— Тот тип крайне подозрителен! — ворчала пожилая женщина, спешно ведя за собой патрульных стражников обратно к своей гостинице. — Одет в сущие лохмотья, разит от него нечистотами, а расплатился целой Монетой Королевы! Да он точно беглый грабитель, вор-карманник или вовсе душегуб с большой дороги!
Но стоило им переступить порог, как навстречу вышел статный, ослепительно красивый златовласый мужчина.
Идеальная осанка, чуть приподнятый подбородок... Пусть на нём и не было роскошных шелков, изысканное благородство в каждом жесте заставило вошедших стражников оторопеть.
Они понятия не имели, как столь выдающаяся персона очутилась в убогом заведении госпожи Джонс, но ни на миг не усомнились: перед ними истинный аристократ высокого положения.
— Да благословит вас Бог Света, — почтительно произнёс один из стражей, оттягивая опешившую старуху в сторону и освобождая дорогу.
Мужчина не проронил ни слова. Он лишь сдержанно кивнул и, глядя строго перед собой, покинул гостиницу.
Лишь когда его шаги окончательно стихли за дверью, стражники перевели дух.
— Госпожа Джонс, как вы посмели столь непочтительно обойтись с благородным господином? Скажите спасибо, что он не обратил на вас внимания! — с нескрываемым страхом в голосе зашипел стражник. — Почему вы не предупредили нас заранее?! Если бы мы по неосторожности оскорбили его, вы бы мигом лишились своей конуры!
Старуха лишь растерянно моргала под градом упрёков.
Кроме того оборванца, она и припомнить не могла никаких других постояльцев, не говоря уже о столь почтенных господах.
* * *
Послеполуденная столица утопала в неспешной безмятежности. Особенно шумно и оживлённо было на улице Синдра: тёплый ветерок доносил хмельной, дурманящий запах алкоголя — вывески таверн и кабаков встречались буквально на каждом шагу.
Вдоль дороги ровными рядами выстроились сотни аккуратно подстриженных квадратных деревьев; нижние ветви были срезаны, отчего ровные кроны походили на массивные створчатые шкафы в дворянских особняках.
Мужчины курили сигары, потягивали красное вино и вели праздные беседы. Разодетые дамы в изящных экипажах спешили на очередной званый вечер.
Говорили, что завсегдатаям этой улицы неведомы мысли о хлебе насущном. Каждый сотый прохожий здесь носил высокий дворянский титул. Рождённые с правом на львиную долю богатств империи, они просыпались лишь затем, чтобы придумать, как промотать побольше золота ради новых развлечений.
И чтобы удовлетворить их неуёмную жажду азарта, именно здесь, на улице Синдра, возникло крупнейшее игорное заведение Священной Империи Вия.
— Ни за что бы не подумал, что ты любитель мирских утех, — прищурившись, протянул Хелайр.
Он с интересом разглядывал монументальное здание из известняка с причудливыми архитектурными формами. Позолоченные парадные врата, олицетворявшие баснословное богатство, слепяще сияли на солнце, отпугивая мелких выскочек и псевдобогачей.
— Впрочем, с каких это пор люди начали открывать игорные дома прямо под боком у соборов? — насмешливо осклабился Хелайр. — В глазах святош азартные игры — вернейший способ отдать душу демонам. Такое бесстыдство... Не боитесь до смерти разгневать вашего драгоценного Бога Света?
— Орден Светлого Священства не пускает азартных игроков в свои храмы, но на территории Священной Вии подобные заведения вполне законны, — ответил Шэнь.
— Ого! Выходит, корона и церковь пошли друг против друга ради звонкой монеты?
— Когда власть разделена между разными силами, столкновения неизбежны, — невозмутимо произнёс Шэнь. — Игорные дома приносят короне почти четверть всех налоговых сборов империи. Запрети их — и Орден никогда не сможет возместить такую колоссальную брешь в казне.
— Ц-ц, до чего же вы, люди, практичны, — хмыкнул Хелайр. — И что, собираешься сыграть партейку?
— Да. Здесь золото обращается быстрее всего.
— Понятно. Хочешь отмыть краденые денежки, — понимающе кивнул тот. — А если удача отвернётся и ты спустишь всё до последнего медяка?
— Я стараюсь не участвовать в играх, где всё решает слепой случай.
Мужчина во фраке с гладко замазанными бриолином волосами почтительно распахнул перед Шэнем массивные двери. В отличие от шумных захолустных вертепов, в заведении подобного ранга всё подчинялось строгому церемониалу.
— Ваши фишки, господин, — грациозная девушка с тонким станом обеими руками протянула Шэню четыре красных жетона. — Для гостей со ставками от ста золотых предусмотрены отдельные комнаты отдыха. Вот ваша маска.
— Благодарю, — Шэнь принял золотую полумаску, надел её и в сопровождении слуги проследовал в персональный кабинет.
Опустившись на мягкий диван, он принял из рук прислужника каталог из пергамента с тиснением золотом. Внутри перечислялись десятки азартных забав, а также богатый выбор вин и яств.
— Я хотел бы сыграть партию в шахматы, — произнёс Шэнь, закрывая буклет.
— Одну минуту, господин. Я уточню, есть ли сейчас свободные доски.
Лакей слегка растерялся: в игорных домах шахматы популярностью не пользовались. Не потому, что игра была скучна, а просто потому, что рядом хватало развлечений куда более быстрых, ярких и пьянящих.
Слуга вернулся лишь спустя некоторое время.
