Дверь бесшушно приоткрылась и тут же закрылась. Шэнь разлепил веки и повернул голову к полу. Постель была аккуратно убрана, на ней не осталось почти ни единого следа — словно Эрикс вовсе не приходил прошлым вечером.
Тот, кто спал на полу, провёл без сна всю ночь. Едва за окном забрезжил рассвет, раздался лёгкий шорох: темноволосый юноша, тщательно прибрав за собой, на цыпочках выскользнул за дверь.
Шэнь поднялся на кровати. Возможно, юноша стыдился вчерашней слабости, а быть может, просто не хотел становиться обузой. Внезапно появившись накануне, он так же молча исчез, оставив после себя лишь две промокшие вещи в углу комнаты. Всё это казалось мимолётным, почти сновидением.
Достав спрятанный в ворохе одежды короткий пистолет, Шэнь неспешно навёл в комнате порядок и замочил вещи, требовавшие стирки.
— Доброго дня, — тихо произнёс Шэнь, глядя на отражение, возникшее в зеркале. — Я так и не поблагодарил тебя за помощь, Хелайр. Хочешь чего-нибудь перекусить? Как насчёт свежих десертов из столовой?
— Нет, я завязал со сладостями, — скрестив руки на груди, отрезал мужчина в чёрном балахоне. Он с ленивой грацией прислонился к стене, словно только что стряхнул с себя остатки сна. — Твои уловки больше не сработают.
— Завязал? — с лёгким удивлением переспросил Шэнь.
— Ну да. Если объедаться чем-то слишком долго, оно приедается. Вполне естественная вещь. Даже то, без чего ты раньше жить не мог, рано или поздно начинает вызывать скуку. — Хелайр косо посмотрел на Шэня, стоявшего у таза с водой. — Что уж говорить о сиюминутных увлечениях.
— Намекаешь, что я отношусь к категории этих самых «мимолётных увлечений»? — уточнил Шэнь, взвешивая его слова.
— Хм. Я лишь к тому, что рано или поздно ты мне наскучишь, — Хелайр надменно вскинул подбородок. — Не тешь себя иллюзиями о собственной значимости. Возможно, из всех смертных ты и привлекаешь моё внимание чуть больше прочих, но до лакомств тебе всё равно далеко.
— Что ж, я понял, — кивнул Шэнь. — Ты что, все последние дни только об этом и размышлял?
— Разумеется... нет! — едва не проговорился Хелайр, но тут же напустил на себя невозмутимый вид. — Здесь и думать не о чем, ответ очевиден.
— Стало быть, твой ответ таков: пока я тебе не наскучил и ты всё ещё мной интересуешься? — Шэнь развешивал выстиранное бельё на сушилке на балконе.
— Смертный! Что за... что за чушь ты несёшь?! — Ледяное спокойствие Хелайра мигом улетучилось.
— Я всего лишь повторил твои собственные слова, — спокойно отозвался Шэнь.
— Ты извращаешь мой смысл! Оставь свои штучки, меня так просто не проведёшь! — Голос Хелайра заметно взвился.
— Вот как? Что ж, прости, значит, я ошибся, — быстро уступил Шэнь. В уголке его губ, незаметно для собеседника, промелькнула едва уловимая усмешка. Он и сам понимал, что просто тешится от скуки. Заметив, насколько наивной порой бывает натура древнего демона, он то и дело провоцировал его двусмысленными фразами, заставляя терять самообладание.
Шэнь и сам толком не понимал, зачем это делает. Возможно, одиночество давило слишком сильно, и ему до зареза требовался хоть какой-то шум, способный отвлечь от беспрестанных мыслей о будущем.
— Хелайр, — прервал Шэнь поток возмущённых возгласов за спиной.
— Ну что ещё?! — буркнул демон.
— Как думаешь, почему мы встретились? — Шэнь повернулся и взглянул прямо в его рубиновые глаза.
— Ты меня спрашиваешь? Разве не ты призвал меня с помощью ритуального круга? — Хелайр насупился. — К чему ты клонишь?
— Ни к чему. Просто это кажется невероятным. В мире столько людей, а о твоём существовании знаю лишь я один, — тихо произнёс Шэнь.
— Смертный, ты намекаешь, что у меня мало последователей?! — Демон сжал зубы. — Хочешь сказать, я уступаю в славе этому старому святоше, Богу Света?!
