Шэнь сошёл со ступеней экипажа.
Деревянные колёса с глухим всплеском коснулись лужи, подхватив грязевую взвесь: на полпути к академии прошёл стремительный, слепой ливень.
Утром над императорским дворцом ещё сияло солнце, но стоило Шэню вернуться на территорию академии, как небо заволокли угольно-чёрные тучи, готовые в любой момент оглушить землю громовым раскатом.
Без предупреждения с небес обрушились тысячи тяжёлых капель. Студенты на аллеях бросились врассыпную: юноши срывали с себя куртки, укрывая спутниц от непогоды, и, обнимая их за плечи, спешили к ближайшим зданиям, точно персонажи любовных романов. Вскоре аллея опустела, лишь в незасыпанных дорожных канавах быстро скапливалась мутная вода.
Деревья одиноко гнулись под порывами ветра, вокруг царило неуютное запустение.
Среди стенающего дождя остался лишь Шэнь. Минутой ранее девушка с каштановыми волосами предложила ему укрыться под её зонтом, но он вежливо отказался. До Павильона Розы Общества Сокола оставалось рукой подать, а одежда всё равно успела вымокнуть, так что принимать чужую доброту не имело смысла.
— Шэнь, ты чего под ливнем прогуливаешься?! — Сзади на него кто-то налетел и едва не сбил с ног, хлопнув по плечу.
— Зонта нет, — отозвался Шэнь, повернув голову.
Рядом стоял Эрикс. Он пытался прикрыться от потоков воды красным томиком в твёрдом переплёте, намокшие тёмные пряди прилипли ко лбу, а по высеченным скулам стекали струйки дождя.
— Я так и понял! У меня тоже нет, так что давай быстрее! — перекрывая шум ливня, крикнул Эрикс. Не дожидаясь ответа, он сжал локоть Шэня и рванул к парадным дверям резиденции.
— Вы... во что это играете? В догонялки? — Эйлин свернула свой пёстрый зонтик, встряхнула его и окинула взглядом двух промокших до нитки мужчин на крыльце. — За вами кто-то гонится?
— Мне и самому любопытно, — слегка переведя дыхание, произнёс Шэнь. Его ледяной взгляд скользнул по спутнику. — Не преследует ли тебя кто-нибудь?
— Ну за что ты так! — виновато запротестовал Эрикс. — Если бы мы плелись, как ты, то до сих пор мокли бы на улице! Зонта-то нет, вот я и решил, что нужно добежать вместе.
— Мы всё равно уже вымокли. Какая разница — бежать или идти? — Шэнь не стал продолжать бессмысленный спор и первым вошёл в Павильон Розы.
— Конечно есть разница! Наглотаешься холодного воздуха — заболеешь, — тихо пробормотал Эрикс, глядя в спину уходящему виконту, и сник. — Эх, кажется, я опять его разозлил...
— Ой, да не бери в голову! — с улыбкой подошла Эйлин. — Это же просто значит, что вы с Шэнем близки!
— Думаешь? — Эрикс слегка нахмурился. — Но я постоянно делаю что-то, что его раздражает. С другими он никогда не теряет самообладания.
— Так потому и срывается! В его глазах ты занимаешь совсем иное место, чем прочие, — Эйлин наклонилась к нему и зашептала: — Шэнь вообще редко с кем-то вступает в перепалки. Вот Ламберт, этот болван, вечно творит глупости прямо у него на глазах, а Шэнь всё ему прощает и неизменно улыбается при встрече.
— Почему? — Эрикс заметно побледнел. — Неужели я в иерархии Шэня стою ниже вице-председателя Ламберта?! О небеса, только не это...
— Ты что, тоже дурачок? — Эйлин замахнулась, желая задать взбучку этому неловкому парню, но, заметив крепкие мышцы, проступающие сквозь намокшую ткань его рубашки, смутилась и опустила руку. — Сам подумай: люди всегда вымещают эмоции на тех, кто им по-настоящему дорог, разве нет?
Эрикс озадаченно почесал затылок:
— Вот как?..
— Поверь мне, так и есть! Взять хоть Ламберта: его колкости в мой адрес — это же просто за гранью по сравнению с тем, как он общается с остальными, — при воспоминании о недавней ссоре Эйлин стиснула кулаки.
— Значит... вы с вице-председателем Ламбертом в хороших отношениях? — полюбопытствовал Эрикс.
Эйлин посмотрела на него и с абсолютной серьёзностью заявила:
— А ты до сих пор не понял? Он от меня без ума.
