Не помнит…
Как это возможно?
Цзянь Синъи перебирал воспоминания, но в голове не осталось и следа. Ни имени, ни чёткого облика. Как же он вообще умудрился зайти в эту игру?
Заметив, как побледнел парень, Шаньхай мягко сжал его плечо:
— Синсин.
Цзянь Синъи не отзывался, застыв в ступоре.
— Синсин, — Шаньхай согревающим движением коснулся его затылка.
Синъи едва слышно вздохнул, возвращаясь к реальности.
— Если не вспоминается — не мучай себя, — тихо проговорил Шаньхай. — Может, просто переутомился и забыл?
— Наверное… — Цзянь Синъи опустил взгляд.
Но разве о подобном забывают? Помотав головой, он пробормотал:
— Ладно, неважно… Всё равно от этих гаданий толку никакого.
Они двинулись дальше и вскоре, как и ожидалось, наткнулись на почтовый ящик, возле которого разрослась исполинская плотоядная хищница — Цветок-Людоед.
Огромный бутон по своей опасности ничем не уступал полноценному боссу подземелья: чтобы опустить свиток в ящик и закрыть квест, стебель-убийцу требовалось срубить без вариантов.
Цзянь Синъи вовремя вспомнил про свой навык.
[Сбор успешен: получено [Эссенция] x500]
Столько эссенции?!
Неужели из-за того, что этот цвет — первенец из древнего свитка, его ценность настолько высока?
Триста очков за истлевшие кости, пятьсот — за хищное растение, да ещё сотни две по мелочи за стебли и мошек… За этот единственный заход Синъи разжился почти тысячей единиц эссенции! От такого куша у него даже голова пошла кругом.
Пока он витал в облаках, Шаньхай ловким ударом добил гигантский бутон и вырезал его сердцевину. Соединив этот редкий ингредиент с другими образцами Юйшэня, они наконец смогут разгадать тайну, сокрытую в свитке!
Как только плотоядный стебель обмяк, спутники опустили квестовый свиток в щель почтового ящика.
Дзинь!
[Задание выполнено!]
[Поздравляем игрока с прохождением подземелья Гор Дождливых Лесов — «Шёпот Джунглей» на маршруте S-сложности!]
[Игрок [Синхэ] успешно получил награду за заветное желание: 3000 очков эссенции!]
Есть!
Цзянь Синъи едва не подпрыгнул на месте: суммарно выходило целых четыре тысячи очков!
Теперь его шкала показывала: 6455/7500.
Остался пустяк — всего 1045 очков! Прогресс рванул к финалу с невероятной скоростью.
И на этом сюрпризы не закончились.
[Игрок разблокировал особое достижение [Истинный Герой Истории Подземелья]. Награда: Монеты Рассвета x66666, особый предмет [Осколок Священного Дерева Дождевого Леса] x1]
Хотя было неизвестно, для чего пригодится этот осколок, лишним редкий предмет точно не будет. Синъи бережно убрал добычу в инвентарь.
Вернувшись вместе с Шаньхаем в штаб-квартиру гильдии, они обнаружили, что снаружи снова зарядил ливень. Утром вернулся Юйшэнь. Руководствуясь подсказками из полученного Синъи свитка, он без труда отыскал оставшиеся два редких растения.
Цзянь Синъи аж рот открыл от изумления:
— Пока мы ходили в подземелье, ты нашел оба образца?!
В отличие от их четко обозначенной цели, Юйшэню приходилось прочесывать непроходимые чащобы наугад. И всё же он справился невероятно быстро.
Юйшэнь лишь улыбнулся:
— Во-первых, я знаю эти джунгли как свои пять пальцев. А во-вторых… сам не пойму. Будто удача внезапно улыбнулась: шестое чувство буквально вело меня за руку к нужным кустам.
Наконец все шесть растений были собраны!
Юйшэнь подошел к верстаку синтеза и создал «ключ». Цзянь Синъи подошел ближе и увидел, что ключ представляет собой самый обычный на вид зелёный лист, словно только что сорванный с ближайшей ветки.