— Я вовсе не это имел в виду, — Шэнь запнулся и вздохнул. — Ты меня неправильно понял, Хелайр.
Он лишь почувствовал, насколько пронизано совпадениями само его появление в этом мире и последующий призыв. Пергаментная книга с описанием ритуала, эльфийка, предоставившая редкие ингредиенты, его собственное никчёмное, лишённое магии тело... Невидимая рука словно исподволь подталкивала его к заключению сделки именно с этим демоном.
Будто их встреча была предопределена заранее.
— Тогда что ты хотел сказать? Советую изъясняться чётче, — если упоминание Бога Света всегда было для Хелайра больной темой, то любые сравнения в пользу небесного владыки действовали на него как раскалённое железо. — Иначе...
— Поверь мне, Хелайр, ты вернёшься на свой прежний престол. Миллионы верующих снова вознесут тебе молитвы, — произнёс Шэнь, проходя мимо него к выходу из комнаты. — В благодарность за спасение моей жизни я помогу тебе добиться этого.
Не ожидая столь дерзкого обещания, демон обомлел. Алые зрачки сузились, он замер на месте.
«Вот ведь... Поможет он мне, как же! Сам-то понял, кому вздумал покровительствовать? Кто из нас двоих божество?» — скривил губы Хелайр, бубня себе под нос.
* * *
Спустя неделю, во второй половине дня, кипела жизнь во временном павильоне Общества Сокола.
Прежний павильон, пострадавший от пожара, всё ещё восстанавливали. Текущее островерхое здание Серой стены Его Высочество Марс арендовал у Академии за солидную сумму в тысячу золотых. Пусть убранство и уступало былой роскоши, оно по-прежнему подчеркивало привилегированное положение Общества Сокола в глазах преподавателей и студентов.
Члены Общества, находившиеся в Академии, собрались за большим круглым столом. В отсутствие высочайшего принца и вечно сурового вице-председателя атмосфера царила непринуждённая. Старшекурсники достали из закромов припрятанное коллекционное вино и вовсю расписывали младшим их блестящие перспективы. Несколько девушек вызвались помочь на кухне и теперь выносили готовые угощения. Солнечные лучи заливали комнату, освещая улыбающиеся, оживлённые лица.
— Старшекурсница Эйлин, — Шэнь толкнул дверь кухни. На него тут же повеяло теплом и аппетитным ароматом жареного мяса.
— Шэнь? Ты чего здесь? Почему не пьёшь со всеми этими балбесами? — Эйлин, не поднимая головы, аккуратно выкладывала ягоды черники на круглый пирог.
— Я не слишком люблю алкоголь, — ответил Шэнь.
— Не любишь пить? Постой... Неужто эти паршивцы тебя донимают из-за твоей семьи? — Эйлин вскинула голову. — Ну-ка подожди, я им сейчас устрою!
— Вовсе нет. Я просто решил зайти и узнать, не нужна ли помощь, — тут же заверил её Шэнь.
— Правда нет? — всё ещё сомневалась девушка.
— Правда.
— Оно и верно, теперь, когда тебе покровительствует принц, они не посмеют задирать нос. — Эйлин озадаченно огляделась. — Но чем тут помочь... Мы как раз готовим десерт. Ты умеешь печь сладости?
— Я мог бы взяться за какую-нибудь черновую работу или просто побыть на подхвате, — мягко предложил Шэнь.
— Тогда помоги Фионе с коржами. И вот, возьми, этим раскатывать удобнее, — Эйлин протянула ему тонкую деревянную скалку. — Иди, она там совсем одна.
Шэнь посмотрел в указанном направлении. За большим кухонным столом стояла девушка с высоким конским хвостом. Она с такой силой глушила белое мягкое тесто, что по кухне разносились гулкие удары. В отличие от остальных, её движения начисто лишены были изящества — казалось, она не готовит угощение, а срывает злость на бедной массе.
— Давай я помогу, — Шэнь подошёл к Фионе.
— Ах... Спасибо, но не стоит, я и сама справлюсь, — пробормотала девушка, с силой раскатывая тесто.
— Что-то случилось? Ты сама не своя, — заметил Шэнь. Переняв её движения, он принялся ловко подготавливать соседний пласт.