— В самом деле? — Эрикс изумлённо хлопнул глазами.
— Разумеется, — Эйлин отвела взгляд и небрежно взмахнула рукой. — Только ему ни слова! Он ужасно стеснительный.
— Понял. Буду молчать, — кивнул Эрикс.
Довольная результатом Эйлин раскрыла свой блокнот:
— Кстати о делах. Когда ты сдашь мне личный отчёт о поездке в деревню Найкеске? Из четырёх бумаг не хватает только твоей.
— Я написал его вчера вечером... — Эрикс замер, а затем снова развернулся к выходу, устремив взгляд в пелену дождя. — Похоже, забыл в спальне! Старшекурсница Эйлин, я сейчас принесу!
— Эй, да это не к спеху! Постой... возьми хоть зонт... — Но парня уже и след простыл.
— Надо же, совершенно не тот характер, каким кажется на первый взгляд, — вздохнула Эйлин. Она вошла в Павильон Розы и опустила мокрый зонтик в подставку у дверей.
— Старшекурсница Эйлин. — Шэнь протянул ей сухое полотенце.
— Спасибо, Шэнь, ты так заботлив, — приласканная теплом ткани, девушка тихо хихикнула. — Таких замечательных мужчин сейчас сыскать трудно. Даже не представляю, какой счастливице ты достанешься.
Шэнь лишь вежливо улыбнулся и перевёл взгляд на улицу:
— Куда он делся?
— Ты про Эрикса? Вспомнил, что забыл документы, и снова умчался под ливень, — пояснила Эйлин.
Шэнь едва слышно вздохнул и тихо пробормотал:
— Вечно он смятен и неосмотрителен.
— Шэнь, а как вы вообще познакомились с Эриксом? — с любопытством спросила девушка.
— Кажется, в студенческой столовой, — отозвался Шэнь. — Почему ты спросила?
— Да так... Просто кажется, будто вы знаете друг друга сто лет. И ты заботишься о нём, точно старший брат, — Эйлин смущённо потёрла кончик носа. — Я грешным делом подумала, что вы знакомы с детства.
— С чего бы? Ты ошибаешься, — мягко произнёс Шэнь. — Эрикс — молодой господин из семьи Кабед, а я всего лишь сын аптекаря из глухой провинции.
— Ну да, верное замечание. Извини, мне вечно всякие странности в голову лезут, — почесала затылок Эйлин.
Шэнь едва заметно улыбнулся. Проницательность девушки оказалась неожиданно острой.
Двери Павильона Розы оставались распахнутыми. Порывистый ветер швырял на багряный ковёр капли дождя, оставляя тёмные влажные пятна. Вытерев волосы и переодевшись в сухую рубашку из запасных комплектов, Шэнь вышел в вестибюль — и в тот же миг замер, увидав остановившуюся у раскидистого дерева карету глубокого розового оттенка.
Слуга с зонтом соскочил с облучка, подбежал и распахнул дверцу, подставив согнутую в локте руку. На подножку ступила туфелька из тёмно-красной кожи на высоком каблуке, затем показался безупречно скроенный строгий силуэт. Уголки глаз Шэня слегка сузились.
Из экипажа вышла женщина с высокой укладкой. На ней было драгоценное элегантное платье, плечи покрывала чёрная флёровая шаль, а лицо — суровое и бледное, даже более бескровное, чем год назад, — хранило выражение глубокого траура.
«Она пришла».
Сквозь плотную завесу ливня их взгляды пересеклись. Шэнь ощутил, как кончики его пальцев дрогнули: на мгновение ему показалось, будто он вновь перенёсся в ту кошмарную ночь, охваченную всепожирающим пламенем.
— Кто эта женщина? — подойдя ближе, прошептала Эйлин. — Зачем она здесь?
— Мари Виктория, — негромко произнёс Шэнь, отворачиваясь к залу.
— Мари Виктория?! Госпожа... госпожа Мари?! — Эйлин от испуга забормотала и заикнулась. — Великий Боже! Единственная женщина — магистр магии Империи, мать Эрикса! Ч-что делать?! Зачем она пришла? Говорят, она невероятно строга! Нас тут только двое, может, надо выйти и встретить её по всем правилам?!
— Полагаю, она пришла к Эриксу, — Шэнь опустил веки, сохраняя ледяное спокойствие. — Эйлин, не могла бы ты...
