Парк зашагал вслед за юношей, и никто больше не посмел преградить ему путь. Когда они вышли из узкого полутёмного перехода, слепящее полуденное солнце больно ударило по глазам.
Но Парк не стал зажмуриваться. Не отрывая взгляда от удаляющейся перед ним фигуры, он чувствовал, как грудь наполняет непонятное тёплое чувство, затопившее всё его естество без остатка.
Он знал: второкурсники наверняка смотрят им вслед, недоумевая, каким образом ему удалось снискать покровительство Шэнь Миллера. Парк впервые выпрямил спину перед этими дрянями, впервые отверг их унизительные, разбойничьи вымогательства. Казалось бы, самое время торжествовать победу, но ему вдруг стало абсолютно всё равно.
Вся тьма, гнездившаяся в его душе, рассеялась без следа, точно блики на воде.
Пройдя до серо-голубого здания, Шэнь остановился. Парк тут же поспешно замер на месте.
— Не переживай, сюда они не сунутся, — произнёс Шэнь, глядя на щуплого юношу. — Если кто-то снова попытается тебя донимать, найди меня или профессора Ника.
— Н-нет, что вы, они не посмеют! — выдохнул Парк. Он отлично знал, что эти трусливые шакалы нападают только на слабых. Перед именем Общества Сокола они ни за что не осмелятся явиться.
— Про-простите меня, — Парк внезапно низко согнулся, виновато зажмурившись. — Я... я вовсе не хотел втягивать вас в это. Мне правда очень жаль за причинённые хлопоты.
— Всё в порядке, никаких хлопот, — Шэнь мягко коснулся его плеча. — К тому же драк я всегда избегал — рукопашная никогда не была моей сильной стороной.
— Но... Общество Сокола... — пробормотал Парк, всё ещё сгорая от чувства вины.
— А разве власть и привилегии существуют не для этого? — Шэнь слегка пожал плечами. — Использовать положение не совсем честно, но один раз позволить себе исключение вполне допустимо.
В его глазах не было ни капли сомнений. Этот мир по своей природе подчинялся закону джунглей. По положению в обществе он стоял выше этих задир, и всё, что он сделал — применил против них то же оружие, каким они донимали слабых.
Исключение?.. Парк опешил.
Неужели такой человек, как он, мог стать чьим-то редким исключением?
Из-под спадавшей на лоб челки Парк украдкой подставил лицо под свет и почти с жадностью впился взглядом в Шэня.
Но тот не заметил этого пылкого взора. Его внимание отвлекла колонада Главного зала, и на обычно бесстрастном лице проскользнуло редкое удивление.
— Парк, скоро занятия. Возвращайся в аудиторию, — сказал Шэнь.
— А... а как же вы? Вы... не пойдёте? — тихо спросил Парк.
— Мне нужно кое-куда отлучиться.
Шэнь повернулся и направился прочь. Застыв у поворота лестницы, Парк сквозь чистое стекло окна наблюдал, как юноша подошёл к серебровласому мужчине. Поговорив пару минут, они вместе покинули территорию.
— Это же... Его Высочество Марс... — прошептал Парк.
В груди вспыхнула ядовитая, удушливая ревность, и он в исступлении стал кусать кончики пальцев. Лишь когда кожа лопнула и во рту разлился солоноватый вкус крови, он опустил руку.
«Да... всё верно. Я смогу. Наступит день, и я тоже добьюсь этого — стану для него самым нужным, самым полезным человеком».
Держась за перила, Парк медленно поднимался по ступеням, шепча заклинания собственной веры.
Он не станет бесполезной обузой. Он станет его опорой.
Даже если придётся отдать абсолютно всё, он станет подле того, кто превратился в его единственное божество.
* * *
— Ваше Высочество, что вы здесь делаете? — подойдя ближе, прямо спросил Шэнь, не скрывая недоумения.
— Я вообще-то тоже учащийся Академии Альбертус. Что в этом странного? — Марс улыбнулся.
— Это факультет для простолюдинов, Ваше Высочество, — Шэнь слегка нахмурился. — Учитывая ваше положение, вам стоит проявлять осторожность.
После недавней истории с кражей и участием полузверей Шэнь вовсе не считал академию безопасным местом.
— Шэнь.
— Слушаю вас, Ваше Высочество?