Фиона лишь плотно сжала губы.
— Если хочешь выговориться, я слушаю. В конце концов, мы ведь учимся на одном курсе.
— Эрикс... он уходит из Общества Сокола, — едва слышно произнесла Фиона.
Руки Шэня на миг замерли.
— Он сам тебе об этом сказал?
— Сегодня утром я увидела на столе председателя письмо... — Она вытащила из-за пазухи сложенный вчетверо листок и протянула Шэню. — Он просит исключить его из Общества Сокола.
Нахмурившись, Шэнь бегло пробежал глазами по строчкам.
— Я не хочу, чтобы он уходил! Но не знаю, чем помочь... — Фиона шмыгнула носом. — Сестра рассказала, что госпожа Мари покончила с собой. Эриксу сейчас безумно тяжело. Да, я рада успеху Его Высочества Марса, но как вспомню, через что пришлось пройти Эриксу, вся радость мгновенно улетучивается. Мы тут празднуем, а он совсем один со своим горем... Мне правда хочется поддержать его.
— Раз ты так о нём беспокоишься, почему не наведаешься к нему? — тихо спросил Шэнь.
— Но я не знаю, где он...
— В письме упомянуто, что он занят хлопотами, связанными с госпожой Мари, — Шэнь вернул ей листок. — Скорее всего, он в церкви Мудсона. Всех членов семьи Кабед хоронят именно там.
— И вправду... — Фиона растерялась. Утром она была в таком смятении, что даже не дочитала послание до конца. Опустив голову, она в сомнении замялась: — Но... я даже не знаю, что ему сказать. Вдруг я ляпну глупость или сделаю только хуже?
— Ему сейчас невыносимо одиноко. Достаточно просто побыть рядом, — негромко проговорил Шэнь. — Дай ему понять, что он не один.
— Угу, я поняла! — Фиона решительно кивнула и сжала кулачки. — Настоящие друзья для того и нужны, чтобы стать опорой в трудную минуту. Шэнь, пойдём к Эриксу вместе!
— Я, пожалуй, останусь, — качнул головой Шэнь.
— Почему? Ты ведь его лучший друг! — воскликнула она. Заметив, что на них обернулись, Фиона смущённо кашлянула и понизила голос: — Он сам так говорил, я не придумываю! Причём не раз и не два, я даже успела немного подразнить его. Шэнь, я же вижу: ты переживаешь за него не меньше моего, иначе не стал бы мне всё это объяснять! — Вдруг воодушевившись, девушка сорвала с себя фартук, схватила Шэня за рукав и потащила к выходу. — Так что пойдём! Вместе!
* * *
Шэнь ждал под раскидистым дубом. Тяжёлые свинцовые тучи затянули небосвод, лишив кладбище солнечного света, и вокруг царил сумрачный, унылый покой.
Как и предполагалось, они с Фионой действительно нашли Эрикса при церкви Мудсона. Однако они не рассчитывали попасть аккурат на погребение госпожи Мари Виктории. Проводы вышли крайне скупыми: помимо близких и священника, у свежей могилы стояла лишь Фиона. Совершенно некстати на девушке оказалось белое шёлковое платье; из уважения к усопшей Шэнь накинул ей на плечи свой чёрный форменный пиджак.
Священник тихо зачитывал заупокойную молитву. Темноволосый юноша стоял подле гроба, низко опустив голову, так что никто не мог разглядеть его лица. Позади него с мрачной торжественностью замер дворецкий Томас,сопровождая его до самого конца церемонии.
На каменном надгробии выбили полное имя усопшей. Нравилось ей это или нет, но в итоге её упокоили подле прежнего «Шэня Кабеда» — лишь в одном шаге от могилы её горячо любимого «виконта Нормана Кабеда».
Осенний ветер шелестел дубовой листвой, кружа осыпавшиеся лепестки белых роз и увлекая их в сырую грязь. Казалось, то была последняя печальная элегия угасающей души.
Шэнь не питал ненависти к Мари Виктории. В его глазах она была безумной, глубоко несчастной женщиной, которую в своё время он искренне пытался принять как родную мать. Увы, за всё приходится платить. Когда тяжесть собственных грехов становится невыносимой, расплачиваться приходится жизнью.
«Сколько ингредиентов бросишь в тигель — столько продукта получишь на выходе».
