До Храма Тысячи Колоколов оставался отрезок пути, преодолеть который можно было только пешком. Мэймэй заявил, что идти «всего лишь» пару часов.
«Всего лишь»...
Цзянь Синъи тяжело вздохнул.
В обычное время два часа сбора ресурсов в дикой местности не составили бы для него никакого труда. Однако сейчас им приходилось пробиваться сквозь лютую метель. Ледяной ветер рвал одежду и бил по лицу, обжигая кожу холодом и болью. Тропу завалило сугробами, а раскачивающиеся из стороны в сторону высокие сосны грозили стегнуть по лицу колючими иглами.
Мэймэй вдруг повернулся к Цаншую и с тоской вздохнул:
— Как же я тебе завидую...
Цзянь Синъи молча лишился слов. Кабы все в отряде не знали, что у Мэймэй в голове царит абсолютная сквозная пустота, подобная фраза прозвучала бы бестактно и до крайности дико.
Цаншуй, укутавший руки в пушистую муфту, вальяжно восседал в инвалидном кресле, которое толкал Уюнь.
— Хочешь заняться моим местом? — с мягкой улыбкой отозвался он. — Могу уступить. Нужна помощь?
—... Спасибо, воздержусь.
С трудом пробивая следы в глубоком снегу, спутники двигались вперёд. Не прошло и пяти минут, как их плечи и шапки покрылись белой коркой. Из-за величественных, подпирающих небо вековых деревьев и непроглядной пелены вьюги Цзянь Синъи видел лишь туманный силуэт храма, что лишь подогревало его любопытство.
Наконец, превозмогая завалы, они вышли к главным вратам Храма Тысячи Колоколов.
У юноши перехватило дыхание. Перед ними возвышалась исполинская каменная арка, уходящая вершиной прямо в свинцовые тучи. Чтобы разглядеть верхний край, Цзянь Синъи пришлось закинуть голову назад. Сглотнув подступивший к горлу комок, он ощутил, как от одного лишь вида этого векового монумента перехватывает дух.
Навалившись плечами, спутники с трудом отворили тяжелые створы.
Стоило ступить за порог, как бушующий буран словно отрезало. Внутри Храма веяло весенним теплом. Вокруг громоздились древние кладки из бурого кирпича и затесанного камня, густо перевитые плющом, диким виноградом и цветущими вьюнами.
Хотя храм давно был заброшен и превратился в приют для папоротников и кустарников, его каменные своды не поддались времени. Цзянь Синъи чувствовал затаенное величие этого места. Они прошли по широкой галерее, заставленной двумя рядами римских колонн — настолько толстых, что их едва ли смогли бы обнять трое взрослых мужчин. Наверху угадывались карнизы с истершимся барельефом.
За галереей открылся главный зал. Помимо буйной зелени и цветов, в нем ничего не было.
Цзянь Синъи тут же активировал навык и принялся собирать очки эссенции.
[Сбор успешен: получено [Эссенция] x31]
[Сбор успешен: получено [Эссенция] x16]
[Сбор успешен: получено [Эссенция] x20]
Концентрация эссенции здесь оказалась невероятно высокой!
Хотя ценность растений варьировалась и не каждый куст давал ресурсы, параметры некоторых образцов впечатляли. Цзянь Синъи принялся жадно обследовать каждый угол. После расширения свинарника у него оставалось всего 6 очков эссенции, но за время подъема на вершину — пока они ехали в машине и пока он собирал древесину в лесу — ему удалось неплохо пополнить запасы.
А уж в том временном пузыре, где он встретил юного Святого Сына, юноша разжился более чем 400 очками. Теперь, с учетом находок в зале, его капитал достиг ровно 800 единиц! Внушительная цифра.
Уюнь покатил кресло Цаншуя дальше — судя по всему, делать замеры и вносить данные о крепостных стенах. Маоцзинь опустился на каменный выступ, чтобы перевести дух. В Храме царила абсолютная безопасность, зомби здесь не водились, поэтому все расслабились.
— Говорят, раньше тут собирались жители окрестных горных деревень, — пояснил Мэймэй, подойдя к Цзянь Синъи. — Потому главный зал и пустует.
Он провел юношу в молитвенную комнату, расположенную сразу за алтарной частью.
— А здесь местный люд каялся перед Святым Сыном в своих грехах.
Помещение оказалось средних размеров, без единого окна. Стены смыкались глухим каменным мешком, и лишь из небольшого светового фонаря в потолке пробивался одинокий сноп света. Он падал ровно на изваяние Святого Сына, расположенное в самом центре, отчего статуя казалась объятой мягким сиянием.
