— Какое совпадение, — рассеянно пробормотал чёрный кот, помахивая хвостом. Вся эта глупая возня заботила его куда меньше, чем сливочный коржик в лапах.
— Стоит проверить, — помолчав, произнёс Шэнь. — И передай герцогу Оскару мой разговор: пусть держит мой секрет при себе.
— Из-за той девчонки, что приходила днём? — Кот слизнул с подушечки лапы остатки взбитых сливок и цыкнул: — До чего же ты бесчувственный. Вы ведь, как-никак, супруги.
Шэнь ничего не ответил.
Его молчание лишь подлило масла в огонь любопытства Хелайра. Рубиновые зрачки кота сощурились:
— Эльфийки славятся своей красотой среди всех рас. Бедняжка рыдала перед тобой, такая хрупкая и трогательная, а ты и бровью не повёл? Ни один нормальный мужчина так себя не ведёт.
— И как же, по-твоему, ведёт себя нормальный мужчина? — равнодушно спросил Шэнь.
— Разумеется, обнимает прелестную девушку, привлекает к себе и… прелестно проводит время, — со смыслом протянул Хелайр. — Разве головы мужчин забиты чем-то другим?
Шэнь лишь слегка пожал плечами, проигнорировав выпад.
— Не веришь? — Хелайр упрямо прыгнул Шэню прямо на голову. — Власть, деньги, красивые женщины… Я ещё не встречал смертного, способного вырваться из этих сетей.
— Здесь ты прав, — согласен был Шэнь. Человеческая натура порочна по своей сути, и удивляться тут нечему.
— Постой… тебе не нравятся женщины? — Хелайр вошёл во вкус и начал увлечённо гадать: — Я понял! Ты по мужчинам? Точно! Неудивительно, что ты согласился притвориться любовником того сереброволосого мальчишки, да ещё и к тому святоше… Ты что делаешь?! Эй, смертный! Кто разрешил тебе меня трогать?!
Шерсть на спине кота встала дыбом, и он превратился в шипящий комок. Шэнь поднёс руки и аккуратно снял задиру со своей головы.
Тельце оказалось удивительно мягким и лёгким, а мех — шелковистым и приятным на ощупь, что слегка удивило Шэня.
— Смертный, предупреждаю в последний раз: убери свои клешни! — Кот округлил алые глаза и глухо зарычал, выгнув спину.
Не желая доводить зверька до бешенства, Шэнь разжал пальцы. Кот тут же соскочил на стол.
— Ещё раз так сделаешь — отрублю обе руки!
— Тогда уйдёт слишком много крови, и я умру, — спокойно заметил Шэнь. — И некому будет покупать тебе сладости.
Хелайр запнулся, отвернулся и фыркнул:
— Подумаешь! Да среди людей полно желающих приносить мне подношения!
— А если я умру, тебе придётся меня исцелять. — Шэнь наклонился и достал из сумки небольшую коробочку.
— До чего же наглый! Думаешь, я вечно буду у тебя на посылках?! Смертный! Да я таких, как ты, в порошок… — Хелайр сыпал угрозами, но в самый разгар этой тирады ему в пасть влетел круглый чёрный шарик.
— Чем ты меня накормил?! — Кот уставился на невозмутимого юношу. Его глаза вспыхнули, а голос стал угрожающим: — Надеялся отравить? Ха! Неужели думаешь, человеческий яд подействует на меня?
— Яд? А я думал, тебе понравится. — Шэнь отправил такую же конфету себе в рот. Приторно-сладкий, насыщенный вкус заставил его слегка нахмуриться.
Хелайр замер. В следующее мгновение волна невероятного, божественного вкуса захлестнула его рецепторы. Он поверить не мог, что эта незамысловатая чёрная горошина окажется столь восхитительным лакомством. В его личном рейтинге сладостей этот шедевр моментально взлетел на самую вершину.
— Что это? — не удержался кот.