Как гласила инструкция из свитка, оставалось лишь положить этот лист у корней Древа Жизни, и перед ними откроются врата в реальный мир.
Однако вставал неизбежный вопрос: кто именно переступит этот порог?
Если проход действительно вел в реальность, а число мест ограничено, каждый захочет вырваться наружу. Такую тайну до поры до времени разглашать было нельзя. Сейчас о ней знали лишь двое членов верхушки «Плана Освобождения Человечества» — Юйшэнь и Цанлан.
Так кому же идти?
Юйшэнь сразу отказался: он опасался, что назад пути не будет, а его миссия в игре еще не завершена. Цанлан и Шаньхай ответили аналогично — они не хотели рисковать, ведь здесь у них оставались те, кого они не могли бросить.
Цзянь Синъи в замешательстве почесал затылок:
— А если я пойду и тоже не смогу вернуться? Это ведь станет проблемой?
По натуре Синъи был человеком простым: о далеком будущем и великих делах не задумывался, желая лишь обеспечить комфорт себе и близким да помогать окружающим по мере сил. Но пройдя через столько испытаний, он поневоле ощутил груз ответственности.
На нём всё ещё висели система Спасителя Мира и его бескрайние амбары. Он мог выставлять на торги еду и спасать людей — так же, как совсем недавно вылечил толпу больных в дождливом лесу. Если он просто испарится… что станет с теми, кто на него рассчитывает?
— Если ты не вернёшься… — вздохнул Юйшэнь. — Это будет огромной катастрофой.
— А мне кажется, именно Синсин и должен идти, — внезапно возразил Шаньхай.
— А?
Шаньхай посмотрел парню прямо в глаза:
— Ты свободно проходишь сквозь барьеры, недоступные остальным. Доктор сам говорил, что в Запретные Горы путь открыт только тебе. Возможно, и с этими вратами сработает то же правило.
В его словах таилась логика. К тому же, если подумать, выбраться в реальность трудно, а вернуться назад — дело нехитрое, было бы желание.
Часы показывали глубокую ночь, за окнами по-прежнему шумел ливень, и спутники решили отложить поход до утра.
Забравшись под тёплое одеяло, Цзянь Синъи уже готовился отойти ко сну, как вдруг заметил на себе пристальный, жгучий взгляд Шаньхая.
— Ты чего?..
— Ничего.
Но глаз Шаньхай так и не сомкнул.
Синъи тихо рассмеялся:
— Ну что с тобой?
Шаньхай протянул руку и ласково коснулся подушечкой пальца его щеки:
— Боюсь, что ты уйдёшь и не вернёшься.
Хотя, если поразмыслить, в невозвращении не было ничего плохого — это означало бы, что Синъи в безопасности. Но расставаться с ним не хотелось катастрофически.
— Кто тут только что с такой уверенностью доказывал, что я смогу вернуться? — с улыбкой поддел его Синъи.
Шаньхай промолчал. Разум твердил, что всё пройдет гладко, но сердце отчаянно протестовало.
Глядя на его сомнения, Синъи и сам засомневался. Чтобы развеять тревогу, он обнял Шаньхая. Из-за разницы в комплекции выглядело это так, словно Цзянь Синъи пытается полностью свернуться калачиком и спрятаться у того на груди.
— Скажи… А если я правда не вернусь, ты будешь скучать?
— Буду, — ответил Шаньхай без колебаний.
Синъи даже опешил от такой звенящей искренности. Притихнув, он всерьёз задумался, каково будет ему самому.
Спустя минуту он поднял голову. В глазах стояла грусть.
— И я… тоже буду.
Чем больше он об этом думал, тем сильнее сжималось сердце. У него отродясь не было ни близких, ни настоящих друзей. И вот теперь, когда он наконец обрел кого-то родного… снова остаться в полном одиночестве?
Синъи уткнулся носом в плечо Шаньхая и замер.
