На душе у Шэнь Ци было неспокойно. Впрочем, даже отбросив в сторону вопящую интуицию, он не собирался больше действовать наобум. Стоило ему вознамериться покинуть эту непроглядно тёмную кабинку, как снаружи донёсся едва различимый детский плач.
[Небесная Книга: Время Небесной Книги — десять часов вечера. Гнусные туристы довели младшую сестричку до слёз~]
Шэнь Ци сильнее сжал кулаки, судорожно взвешивая варианты.
Шестнадцать кукол. Если он хочет выбраться до того, как их число станет трёхзначным, у него есть от силы три часа. Если дотянет до четырёхзначного — останется шесть часов, и это без учёта непредсказуемых помех...
Нет, если счёт пойдёт на тысячи, гибнуть будут массово. Значит, в его распоряжении максимум три часа, в крайнем случае четыре. Тун Тун со своими до сих пор неизвестно где. Неужели придётся и дальше сидеть тут сложа руки?
Бум! Бум-бум!
Сзади донеслись тяжёлые глухие удары. Шэнь Ци резко обернулся и застыл.
Сквозь мрак прямо к кабинке, приманенная запахом живой плоти, спотыкаясь и слепо натыкаясь друг на друга, валила сотня кукол. Из-за отвратительного зрения они постоянно врезались в стены и доски, но нисколько от этого не страдали — прёрли напролом, плотной ревущей ордой.
«Кукла голодна... Кукла хочет есть...»
Сотни фарфоровых и тряпичных ртов орали наперебой, сливаясь в невыносимую, дёргающую за нервы кафонию. До Шэнь Ци наконец дошло, что именно Небесная Книга называла «двухчасовым бунтом кукол». Дело дрянь.
Он стремительно чиркнул лучом фонарика по сторонам. Дальность обзора оставляла желать лучшего, но в узком конусе света вокруг никого не было. Взглянув на надвигающуюся лавину тварей, юноша стиснул зубы и с грохотом захлопнул дверцу.
Случайность это была или чей-то злой умысел, но орда кукол не оставила ему выбора — только вперёд. Впереди ждала неизвестность, но там оставался хотя бы призрачный шанс на спасение. Назад, к сотне тварей — верная смерть.
Привычным движением распоров обои, он убедился, что потайная дверца незаперта, пригнулся и перешагнул через порог. В следующую секунду лицо его исказилось: за дверью не было пола!
Раздался глухой стук. Шэнь Ци с мрачным видом поднялся, невзначай потерев ушибленный при падении таз. Вокруг царила непроглядная тьма. Он уже полез за фонарём, как подземелье неожиданно озарилось светом.
Прижавшись спиной к каменной стене, юноша замер, сердце заколотилось у самого горла. На протяжении всего пути Небесная Книга непрерывно подталкивала его: заставляла что-то находить, совершать определённые действия... Чувствовалось, будто невиданная кукловодческая рука дергает за нити и направляет события. Шэнь Ци до тошноты ненавидел быть чужой марионеткой, и эта безысходность выводила его из себя.
Бум! Бум! Бум!
Сверху донеслись удары: потайная дверца, похоже, захлопнулась сама собой, и куклы снаружи теперь отчаянно ломились в неё. Вокруг же простиралось тихое подземное помещение. На полу валялись спутанные чёрно-белые нити и разбросанные швейные наборы.
А в самом центре, прямо на каменном полу, застыл знакомый ритуальный круг, покрытый засохшей тёмной кровью. Окинув его беглым взглядом, Шэнь Ци догадался: именно здесь хозяин дома проводил свой обряд воскрешения.
Грохот сверху постепенно утих. Минут через десять, после недолгой возни и шороха, наступила мёртвая тишина.
Шэнь Ци сделал несколько шагов вперёд. Раз уж оказался здесь, не взглянуть поближе было бы глупо — не пропасть же «доброте» Небесной Книги даром. Скрыв эмоции за полуопущенными веками, он остановился в полуметре от пентаграммы и опустился на одно колено, вглядываясь в кровавые руны.
Была в этом магическом круге какая-то завораживающая, зловещая сила. Шэнь Ци завороженно впился в него взглядом. Разум отчаянно вопил, что нужно бежать, но тело словно парализовало — оно не слушалось. Юноша стиснул зубы: опять попался на уловку!
В следующий миг в глазах потемнело, и он рухнул без чувств прямо в центр кровавого круга. Последней мыслью, промелькнувшей перед небытием, была жгучая досада на собственную неосторожность.
