Развернувшись, Шэнь направился прочь от промозглого мрака подземелья — навстречу слепящему великолепию имперского двора.
У самых ворот, под раскидистыми ветвями цветущей глицинии, беззастенчиво припарковалась роскошная золочёная карета. Она броско выставляла напоказ богатство своего владельца: резные стенки украшал крупный зелёный агат, а в упряжке фыркали три породистых скакуна чистейшей масти с гривами цвета свежего снега — каждый стоил целого состояния.
По правилам, экипажи знати не могли пересекать Врата Священной Вии, а это место относилось к усадьбе второго двора — кроме венценосного выезда самой Королевы, чужим экипажам въезд сюда был строго воспрещён. Шэнь чуть прищурился. Оконная шторка внутри экипажа отодвинулась, открыв очертания пассажира: пышный парчовый кафтан, напомаженный напудренный парик и оплывшее сальное лицо, растянувшееся в ухмылке. Человек в окне поманил его пальцем, точно заборную собаку.
— Великий герцог Генри, — произнёс Шэнь, подошедши ближе, и склонил голову в изящном поклоне.
— О? Ты знаешь, кто я? — Генри вальяжно откинулся на бархатные подушки, не скрывая плотоядного взгляда, скользившего по привлекательному лицу юноши. — А ты смышлён. Чьих будешь, красавчик?
— Я состою на службе у Его Высочества Марса.
— Гм? У Марса? — Герцог недовольно нахмурил сальные брови. — Насколько мне известно, сейчас ему прислуживает какой-то академический недорослик... Шэнь Миллер, кажется.
— Вы совершенно правы, Ваша Грация. Я и есть Шэнь Миллер.
— Так это ты? — Генри изумлённо замер, вновь перебирая взглядом фигуру юноши от туфель до золотистых волос. — Теперь понятно, с чего вдруг Марс таскает за собой простолюдина.
— Ты и впрямь невероятно хорош собой, — с откровенным вожделением промурлыкал герцог и протянул пухлую клешню, пытаясь тронуть гладкую кожу на щеке Шэня.
Шэнь плавно отстранился, уклоняясь от прикосновения.
— У Вашей Грации есть ко мне поручение? — Его губ касалась вежливая, едва заметная улыбка.
— Поручение? — Генри облизнул пересохшие губы. — Я хочу тебя.
— Боюсь, это невозможно, — качнул головой Шэнь. — Прошу простить мою дерзость, Великий герцог. Но вы же знаете, я нахожусь на службе у принца.
— И что с того? — Генри снисходительно изогнул бровь, а голос его приобрёл сальные, двусмысленные интонации. — Меня не смущает, если вещью кто-то уже пользовался. Я прошу всего об одной ночи.
— Не переживай, Марс — парень взрослый. Он не станет дуться на тебя, и уж тем более на собственного дядюшку, — Генри снова попытался сграбастать юношу за подбородок. — Это редкий шанс для такого, как ты. Я щедр к красивым мальчикам. Назови любую цену — я не обижу...
Шэнь перехватил жирную кисть герцога, остановив её в воздухе.
— Ты смеешь мне отказывать? — Лицо Генри мгновенно налилось гневом. Наглость нищего простолюдина уязвила его спесь. — Советую хорошенько пораскинуть мозгами. Не думай, что Марс станет твоим щитом. Стоит мне попросить — и он сам пришлёт тебя в мою спальню на подносе.
— Я ничуть не сомневаюсь в вашем могуществе, Ваша Грация. Вы — родной брат Её Величества Королевы, одно из первых лиц Священной Вии, — мягко, почти шёпотом проговорил Шэнь. — Однако если вы обратитесь к Его Высочеству с подобной просьбой лично... это едва ли пойдёт на пользу кому-либо.
Генри сузил глаза, слушая осторожные речи юноши.
— Едва ли вам захочется становиться должником принца Марса из-за какого-то простолюдина, — Шэнь слегка улыбнулся уголочками губ. — Да и для меня огласка такой просьбы перед Его Высочеством не сулит ничего хорошего.
— И что ты предлагаешь? — Почувствовав, как пальцы юноши лёгким касанием погладили его запястье, герцог сладострастно вздохнул.