На запястье скульптуры был повязан жёлтый цветной флажок, необходимый для задания. Цзянь Синъи подошел и осторожно снял его, получив синий цветной флажок, символизирующий небо.
Юноша ещё раз бросил взгляд на статую. Это был всё тот же юноша, которого он видел раньше, но выражение его лица разительно отличалось — в нем не осталось и следа прежней детской непосредственности.
— Храм примыкает к самому пику горы, — продолжил Мэймэй. — Когда закончим здесь, выйдем на вершину и повяжем флаг на статую ламы.
Выйдя из молитвенной, Мэймэй указал на сводчатые проходы по бокам:
— Эти арки ведут в сад и другие пристройки. Можешь побродить, осмотреться. Кстати, тут есть одно небольшое побочное задание... ну, смотри сам, делать или нет.
— Задание? — переспросил Цзянь Синъи.
Мэймэй почесал затылок:
— Ты ведь знаешь, что на нашей Заснеженной Горе действует странная аномальная зона?
Цзянь Синъи на полном серьезе уточнил:
— Аномалия гей-магнетизма?
* * *
— Черт возьми, да нет же! — вспыхнул Мэймэй. — Я о паранормальщине! Мы, конечно, привыкли, что ты всю дорогу сам с собой разговариваешь, ходишь тут черт знает с какими видами, но вообще-то чертовщины здесь хватает.
Цзянь Синъи смущенно покраснел:
— А, ты об этом...
— Ну так вот, — продолжил Мэймэй. — Квест называется [Искренность Дробит Камень]. Суть в том, чтобы собрать три капли чистейшей святой воды. Если окропить ими вьюны у статуи ламы на вершине, растения расцветут. За это дадут достижение, немного монет Лимин и особый предмет — [Компас]. Он указывает дорогу в подземельях и во время бурана. Короче, вещь в хозяйстве полезная, хотя и специфическая.
Цзянь Синъи моргнул. И что в этом странного? Обычный игровой квест.
— Впрочем, сам по себе результат так себе, — покрутил рукой Мэймэй. — Ну расцветут цветы, и что с того? Разве что тебе, как торговцу-земледельцу, польза будет.
«Это уж точно, — подумал Цзянь Синъи. — Если распустятся редкие бутоны, я не только полюбуюсь, но и эссенцию с них соберу!» До тысячи очков ему оставалось чуть больше двухсот.
— Да и компас, честно говоря, предмет сомнительный, — продолжал Мэймэй. — Звучит круто, а на деле... В интерфейсе есть навигатор, в инстансах — четкие маршруты. Где нам тут блуждать?
Цзянь Синъи задумался. И правда. Даже когда он переносился в прошлые эпохи через пространственные аномалии, его всегда вели Пузыри Воспоминаний.
— Так что главное тут не награда, а процесс! — зловеще понизил голос Мэймэй. — Чтобы добыть три капли святой воды, нужно коснуться трех пузырей воспоминаний в боковых приделах. Эти пузыри подстраиваются под конкретного игрока, а их содержание и длительность случайны. Гильдия «Вершина Виноградной Горы» собирала сведения о тех, кто проходил этот квест... И знаешь, к какому выводу они пришли? Эти пузыри показывают твой возможный финал.
— Чего?..
— Причем исключительно паршивый финал. Плохую концовку.
— Чего?! — вытаращился Цзянь Синъи.
— Тематика этих воспоминаний — страх, сожаление, отчаяние, гнев и прочая дрянь, — объяснил Мэймэй. — Система генерирует для тебя гибель или худший сценарий развития событий.
Цзянь Синъи кивнул, уловив суть.
— В общем, решай сам, — подытожил Мэймэй. — Это всего лишь гипотеза «Виноградной Горы», никто ничего не доказывал. Одни считают, что лучше знать врага в лицо и подготовиться, а другие не хотят жить в страхе перед жуткой судьбой и обходят эти пузыри стороной.
— А ты пробовал? — поинтересовался Цзянь Синъи.
Мэймэй неловко усмехнулся:
— Ну уж нет, я пас. У меня кишка тонка.
— Понятно...
— Да ты не бери в голову! — Мэймэй похлопал его по плечу. — Никакого физического урона эти пузыри не наносят, максимум — нагонят жути. Ты парень крепкий, нервы в порядке. Вдруг пройдешь и выбьешь именно то растение, которое тебе нужно?
