— Скажите, что вы ищете, госпожа, и я помогу, — тихо предложил Дженисс.
— Духи... Где же эти проклятые духи... — непрестанно бормотала госпожа Мари. Голос её звучал низко и шипяще, словно змеиный свист.
— Госпожа, вся ваша парфюмерия хранится здесь. — Дженисс достал из шкафа тяжёлую деревянную шкатулку и, поднеся её к Мари, слегка склонил голову: — Какая именно вам нужна?
Ответа не последовало. Госпожа Мари, не слушая слугу, запустила обе руки в шкатулку и принялась судорожно в ней рыться.
Лишь когда её пальцы сомкнулись на хрустальном флаконе в форме изящного лебедя, суетливые движения резко прекратились.
— Госпожа? Что-то не так? — осторожно спросил Дженисс.
Он узнал этот странный флакон. Много лет назад его подарил госпоже Мари ныне покойный виконт Шэнь.
— Ничего, — отмахнулась Мари.
В воздухе мгновенно разлился густой, дурманяще-сладкий аромат. То ли подействовала умиротворяющая магия «Ладэля», то ли сам запах вернул ей душевное равновесие, но госпожа Мари заметно успокоилась и обрела привычную холодную сдержанность.
Сжимая флакон, Мари плавно подняла руки. Дженисс на мгновение замешкался, но тут же быстро зашёл со спины и принялся распутывать тугие шнуровки на её платье.
— Дженисс, — вдруг подала голос госпожа Мари. — Ведь все эти духи, по сути, одинаковы. Сколько ни изощряйся, вытяжка всё равно берётся из одних и тех же цветов.
— Вы абсолютно правы, госпожа, — не раздумывая, поддакнул Дженисс, хотя понятия не имел, к чему заведён этот разговор. — Все они мало чем отличаются друг от друга.
— Вот именно... И чему тут удивляться? Обыкновенный ирис, эка невидаль. В нашем саду этого добра пруд пруди, — прошептала Мари, сбрасывая тяжёлое платье.
Она соскользнула на кушетку и томно откинулась на мягкие подушки, словно беседуя с самой собой.
— Приготовить вам ванну? — тихо спросил Дженисс.
— А где Эрикс? — Мари внезапно встрепенулась и резко села. — Праздничные каникулы уже начались, почему он всё ещё не вернулся из академии?
— Молодой господин Эрикс... — Дженисс запнулся. — Он приезжал сегодня...
— Приезжал? — Госпожа Мари гневно нахмурилась. — Что значит «приезжал»?
— Молодой господин заглянул в усадьбу на закате, — осторожно подбирая слова, ответил Дженисс. — И сказал, что отправляется в Западные земли.
— Что?! — Голос Мари сорвался на визг. — Какого чёрта ему делать в Западных землях?!
— Молодой господин не объяснил причин, — служанка опустила голову, пытаясь говорить как можно мягче. — Он был со своими академическими друзьями — похоже, они заранее договорились о поездке. Они поужинали, после чего господин Эрикс навестил мисс Лилиан. Ему очень не понравилось лечение, которое назначил лекарь, и из-за этого даже вспыхнула ссора.
— Что за бред ты несёшь?! Почему вы его не задержали? Почему не заставили дождаться меня?!
— Господин Эрикс категорически отказался оставаться...
— Враньё! — Мари замахнулась и отвесила Дженисс звонкую пощёчину. — Это его дом! С какой стати ему сбегать отсюда?!
— Я... я не знаю! — Дженисс рухнула на колени, не смея поднять глаз на перекошенное яростью лицо госпожи. В голове её вдруг вспыхнули слова, сказанные кем-то накануне: — Может... может быть, дело в мисс Лилиан...
— В Лилиан? Эта тварь что, снова заговорила?!
— И-иногда... она может произнести пару слов... — Дженисс окончательно сжалась в комок у её ног.
Острый каблук с силой опустился прямо на тыльную сторону её ладони. Дженисс до крови прикусила губу, лишь глухо застонав от дикой боли.
Грохнула содрогнувшаяся дверь. Дженисс с трудом перевела дыхание — пытка на сегодня окончилась, госпожа Мари стремительно удалялась по коридору.
Дверь снова тихо скрипнула. Кто-то подошёл ближе и осторожно помог девушке подняться.
— Дженисс...
— Спасибо вам, — прошептала она, подняв глаза на старого управляющего.
— У госпожи снова приступ гнева? Я слышал шум, пока стоял за дверью, — сочувственно вздохнул старик.
— Должно быть, на приёме что-то произошло, — тихо ответила Дженисс, баюкая покалеченную руку. Тыльная сторона ладони уже налилась багровой опухолью.
— Сильно досталось? Снова она на тебе сорвалась? — Управляющий тяжело, сокрушённо охал.
— Пустяки. Стерпится... Я давно привыкла, — качнула головой Дженисс.
— Вот и ладно. Ты только не держи зла на госпожу. Она так поступает вовсе не потому, что ты в чём-то виновата. Не бери в голову и не терзай себя.
— Да, — кивнула служанка. — Я всё понимаю. Вы правы: госпожа просто больна. Ей тяжело, вот она и ищет, на ком отвести душу.
— Вот-вот, именно так! Все эти безумства — не её настоящая воля, — с облегчением подхватил старик.
— Госпожа дала мне крышу над головой, кусок хлеба и работу... С моей стороны было бы неблагодарностью таить обиду.
— Рад, что ты разумная девочка. А теперь мне пора: кажется, госпожа направилась прямиком в покои мисс Лилиан, — управляющий занервничал. — Как бы беды не вышло. Бедняжка Лилиан и без того едва дышит...
— Я с вами, — немного подумав, решила Дженисс и шагнула вслед за ним.
Старик лишь кивнул. Подняв масляные фонари, они спешно устремились к крылу, где лежала больная. Но стоило им ступить на площадку третьего этажа, как до ушей донёсся полный отчаяния, раздирающий душу девичий крик — предсмертный хрип угасающего соловья.
— Быстрее! — Чувствуя недоброе, они прибавили шагу, устремившись к двери в самом конце коридора.
Вдруг из окна одной из проходных комнат ударил сноп ледяного, слепящего света. Управляющий и Дженисс инстинктивно заслонили лица руками.
Оглушительный треск разрываемого металла на мгновение лишил их слуха. Сокрушив тяжёлую кованую дверь, из покоев мисс Лилиан бурлящим зелёным потоком выхлестнули цепкие, хищные стебли плетистых растений.
— Что за дьявольщина?! — Коридор мгновенно заволокло беснующейся зеленью. Заметив, как усеянная шипами плеть рванулась к Дженисс, старик в последний миг втащил её в боковую комнату и захлопнул дверь.
Дженисс стояла ни жива ни мертва, изо всех сил пытаясь перевести дыхание после едва не случившейся гибели. Она уже открыла рот, чтобы по