— Могла бы! Я пошла искать Эрикса! Прямо сейчас! — выпалила девушка. Она была готова бежать под ураганным ливнем на край света, лишь бы не оставаться наедине с этой дурно прославленной аристократкой. — Оставляю её на тебя, Шэнь!
Прикрывшись зонтиком, Эйлин шмыгнула через чёрный ход. Едва за ней закрылась дверь, как сухой стук каблуков возвестил о появлении визитёрши.
— Это и есть Общество Сокола Его Высочества Марса? — Мари Виктория брезгливо окинула взором убранство холла.
— Именно так, глубокоуважаемая госпожа Мари, — светловолосый юноша, стоявший слева, склонился в изысканном поклоне. — Чем могу служить?
— Ты меня знаешь? — Великая магистр устремила на него высокомерный взгляд.
— Имею честь видеть вас во второй раз, — юноша безупречно улыбнулся. — Я состоял при Его Высочестве Марсе на императорском приёме, где впервые вас и встретил.
— Вот как? — Она равнодушно отвернулась. — Я не запоминаю лиц слуг.
— Вы прибыли к молодому господину Эриксу? — Шэнь проигнорировал чужую спесь.
— Где он? — холодно спросила она.
Заметив, что женщина вознамерилась уйти, Шэнь добавил:
— В данный момент его нет, но он вернётся с минуты на минуту. Не пожелаете ли присесть и подождать?
Жестом он пригласил её подняться в гостиную на третьем этаже.
— Ваш визит стал неожиданностью, сегодня Его Высочество Марс отсутствует в Павильоне Розы, — Шэнь раздвинул тяжёлые портьеры. За окном с оглушительным треском бились дождевые струи, сливаясь в сплошную пелену. — Позвольте принести вам извинения от имени принца.
Госпожа Мари опустилась на диван и безмолвно уставилась в окно.
— Желаете напитков? — мягко поинтересовался Шэнь, подойдя к чайному столику.
— Нет, — отрезала она. Голос звучал устало, но категорично.
Шэнь, сделав вид, будто не услышал отказа, неторопливо наполнил фарфоровую чашку прозрачной янтарно-красной жидкостью:
— Этот сбор доставлен из северных поместий совсем недавно. Чай обладает глубоким, насыщенным ароматом. Полагаю, этот вкус вам понравится.
Мари приподняла веки. Сидевший напротив юноша вызвал у неё невольное удивление. С первой секунды встречи каждое его движение, каждая интонация и осанка до такой степени соответствовали высшим канонам аристократического этикета, что придраться было просто не к чему.
— Прошу вас, — юноша поставил перед ней чашку, над которой курился лёгкий пар. — Если пожелаете добавить сливок или мёда — только скажите.
Мари опустила взгляд на чайный прибор и внезапно спросила:
— Как твоё имя?
— Меня зовут Шэнь, госпожа.
В комнате воцарилась гробовая тишина, прорываемая лишь бешеным гулом ливня за окном.
— Как... тебя зовут?
Шэнь слегка прищурился, отслеживая малейшую тень, скользнувшую по лицу собеседницы:
— Меня зовут Шэнь. Полное имя — Шэнь Миллер. Что с вами, госпожа? Вы внезапно побледнели.
— Ничего, — Мари маской холодности прикрыла вспыхнувшее смятение и, взяв чашку, сделала крошечный глоток. — Отвратительное имя.
— Его дали мне родители. Они простые люди, далёкие от высоких наук, и не способны подобрать изысканное имя для сына. Однако... отчего же моё имя вызывает у вас такое отторжение, госпожа?
Лицо госпожи Мари стемнело.
— Разве вы не назвали собственного сына точно так же? — едва слышно произнёс Шэнь.
Грохот! За окном вспыхнула сине-голубая молния. Рука женщины вздрогнула, и фарфоровая чашка со звоном выскользнула из её пальцев, разбившись о паркет.
— Позвольте, я уберу, — Шэнь опустился на одно колено, собирая осколки.
Он уже собрался подняться, но замер. Подняв глаза, он столкнулся со сжавшимися, налитыми ужасом зрачками Мари Виктории. Она смотрела на него так, словно перед ней восстал выходец с того света.
— Что вы там увидели? — тихим, ровным голосом спросил Шэнь, застыв в этой позе.
— Убирайся... — прошептали её побелевшие губы.
— Кого вы пытливо ищете в моих чертах? — Шэнь опустил ресницы. — Мне до безумия любопытно, что заставило вас исказиться в столь диком страхе?
