядом. С фанатичным трепетом он пал ниц перед истуканом и воскликнул:
— Почитаемая матушка, я прикончил жертву Старого господина Линь! Наконец-то вы получите своё последнее жертвоприношение!
Под «жертвой» он без сомнения подразумевал собственного брата — «Второго брата», величавшего себя Матушкой Мунян. До какой же степени эта сущность затуманила ему разум, если человек без колебаний пошёл на братоубийство? От этой мысли бросало в дрожь.
Старая госпожа Линь осталась довольна слугой. Сперва она излила на Линь Сана потоки милостивой похвалы, а когда в его взоре вспыхнул экстаз, обратилась к вновь прибывшим:
— Синсин, мамочка обещала Мяомяо сохранить тебе жизнь. Поэтому до начала ритуала вы посидите здесь.
Словно вышколенный стражник, Линь Сан привёл в действие скрытый рычаг. С потолка рухнула тяжёлая железная клеть с прутьями толщиной с кулак. Кромка решётки прошла в волоске от носа Цзян Си! Лишь молниеносная реакция Шэнь Ци, вовремя дёрнувшего спутника на себя, спасла того от обезображивания.
Линь Сан проговорил безжизненным голосом заведенной куклы:
— Сидите тихо.
С этими словами он растворился во тьме. Опустившаяся клетка отрезала им путь.