— Парк, — тихо позвал Шэнь.
Ответа не последовало. Сидевший за столом юноша, казалось, полностью погрузился в собственный мир алхимических расчётов. Шэнь не стал окликать его снова — лишь бесшушно встал за спиной и пробежал взглядом по строчкам плотных математических выкладок.
— Нет, не то... Всюду огрехи. Должен же быть способ нейтрализовать этот эффект, — исписав последний лист, пробормотал юноша. Спокойствие мгновенно сменилось вспышкой раздражения. Он нервно переложил перо из левой руки в правую, до крови искусанными пальцами вертя ствол, пока левая кисть бессильно опустилась, беспорядочно сжимаясь и разжимаясь.
Спустя мгновение его правая рука замерла, а левой он вывел на бумаге длинный ряд цифр.
— Дисбаланс... Как это возможно? Опять ошибка! — Парень стиснул зубы и с силой нажал на перо, собираясь напрочь перечеркнуть последние строки.
Но чья-то ладонь накрыла его руку, остановив занесённое перо.
— Хватит, Парк.
— Заткнись, не меш... — договорить он не успел. Осознав, кто перед ним, Парк испуганно осёкся.
Он замер, словно спугнутый кролик, мелкой дрожью содрогаясь всем телом.
— Успокойся. В таком состоянии продолжать нельзя, — Шэнь осторожно забрал перо из ослабевших пальцев и отложил в сторону.
— Ш-Шэнь... — тяжело дыша, выдавил Парк. Голос его дрожал, а в глазах плескалась паника. — И-извини... Я не хотел... В смысле, всё совсем не так, как ты думаешь... Я...
Он застыл, неловко переминаясь и судорожно вспоминая, как вёл себя секунду назад.
— Ты слишком взвинчен.
— Д-да... Ты прав, слишком, — бледнея, пробормотал Парк.
— Выпей воды.
— С-спасибо...
Юноша потянулся за стаканом, но дрожащие пальцы не удержали стеклянные стенки.
— Осторожно, — Шэнь успел подхватить стакан снизу, подперев его пальцами.
— Прости, прости... — сбивчиво шептал Парк. Сглотнув, он уставился на то место, где их пальцы соприкоснулись. Желая заглушить нарастающий внутри жар, он вцепился в стакан и жадно осушил его в несколько глотков.
— Ещё налить? — поинтересовался Шэнь.
Парк не смог вымолвить ни слова — спрятанные под чёлкой уши вспыхнули пунцовым морозцем. Он лишь судорожно кивнул.
Светло-алая струя с тихим журчанием устремилась из кувшина в чашку. Тепло, разлившееся по ладоням, постепенно отпускало сковавшие его тело спазмы.
— Сколько ты уже здесь просиживаешь? — Шэнь оглядел царивший в лаборатории хаос.
— Не... не знаю... Наверное, день... В пятницу, когда профессор Ник уехал, я остался один... А может, два дня... — с трудом подбирая слова, ответил Парк.
Шэнь тихо вздохнул:
— Парк, сегодня понедельник.
— Понедельник?.. Как понедельник?! — Юноша хлопал глазами, глядя на него с полнейшим изумлением. Залёгшие под глазами тёмные круги выдавали предельное истощение.
— Именно. Ты не вылезаешь отсюда почти трое суток. — Шэнь нагнулся, собирая разбросанные по полу исписанные листы.
— Трое суток? Так профессор Ник вот-вот вернётся!
Схватившись за голову, Парк опомнился и, увидав, что Шэнь прибирает за ним мусор, подскочил на ноги:
— Я сам!..
Но перед глазами вспыхнула тьма. Голова пошла кругом, земля ушла из-под ног, и он тяжело рухнул обратно в кресло.
Очнувшись, Парк ощутил во рту приторно-сладкий вкус густого сиропа. Пошевелив затекшими плечами, он понял, что лежит головой на столе.
— Посиди так ещё немного, — раздался голос Шэня. Он сидел напротив. — Ты трое суток толком не спал и ничего не ел. Организм на пределе.
— П-прости... Из-за меня одни неприятности, я совсем потерял счёт времени, — уткнувшись лицом в скрещенные руки, Парк краем глаза разглядывал точёный профиль юноши. — Просто... безумно хотелось найти решение. Будто бес попутал.
— Почему ты решил заняться... Нулевым веществом? Профессор Ник дал такое задание? — Шэнь запнулся. — Прости, я случайно взглянул на твои чертежи, пока собирал бумаги.
— Нулевым веществом? А что это? — Парк приподнял голову, искренне недоумевая.
— Та самая материя, свойства которой ты пытаешься вывести, — Шэнь чуть нахмурился. Юноша явно не притворялся, он действительно слыхом не слыхивал об этом термине. — Я видел, как ты рассчитывал её базовые характеристики.
— О... Так это ты её так назвал? Я знал! Я так и знал, что ты поймёшь мою гипотезу! — Парк мгновенно воодушевился, в его тусклых перед этим глазах вспыхнул фанатичный огонёк.
— Гипотезу?
— Ну да! Ты ведь тоже веришь, что в мире есть некая субстанция, способная бесконечно преобразовывать магию? — Голос юноши зазвенел от восторга. — Поэтому, когда мы спорили о Пятом элементе, ты и посоветовал мне «Принципы мудреца»! Ты натолкнул меня на мысль, что теология — лишь производная от ритуальной магии, и предложил вывести первооснову...
Дорвавшись до единственного человека, способного его выслушать, Парк с неистовым азартом выплескивал свои безумные идеи.