[Небесная Книга: Дзинь! Активировано условие «Кукла младшей сестры». Получен навык: «Спиритическая игра» (полупостоянный, расходует очки при использовании). Получено негативное последствие: «Благоволение младшей сестры». Игрок Шэнь Ци, берегите себя~]
Единственный, кто мог услышать это оповещение, лежал без сознания. Голос Небесной Книги затих, и в подземелье снова воцарился покой.
Откуда-то дунул леденящий ветер, заставив тело юноши невольно вздрогнуть. В тёмном углу едва заметно качнулся лоскут цветастого платьица, раздался легкий стук маленьких кожаных туфелек — и всё окончательно погрузилось во тьму.
* * *
Это была квадратная потайная комната. Влажный, спёртый воздух лип к лёгким. В самом центре алой жидкостью был вычерчен сложный ритуальный узор, а вокруг ровными рядами лежали швейные принадлежности и обрубки искусственных рук и ног — похоже, останки сломанных кукол.
Шэнь Ци не понимал, в каком состоянии находится. Ему казалось, что он парит в воздухе, а под ногами — вата, не дающая опоры.
«Неужели меня ликвидировали?»
«Нет, бред».
Он мгновенно отбросил эту мысль. Хотя обстановка напоминала подвал, где он только что находился, всё выглядело куда новее. Вместо гибели он, скорее, превратился в бестелесный дух и по какой-то причине перенёсся в прошлое. Но может ли он открыть дверь?
Стоило подумать об этом, как пришло разочарование: он не мог прикоснуться ни к одному предмету. Оставалось лишь безучастно наблюдать за происходящим. Пальцы невесомо коснулись нефритового кулона в форме тыквы-горлянки на шее; взгляд стал глубоким и тёмным. Чего добивается Небесная Книга — или босс этого этапа? Что именно они хотят ему показать?
Сколько он провёл здесь времени, Шэнь Ци не знал, но мысли постепенно начинали путаться. Он редко терял самообладание. Даже впервые вставая к операционному столу, он без тени паники, с холодной отстранённостью проводил надрезы шаг за шагом. Единственный раз, когда он утерял контроль над собой... это когда тот человек ушёл, не обронив ни слова.
Шэнь Ци изо всех сил попытался взять себя в руки. Как бы он ни спешил, ускорить эти воспоминания всё равно не получится. Нужно просто ждать.
И словно в ответ на его мысли, призрачный мир вокруг пришёл в движение.
Сначала сверху опустилась большая железная клеть. В ней неподвижно стоял привлекательный мужчина средних лет с утончённым лицом. Когда клеть остановилась, он нагнулся и вытащил большой чёрный мешок. Положив его возле ритуального круга, мужчина безо всяких эмоций развязал горловину. На его лице не отразилось ни страха, ни дрожи — он был спокоен, словно сторонний наблюдатель.
Шэнь Ци приблизился и заглянул внутрь. Красные и белые волокна... Присмотревшись, он содрогнулся: это была человеческая кожа с остатками мяса! Судя по объёму мешка, там покоились сдернутые покровы далеко не одного человека. Неужели глава семейства зверски замучил всю свою семью?
Лицо Шэнь Ци потемнело. Даже дикие звери не пожирают своё потомство — что за чудовищная трагедия произошла в этом доме? И действительно ли отец мёртв?
Вспомнив лоскут цветастого платья, он погрузился в размышления: если прежняя догадка верна и бегающая снаружи кукла с топором — это мать, то хозяйкой платья была младшая дочь. Зачем девочка привела его сюда? Неужели цель их испытания — отомстить за неё?
Мужчина зашевелился. Шэнь Ци спрятал сомнения глубже и стал внимательно следить за каждым его жестом.
Хозяин дома улыбался с нежной, почти безумной сладостью. Он осторожно достал из мешка кусок человеческой кожи и принялся гладить его, словно щеку возлюбленной, а в глазах его затеплился нездоровый восторг. Завершив ласку, он взял в руки лежавшую неподалёку изувеченную куклу. Лицо его на миг перекосилось от отвращения, но тут же вновь наполнилось фальшивой лаской.
Движения его были отточены до автоматизма. Он быстро собрал корпус и попытался обтянуть куклу человеческой кожей. Но кожа оказалась велика, да и сам материал куклы был скользким — покров никак не фиксировался. В глазах мужчины вспыхнуло раздражение, на тыльной стороне ладоней вздулись вены, ярость едва не вырвалась наружу.