— Чем дальше, тем больше твои речи напоминают мне Ламберта, — в голосе Марса послышалась лёгкая насмешка. — Слушая вас обоих, можно подумать, будто я несносный мальчишка, который только и норовит где-нибудь нашкодить. Из-за любой мелочи поднимаете шум и продохнуть не даёте.
— Лишь потому, что и я, и Ламберт ставим безопасность Вашего Высочества превыше всего, — тихо вздохнул Шэнь. — Если бы вы проявляли хоть немного больше заботы о себе, нам бы не пришлось утомлять вас подобными нотациями.
— Неужели я и правда для тебя на первом месте? — в груди Марса что-то дрогнуло.
— Разумеется, — невозмутимо отозвался Шэнь. — Прямо сейчас я прогуливаю занятия, чтобы сопровождать вас. К слову, это мой первый прогул с самого начала учебного года.
— Ты никогда прежде не прогуливал? — изумился принц. — Как тебе вообще удаётся выносить эти бесконечные, скучнейшие лекции профессора Вэнгора?
— Вы имеете в виду курс «Истории географии и обычаев Священной Вии»? — уточнил Шэнь. — Если подумать, на прошлом занятии он невероятно подробно разбирал с нами генеалогическое древо императорской династии.
— Почему... именно «разбирал»? — лицо Марса приняло довольно странное выражение.
— Вероятно, профессор питает слабость к теориям заговора, — Шэнь слегка коснулся кончика носа.
— И до чего же он додумался? — не удержался от вопроса принц.
— Боюсь, вы будете не в восторге от его выводов, — Шэнь едва заметно вскинул бровь.
— Я клянусь родовым именем, что не стану его преследовать, какую бы ахинею он там ни нёс. Так идёт? — Марс поднял руку в примирительном жесте.
— Что ж... Он заявил, будто Ваше Высочество в детстве, должно быть, сильно ударились головой о камень. Именно поэтому вы питаете столь глубокую неприязнь к географии и не способны оценить дивную красоту природы.
Марс на мгновение замер с непередаваемой мимикой, после чего тяжело вздохнул, признавая поражение:
— Ладно, я прощаю ему эти инсинуации. В конце концов, я прогулял его предмет весь семестр, а потом ещё и попросил Ламберта выбить мне зачёт.
— В таком случае профессор вполне имел право на обиду, — кивнул Шэнь. — Посещение лекций — это дань уважения преподавателю.
— Можешь не намекать, назад в аудиторию я тебя всё равно не отпущу: ты нужен мне на весь остаток дня, — с улыбкой оборвал его Марс. — Не переживай, записка с подписью ректора уже у профессора Удира.
— У вас есть какое-то дело? — Шэнь ничуть не удивился. Было бы наивно полагать, будто Его Высочество приехал исключительно ради прогулки.
— Мы едем к герцогу Оскару, — сообщил Марс, когда они уже устроились в карете.
Шэнь слегка прищурился:
— Герцог Оскар согласился дать вам аудиенцию?
— Я не предупреждал его о визите, — спокойно ответил Марс. — Желающих встретиться с герцогом без счёта, но удаётся это лишь единицам. Если быть точным, после возвращения в столицу он не принял ни одного приглашения — ни от кого, кроме Её Величества Королевы.
— Выходит, принц Ферн тоже получил отказ?
— Именно, — подтвердил Марс. — Прослышав об этом, я и решил нанести ему личный визит.
Шэнь нахмурился. Поведение герцога Оскара Фредерика было недвусмысленным сигналом: он подчиняется исключительно Королеве и не намеревается принимать чью-либо сторону в борьбе за престол.
Однако для Марса это оставалось редчайшим шансом. Заручись он поддержкой герцога Оскара, расстановка сил мгновенно изменилась бы в его пользу.
— Едва ли герцога Оскара удастся переманить так легко, — заметил Шэнь.
Он знал настоящую природу герцога Оскара. Существо, прожившее столь долгую жизнь, невозможно склонить на свою сторону банальными ухищрениями.
— Я понимаю. Единственное, что я могу предложить — это предельная искренность, — Марс выглядел довольно непринуждённо. — В худшем случае нас просто выставят за дверь. Не думаю, что мне настолько не повезёт.
* * *
Резиденция герцога Оскара располагалась на самом краю столицы. В отличие от прочих аристократов, утопавших в праздности и роскоши, герцог выстроил свой замок на уединённом холме у самого берега реки Кекела.
