За окном шумел дождь. Едва прошла минута, как мелкая морось переросла в ливень, с шумным гулом колотивший по оконным стёклам.
Юноша, доселе неподвижно лежавший на кровати, резко вздрогнул, будто повинуясь соматическому рефлексу. Двоих, дежуривших у его постели, этот порыв заставил опешить: комната мгновенно накрылась тонким, слегка мерцающим золотистым пологом защитного барьера.
— Неужели это и есть гениальность? — Эйлин прикрыла ладонью рот. — Использовать магию даже во сне?
— Для истинно одарённых магия — такой же естественный инстинкт, как дыхание. — Ламберт слегка нахмурился, переводя взгляд на окно. — Должно быть, его спровоцировал шум дождя. Тело среагировало автоматически.
— Бедняжка... Пойду разбужу его, — Эйлин подалась было вперёд, но Ламберт перехватил её за запястье.
— Он всё ещё в состоянии боевой готовности, — сухо остудил её пыл Ламберт, потянув девушку назад. — Не приближайся без нужды. Дай ему опомниться самостоятельно.
— Поняла-поняла, — тихо ойкнула та.
Видя её беспечность, Ламберт лишь недовольно поджал губы:
— Коли ничего не соображаешь, не проявляй самоуправства. На первом же занятии вам чётко объяснили, насколько опасна магия.
— Ладно тебе, ладно. Ты, как всегда, прав. Всё, стою и не шелохнусь, — Эйлин шутливо всплеснула правой рукой.
Ламберт на мгновение замер, затем отпустил её запястье и шагнул к кровати, на которой метался темноволосый юноша.
— Эрикс, проснись. Ты в безопасности, — обратился Ламберт к юноше, чьи брови были судорожно сжаты. — Вы с Шэнем выбрались из развалин.
— Шэнь... Шэнь... Шэнь... — губы Эрикса дрогнули, шепча одно и то же имя.
— Шэнь Миллер в полной безопасности. Ты справился. Ты защитил его, — продолжал Ламберт, пытаясь успокоить взвинченное сознание юноши. — Расслабься, никакой угрозы больше нет.
Слова подействовали: напряжение на лице темноволосого юноши спало, золотистый полог растаял в воздухе. Спустя мгновение Эрикс тяжело разомкнул веки.
— Шэнь... — произнёс он, глядя на стоящего перед ним человека. — Шэнь...
— Вот уж воистину братская любовь — едва очнулся, а на уме лишь одно имя, — звонкий, ироничный голос девушки заставил Эрикса окончательно прийти в себя.
— Вице-председатель... Ламберт? — Зрение прояснялось. Вместо груды обломков и душной пыли он лежал в тесной, скромно убранной комнатке. — Студентка Эйлин?
Резкая смена обстановки казалась нереальной. Если бы не тяжелая въевшаяся копоть в носоглотке, он решил бы, что всё произошедшее — лишь кошмарный сон.
— Тебе не кажется, — Эйлин протянула ему бурдюк с водой. — Это было чертовски опасно. То, что вы двое выкарабкались — самое настоящее чудо.
— Шэнь... Как Шэнь? — спохватился Эрикс.
— С ним всё в порядке, — ответил Ламберт. — По крайней мере, выглядит он куда лучше тебя.
— Но он же был тяжело ранен! — Зрачки Эрикса сузились, он вгляделся в собственные ладони. — Было столько крови... Я думал, он...
— Обычные поверхностные ссадины, — перебил его Ламберт, замечая, как юноша снова начинает взвинчивать себя. — Будь его раны смертельными, он не смог бы вытащить тебя на себе через водосточную трубу.
— Вы хотите сказать... Шэнь?.. — Эрикс замер в замешательстве. Объяснение Ламберта внушало ещё большее беспокойство. — Но как?.. Он же был так слаб...
— Я сам принёс тебя сюда, — дверь отворилась, и в комнату вошёл Шэнь. После того как он смыл грязь и копоть, к нему вернулся прежний безупречный вид. — Если честно, Эрикс, ты довольно тяжёлый.
— Боги мои... — Эйлин прикрыла рот, тихо ахнув. — Раньше из-за грязи и не разглядела... А ведь младшекурсник Шэнь выглядит точь-в-точь как принц.
Ламберт издал неопределённый, глухой смешок и молча вышел из комнаты.
Эйлин на секунду опешила, затем помахала остающимся рукой и выскользнула вслед за ним, деликатно притворив дверь.
— К счастью, возле руин мы наткнулись на вице-председателя, иначе пришлось бы туго, — Шэнь присел на стул возле кровати, не сводя глаз с понурившегося юноши. — Что с тобой?
Эрикс лишь качнул головой.
— Плохо себя чувствуешь?
— Нет... — Эрикс прижал ладонь к глазам, будто пытаясь укрыть захлестнувшие его чувства. — Я...
В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь размеренным стуком дождя по окну. Шэнь не торопил его, не перебивал — он просто терпеливо ждал.
— Извини, — с трудом переведя дыхание, вытолкнул Эрикс, пытаясь унять странную, спазматическую боль в пищеводе. — Я просто хотел сказать... как же хорошо, что ты жив... Правда... До чего же хорошо.
Он никогда прежде не испытывал ничего подобного. Словно давно отнятая, отсечённая часть его самого вдруг заново проросла в груди. Ошеломительное облегчение, ликование от обретения утраченного.
— Я здесь, — Шэнь тихо вздохнул и протянул руку к вздрогнувшим плечам юноши. — Хочешь убедиться сам?