— Не забивай голову, — Шаньхай погладил его по спине. — Спи.
— Угу.
В ту ночь Цзянь Синъи снился сон. Перед ним стоял светловолосый голубоглазый юноша с правильными чертами лица и открыто улыбался. Улыбка у него была солнечная, от уха до уха:
«Спасибо тебе. Ты нашёл меня. Надеюсь, твое дальнейшее путешествие будет легким».
* * *
На следующее утро Цзянь Синъи собрал вещи. На всякий случай он открыл Шаньхаю полный доступ к своим полям и загонам — теперь, даже если он задержится в реальности, ферма продолжит работать.
Они пришли к Древу Жизни. Юйшэнь аккуратно положил зелёный лист на корни. Едва предмет опустился на землю, механизм активировался. Стоило бы забрать его обратно — и «дверь» испарилась бы. Этот неказистый листок оказался ключевым артефактом.
[Запуск аварийной программы...]
[10%... 20%... 30%...]
[Аварийная программа успешно запущена!]
Как только счетчик достиг сотни, пространство озарила вспышка света. Цзянь Синъи инстинктивно заслонил лицо рукой.
Когда он снова открыл глаза, на стволе дерева переливался магический круг — похожий на тот, что он видел на Горе Мира, но с абсолютно иными рунами.
Синъи глубоко вздохнул:
— Ну… я пошёл?
Под провожающими взглядами друзей он коснулся ладонью магических символов.
Вспышка!
И его фигура растаяла в воздухе.
* * *
Первым, что ощутил Цзянь Синъи, вернувшись в чувство, был мучительный, раздирающий грудь кашель.
Глаза слезились от боли, он упал на колени, не в силах выпрямиться.
Вокруг бушевала пылевая буря. Его выбросило в эпицентр песчаного шторма!
Синъи по привычке попытался вызвать инвентарь — но интерфейс не откликнулся. Ни сумки, ни системных окон, ни игрового аккаунта. Всё тело ломило от дикой усталости, а боевые характеристики испарились без следа.
Он действительно вернулся в реальный мир.
Кое-как пробившись сквозь пелену несущегося песка, парень выбрался на относительно открытое пространство и застыл.
Впервые за долгое время его кожи коснулись лучи настоящего солнца. С момента попадания в игру никто из них не видел дневного светила. От непривычки ультрафиолет больно жег кожу, а глаза резало от слепящего света.
Но радости этот свет не принёс. Напротив, ледяной ужас волной прокатился от пят до самого затылка.
Город перед ним выглядел точь-в-точь как те руины за прозрачным барьером. Полное запустение.
Здания затянуло мхом и дикой порослью, на улицах — ни души… за исключением бродящих тварей.
Зомби? Откуда в реальности зомби?!
Здешние кварталы пострадали куда сильнее тех, что он видел за барьером. Город будто пережил апокалипсис: вонь гниющей плоти оставим в стороне, но сами строения были разрушены почти до основания. На стенах темнели следы от многолетних дождей, стекла выбиты, а мостовые завалены пластиковым мусором.
Что здесь произошло?..
Несколько мертвецов заметили живую мишень и с хриплым рыком устремились к нему. Цзянь Синъи бросился наутёк.
На бегу лёгкие разгорелись огнём. Он задыхался!
Заскочив в какой-то тупик, Синъи сжался в комок. Воздух… воздух был отравлен!
Кожа на руках мгновенно покрылась зудящей сыпью, в носу нестерпимо жгло.
Что делать?! Оружия нет, талисманы и якоря исчезли вместе с интерфейсом.
Нужно срочно возвращаться обратно! Здесь куда опаснее, чем в игре!
Но как?
Синъи вспомнил, как в прошлый раз очнулся в лаборатории Доктора и лег в капсулу гибернации. Но где искать эту лабораторию сейчас? Вдруг она вообще на другом континенте?..
Зажимая рот и нос рукавом, он тяжело поднялся и побрел вперед. Сидеть и ждать смерти нельзя!