В любом случае Цзянь Синъи предстояло оставаться здесь до самого объединения гильдий, времени оставалось с избытком. Поразмыслив, он решил, что после испытания Святого Сына его вряд ли можно чем-то удивить. Другим нужен был «прогноз судьбы», а его интересовали исключительно редкие цветы для сбора эссенции. И пусть с удачей у него всегда было так себе — мечту обмануть рок никто не отменял!
— Ладно, я попробую, — выдохнул юноша.
Просмотр подобного зрелища — дело интимное, поэтому Мэймэй ушел отдыхать в главный зал, оставив Цзянь Синъи одного.
Цзянь Синъи вошел в первый боковой придел. В центре пустой комнаты парил одинокий Пузырь Воспоминаний.
Едва пальцы юноши коснулись полупрозрачной сферы, как перед глазами вспыхнула тьма, и в голове раздался бесстрастный голос Системы:
[Игрок активировал испытание [Искренность Дробит Камень]!]
[Говорят, солнце и луна вечны, но в этом мире даже они способны погрузиться в небытие.]
[Лишь вода течет непрестанно. Она сокрыта в глубинах земли и в небесных высях, она течет в жилах каждого смертного. Вода сохранит ваши чувства, пронесет сквозь вечность память и явит знамения прошлого и будущего.]
[Принеси мне три капли чистейшей воды, рожденные твоими самыми искренними чувствами: каплю страха, каплю сожаления и каплю отчаяния.]
Цзянь Синъи ощутил невесомость.
[Игрок [Синхэ] погружается в воспоминание [Первая капля святой воды — Страх перед будущим]!]
Откашлявшись от резкого порыва ветра, Цзянь Синъи открыл глаза и обнаружил себя посреди заснеженной равнины.
«Я снова в Заснеженных Горах Тысячи Колоколов?»
В следующее мгновение со всех сторон на него хлынули орды зомби. Воздух взорвался оглушительным, терзающим слух ревом сотни гниющих глоток.
Хотя юноша головой понимал, что всё происходящее — лишь иллюзия, сердце сковал первобытный ужас. Визуальный шок был слишком силен! В подземелье «Нефритовый Нектар» перед ним всегда стоял Шуйси, выкашивавший тварей из тяжелого оружия. Во время Нашествия Зомби монстров удерживали прочные решетки и защитные рвы.
А сейчас...
Цзянь Синъи попытался выхватить оружие, но тело не слушалось. Он оказался абсолютно беспомощен перед накатывающей волной живой плоти. Не чувствуя физической боли, он с ужасом наблюдал, как десятки перекошенных, окровавленных морд смыкаются вокруг него, разрывая плоть на куски и пожирая заживо.
Он не сдержался и закричал.
* * *
Распахнув глаза, Цзянь Синъи обнаружил, что сидит на холодном полу перед погасшим пузырем. Грудь ходила ходуном, тело покрылось липким холодным потом.
[Поздравляем игрока [Синхэ] с прохождением воспоминания [Первая капля святой воды — Возможные исходы]! Награда: 66 666 монет Лимин, предмет [Святая Вода] x1]
На месте пузыря теперь лежала перламутровая, сгустившаяся капля — похожая на невероятную жемчужину.
Переведя дыхание, Цзянь Синъи мысленно успокоил себя: «Пустяки, всего лишь муляж...»
Подобная гибель его не удивила. Мэймэй предупреждал, что сгинуть в зубах зараженных — стандартный финал для каждого первого игрока в этом апокалиптическом аду.
Подобрав жемчужину, юноша убрал её в карман и направился во второй придел.
Что ждало его дальше?
[Игрок [Синхэ] погружается в воспоминание [Вторая капля святой воды — Сожаление об обещании]!]
Прикоснувшись к следующей сфере, Цзянь Синъи снова оказался на снежном поле. Но на этот раз бушевал неистовый буран. Белая пелена застилала глаза, ветер сбивал с ног.
Юноша тревожно огляделся.
Невдалеке на снегу темнел неподвижный силуэт. Вокруг него расплывалось алое пятно.
Цзянь Синъи бросился вперед, и когда разглядел лицо упавшего, сердце его пропустило удар.
Шуйси!
— Шуйси!..
Упав на колени, юноша приподнял его и сжал в объятиях:
— Шуйси, проснись!
Пусть это была лишь галлюцинация, но чувство горького сожаления, обещанное Системой, накрыло его с головой.
