— Доброе утро, Шэнь! Вместе на занятия? — окликнул его Стивен, помахав рукой с пролёта лестницы.
— Прости, Стивен, но профессор Ник велел мне заниматься самостоятельно в его лаборатории.
Обменявшись парой скомканных фраз, Шэнь Кабед направился к верхним этажам Павильона Розы. Отперев ключом тяжелую дверь алхимической лаборатории, он выложил на массивный деревянный стол пухлый тетрадный блокнот в кожаном переплёте.
История эта началась неделей ранее. Опоздав на контрольную по алхимии, Шэнь удостоился персонального вызова на ковёр. Старик Ник рвал и метал, убеждённый, что его лучший ученик попросту обленился, уверовав в собственный гений.
Желая проучить юношу, профессор молча выудил из вороха работ его лист. Но едва бегло пробежал глазами по строкам, как замолк — и эта пауза затянулась куда дольше начального гнева.
В конце концов старик тяжело вздохнул:
— Скажи честно, Шэнь... Тебе просто скучно на моих лекциях?
— Вовсе нет, профессор, — качнул головой юноша. — Повторение базовых дисциплин крайне полезно.
— Повторение... — глубокомысленно повторил Ник Фламель и кивнул собственным мыслям. — Похоже, сидеть в одной аудитории с остальными для тебя — попусту терять время. Со следующей недели можешь мои занятия не посещать.
Сперва Шэнь опешил, решив, что окончательно впал в немилость. Лишь позже до него дошло: профессор просто решил перевести его на индивидуальный план.
Для Шэня это стало настоящим подарком. Он обрёл свободу распоряжаться учебными часами по своему усмотрению, да к тому же получил неограниченный доступ к реактивам и лабораторному оборудованию. Оснащение профессорской лаборатории не имело ничего общего с его скудным убранством в общежитии. Расправившись с обязательной программой в считаные минуты, юноша увлечённо погружался в исследование природы Нулевого вещества.
Сверившись с часами аккурат к концу лекционного часа, Шэнь отложил перо и принялся тщательно заметать следы своих изысканий. Едва колбы заняли свои места на полках, дверной замок звякнул, впуская хозяина кабинета.
— Боги, до чего же они бестолковые! — с порога взревел профессор. За ним по воздуху шлейфом летела стопка свитков. — Я этот постулат разжёвывал им раз двадцать с самого начала семестра! Половина курса с треском срезалась на элементарном вопросе! Встречу на пересдаче — всех завалю!
— Что случилось, профессор? — Шэнь поднялся навстречу багровому от злости старику и не спеша налил ему чашку горячего чая.
— Проклятье! Каждая проверка работ укорачивает мне жизнь на пару лет. Я потребую от ректора компенсацию за урон здоровью! — Профессор с грохотом обрушил пергаменты на стол, едва дыхание переведя.
Шэнь подвинул чашку к наставнику и бережно принялся разбирать беспорядочный ворох работ.
— Вы так и не закончили проверку с прошлого раза?
— И не собираюсь! От их глупостей у меня ночью бессонница начинается!
— Но ведь до конца недели ведомости нужно сдать в деканат, — мягко напомнил юноша, искренне умиляясь детской вспыльчивости старика.
— Пусть переслушивают курс! На второй год всех отправлю! Не поверю, что за четыре года нельзя вбить в эти головы хоть каплю здравого смысла!
— Профессор, не стоит судить по худшим. Многие занимаются с большим усердием, — попытался успокоить его Шэнь. — Профессор Вэнгор уехал на сбор материалов, так что до полудня я совершенно свободен. Если позволите, я мог бы взять проверку на себя.
Старик зацепился за это предложение как за спасительный круг. Не будь он связан строгой отчётностью перед администрацией, давно бы сжёг эти бумаги в камине.
Для Фламеля проверка превращалась в пытку из-за его вспыльчивости и высоких требований к умам молодежи. Шэнь же подошёл к делу с математической прохладой: заучил правильные алгоритмы, выверил критерии и за полчаса без эмоциональных всплесков отсортировал свитковую кипу по убыванию баллов, аккуратно уложив стопку перед профессором.
— Хм! Наверняка ни одной высшей оценки, — проворчал Ник, хотя настроение его заметно улучшилось. — У тебя половина терминологического диктанта была пустой, но ты всё равно оказался лучшим.
— На этот раз нет, — улыбнулся юноша и вытянул из верха стопки первый свиток. — Студент по имени Парк справился безукоризненно. Его анализ в теоретической части глубокий и нестандартный. Признаться, я сам почерпнул из его работы пару интересных мыслей.
Кустистые седые брови профессора взмыли вверх. Раз уж его придирчивый фаворит хвалит чью-то работу, взглянуть на неё однозначно стоило. Он развернул пергамент. Шэнь с улыбкой наблюдал, как наставник задумчиво разглаживает бороду — верный знак того, что написанное пришлось ему по душе.
— Действительно... весьма свежий взгляд. Странно, почему я раньше не замечал этого парня? — кивнул старик. К талантливым ученикам он всегда питал слабость.
— Парк, похоже, самоучка, — мягко пояснил Шэнь. — Систематически алхимией он начал заниматься только здесь, в Академии. Если проследить динамику его оценок от начала семестра, прогресс кажется поразительным. Не исключено, что перед нами настоящий гений.
— Что, уже почувствовал соперничество? — усмехнулся профессор. — Парк, значит... Что ж, я присмотрюсь к нему.
Шэнь лишь улыбнулся в ответ. Расчёт оказался точным: не прошло и недели, как щуплый юноша с низким конским хвостом стал постоянным гостем в лаборатории профессора Ника.