— Запаситесь терпением на пару дней. Скоро начнётся Государственный совет, и Его Высочество будет по уши загружен делами, — тон Шэня стал обволакивающим и обманчиво-нежным. — Вот тогда... я сам приду к вам.
— И как же ты меня найдёшь? — Кадык Генри дёрнулся. — С твоим статусом переступить порог моего дворца не так-то просто.
— Я напишу вам письмо, — Шэнь слегка наклонился и прикоснулся губами к золотому перстню на пальце герцога. Вскинув взгляд, он прошептал: — Ваша Грация.
— Ладно... Я буду ждать твоего послания.
Шэнь отступил назад и склонился в прощальном поклоне. Генри провожал удаляющуюся подтянутую фигуру мутным, отуманенным похотью взглядом.
Слуга, стоявший у подножки, тихо спросил:
— Ваша Грация, а как же тот наёмник, которого мы посылали убрать его?..
— Марс отлично его бережёт. К счастью, парень выжил, иначе такая красота пропала бы даром, — Генри провёл пальцем по губам, будто вкушая остаточный след прикосновения. — Чудесный мальчик.
— Но если вы желаете его... неужели вы просто так дадите ему уйти?
— Он чертовски умён. И в его глазах я видел глубокую, неутолимую жажду, — ухмыльнулся герцог. — Я видел сотни таких. Они всегда приходят сами, потому что у меня есть то, о чём они мечтают.
— Понял вас, Ваша Грация. Куда прикажете ехать?
— В игорный дом.
Плоть требовала немедленной разрядки, и герцогу не терпелось утопить вспыхнувшую страсть в вине и азарте.
* * *
Роскошная золотая карета медленно укатила прочь, увозя герцога навстречу закатному солнцу.
Из-за густой завесы цветущей глицинии серебровласый мужчина отставил костяную чашку на столик и поднялся, покидая массивную резную беседку.
Шэнь бесстрастно и брезгливо вытер правую руку белоснежным платком и убрал его в нагрудный карман кафтана. Наняв экипаж, он отправился в Академию магии Имперской столицы. Не успел он пройти к дворянскому общежитию, как у крыльца запряжённая лошадьми карета принца Марса плавно замерла.
— Его Высочество Марс, — Шэнь поклонился серебровласому мужчине. — Желаете отведать?
— Я поужинал во дворце. Ешь один, у меня ещё полно незавершенных дел, — холодно отозвался Марс и, не задерживаясь, поднялся по лестнице.
— Слушаюсь.
Взгляд Шэня слегка потемнел, но он не проронил ни слова. Одинокий ужин, поданный слугами, был изыскан и обилен.
Осень вступала в свои права, и сумерки сгущались всё быстрее.
Шэнь толкнул дверь спальни. Марс восседал на полукруглой двуспальной кровати, погружённый в чтение фолианта по налоговому праву.
Не издавая лишних звуков, чтобы не тревожить принца, Шэнь склонил голову и направился к своему ложу. После недавнего покушения Марс настоял, чтобы его слуга перебрался в эти просторные покои. Теперь их кровати находились в одном помещении, а единственной перегородкой служил плотный занавес из красного бархата, перегораживающий проход.
Шэнь прошёл за занавеску и лёг на постель, прикрыв глаза.
— Почему ты сегодня отказался от охраны? Чем ты занимался? — раздался глухой голос с той стороны бархата.
Шэнь открыл глаза и спокойно ответил:
— Я навещал профессора Ника. На обратном пути пересёкся с Эриксом, а узнав, что его мать выпустили из казематов, отправился вместе с ним к подземельям.
— И всё?
— И всё, — подтвердил Шэнь.
— Зачем идти в подземелье к той, кто чуть не отправил тебя на тот свет?
— Госпожа Мари действовала в состоянии помрачения ума. Я хотел прояснить недоразумение при личной встрече, чтобы окончательно закрыть этот вопрос.
— И снова ради Эрикса? — По ту сторону занавеса раздался тихий, исполненный сарказма смешок. — С лёгкой душой прощаешь собственного несостоявшегося убийцу... Не знал, что ты настолько милосерден.