Человек на его руках не дышал. Лицо и волосы были залиты кровью. Одиночное отверстие во лбу — мгновенная смерть от точного выстрела.
Как такое возможно?..
Кто мог убить Шуйси?!
Цзянь Синъи задрожал всем телом. Осознание того, сколько всего он не успел сказать Шуйси, сдавило грудь раскаленным обручем. Даже понимая ненастоящесть происходящего, юноша едва не задохнулся от боли.
«Нет... Только не это!»
Снежный вихрь накрыл его с головой, и сознание угасло.
* * *
Цзянь Синъи долго не мог прийти в себя, сидя на каменном полу.
[Поздравляем игрока [Синхэ] с прохождением воспоминания [Вторая капля святой воды — Сожаление об обещании]! Награда: 66 666 монет Лимин, предмет [Святая Вода] x1]
Заторможенно уставившись на вторую жемчужину, юноша на автомате достал деревянную фигурку голубя.
Изъяв из тайничка полоску бумаги и перо, он дрожащей рукой начертал:
«Ты тут?»
На той стороне должен был прозвучать сигнальный колокольчик.
Ответ от Шуйси пришел мгновенно:
«М?»
Цзянь Синъи перевел дух и судорожно выдохнул.
Живой...
Это просто морока.
Окончательно взяв себя в руки, он отписал:
«Всё в порядке.»
И всё же перед третьим приделом юноша ощутил липкий укол страха.
Поднявшись на ноги, он направился к последней комнате.
Ну же! Чем ещё Система попытается его сломать?
[Игрок [Синхэ] погружается в воспоминание [Третья капля святой воды — Безысходный финал]!]
Открыв глаза после касания сферы, Цзянь Синъи обнаружил себя... у внешних стен родной гильдии?
«Я вернулся в „Долголетие“?»
Нет, укрепления выглядели иначе. В реальности их стены оставались незавершенными, а здесь возвышался неприступный бастион.
Вокруг стояли соратники: Хэйе, Байчжоу, Гулан... Все члены гильдии были в сборе.
В следующий миг на стены хлынула нескончаемая волна зараженных. Цзянь Синъи сквозь бреши в кладке видел израненные, гниющие туши, рвущиеся вперед под оглушительный клич гибели.
Сердце сжалось от лихорадочного напряжения.
Видя, как рушатся монументальные опоры, юноша поневоле отступил на пару шагов.
«Дело дрянь...»
Стена обрушилась с громоподобным треском. Орда хлынула внутрь.
Внезапно сознание Цзянь Синъи воспарило над полем боя, возносясь все выше и выше.
Он видел, как погибают бойцы «Долголетия». Но на этом кошмар не закончился...
Падали другие базы, погибали люди. Все игроки на сервере уничтожались один за другим.
Мир рушился до основания. Ни единая душа не могла избежать гибели в этом тотальном коллапсе.
* * *
Выйдя из пузыря, Цзянь Синъи еще долго сидел на полу, уставившись в одну точку.
[Поздравляем игрока [Синхэ] с прохождением воспоминания [Третья капля святой воды — Безысходный финал]! Награда: 66 666 монет Лимин, предмет [Святая Вода] x1]
[Игрок [Синхэ] собрал всю Святую Воду! Поместите капли в изваяние ламы на вершине горы, чтобы завершить задание [Искренность Дробит Камень]!]
Юноша не спешил подниматься. Чувства переполняли его.
Первый пузырь подарил банальный страх перед физической смертью. Второй — разорвал душу личной утратой. Но третий... Третий лишил его всего.
Он словно взирал на мир очами бесстрастного божества, наблюдающего абсолютную гибель сервера. Ни боли, ни слез — лишь выжженная, бескрайняя пустота. Вот она, настоящая безысходность. Когда уничтожено всё, эмоциям просто не за что зацепиться.
Цзянь Синъи зажмурился и с силой потер лицо ладонями.
— Ух...
Поднявшись, он побрел к выходу из храма.
Проходя через открытый внутренний садик, он наткнулся на Цаншуя и Уюня, делавших заметки.
Цаншуй внимательно взглянул на него и с беспокойством произнес:
— Ты совсем бледный... Всё в порядке?
Цзянь Синъи спохватился и касанием проверил щеку:
— А? Да, я в норме.
— Увидел что-то неприятное? — мягко спросил Цаншуй. — Не бери в голову. Это лишь гипотетические варианты развития событий, они вовсе не обязаны стать реальностью.