Никто не в силах сбежать от непреложного закона алхимии. Будь ты хоть высочайшим принцем Ферном, хоть невероятно богатым Великим герцогом Генри или могущественной госпожой Мари... В попытках урвать всё больше и больше они лишь позволили алчности поглотить себя, став в конечном счёте расходным сырьём в чужом котле.
Чужой крах мог бы послужить предостережением. Возможно, разумнее всего было бы смерить гордыню и смирно оставаться под крылом принца. Но Шэнь знал: довольствоваться малым он не станет.
Алые вечерние сумерки легли на увенчанную короной статую Бога Света. На старом дубе, символе бесконечного круговорота жизни, хрипло прокаркал ворон. Сверившись с карманными часами, Шэнь остался ждать.
— Шэнь? Ты всё-таки пришёл? Фиона сказала, что ты ждёшь у церкви, но я не сразу поверил, — из-за ствола дуба тихо вынырнул Эрикс. Его глухой голос был полон неподдельной усталости.
Шэнь слегка удивился: он не думал, что Эрикс сам спустится к нему.
— Вышел немного подышать, — с лёгкой полуулыбкой объяснил юноша, заметив его взгляд. — Народу почти нет, но всё равно держишься в напряжении, боишься сделать что-то не так.
— Прости за внезапный визит, — проговорил Шэнь. — Мы не стали заходить внутрь, чтобы не нарушать приличий.
— Я знаю. Ты отдал свою куртку Фионе, — Эрикс старался говорить непринуждённо, разряжая тяжесть момента. — Ей она оказалась совершенно не по размеру.
— Фиона примчалась без оглядки. Она очень за тебя переживает.
— Да, я ей искренне благодарен, — Эрикс кивнул. — Она славная и добрая. Наверное, только настоящий друг придёт поддержать в такой час. — На его губах появилось подобие признательной улыбки. — Приятно знать, что кому-то ещё до тебя есть дело.
— Не насилуй себя, если не хочется улыбаться, — отвёл взгляд Шэнь, переведя взор на ряды серых надгробий.
Эрикс покачал головой:
— Мне пора взрослеть. Нельзя вечно оставаться ребёнком. Раньше было за чью спину спрятаться, а теперь... родных больше нет. Если я не возьму себя в руки, они там не смогут покоиться с миром.
Шэнь приотпустил веки:
— Зачем ты подал прошение о выходе из Общества Сокола?
— Ты уже знаешь? — Эрикс смущённо почесал затылок. — Да в общем-то... ничего особенного. Просто с моим текущим положением оставаться там неловко. Чем ждать, пока Его Высочество Марс намекнёт на дверь, лучше уйти самому.
— Испугался? Испугался разочарования в тех, кто ещё вчера улыбался тебе? Забоялся узнать, что ценность для них представлял лишь твой род, а не ты сам?
— Да... — бессильно выдохнул Эрикс. — Сам знаешь, как тяжело общаться с такими людьми. Они с сочувственным видом расспрашивают о твоём горе, на словах соболезнуют, а сами гипнотизируют взглядом, взвешивая, чего ты теперь стоишь.
— И всё же я не боюсь, Шэнь. Я всё решил. Я приму титул и, как хотела мама, верну роду Кабед былую славу.
— Твёрдо решил?
— Да, — тихо отозвался Эрикс. — Раньше я отказывался от титула, потому что совесть грызла перед погибшим братом. Но такова была последняя воля матери. Пора взять эту ношу на себя. Честно говоря, в последние дни я всё думал: если бы я согласился стать виконтом раньше, извлёк ли бы из этого хоть какую-то пользу? Изменился бы исход?
— Ничего бы не изменилось. Даже унаследовав титул, ты бы не смог тягаться с первым наследником Империи, — ровным голосом заметил Шэнь. — Госпожа Мари точно так же укрыла бы тебя, утаила правду и пошла на сделку с принцем Ферном.
— Ты прав, — Эрикс крепко сжал кулаки. — Всё упирается в то, что я слишком слаб.
Шэнь отчётливо видел, как переменился внутренний настрой юноши. Жажда силы, стремление стать могущественнее — всё это породила смерть Мари Виктории, обнажившая перед Эриксом собственное бессилие. Шэнь и сам когда-то прошёл через это. Отчаянная, бесплодная борьба. В такой момент достаточно указать путь — в рай или в преисподнюю, — и доведённый до отчаяния человек с готовностью поставит всё на карту.