— Ваше Высочество, эту историю следовало замять как можно скорее, — ровным тоном возразил Шэнь. — Госпожа Мари принадлежит к фракции принца Ферна. Раздувание конфликта лишь снова втянет вас в грязную борьбу за престолонаследие.
— Выходит, ты старался ради меня?
Красный бархат метнулся в сторону. Марс, облачённый в белоснежный шелковый халат, встал у кровати, сверху вниз въедаясь взглядом в лицо Шэня.
— Не так ли?
Шэнь на мгновение замешкался и хотел было подняться с постели, но сильная ладонь Марса сжала его плечо, удерживая на месте.
— Ваше Высочество, что с вами? — ощутив перемену в настроении принца, тихо спросил Шэнь.
— У тебя разбита губа, — Марс протянул руку. Подушечка его пальца едва ощутимо дёрнулась, касаясь повреждённой кожи. — Больно?
— Сперва было немного, — Шэнь выдержал паузу. — Сейчас не болит.
— Как это вышло? — понизив голос, спросил Марс.
Шэнь лишь молча смотрел ему прямо в глаза.
— Я же просил тебя беречь себя и не заставлять меня волноваться, — лицо принца стало предельно суровым. — Ты забыл мои слова?
— Помню, — ответил Шэнь.
— В прошлый раз ты действовал разумно. Поступай так и впредь. Я добился для тебя права на ношение огнестрельного оружия не для того, чтобы пистолет пылился в кобуре, — ладонь Марса скользнула выше, пропустив сквозь пальцы золотистые пряди юноши, а жест и тон смягчились. — Если кто-то ещё дерзнёт распускать руки — направляй ствол прямо ему в лоб.
— В любой лоб можно направлять? — Шэнь коротко усмехнулся.
— Не в каждый, разумеется. Я всё-таки не самый могущественный человек в этой Империи, — Марс иронично изогнул бровь, хотя голос его звучал предельно серьёзно. — Но приставить пушку к голове моего дядюшки тебе ничто не мешает. У него ещё куча нерастраченных денег, и он до смерти боится отправиться к праотцам.
В комнате воцарилась тишина.
— Вы всё видели? — Шэнь сел на кровати, не отводя взгляда от принца.
В тот миг, когда Шэнь беседовал с Великим герцогом Генри, Марс восседал в глубине прохладной беседки за каскадом цветущей глицинии. Наблюдая сквозь полупрозрачную фиолетовую завесу за человеком, чьё хладнокровие казалось незыблемым, он пришёл туда ведомый лишь стремлением защитить. Нелепые посягательства Генри мгновенно зажгли в нем ярость, но принц не стал вмешиваться сразу. Он безупречно знал своего слугу и понимал: тот ответит отказом. Однако глубоко внутри Марсу страстно хотелось услышать, какой именно предлог Шэнь выберет для отповеди.
Учитывая изворотливый ум и идеальное чувство такта Шэня, самым удобным щитом от домогательств герцога было бы имя его господина. «Я уже принадлежу принцу Марсу» — бутафорская верность или истинная, Марсу до боли жаждалось услышать от него нечто подобное.
Увы, его слуга оказался куда хитрее и изощрённее, чем он мог вообразить.
— Ты действительно напишешь письмо моему дяде? — Марс ушёл от прямого ответа. — Мы знакомы уже немало времени, а ты ещё ни разу не писал мне.
— Мне казалось, я писал.
— Доклады по поручениям не в счёт, — на корню отрубил Марс. — Я говорю о личном. Шэнь, ты никогда не рассказываешь о себе.
— Что именно вы хотите знать? — после небольшой паузы спросил Шэнь.
— Всё, — низким, обволакивающим голосом произнёс Марс. — Я хочу знать о тебе абсолютно всё.
— Ваше Высочество, моя жизнь слишком проста и не стоит вашего внимания...
— Не хочешь говорить — не надо, я не стану принуждать, — Марс поднялся и задёрнул бархатную штору. По ту сторону занавеса раздался его голос, исполненный непреклонной уверенности: — Настанет день, когда ты сам, по собственной воле, расскажешь мне всё до последнего слова.