— Прошу прощения, сэр, открыта только одна партия. Однако у вас с оппонентом слишком большая разница в банке. Вы не могли бы... — намёк слуги на необходимость поднять ставку был более чем прозрачен.
Очевидно, другой игрок выставил на кон куда более внушительную сумму.
Вот только Шэнь не мог повысить ставку: все его сбережения сейчас умещались в этих четырёх круглых фишках.
Он уже собирался выбрать другое развлечение, как вдруг в дверь постучали.
Лакей вышел, перемолвился с кем-то парой слов за порогом и вернулся обратно.
— Сэр, партия готова. Прошу вас пройти в VIP-гостиную.
— Разве моих фишек не слишком мало? — уточнил Шэнь.
— Теперь достаточно, — ответил слуга. — Господин из соседней комнаты передал вам шесть фишек, так что теперь у вас их ровно десять.
Шэнь слегка нахмурился.
«Да это же чистой воды вызов! Он абсолютно уверен, что заберёт всё до последней монеты! — взбудораженно воскликнул Хелайр. — Ну же, раскинь своими умными мозгами и раздень его до нитки!»
— Прошу прощения, но мне не нужны чужие подачки. Партии не будет, — холодно отрезал Шэнь.
Подобная заносчивость собеседника вызвала у него лишь раздражение.
— Боюсь, это невозможно, сэр, — с виноватым, но непреклонным видом произнёс слуга. — Вам непременно следует пройти к доске.
Шэнь замолчал. Принуждение гостей к игре в таких заведениях было делом неслыханным.
Судя по всему, надменный оппонент за стеной обладал весьма непростым статусом.
Не имея особого выбора, Шэнь в сопровождении лакеев направился в таинственную комнату для особых гостей.
В зале стоял необычный игровой стол.
Единственное окно между двумя смежными помещениями выходило прямо на шахматную доску: противники играли сквозь проём в стене, оставаясь невидимыми друг для друга.
Сев за стол, Шэнь понял, что оппонент уже ждёт его.
— Десять секунд на ход. Не возражаете сыграть чёрными? — донёсся из-за перегородки мужской голос.
— Меня не смущает второй ход, — отозвался Шэнь.
Незнакомец негромко усмехнулся и сделал первый выпад белыми, атакуя центральную фигуру Шэня.
Песочные часы перевернулись.
«А этот тип напирает без оглядки! Давай, бей в ответ!» — подгонял Хелайр.
Белые сразу захватили инициативу, поставив чёрные фигуры в глухую оборону. За исключением редких контратак ради передышки, Шэнь в основном разменивал свои фигуры или уступал позиции.
«Ты вообще стараешься?! Эту пешку можно было спасти!» — с досадой ворчал Хелайр, глядя, как белые методично теснят оборону Шэня.
Но Шэнь и бровью не повёл. Он строго держал строй, предпочитая агрессии глубокую оборону и расчётливые отступления.
Оба игрока делали ходы молниеносно: песок в часах редко успевал досыпаться даже до середины, как склянку уже переворачивали вновь.
При таком бешеном темпе чёрные вскоре оказались практически зажаты в угол, лишившись пространства для манёвра.
«Ну всё, сейчас мы лишимся последних жалких грошей», — сердито буркнул Хелайр.
Песочные часы перевернулись в очередной раз. В этот миг Шэнь едва заметно усмехнулся и двинул вперёд свою ладью.
Это был безупречный, смертоносный контрудар, одновременно поставивший под бой слона и пешку белых.
Склянка перевернулась.
Шэнь почувствовал минутное замешательство по ту сторону стены.
Заметил ловушку?
Но теперь это не имело значения: позиция определилась, и у белых остался единственный форсированный путь.
Белые были вынуждены отвести ферзя.
Чёрные выдвинули слона.
Белым пришлось отступить ладьёй.
Чёрные вернули слона на место.
Белые снова двинули ладью вперёд.
После трёхкратного повторения позиции Шэнь спокойно произнёс:
— Ничья.
— Что ж, верно, — с ноткой искреннего изумления протянул оппонент. — Какое мастерство... Вам удалось загнать меня в пат.
Поскольку партия завершилась вничью, игорный дом, согласно правилам, удержал с каждого игрока по тридцать процентов фишек в качестве комиссии.
Победителей в этой дуэли не оказалось.
«Вот же глупость... Зачем отказываться от золота, когда оно само шло в руки?» — уныло и с неприкрытой обидой проворчал Хелайр.
— Что ты хочешь на ужин, когда вернёмся?
— Заварной пирог! И непременно два куска!
— Договорились.
* * *
Проводив Шэня до выхода, лакей поспешил обратно. Осторожно приоткрыв дверь соседней комнаты, он опустился на колени перед сидевшим в кресле серебровласым мужчиной и с трепетом протянул шесть круглых фишек.
— Что это? — вскинул бровь господин, лениво постукивая пальцем по подбородку.
— Их оставил давешний гость. Сказал, что это скромный жест вежливости, и закрыл за вас всю комиссию игорного дома за прошлую партию.
Серебровласый мужчина на миг опешил, а затем звонко рассмеялся:
— Какая гордыня! Я пожаловал ему фишки, а он без единого слова вернул их обратно. Неужели отверг мою милость?
— Ваше Высочество! — в ужасе воскликнул слуга, распростёршись ниц. — Я немедленно велю страже задержать этого наглеца!
— Не стоит, — мужчина с улыбкой качнул головой, в его взгляде вспыхнул искренний азарт. — Укрощению силой я предпочитаю добровольную покорность. Впрочем, пока он остаётся в столице, мы непременно встретимся вновь.