Шэнь едва заметно сжал пальцы. Столь неосмотрительный, на первый взгляд, жест принца загнал его в угол. Теперь, под прицелом десятков пристальных взглядов, выбора не оставалось — пришлось сделать шаг навстречу Марсу.
Излишнее внимание никогда не сулило ничего хорошего, а для человека без прочного положения и вовсе могло стать смертным приговором. Сколько зависти вспыхнуло сейчас в сердцах тех, кто жаждал благосклонности наследника! Шэнь вовсе не стремился наживать врагов среди родовитых сокурсников.
Впрочем, риск и возможности всегда лежали на одной чаше весов. Сумей он использовать принца как трамплин, осуществление всех его замыслов продвинулось бы на грандиозный шаг вперед.
И все же этот брошенный с дальним прицелом золотой крючок не сулил безупречного исхода — проглоти наживку или откажись, Шэнь в любом случае терял инициативу.
Подойдя к Марсу, юноша только склонился в поклоне, как на его плечо опустилась чужая ладонь. Словно между ними царила давняя искренняя дружба, принц мягко удержал его и поставил рядом с собой, лицом к замершей толпе.
— Знаю, это решение беспрецедентно, — произнес Марс уверенно и звучно. — Однако именно так, преодолевая устои, колесо истории движется вперед. Я привык доверять своему чутью на людей. Шэнь Миллер, от лица Общества Сокола я вручаю тебе первое приглашение в этом году.
Принц слегка улыбнулся:
— Впрочем, ты волен отказаться прямо сейчас.
Все затаили дыхание в ожидании ответа.
В Фиалковом дворе воцарилась гробовая тишина.
И в этот самый миг ночной воздух прорезал далекий, гулкий удар колокола.
Один, второй, третий... Звук катился над кронами, тяжелый и торжественный.
Присутствующие оцепенели. Единственный колокол Имперской академии магии находился в Академии Джошуа, и звонил он исключительно во время великих празднеств в честь Бога Света.
Ламберт поспешно приблизился и что-то вполголоса произнес на ухо Марсу:
— Ваше Высочество, кто-то проник в подземное хранилище Академии Джошуа. Избранники богов из Ордена Светлого Священства уже у ворот. Ректорат требует немедленно прекратить все собрания.
— Та вещь пропала? — нахмурился Марс.
— Похоже на то, хотя подробности пока не ясны, — отозвался Ламберт. — Вам лучше взглянуть самому.
— Прошу прощения, господа, — обратился принц к гостям, и голос его не допускал возражений. — Наш вечер окончен. По распоряжению руководства всем надлежит немедленно вернуться в свои комнаты.
В саду поднялся приглушенный гомон. Шэнь с облегчением сглотнул. Неожиданный переполох избавил его от необходимости делать выбор перед лицом толпы — редкая удача наконец-то улыбнулась ему.
* * *
Под непроглядно-черным покровом ночи у главных ворот Академии магии Имперской столицы собралась внушительная процессия: больше сотни магов в фиолетовых облачениях с массивными крестами на груди.
— С этой минуты и до первых утренних занятий академия переходит под надзор Ордена Светлого Священства, — бросил караульным профессор Удир. — Таково распоряжение ректора. Открывайте.
Стоило решетке со скрежетом поползти вверх, как пришельцы бесплотными тенями взмыли в воздух и парами разлетелись в разные концы академического городка.
— Ж-жуть какая... — заикаясь, пробормотал стражник, провожая взглядом безмолвные фигуры. — Господин профессор, вы уверены, что это священнослужители? Почему в фиолетовом? От них же веет могильным холодом...
— Это Избранники богов ночи, — негромко пояснил Удир. — Фиолетовое облачение символизирует кару и искупление. Их ремесло разительно отличается от того, чем заняты дневные священники.
— И мы вот так просто их впустили? — Стражник отер со лба холодный пот, чувствуя, как страх подступает к горлу. — Они ведь только что использовали «Заклинание Божественного Шага», верно? Пятый ранг, атакующая магия Света! Там же каждый — маг высокого ранга! Случись что, как нам их удержать?
— Спокойнее, юноша, — профессор ободряюще похлопал его по плечу. — Защитные контуры академии куда надежнее, чем тебе кажется, и уж точно никто не ждет, что ты станешь грудью на смерть. К тому же добрую половину из них я узнал в лицо. Большинство сами когда-то выпустились из этих стен.
* * *
В зале заседаний царила духота. Когда Марс во главе старших членов Общества Сокола толкнул двери, профессор Ник как раз яростно тыкал пальцем в лицо мужчине средних лет, явно готовый в следующую секунду пустить в ход кулаки.
— Господин ректор, профессор Ник, — Марс коротко кивнул обоим, жестом велев свите ждать снаружи. — Как такое могло произойти?
— Об этом стоит спросить нашего дражайшего ректора! — Ник скрестил руки на груди, сверля оппонента испепеляющим взглядом. — Если бы он отдал вторую половину мне на исследования, подобного позора бы не случилось!
— В подземелье было совершенно безопасно! — оправдывался ректор, нервно потирая нос. — Стены целиком обиты мифрилом, они выдержат любое заклинание вплоть до четвертого ранга!
— Блестящая предусмотрительность, просто потрясающая! — ядовито парировал Ник. — Вот только вор даже к магии прибегать не стал — он попросту разнес твою стену в щепки голыми руками!
— Но я ведь не мог знать...
— Господа, дело принимает опасный оборот, — жестко прервал их Марс. — Эта вещь одолжена у Ордена Светлого Священства под честное имя Ее Величества исключительно для академических изысканий. Ее пропажа недопустима ни при каких обстоятельствах. Я настаиваю на полной блокаде академии. Более того, на время поисков следует перекрыть и ворота столицы.