— Проваливай! — взвыла госпожа Мари. Оскорблённая гордыня и накатившая паника выплеснулись наружу; она вскинула правую руку, намереваясь влепить пощёчину этому наглецу.
Шэнь, словно предвидя этот жест, мёртвой хваткой перехватил её запястье.
— Что вы себе позволяете? — Его пальцы сжались сильнее.
— Пусти! — Глаза женщины едва не вылезали из орбит, а ладонь наполнилась обжигающим жаром.
— Не советую прибегать к магии, — Шэнь и не думал разжимать пальцы. — Должен предупредить, это крайне опрометчивый шаг.
— Я сказала: отпусти! — В голосе великой магистры прорезалась смертоносная угроза. — Думаешь, статус слуги принца тебя защитит? Я сотру тебя в порошок и не поморщусь!
Шэнь разжал пальцы. На его ладони остался багровый ожог, но лицо не выразило ни капли боли. Он смотрел на свою пострадавшую руку так, будто она принадлежала постороннему человеку.
— И что же вы задумывали на этот раз? — Шэнь поднялся и спокойно посмотрел на сполохи пламени, закружившиеся вокруг женщины. — Говорят, не так давно вы предстали перед судом за истязание дочери герцога Оскара. Какую же безумную выходку вы решили устроить теперь? Совершить убийство в стенах Академии магии Имперской столицы?
Лицо Мари исказилось в бешенстве. Она взмахнула рукой — и тяжёлые портьеры за спиной юноши мгновенно вспыхнули.
Шэнь взглянул на пляшущие языки огня и слегка похлопал в ладоши, точно наблюдая за удачным фокусом:
— Завораживающее зрелище. Воистину великая магия.
— Кто ты?! Кто ты такой?! Это ты... Нет! Кто ты на самом деле?! — Речь женщины стала бессвязной. В её жилах взбушевался «Ладэль», кровь закипела, а пламя начало беспорядочно метаться по комнате.
— Вы забыли? Я ведь только что представился: я слуга Его Высочества Марса, — Шэнь смотрел прямо в её налитые кровью глаза. — Я — Шэнь.
Мари схватилась за голову. Её зрение затянула кровавая пелена. В отблесках пожара черты лика светловолосого юноши стали темнеть, вытягиваться, превращаясь в плоскую, бесчувственную маску из литого железа.
— Шэнь... Шэнь!.. Ты — Шэнь Кабед! Ты не сдох! Ты, проклятый выродок, выжил?! — Мари вцепилась в собственные волосы. Сейчас она походила на безумную тварь, лишь отдалённо напоминающую человека.
— Да, я не умер, — Шэнь повернулся к окну, распахнул створки и небрежно бросил: — Желаете повторить попытку?
— Ты... ты обязан сдохнуть! Шэнь Кабед, я убью тебя! Лично испепелю! — Глаза мага налились багровой тьмой, губы забормотали смертоносное заклятие. Заболевшие огнём стены рассыпали искры, а перст её правой руки указал на юношу у окна.
— Убить меня... О, я ведь мечтаю о том же самом, — Шэнь с высоты своего роста смотрел на безумную женщину, потерявшую остатки разума. — Но мои планы простираются куда дальше, дражайшая матушка.
— Сдохни!.. Сдохни! — Столб огня сорвался с её пальцев и ринулся на юношу.
— Кстати, знаете ли вы? Месяц назад ваш горячо любимый сын признался, что считает меня своим самым дорогим другом, — Шэнь раскинул руки, на его губах заиграла надменная, ядовитая улыбка, и он сделал шаг назад, шагая в пустоту. — Я так рад... Ведь вы снова собираетесь меня убить.
— Что это за чертовщина?! — Эрикс, держа над головой пёстрый зонтик Эйлин, стоял как вкопанный. Рядом с ним оцепенела сама девушка.
Сквозь стены ливня прямо на их глазах полыхала резиденция! Свирепый огонь с жадностью пожирал роскошный Павильон Розы, густой чёрный дым исполинским столбом уходил в грозовое небо, а вокруг клубились облака белого пара.
— Мама... Шэнь... — Зонт выскользнул из рук Эрикса. Он порывисто бросился к адскому пламени, но Эйлин всеми силами вцепилась в его локоть.
— Ты с ума сошёл?! — закричала она. — Там же сплошной ад! Ты сгореть заживо хочешь?!