— С-спасибо тебе, Шэнь, — запекаясь от смущения, пробормотал Парк, уткнувшись взглядом в носки собственных сапог. — Профессор Ник... сказал, это ты за меня замолвил слово.
— Ты просто заслужил это своим талантом, — ответил Шэнь. — Профессор в последнее время только о тебе и говорит. Утверждает, что мне пора взяться за ум, иначе ты сместишь меня с первой строчки рейтинга.
— Н-нет! Ни за что! — Парк отчаянно замахал руками. — Мне до твоего уровня как до луны! Я никогда... никогда не стану соперничать с тобой за первое место!
Шэнь опешил. Он лишь хотел разрядить обстановку безобидной шуткой, но до смерти перепугал юношу.
— В общем... для меня... ты самый невероятный алхимик! — выпалил Парк и, казалось, готов был провалиться сквозь землю. Сжавшись в комок, он забился в самый дальний угол стола, выказывая глубокую степень отчаяния.
Перед ним бесшумно опустилась чашка с горячей водой. К величайшему изумлению подростка, Шэнь присел напротив.
— Прости, Парк, я неудачно пошутил.
— Н-нет, что ты! Это я несу какую-то чушь... — Подросток почти уткнулся носом в столешницу, проклиная собственную неловкость перед кумиром.
— Парк?
— Д-да? — вздрогнул тот.
— К чему эта официальность? — мягко улыбнулся Шэнь. — Мы ведь теперь коллеги. Профессор наверняка привлечёт нас к общему проекту.
— Угу... хорошо, — Парк судорожно кивнул, с трудом подавляя захлестнувшие его эмоции.
Счастье обрушилось на него столь внезапно, что сердце заходилось в бешеном ритме. Каждую неделю бывать рядом с ним... работать вместе... Разве о таком можно было помыслить?
Сквозь взлохмаченную чёлку Парк не удержался и бросил украдкой взгляд на сидевшего напротив златовласого юношу.
«Прекрасный, невероятно сильный, сокрушительно умный... словно сотканный из чистого света. Разве бывают на свете настолько совершенные люди?»
Заметив, что выводящее формулы перо Шэня остановилось, Парк в страхе отвёл глаза. Раздался шорох убираемых пергаментов.
— Ты... уже уходишь? — не удержался от тихого вопроса подросток, глядя, как Шэнь поднимается со стула.
— Да, у меня запланирована встреча, — Шэнь бросил взгляд на карманные часы.
— К Его Высочеству принцу Марсу? — ляпнул Парк раньше, чем успел подумать. — Ой... прости, я не имел права лезть не в своё дело!
Парк сжался, ожидая вспышки гнева, но Шэнь лишь открыто улыбнулся:
— Именно. Во второй половине дня меня ждут в Обществе Сокола. До следующей недели, Парк.
— До... до встречи.
Дверь захлопнулась, оставив в душе юноши липкую пустоту.
«Если бы я был лучше, сильнее... может, меня тоже приняли бы в Общество Сокола? Тогда я смог бы видеть его каждый день...»
Мысли о главе Общества вызывали у него смешанное чувство зависти и необъяснимой неприязни. Пусть Марс — наследный принц Империи, но в глазах Парка этот человек попросту присвоил себе чужое внимание. Тень зависти коснулась его сердца. Сам он считал себя трусом, не смеющим просить о большем, однако не понимал, насколько коварна человеческая природа: чем сильнее жажда, тем ядовитее становится зависть.
* * *
Кабинет Общества Сокола.
Марс Салфид перечитал изложенное изящным почерком послание и в очередной раз сокрушённо вздохнул.
— Ваше Высочество, что-то произошло? — не выдержал Шэнь, сбитый с толку целой вереницей этических вздохов принца.
— Вцепилась как клещ, — на лице обычно сдержанного Марса проступило откровенное раздражение. — В прошлом письме я изложил свою позицию предельно ясно! Но она делает вид, будто ничего не понимает.
— Речь о предстоящей помолвке? — уточнил Шэнь. — Мисс Селина отвергла ваши условия?
— Я сомневаюсь, что она вообще удосужилась прочесть мои слова! — Марс с досадой брякнул напитанный духами конверт на край стола. — Сам взгляни.
Шэнь развернул письмо. Лист пестрел пылкими признаниями и пышными экстатическими эпитетами — скорее послание напоминало любовный бред из романа, чем деловую переписку.
— Вы были знакомы с мисс Селиной прежде?
— Замечал пару раз на балах, — Марс откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза тыльной стороной ладони. — Мы даже единым словом не обменялись.
— Судя по тексту, ваша невеста пылает к вам страстным чувством, — в голосе Шэня проскользнули иронические нотки.
— Шэнь, избави меня хотя бы ты от насмешек, — устало отозвался принц. — Ты прекрасно знаешь: этой свадьбе не бывать.
— Прошу прощения, — юноша пробежал глазами последние строки и изогнул бровь. — Ваше Высочество...
— Что ещё?
— Мисс Селина пишет, что сегодня во второй половине дня намерена навестить вас лично... в компании принцессы Оэнис.
Шэнь поднял взгляд: по застывшему лицу принца стало ясно, что тот не прочёл пламенное послание дальше первых строчек.
— Безумие какое-то... — пробормотал Марс, мгновенно мрачнея.
В этот момент с улицы донёсся звонкий перезвон конских бубенцов. Шэнь раздвинул шторы и выглянул в окно. У заднего входа в резиденцию Общества Сокола аккуратно припарковалась белоснежная карета, щедро украшенная пышными кружевными лентами.