— Кажется, называется чоколатль. В составе тростниковый сахар, мёд, корица, ваниль и плоды заморского дерева — какао, — Шэнь пододвинул коробочку ближе к коту. — Это Фиона дала мне в знак благодарности.
Кот гипнотизировал коробочку взглядом. Потихоньку выудив лапой ещё одну конфету, он отправил её в рот, и его хвост непроизвольно заходил из стороны в сторону.
— Это… всё мне?
— Да. Я не особо люблю сладкое.
Не обратив внимания на смущение Хелайра, Шэнь достал ключ, отпер выдвижной ящик и вытащил исписанные черновики с расчётами Парка.
— Опять за свои изыскания? Ну и скучная же у тебя жизнь. Никаких развлечений, сплошная рутина.
— А то, что было только что, за развлечение не считается? — Шэнь протянул руку.
Хелайр скривился, но достал половинку божественного ядра, которую хранил у себя, и бросил её юноше в ладонь.
— Спасибо, — сказал Шэнь.
Кот буркнул что-то неопределённое, посмотрел на исписанные непонятно какими знаками листы и тут же потерял к ним интерес.
— Тебе бы глаз с него не спускать.
— О чём ты? — Шэнь отвлёкся от бумаг.
— Я про того низкорослого, похожего на крота, — небрежно проговорил Хелайр. — В нём затаилась страшная сила. Он из тех редких упрямцев, что одержимы своей целью до безумия.
— Ты о Парке? — Шэнь на мгновение задумался. — Заришься на его душу?
— Я что, по-твоему, совсем себя на помойке нашёл? Хотя… пахнет его душа и впрямь аппетитно, — Хелайр кашлянул, возвращаясь к теме: — Словом, на вашем языке таких называют законченными психами. Если он сорвётся с нарезки, то пойдёт на всё что угодно.
— Понимаю, — кивнул Шэнь.
— Он уже взял тебя на прицел, — усмехнулся кот. — Ты ведь даже не подозреваешь, что он последние две ночи спит прямо под твоей дверью.
— Вот как? — Шэнь слегка удивился.
— И тебя это не пугает? — Хелайр недовольно сощурился.
— Коридор — общественное место. Где ему спать — его личное дело, — спокойным тоном ответил Шэнь. — Пусть делает что хочет, пока это не мешает моей работе.
— Очень благородно звучащие слова, а на деле тебе просто нужен его талант, — фыркнул кот, закатив глаза. — Впрочем, я тебя предупредил.
— Спасибо, я учту, — Шэнь вернулся к расчётам, всем видом показывая, что тема закрыта.
— Ты над этим бьёшься уже почти месяц. Есть хоть какой-то толк? — Чёрный кот, видимо устав стоять, улёгся на столе, свернувшись полукольцом вокруг коробочки с чоколатлем.
— Пока ясно лишь то, что не хватает проводника, способного стимулировать активность, но конкретного решения нет, — Шэнь качнул головой. — Парк зашёл в тупик на том же месте. Перепробовав тридцать шесть видов реактивов с разной активностью, он пришёл к выводу, что задача не имеет решения.
— Значит, никакой он не гений.
— Если бы я не видел всё своими глазами, то склонился бы к той же мысли. Даже профессор Ник — величина в алхимии — так и не смог справиться с Нулевым веществом. — Шэнь посмотрел на Хелайра. — Как думаешь, кому под силу расколоть твоё божественное ядро? Богу Света?
— А кому ещё? — в голосе кота прорезалась лютая злоба. — Кто ещё, кроме этого старого пня?
— Расскажешь? — как бы между прочим спросил Шэнь. — Что за вражда между вами?
Кот промолчал. Он повернулся спиной, его тонкий хвост вытянулся в струну и замер. Он уклонился от ответа, хотя понимал: с тех пор прошли уже сотни лет.