Едва не теряя сознание от удушья, Синъи вдруг заметил вдали… огонек.
Свет!
Это была вершина высокой сигнальной башни, уходившая шпилем в самые облака. В мертвом, обесточенном городе действующий источник энергии казался настоящим чудом. Если там есть электричество — значит, есть и спасение!
Собрав последние силы, Синъи рванул к башне.
Добравшись до основания, он обнаружил в земле тяжелый металлический люк. Подземелье!
Он вспомнил, что База Доктора тоже находилась под землей. Тогда его еще удивляли странные глухие удары, доносившиеся отовсюду. Теперь до него дошло: это бушевал шторм, и снаружи бились в стены орды зараженных.
От этой мысли мурашки побежали по коже. Синъи отвалил люк и спрыгнул вниз.
Сейчас было не до безопасности — он просто задыхался.
Захлопнув крышку, Синъи наконец смог с жадностью глотнуть воздуха. Стоило напряжению спасть, как всё тело отозвалось тупой болью.
Немного придя в себя, парень осмотрелся.
Обстановка почти не отличалась от обители Доктора: минимум света — лишь тусклые лампы от генераторов и аккумуляторов, ряды мониторов, ящики с припасами да стенд с документами на стене.
Синъи подошел к белой доске. На ней размашисто чернели строки:
Подземное Убежище №8891
Значит, это бункер…
«100-й день апокалипсиса: сил больше нет. Еда закончилась. Прошло ровно сто дней, и, кажется, в этой жизни больше нет никакого смысла… Чем медленно умирать в этой норе без солнечного света, лучше выйти наружу и попытать удачу. Наверное, это моя последняя запись».
Синъи замер.
Апокалипсис?..
На соседней пробковой доске висели фотографии катастроф: наводнения, пылевые бури, торнадо, извержения вулканов…
Рядом ютились карты миграции зомби и таблицы состава воздуха. Все графики зашкаливали в красной зоне — атмосферные газы стали смертельны для человека.
Сложив фрагменты воедино, Синъи ощутил, как земля уходит из-под ног.
Случился конец света. Стихийные бедствия и эпидемия вспыхнули одновременно, загнав остатки человечества в подземные бункеры.
Цзянь Синъи окончательно запутался.
Это всё ещё часть игры — эдакий мрачный уровень под названием «Реальность», подобный зоне за прозрачным барьером? Или… настоящая реальность действительно погибла?
Мысль казалась дикой, безумной.
Все игроки изо всех сил цеплялись за жизнь, мечтая об одном — вернуться в безопасный реальный мир. Но что, если той реальности больше нет? Что, если она превратилась в ад, по сравнению с которым игра кажется раем?
Потому капсулы и отключились, а электросети пали. Живых людей снаружи не осталось, и выжившие оказались навечно заперты в виртуальном пространстве.
Если это правда… значит, последняя надежда человечества разбита вдребезги?
Люди боролись только ради того, чтобы однажды вернуться домой. Но если дома больше нет… ради чего жить дальше?
Цзянь Синъи обессиленно опустился на пол.
А может, это просто очередной пузырь воспоминаний? Сейчас он очнётся в своей постели, увидит привычный кроваво-красный небосвод, уютный дом… и Шаньхая?
Шаньхай.
Синъи заставил себя взяться в руки. Ему нужно назад. Там его ждут.
Сделать глубокий вдох, выдох. Онемевшие конечности постепенно наполнялись теплом.
Ему ещё повезло: судя по отчетам на стенде, снаружи регулярно бушевали катастрофы такой силы, что смывали целиком целые кварталы. Простая пылевая буря по сравнению с ними — удачный расклад.
Главное — вернуться.
Обшарив подземный бункер, Синъи обнаружил в дальнем углу капсулу гибернации.
Она самая!
Это объясняло, почему подобные аппараты стояли в бункере Доктора. Когда мир рушился, люди в отчаянии пытались сбежать в виртуальную реальность, спасаясь от верной гибели.