Шэнь слушал молча, сохраняя безупречно спокойное выражение лица, но в душе его бушевала буря.
Всё сказанное Парком было правдой — он действительно давал ему эти подсказки. Но то были лишь случайные замечания, брошенные мимоходом после переосмысления фундаментальных законов алхимии. Чтобы доказать эту гипотезу, нужно было сначала зафиксировать сам факт существования Нулевого вещества.
Шэнь был абсолютно уверен: Парк ничего не знал о Нулевом веществе, а профессор Ник не мог давать ему подобные инструкции. Не имея на руках никаких данных, опираясь лишь на пару случайно роненных фраз, этот парень сумел чисто теоретически выстроить концепцию Нулевого вещества.
Гений. Или безумец.
Связать воедино совершенно несовместимые вещи — таков дар гения. Но слепо верить в случайное замечание и положить жизнь на его доказательство — черта настоящего сумасшедшего.
— Ты невероятно одарён, Парк, — произнёс Шэнь после недолгой паузы.
Парк оторопел от такой похвалы. Губы его задрожали, он не знал, куда девать глаза.
— Но эти изыскания смертельно опасны. Ты понимаешь?
— Опасны?.. — не понял юноша.
— Магия всегда оставалась привилегией избранных. А твоя работа ставит под угрозу их монополию, — тихим, но весомым тоном отчеканил Шэнь. — Ты замахиваешься на их власть.
— Н-нет, я не хотел... Я просто хотел разобраться в законах... — Лицо Парка мгновенно побледнело, до него наконец дошёл истинный смысл этих слов. — Я ничего дурного не задумывал, правда...
— Вряд ли они захотят вдаваться в твои намерения, — взгляд Шэня потемнел.
— Я знаю... — Юноша снуло опустил голову. — Я всё понимаю.
Он привык, что окружающие считают его угрюмым чудаком. Пренебрежение, насмешки, косые взгляды — ему всегда было на это плевать. Главное...
— Но ты ведь веришь мне, Шэнь? Ты же понимаешь меня? — Парк вскинул на него умоляющий взгляд, похожий на взор грешника перед исповедью.
— Разумеется. Я знаю, что ты делал это без злого умысла, просто из любви к науке.
Облегчённо выдохнув, Парк слабо улыбнулся:
— Этого мне достаточно.
— И всё же исследования придётся свернуть. Никому не рассказывай о них, я опасаюсь за твою жизнь.
— Хорошо, я всё брошу, — разгорячившись от такой заботы, Парк послушно закивал.
— А твои чертежи нужно...
— Уничтожить! В печь их, прямо сейчас! — испуганно перебил Парк. Ему не жаль было трудов, положенных на эти расчеты; словно перед ним лежала стопка бесполезной макулатуры.
— Сжигать такой труд — кощунство. Если ты не против, я могу забрать их себе на хранение. Вдруг когда-нибудь тебе представится случай вернуться к этой теме, — мягко предложил Шэнь.
— Да, конечно, забирай! — Парк прикусил губу. Какое уж тут «против» — он лишь с тайной завистью следил за тем, как тонкие пальцы Шэня касаются бумаги. На мгновение ему захотелось самому оказаться на месте этих исписанных листов.
— У тебя есть занятия утром? — между делом спросил Шэнь.
— Д-да, есть.
— Время как раз подходящее. Пойдём позавтракаем вместе? — Шэнь глянул на часы.
— А... можно? В смысле... я правда могу с тобой...
— Ну а почему нет? — улыбнулся Шэнь. — Пока меня не было, ты подменял меня перед профессором Ником. Угостить тебя завтраком — меньшее, что я могу сделать.
— Да что ты, не стоит... — Сдерживая ликующую улыбку, Парк последовал за Шэнем из лаборатории.
— Зайду к себе, занесу бумаги, — Шэнь кивнул на стопку чертежей в руках.
— Х-хорошо, — кротко отозвался Парк.
Он давно знал, где находится комната Шэня, но никогда не смел к ней приближаться. Для него это место было святилищем, святотатствовать в котором рядовому смертному строжайше воспрещалось.
— Подожди секунду, — Шэнь вставил ключ в замок и повернул его.
Парк в волнении потёр ладони. Сейчас он увидит святая святых!
Строгие, вычищенные до блеска шторы, идеальный порядок на рабочем столе, аккуратные ряды увесистых фолиантов по алхимии на дубовых полках... Всё пространство комнаты обязано дышать духом безупречного разума и академической строгости — точно так же, как и её хозяин.
Так рисовало его пылкое воображение. Но едва дверь распахнулась, иллюзия со звонким хрустом разлетелась вдребезги.
Там действительно висели аккуратные шторы, стоял прибранный стол, а на полках теснились академические фолианты... Но откуда в комнате взялся черноволосый мужчина с голым торсом?!
— Шэнь, ты куда с утра пораньше пропал? — радостно воскликнул незнакомец. — Представляешь, в мире реально существуют коты, которые едят сладости! Все вчерашние десерты как корова языком слизала!
Коты-сладкоежки?.. Что за бред? Что за идиотская чушь?!
Застыв на пороге, Парк слушал этот лепет с совершенно пустой головой. Происходящее казалось сюрреалистичным кошмаром.
Откуда в комнате его кумира чужой человек?!
Как такое ничтожество могло оказаться здесь? Да ещё в столь ранний час!
И главная мысль... Что их связывает?!
Вопросы, подобно склизким водяным змеям, заскользили в его голове, леденящими чешуйками скребя по черепу.