* * *
Замок Эверез
«Эверез» на древнем наречии означало «неиссякаемый поток». Великий герцог Генри сидел в подземной сокровищнице, среди гор золотых монет. Уединяться здесь было его главной страстью: каждый день он проводил тут немного времени, наслаждаясь тишиной. Ослепительный блеск золота наполнял душу умиротворением и в то же время распалял жажду новых богатств.
И это имело для него первостепенное значение. Пусть он и слыл богатейшим человеком Священной Империи Вия, в мире оставалось ещё слишком много денег, которые ему только предстояло прибрать к рукам.
«Деньги всемогущи» — таков был незыблемый девиз герцога. Всякий раз, отдавая себе отчёт в масштабах своего состояния, он искренне верил, что ему подвластно абсолютно всё.
Однако сегодня в его поведении сквозила явная тревога.
— Имперский суд отдаёт рудник Сислин?! У этого судьи совсем мозги усохли? — сдавленным от гнева голосом прорычал Генри. — Разве я не приказывал всё уладить?
— Учёный Пристли ведёт затворническую жизнь, да и командующий Вудсис от него ни на шаг не отходит, так что подступиться к нему не было никакой возможности, — барон Систер низко поклонился, на его лбу выступили капельки пота. — Мы рассчитывали затянуть процедуру передачи, но кто же знал, что госпожа Мари передаст права на рудник сегодня на рассвете!
— Что?! — Пальцы герцога сжались в кулак. — Мари Виктория… О чём эта дура думает?! Ни единого слова со мной не обговорила! Она ничем не лучше своего сынка — такая же взбалмошная тварь, верить ей нельзя ни в чём. Она хоть понимает, чем грозит утечка информации?!
— Ваша Светлость, она всего лишь женщина… К тому же дом Кабед уже далеко не тот, что прежде.
— Знаю я! Кто бы мог подумать, что её калека-приёмныш так неожиданно закроет глаза… Он-то, пожалуй, оказался единственным умным человеком среди них, — хмыкнул великий герцог. — А семья Кабед доживает последние дни.
— Совершенно верно, Ваша Светлость, — поддакнул барон Систер. — Но можете не волноваться: по нашим данным, рудник, который передала госпожа Мари, давно выработан. Никаких записей о прошлых сделках она не вела, так что герцогу Оскару вряд ли удастся нащупать хоть какую-то зацепку.
— Записи? Да плевать я хотел на эти бумажки! — Великий герцог с силой стукнул кулаком по ладони. — Я хочу знать причину! С чего вдруг герцог Оскар ни с того ни с сего нацелился на Сислин?! Кто-то проболтался? Или у него уже есть доказательства?! Чего он добивается, черт возьми?! Ты это понимаешь, Систер?!
— Понимаю, Ваша Светлость. Я немедленно всё разузнаю, — барон нервно сглотнул.
— Помни: действовать осторожно. Ни в коем случае, слышишь, ни в коем случае не переходи ему дорогу, — строго чеканил великий герцог. — Её Величество Королева слепо ему доверяет, и ты должен понимать, чем это чревато.
— Слушаюсь. — Систер уже почти отступил к дверям, когда Генри неожиданно окликнул его:
— Кстати, как поживает твоя сестра Хелен?
Барон запнулся:
— Хелен… она учится.
— В каком заведении?
— В Женской академии Священства Блисс.
— О, прекрасное место для воспитания благородных девиц, — одобрительно кивнул великий герцог. — Если мне не изменяет память, супруга герцога Оскара скончалась уже много лет назад…
— Ваша Светлость, Хелен… ей ведь всего шестнадцать, — превозмогая страх, вымолвил барон.
— Шестнадцать? Моя сестра в семнадцать лет стала императрицей Священной Вии, и только благодаря этому не успело ей исполниться и тридцати, как она взошла на престол единственной королевой в истории нашей страны! — Великий герцог нетерпеливо взмахнул рукой. — Иди.
— Слушаюсь, — Систер сжал кулаки так, что побелели костяшки, и покинул сокровищницу.