Рядом с капсулой лежала пожелтевшая инструкция:
«Настройте капсулу на нужную частоту и войдите в «Пришествие Рассвета», чтобы пройти эвакуацию. Живите!»
По спине Цзянь Синъи пробежал мороз.
Так игра… с самого начала была убежищем?!
Но почему он ничего этого не помнит? Или эти события произошли уже после того, как его затянуло в игру?
Ответов не было. Синъи взглянул на капсулу: это был его единственный шанс вернуться!
А если не сработает?..
От этой мысли его отчаянно затрясло. Если капсула не включится, он останется здесь один — умирать в темноте от голода и ядовитого воздуха.
Синъи забрался внутрь, закрыл крышку и закрыл глаза, судорожно шепча молитву.
Пожалуйста… верни меня назад…
* * *
Цзянь Синъи распахнул глаза.
Знакомый потолок.
Он повернул голову: привычная комната, а за окном — родной кроваво-красный небосвод.
Вернулся. Он дома.
Лихорадочно вызвав терминал, Синъи отправил Юйшэню запрос на временную должность управляющего в гильдии [Бесконечный Дождь] и тут же телепортировался в их штаб.
Юйшэнь взволнованно выскочил навстречу:
— Ты вернулся! Почему так быстро? Ну как? Нашёл способ вернуть всех в реальность? Что там вообще происходит?!
Цанлан тоже подбежал ближе:
— Разработчики знают про баг? Они чинят игру?!
Синъи молчал.
Его взгляд упал на Шаньхая, стоящего чуть отдалечь и не сводившего с него пристального взора.
— Простите… — сипло выдохнул Синъи.
Ему жизненно необходим был обнимающий жест. Подойдя к Шаньхаю, он крепко прижался к его груди.
Чувствуя живое тепло человеческого тела, Синъи наконец ощутил почву под ногами.
Слава богу. Он дома.
* * *
Спустя полчаса четверо игроков сидели в заборчике конферец-зала. Выслушав рассказ Цзянь Синъи, остальные трое погрузились в тяжелое, оцепенелое молчание.
Шаньхай бережно взял Синъи за запястье, осматривая руку. Вся кожа парня покрылась бледной аллергической сыпью.
Синъи достал флакон с отваром женьшеня и, сделав глоток, пробормотал:
— Я и сам не уверен… Вдруг то место — не реальность вовсе?..
Никто не ответил.
Спустя пару минут Юйшэнь тяжело вздохнул:
— Я составлю подробный отчет и скину в общий чат лидеров. Посмотрим, что скажут остальные.
— Хорошо, — устало отозвался Синъи. — Я, пожалуй, пойду отдохну.
Юйшэнь выглядел не лучше. Столько усилий, столько надежд — и такой беспросветный финал.
* * *
На следующий день Цаншуй и Уюнь выложили в группу свой аналитический документ.
Это было то самое исследование, о котором ранее упоминала Бай Цзе. Цаншуй и Уюнь долго изучали руины древнего храма, пока не нашли скелет и ветхий дневник. Записи почти истлели, и ушло немало времени, чтобы расшифровать сохранившиеся фрагменты.
Судя по дневнику, останки принадлежали одному из главных программистов «Рассвета». Записи содержали системные коды, инструкции к экстренным протоколам и заметки о шести растениях Заснеженных Гор.
В финале дневника имелась запись:
* «Я колебался, стоит ли уничтожить этот проход. Ведь людям больше незачем возвращаться в реальный мир. Но всё же решил оставить его — как памятник прошлому. Раз уж этот механизм создавался как аварийный предохранитель, пусть им и остается».*
Документы Цаншуя в совокупности с отчетом Цзянь Синъи сложились в страшную мозаику:
— Реальный мир погиб.
— Игра стала последним пристанищем человечества.
Юйшэнь написал в чат:
Юйшэнь: [Друзья, меня беспокоит ещё кое-что. Вы помните вступление к подземелью «Шёпот Джунглей»?]