Впрочем, приступ гнева угас так же мгновенно, как и возник. Не успел бы обычный человек прийти в себя, а хозяин дома уже снова кротко улыбался, стежок за стежком пришивая плоть к искусственному телу. На этот раз он не заботился о ровности швов — шил наскоро, лишь бы закончить быстрее.
«А ведь у него явно не всё в порядке с головой...» — отстранённо подумал Шэнь Ци.
Пока он размышлял, картина вокруг стремительно закружилась, будто кто-то зажал кнопку перемотки.
Спустя миг в комнате возле ритуального круга уже стояли две готовые куклы — большая и маленькая. Хозяин поместил их в центр пентаграммы, пустил кровь и принялся монотонно зачитывать заклинание на косноязычном, ломаном наречии.
Заклятие было коротким. Едва смолкли последние слова, мужчина впился взглядом в кукол, но с теми ничего не произошло. Он неверяще ринулся к ним, начал судорожно переворачивать, сверился с записями на бумаге, но так и не смог понять, где допустил ошибку.
Изображение подёрнулось дымкой. Со всех сторон хлынул густой белый туман.
Последнее, что успел разглядеть Шэнь Ци в рассеивающемся мареве — мужчина, прижимающий к груди обезглавленный окровавленный труп. С лицом, искажённым нечеловеческой мукой, он уткнулся лбом в растерзанную шею мертвеца, свернувшись калачиком, точно младенец в утробе.
И в этой пелене юноше на мгновение мерещился силуэт огромного мясницкого топора...
* * *
— Брат Шэнь! Брат Шэнь!
Сквозь тяжёлую пелену донёсся смутный голос. Шэнь Ци, превозмогая тупую боль в висках, заставил себя разлепить веки.
Прямо над ним нависла чья-то физиономия. От неожиданности сердце юноши пропустило удар. Он невольно отшатнулся:
— Ты чего вытворяешь?
Перед ним стоял Тун Тун. Увидев, что Шэнь Ци пришёл в себя, парень смущённо почесал затылок:
— Да мы с Псом Су кое-как скрутили ту куклу и приволокли её сюда, а тут ты лежишь без чувств. Побоялись, что тебе совсем худо, вот и решили посторожить.
Тун Тун виновато вздохнул:
— Брат Шэнь, ты как? На тебя кукла напала?
В его голосе звучала искренняя досада на самого себя: если бы они не копались так долго, а вернулись раньше, юноша не попал бы в такую переделку.
— Всё в порядке, — ответ Шэнь Ци прозвучал мягко; забота спутника не оставила его равнодушным, и суровые черты лица заметно смягчились. — От кукол я оторвался, а вырубился по другой причине. Кстати, где та тварь?
— На опушке леса, — бойко отпортовал Тун Тун. — Похоже, куклы почему-то не могут переступить эту черту. Мы не знали, нужна ли она тебе живой, так что Пёс Су остался караулить. Сходить за ней?
Шэнь Ци качнул головой:
— Не нужно, не будем терять время. Сколько их уже?
Тун Тун потер нос и пробормотал смущённо:
— Шестьдесят четыре.
Шэнь Ци изумлённо округлил глаза:
— Я что, проспал два часа?!
— Нет-нет-нет! — всплеснул руками парень. — Сейчас одиннадцать вечера. Просто мы немного не рассчитали, когда вязали куклу, и мелкая успела пискнуть... Пришлось засунуть ей в пасть кляп-салфетку. Но сам понимаешь...
Счётчик всё равно подскочил.
Шэнь Ци кивнул. Поймать куклу живьём в той кутерьме — для этого требовалась недюжинная дерзость и предельная собранность. Ребята превзошли его ожидания.
Немного подумав, он переспросил:
— Кляп-салфетка?
Это особый артефакт? Довольно полезная штука. Если заткнуть рты всем мелким тварям — ну или хотя бы половине, — у них появится передышка.
Тун Тун охотно пояснил:
— Подарок от Небесной Книги. Одноразовая штука, затыкает рот созданию любой породы. Показалась мне бесполезной, но в магазине таких не продают, вот и прихватил. Кто ж знал, что пригодится!
Шэнь Ци спокойно перевёл тему, не желая вдаваться в подробности своего обморока:
— Когда я обыскивал спальню хозяев, мне попалась плёночная бобина. Пойдём проверим, получится ли её прокрутить.
Тун Тун искренне удивился:
— Ты умеешь обращаться со старыми проекторами?
Шэнь Ци нахмурился:
— Су Цзиньюэ же только что показывал. Ты что, не смотрел?
Тун Тун потерянно смолк. Да уж, участь двоечника непреглядна.