Эрикс опешил, но всё же сжал его длинные, чистые пальцы. Рука Шэня была прохладной, почти холодной, но стоило им соприкоснуться, как по телу Эрикса разлилось непередаваемое тепло.
«Я рядом. Перестань попусту тревожиться».
Непостижимое ощущение: им не требовались слова — одного этого простого прикосновения хватало, чтобы без труда понять чужие мысли, словно между ними существовала невидимая ментальная связь.
— Отдохни ещё немного, — Эрикс прилёг на подушку. Он отчётливо осознавал всю странность, всю ненормальность их отношений с Шэнем, но всё равно невольно тянулся к нему, ища опоры.
Словно привычка, впитавшаяся в кровь за долгие годы.
— Твоя магия ещё не восстановилась. Когда снова откроешь глаза, мы покинем эти места и вернёмся в столицу, — Шэнь поднялся, поправил одеяло и направился к выходу. — Ни о чём не беспокойся. Ты выполнил поручение Его Высочества Марса.
Он слегка кивнул лежащему на кровати юноше. Эрикс послушно смежил веки.
Шэнь тихонько закрыл за собой дверь.
Вернувшись в свою комнату, Шэнь застал Эйлин, от скуки крутившую пальцы на стуле, и Ламберта, с хмурым видом ожидавшего его прямо у порога.
— Поешь, — Ламберт кивнул на стол, где остывала миска с привычным картофельным пюре и свининой.
— Спасибо, — не стал отказываться Шэнь. Перенеся столько испытаний, он был голоден как волк.
— Ну а теперь рассказывай. Что вы нашли в руинах? — спросил Ламберт.
Шэнь взял деревянную ложку и медленно размешал кашеобразное месиво в тарелке.
— Под замком находилась частная тюрьма. Барон Торан долгое время промышлял торговлей гражданами второго сорта.
— Хочешь сказать, трагедия в деревне Найкеске — дело рук самого Торана? — Ламберт нахмурил брови. — У тебя есть доказательства?
Шэнь перевёл взгляд на лежавший в углу ошейник слежения.
— Кроме этого ошейника, что я вытащил, всё остальное погребено под завалами.
— Но это бессмыслица, — Ламберт недоумевал. — В чём выгода? У Торана тысячи акров хлопковых полей. Зачем ему продавать основную рабочую силу, обрекая себя на убытки в будущем? Это же прямые убытки.
— Вы правы, урожайность хлопка здесь отличная, а субзверолюди физически куда выносливее обычных людей, — кивнул Шэнь. — Полагаю, большинство жителей деревни Найкеске уже выработали установленную империей пожизненную норму. А до тех пор они были обязаны отдавать местному лорду восемьдесят процентов урожая.
— А по новым налоговым ставкам они должны сдавать лишь сорок? — ошеломлённо уточнил Ламберт.
— Именно. Для барона Торана это означало, что начиная с этого года его доходы урежутся вдвое, — спокойно пояснил Шэнь. — Если же продать субзверолюдей на чёрном рынке, он срубит куш. Мало того: если деревня сожжена разбойниками, империя выделит ему субсидии и освободит от налогов. Куш выходит колоссальный.
— Неудивительно, что у него на столе были такие изысканные кушанья. Вся усадьба выстроена на грязные деньги, — Эйлин скривилась, имитируя рвотный позыв.
— А землетрясение? Его рук дело? Чтобы замести следы? — спросил Ламберт.
— Избавиться от такого количества субзверолюдей не так-то просто, — Шэнь качнул головой. — Кабы дело было только в уликах, ему незачем было сравнивать собственный замок с землёй.
— Тогда ради чего?
— Его замысел раскрыла другая сила. Жителей деревни спасли.
— Другая сила?
— Вполне возможно, ополчение субзверолюдей. Потому-то барон Торан и посмел состряпать байку о побеге крестьян, — Шэнь неторопливо орудовал ложкой.
— Как бы то ни было, он нарушил законы Священной Империи Вия, — в глазах Ламберта вспыхнул ледяной огонь. — И тут явно замешан принц Ферн. Иначе как бы барон Торан в одиночку сбыл такую ораву рабов-субзверолюдей?
— Куда вы, вице-председатель? — окликнул его Шэнь, видя, что тот направился к выходу.
— Схвачу Торана и доставлю в столицу на суд, — отрезал Ламберт.
— Торан — дворянин. Для ареста аристократа нужен указ с личной подписью Её Величества Королевы, — всё так же хладнокровно заметил Шэнь. — К тому же прямых улик у вас нет. Если допустить ошибку и упустить Торана, пострадает репутация Его Высочества Марса.
— И ответственность за это никто из нас взять не сможет.
— Шэнь Миллер, — Ламберт резко оглянулся, голос его звучал глухо и угрожающе. — Что ты себе позволяешь? Указываешь мне? Ты, простолюдин?
— Вице-председатель Ламберт. Я лишь рассчитываю, что вы сохраните хладнокровие, а не станете тешить личную неприязнь при исполнении служебного долга, — Шэнь отложил ложку и сцепил пальцы в замок. — Бесспорно, ваше происхождение куда знатнее моего. Однако расследование событий в деревне Найкеске Его Высочество Марс поручил мне, и я обязан довести его до конца.
— Хочешь прикрыться именем принца? — Ламберт стиснул зубы.
— Вовсе нет. Я лишь полагаю, что вам стоит глубоко задуматься над замыслом Его Высочества, — Шэнь поднялся из-за стола и посмотрел Ламберту прямо в глаза. — Почему принц не смог со спокойной душой доверить это дело вам?