— Я могу помочь тебе. Если ты захочешь примкнуть к Его Высочеству Марсу... — неторопливо начал Шэнь. Он всё просчитал заранее: если привлечь Эрикса на свою сторону, у него появится реальный шанс переломить судьбу, о которой твердил Хелайр.
— Спасибо, Шэнь. Но мне этого не нужно, — наотрез отказался Эрикс.
— Почему? — Шэнь постарался, чтобы его голос прозвучал абсолютно нейтрально.
— Я не хочу быть ничьей пешкой. Все вокруг твердят, будто мама покончила с собой, но я-то знаю — её довели.
Шэнь сглотнул подступивший к горлу ком.
— Она стала очередной жертвой в грязной борьбе за власть. И даже если Его Высочество Марс не имел к этому прямого отношения, я больше не стану ни с кем связываться, — Эрикс замялся. — Я хочу изменить этот мир собственной силой. Сделать его лучше. Я не желаю видеть, как рушатся семьи, не хочу, чтобы кто-то ещё пережил подобный кошмар. Скажи, Шэнь... тебе не кажется, что я переоцениваю свои силы?
— Кажется, — тихо вздохнул Шэнь.
— Мог бы... выразиться и помягче, — Эрикс смущённо потёр кончик носа.
— Тем не менее, многие величайшие свершения в истории начинались со вздорных идей, — невозмутимо добавил Шэнь. — Хоть шансы на успех и ничтожно малы.
— Да, я понимаю, — Эрикс расслабился, и на его губах затеплилась робкая улыбка. — Шэнь, у меня к тебе просьба.
— Какая?
— Помоги мне... в учёбе.
— У тебя неплохие успехи, — ответил Шэнь. — Для зачётов этого более чем достаточно.
— Я хочу перескочить через курс, — пояснил Эрикс. — Как и ты, хочу закончить Академию экстерном.
— Ты знаешь о моих планах? — Шэнь косо посмотрел на него.
— Я вовсе не шпионил! Просто случайно услышал, как профессор Ник хвастался перед профессором Удиром в преподавательской, — замахал руками Эрикс. — Вот тогда я и узнал, что первая пятёрка студентов по успеваемости может подавать прошение о досрочном переводе.
— Понятно.
Эрикс склонил голову набок и несмело уточнил:
— Это... значит «да»?
— Каждый четверг, во второй половине дня, в павильоне Общества Сокола. Я помогу тебе с занятиями.
Эрикс на мгновение онемел, а затем пробормотал:
— Значит... мне нельзя уходить из Общества Сокола?
— Выбор за тобой, — отозвался Шэнь. — Членство в студенческом братстве во время учёбы вовсе не обязывает тебя примыкать к какой-либо политической фракции.
— Ты правда хочешь, чтобы я остался в Обществе Сокола? — Эрикс потёр нос.
— Да.
Эрикс опешил: столь уверенного ответа он не ожидал.
— Хорошо... Пускай будет по-твоему, не стану уходить, — тихим голосом произнёс он, поджав губы. В лучах заходящего солнца его щёки вспыхнули румянцем. — Шэнь... спасибо, что выслушал. А я-то уж грешным делом подумал, будто ты от меня отвернулся и больше не хочешь считаться моим другом.
— И потому сбежал на рассвете?
—... — Эрикс замер, словно поражённый в самое сердце.
— Твои вещи до сих пор сохнут у меня в комнате.
— Забудь ты про это, ради всего святого, — в смущении закрыл лицо ладонями Эрикс. — Шэнь...
Шэнь молча пристально смотрел на темноволосого юношу.
— Ладно-ладно, прости, — негромко пробормотал Эрикс. — В ту ночь я правда не хотел тебя беспокоить... Я сам не понял, почему пришёл. Просто... невыносимо захотелось тебя увидеть.
— Знаю, следующие мои слова прозвучат дико и, возможно, двусмысленно, но... — Эрикс глубоко вздохнул и посмотрел ему прямо в глаза: — Шэнь... сейчас ты для меня — самый дорогой человек на свете. И в этот раз я непременно тебя защищу.