Горожане утверждали, будто замок был возведён около тридцати лет назад. Однако Шэнь, окинув взглядом ансамбль ярких строений — терракотовые корпуса, кремовые колокольни, лазурные шпили, железно-серый собор, — сразу различил причудливую эклектику стилей из совершенно разных эпох.
Нет ни малейших сомнений: замок Фредерик стоял здесь веками и перестраивался не один десяток раз.
Как и предполагал Марс, их не стали держать у кованых ворот. Изящный юноша-дворецкий с утончёнными чертами лица провёл гостей внутрь и препроводил во дворец, вымощенный серым мрамором.
— Меня зовут Линьлинь, я управляющий замка Фредерик. Мы находимся в Зеркальном дворце, в резиденции Его Светлости, — голос молодого человека звучал необычайно приятно, заставляя даже простые фразы казаться чарующей музыкой.
Шэнь последовал за принцем в странный зал. В нём совершенно отсутствовали окна, зато все стены были усыпаны бесчисленными зеркальными мозаиками. Когда двери распахнулись и внутрь проник свет, комната озарилась тысячами переливающихся бликов, обратившись в сияющий нерукотворный чертог под ночным небом.
Мужчина с каштановыми волосами поднялся из-за стола и склонил голову в изысканном приветствии:
— Ваше Высочество Марс, добро пожаловать.
— Я искренне рад, что вы согласились принять меня, герцог Оскар.
Оба они опустились в кресла друг напротив друга. Шэнь сопровождал принца как слуга и свита, а потому по этикету ему полагалось удалиться вместе с Линьлинем, чтобы приготовить чай.
— Предоставьте это Линю. Вы — мой гость, — произнёс герцог Оскар.
Шэнь замер, услышав его слова. Управляющий вежливо кивнул ему, и Шэнь вернулся на место, заняв позицию за спиной принца.
— Герцог Оскар, как идут дела в Северных землях?
— Молитвами Её Величества Королевы всё продвигается весьма благополучно.
Линьлинь принёс на подносе горячий чай в фарфоровых чашках, расписанных золотыми растительными узорами. Шэня несколько удивило то, что приборов было четыре: две лишние чашки дворецкий поставил — одну на рабочий стол герцога, а вторую на столик подле пустовавшего кресла рядом с принцем.
Эта странность не сбила Марса с мысли. Шэнь молча слушал их беседу. Как второй принц Священной Империи Вия, Марс с рождения принадлежал к правящей верхушке и привык уверенно вести любой разговор, не упуская инициативы.
И на этот раз он был безупречен. Искусство дипломатии Марса состояло в умении подавать намёки без прямолинейного давления: каждый его довод тонко подталкивал герцога к союзу, не вызывая при этом чувства принуждения. Он говорил с уважительной серьёзностью, не оставляя сомнений в важности своих намерений.
Манеры принца были безукоризненны. Однако сидящий напротив мужчина оставался невозмутим, отвечая сдержанно и туманно.
Спустя час бесплодной беседы Марс слегка нахмурился и подвёл разговор к завершению, выразив намерение отбыть.
— Прошу вас, задержитесь на мгновение. Я приготовил для вас небольшой подарок, — проговорил герцог Оскар. — Линь как раз пошёл за ним.
Марс вежливо поблагодарил его за внимание, хотя про себя всё больше недоумевал от подобного приёма.
— Отведайте пока этого цветочного чая. Это особый сбор из Северных земель.
Шэнь видел, как Марс прикоснулся губами к краю чашки, сделав лишь символический глоток. И едва успел это сделать, как пальцы принца разжались, отпуская фарфор.
Но чашка не разбилась. Из пола метнулся тонкий стебель вьюнка, мягко подхватив её и бережно опустив на стол.
— Ваше Высочество, — Шэнь шагнул вперёд и тихо окликнул принца. Заметив, что Марс смежил веки и не откликается, он быстро проверил его дыхание.
— Что это значит, герцог Оскар? — Шэнь опасным образом прищурился.
— Присаживайся, — спокойно отозвался герцог Оскар. — Думаю, у нас есть о чём поговорить.
Шэнь выпрямился и опустился в кресло напротив, бросив холодный взгляд на дымящуюся чашку чая.
— Полагаю, Его Высочество Марс выразился более чем исчерпывающе. Вот только с вашей стороны я не вижу ни малейшей готовности к честному разговору.
— Всё верно, — ничуть не смутившись, признал герцог Оскар. — Ибо человек, с которым я намеревался вести переговоры — не он. А ты, Шэнь.