— Там мама! И Шэнь! Они оба внутри! — оглянувшись, зарычал Эрикс.
— Ты совсем дурак?! В Павильоне Розы всего три этажа, а госпожа Мари — магистр магии! Она и Шэнь давно выскочили! — Девушка не разжимала пальцев. — Давай сначала поищем их снаружи...
— Это не простой огонь! — Эрикс вдруг выдернул руку и на пределе возможностей рванулся к пылающему Павиньону Розы. Эйлин от такой неожиданности потеряла равновесие и едва не полетела на землю, но чья-то сильная рука подхватила её за талию.
— Ламберт! — Эйлин подняла глаза.
— Это стихийное бедствие вызвано магией. Слишком сильной магией: даже такой ливень не способен погасить это пламя. Оно будет гореть, пока не сожрёт всё вокруг, — лицо Ламберта было мрачнее тучи.
— Как же так... Неужели это... — Лицо Эйлин побледнело, в уголках глаз заблестели слёзы. — Что нам делать?!
— Здесь слишком опасно. Нам нужно отступить. Руководство академии уже в курсе, сюда спешат маги, чтобы выставить барьер и не дать огню перекинуться на соседние корпуса, — холодно и собранно произнёс Ламберт. — Не паникуй, всё под контролем.
— Нельзя ставить барьер! — задрожала Эйлин, вытирая слёзы. — Там внутри люди!
* * *
Взрывная волна выбила стёкла, осыпав воздух дождём из раскалённых, острых как бритвы осколков.
Хотя Шэнь выпрыгнул мгновением раньше, дикая магия всё равно настигла его. Мощный удар выбросил его тело наружу, точно пушечное ядро. Раскалённые потоки воздуха сжимали рёбра, пытаясь переломать кости.
Вращающийся небосвод, свист ветра, жгучая боль — в преддверии гибели чувства всегда теряют реальность. Шэнь оставался абсолютно успешен. За свою жизнь он не раз балансировал на грани небытия и на этот раз точно знал: он не умрёт.
Гостиная в Павильоне Розы находилась на третьем этаже. Всего в десятке футов к северу располагалось искусственное озеро академии. По его расчётам, он должен был рухнуть в эту стоячую, тёмную воду. Глубокий всплеск привлечёт внимание, и, если повезёт, его быстро выловят.
Повреждения будут минимальны. Шэнь мысленно отсчитывал секунды падения, рассчитывая затормозить прямо у поверхности воды, чтобы даже не почувствовать боли.
Но когда отсчёт дошёл до нуля, погружения не последовало.
Падение действительно прекратилось.
— Готов искать смерть на каждом шагу, но умирать не желаешь... Откуда в этом мире берутся столь проблемные людишки?
Шэнь медленно открыл глаза. Над ним простирались не свинцовые тучи, а сияющие нити чистого золота — волосы мужчины, развевающиеся на ветру.
— Хелайр, я бы не умер, — тихо проговорил Шэнь. — Твоё вмешательство только спутало мои планы.
— Разумеется, ты бы не умер! — Лицо бывшего бога исказила злоба. — Из-за этого проклятого договора, даже если от тебя останется горстка пепла, мне придётся смешать её с водой и заново слепить твоё туловище! И латать тебя потом тоже мне!
— Слыша это, я испытываю глубокую стыдливость.
— Раз так, перестань создавать мне проблемы! — рявкнул Хелайр. — Или разбей свои надежды на этот мир и отдай мне своё тело!
— Ты так упорствуешь насчёт моего тела, — ровным тоном заметил Шэнь. — Настолько сильно хочешь его получить?
— Пойми ты наконец, оно и так принадлежит мне! — сквозь зубы рыкнул Хелайр. — Забыл, чья Божественная кость находится в твоей груди?!
— Звучит так, будто мы стали единым целым, — Шэнь прикрыл глаза.
— Единым целым? Каким ещё целым?! — Хелайр нахмурился, не успев осмыслить сказанное, как вдруг почувствовал, как его ухо обдало горячим дыханием.
— Хочешь проверить? — прошептал низкий бархатный голос прямо над его ухом.
Всплеск!
На гладкой поверхности озера подле полыхающего Павильона Розы взметнулся высокий столб брызг. Хелайр разжал руки, и юноша с лёгкостью погрузился в тёмные глубины водоёма.
— Отвратительный смертный... Чтоб ты сдох, — бывшее божество с яростью прижало руку к горящему уху и изрекло самое ядовитое из своих проклятий.