* «Дождевой лес честен.*
Деревья, земля и травы не умеют лгать. Рождённый природой чует движение небес. Если грянет беда, лес откликнется первым. Эта чаща расскажет обо всём».
Лэко: [Мать твою… Выходит, бесконечный ливень в джунглях — это лишь прелюдия?! И все те катастрофы, которые Синхэ видел в реальности, скоро начнутся здесь?!]
Юйшэнь: [Я не уверен… но исключать этого нельзя].
Лэко: [Чёрт, я давно чувствовал неладное! Система молчит про следующее нашествие зомби, но разве она бывает милосердной? К тому же «Право на Ковчег» нам так официально и не выдали! Значит, впереди главная проверка!]
Синхэ: [Дождитесь, пока я доберусь до Гор Спокойствия. Возможно, там найдутся новые ответы].
Цзянь Синъи понимал: нужно как можно скорее попасть в Горы Спокойствия и распечатать письмо Доктора. Тот находился в реальности до самого конца и наверняка знал куда больше остальных!
На следующий день Синъи и Шаньхай попрощались с Юйшэнем и соратниками из [Бесконечного Дождя] и отправились к следующей точке маршрута — Горам Морских Волн.
Преодолев их, они окажутся у цели. Горы Спокойствия — совсем рядом!
Перед отбытием гильдийцы снабдили Синъи припасами, зельями и особыми предметами, необходимыми для морского региона. Включая… средство от морской болезни.
Цзянь Синъи с сомнением покрутил пузырек:
— Серьёзно?..
Он искренне надеялся, что снадобье не пригодится.
Горы Морских Волн полностью оправдывали своё название: цепь скалистых пиков здесь тонула в бескрайних океанских водах.
Шаньхай пояснил:
— За пределами Дождевого Леса ландшафт резко меняется. Нам нужно сесть на лодку в реке, протекающей через джунгли. Река впадает в океан, выходя прямо к границе Гор Морских Волн. Там, на пересадочном причале, мы пересядем на большой корабль и продолжим путь.
Весь этот регион состоял из мелких островов, на которых игроки возводили базы. Перемещаться приходилось исключительно на судах, попутно добывая морские ресурсы.
Горы Спокойствия располагались на самом краю этой акватории, так что путь к ним лежал только по воде.
Добравшись до пристани, Цзянь Синъи замер, глядя на бескрайнюю гладь воды, уходившую за горизонт.
Морской прибой ласкал слух, свежий бриз доносил запах соли, и от этого вида на душе становилось светло и спокойно.
Впрочем, последующий разговор быстро испортил настроение.
На пристани отдыхала группа игроков. Заметив прибывших, они изумленно округлили глаза:
— Ого, новые лица? Вы чего в такое время… Шаньхай?!
А рядом с ним, стало быть…
— Синхэ?!
Имя [Синхэ] гремело на весь игровой мир. Игроки тут же с беспокойством заговорили:
— Вы в Горы Морских Волн за ресурсами? Мы бы очень не рекомендовали туда плыть!
— Почему?
Один из парней вздохнул:
— Вы что, не в курсе? Со вчерашнего дня в море бушуют аномальные штормы и гигантские цунами! Куча народа уже пошла ко дну!
Что?..
В ту же секунду в чате руководителей «Плана Освобождения Человечества» посыпались тревожные сводки из других регионов.
На Лавовом Вулкане температура подскочила до критической: началась страшная засуха, земля пошла трещинами, растения выгорали на корню. В Заснеженных Горах свирепствовала беспрецедентная метель, а на Горе Поднятия Флага не утихали разрушительные торнадо.
За исключением Гор Мира и Гор Спокойствия, весь игровой мир охватили стихийные бедствия. Пусть пока они не достигли пика, но…
Бесконечный дождь в джунглях и впрямь оказался лишь вестником.
Катастрофы реального мира прорвались в игру.