— Профессор Удир уже занимается этим, а служители Ордена прочесывают территорию, — отозвался ректор. — Охрана услышала грохот в подземелье, сразу ударила в колокол и лишь затем спустилась проверить. Прошло от силы две минуты. Полагаю, похититель еще не покинул пределов академии.
— Есть догадки, кто это мог быть? — спросил Марс.
— Тот, кто досконально знает расположение помещений.
— Кто-то из студентов?
— С уверенностью сказать нельзя, — на лице ректора отразилась искренняя скорбь. — Откровенно говоря, я до сих пор в толк не возьму, как можно в одиночку сокрушить такую преграду. Пять дюймов литого мифрила! Я потратил на них столько золота, сколько весили эти плиты!
— Человек способен на многое, если приложит ум. Неужели ты забыл о едких кислотах? — тяжело вздохнул Ник. — Перед ними любой металл обращается в труху.
— Следы... на месте остались лишь рваные обломки, — кашлянув, уточнил ректор. — Кислотой там и не пахло.
В зале повисло тяжелое молчание. Наконец Марс медленно произнес:
— Возможно, мы ищем не среди тех. Подобная мощь доступна лишь немногим... к примеру, субзверолюдям под действием Техники Берсерка.
* * *
Покинув Фиалковый двор, Шэнь неторопливо шел по аллее, прекрасно чувствуя за спиной чужие шаги. Преследователь держался на почтительном расстоянии, но отставать не собирался.
— Чего ты добиваешься? — Шэнь резко остановился и обернулся к растерянному черноволосому юноше.
— По академии бродит кто-то опасный, — Эрикс отвел взгляд, смущенно оправдываясь. — Велели возвращаться только парами.
— И что с того? Нам разве по пути? — Шэнь прищурился, в его тоне сквозил неприкрытый холод. — Или ты сомневаешься, что я способен постоять за себя?
— Нет... вовсе нет. Я просто тревожусь, — Эрикс понурил голову. — Шэнь, я... я правда боюсь, что с тобой опять что-то случится.
— О чем ты говоришь? Какое тебе дело до моих бед?
— Прямое! — выпалил Эрикс, повинуясь внезапному душевному порыву.
Сжав кулаки, он посмотрел прямо в лицо собеседнику с затаенной болью:
— Мы ведь братья. Ты сам когда-то сказал мне это! Неужели забыл, Шэнь?
Казалось, слова застали блондина врасплох. Несколько мгновений тишину нарушал лишь сухой стрекот ночных цикад.
— Братья?.. — эхом отозвался он, словно в бреду. — Как я мог такое забыть.
Эрикс посмотрел с надеждой, но прежде чем он успел вымолвить хоть слово, Шэнь шагнул прямо к нему.
— Ш-Шэнь?.. — парень опешил. События принимали совершенно неожиданный оборот.
Мужчина надвигался подобно обнаженному клинку — плавно, неотвратимо, источая тяжелое, подавляющее давление. Под этим напором Эрикс невольно попятился, пока лопатками не уперся в шершавый древесный ствол.
Они стояли почти вплотную. Будучи одного роста со спутником, Эрикс вдруг осознал, что не может даже поднять головы. Чужое теплое дыхание коснулось щеки, мысли смешались, а взгляд намертво приковало к перламутровым пуговицам на воротнике чужой рубашки.
— Так вот какие забавы нынче в моде у благородных господ? — раздался над самым ухом низкий, хрипловатый голос, от которого по коже побежали мурашки. — Братская нежность? Возвышенная дружба? Мне и раньше доводилось получать подобные намеки, но чтобы кто-то проявлял такое упорство... право, редкость.
— Ч-что?.. — Эрикс не сразу уловил смысл, лишь сердце в груди заколотилось с безумной силой.
— Игра во влюбленных, плотские утехи между мужчинами, столь популярные в высшем свете, — бесстрастно продолжал Шэнь, заставляя собеседника трепетать всем телом. — Неужели тебе так неймется? Кажется, на балу я уже дал недвусмысленный отказ.
Кровь бросилась Эриксу в лицо — до него наконец дошел истинный смысл этих речей.
— Нет! Все совсем не так! Ты... — Он попытался возразить, но прохладные, тонкие пальцы уже коснулись его пылающей щеки.
Дыхание перехватило, сердце будто пропустило удар.
— Сначала ходишь за мной по пятам, а теперь идешь на попятную? — В груди Шэня зародился негромкий смешок. Он подался вперед, почти касаясь губами обнаженной шеи. — Особая прихоть спесивого аристократа?
Ослепительная вспышка белого света разорвала ночной мрак.
— Это ошибка! Ты все не так понял! Прости, я... я обознался! — задыхаясь от стыда, выкрикнул Эрикс и, не оглядываясь, бросился прочь.
— Какая морока, — глухо уронил Шэнь, всем весом навалившись на ствол.
Его тело пронзило «Заклинание Паралича» — простейшая магия Света первого ранга, на мгновение лишившая мышцы подвижности.
У него не оставалось сил развеивать подозрения Эрикса долгими уговорами, поэтому он выбрал самый радикальный путь.
Увлечение мужской красотой в высшем обществе никого не удивляло, однако в глазах истовых ревнителей веры подобные пристрастия считались омерзительным пороком. Эрикс, отмеченный благодатью Света, был бесконечно далек от подобных греховных наклонностей. После сегодняшней выходки он наверняка станет обходить Шэня за версту и навсегда выбросит из головы нелепые догадки.
Прикрыв глаза, Шэнь терпеливо ждал под кроной дерева. Когда оцепенение спало и чувствительность вернулась к кончикам пальцев, он выпрямился и неспешным шагом направился в сторону Павильона Розы.