Уюнь кивнул:
— Именно. Всё в наших руках.
Их спокойные голоса подействовали умиротворяюще, и Цзянь Синъи не удержался:
— В третьем пузыре... я видел, как погибли абсолютно все.
Цаншуй и Уюнь переглянулись.
Юноша вздохнул:
— Тяжело же нам придется... Не думал, что эти воспоминания так бьют по мозгам.
Цаншуй тепло улыбнулся:
— Синхэ, Госпожа Бай показывала мне статистику «Вершины Виноградной Горы». Во всем мире игроков, углядевших тотальную гибель сервера... не наберется и пяти человек. Ты уникален.
Цзянь Синъи замер:
— Чего?
— Мы с Уюнем — как раз из этой пятерки, — добавил Цаншуй.
В голове Цзянь Синъи будто замкнулись шестеренки, но собрать единую картину он пока не мог.
Ему захотелось спросить: «Вы тоже знаете о Плане Освобождения Человечества Госпожи Бай?», но, помня её наказ не разглашать тайну, вовремя прикусил язык.
Цаншуй тихо рассмеялся:
— Синхэ... У тебя же всё на лице написано.
Уюнь усмехнулся:
— Можешь не шифроваться. Мы тоже состоим в группе Госпожи Бай.
Цзянь Синъи вытаращился на них.
Вот так просто взяли и признались?!
— Мы с Уюнем принялись за дело именно после того, как увидели тот самый финал, — пояснил Цаншуй. — И глядя на тебя, я вижу: ты с нами.
Цзянь Синъи криво ухмыльнулся. Да уж, конспиратор из него никакой.
— Добро пожаловать в команду, Синхэ, — мягко произнес Цаншуй.
— Ага, вступай в наши ряды, — хмыкнул Уюнь. — А то смотрю, тебе официальной церемонии не хватает? Не парься, Госпожа Бай устроит тебе полноценный прием, когда придет время.
— Понял...
Цзянь Синъи почесал затылок. Было ощущение, будто он только что сделал судьбоносный шаг, хотя в глубине души понимал: всё к этому и шло.
— Ладно, беги сдавать квест, — напутствовал Цаншуй. — Ты проторчал в погружении слишком долго, времени почти не осталось.
— Точно! — спохватился юноша.
Цзянь Синъи прибавил шагу. Из-за временного искажения в пузырях прошел почти день. Нужно было завершить дела до слияния гильдий, чтобы потом не тащиться на вершину заново.
Ему требовалось сдать два предмета: повязать флаг и закрыть побочный квест храма.
Миновав задние врата, он снова оказался во власти ледяного ветра.
Среди снежного бурана вырисовывались обледеневшие силуэты статуи ламы и гигантского колокола.
Шагнув за порог, Цзянь Синъи принял на себя очередной удар вьюги, плечи мгновенно облепили хлопья снега. Он стоял на самом краю обрыва вершины Заснеженных Гор Тысячи Колоколов. Закинув голову, оглядел непроглядно-темное небо, а затем бросил взгляд вниз.
За всё время игры он впервые забрался так высоко!
Вокруг клубились густые облака и туман, сквозь которые едва угадывались крошечные коробки построек и баз.
Цзянь Синъи жадно глотнул морозного воздуха и поочередно вложил три перламутровые жемчужины в пустое углубление на животе статуи ламы.
[Игрок [Синхэ] завершил побочное задание Храма Тысячи Колоколов [Искренность Дробит Камень]! Награда: 66 666 монет Лимин, предмет [Компас]!]
Как и говорил Мэймэй, суть была в испытании. Цзянь Синъи открыл описание предмета:
[Указывает верный путь вне зависимости от времени и места.]
Хоть вещь и казалась бесполезной, юноша с удовольствием убрал её в инвентарь.
В этот момент плети вьюнов и дикого винограда, окутывавшие изваяние, начали на глазах покрываться бутонами.
Один, два...
Семь цветков Снежного Лотоса!
Снежные Лотосы?!
Цзянь Синъи вытаращил глаза от неожиданности. Статуя ламы действительно услышала его негласный запрос и явила именно то, в чем он нуждался!
[Динь-динь!]
[Обнаружен игрок с высоким уровнем Уз с игроком [Синхэ]! Доступ получен!]
[Игрок может войти в Круг Единения вместе со своим спутником. При совпадении сердечных порывов награда в виде Снежных Лотосов удвоится! Дополнительно: [Якорь Единых Сердец] x5 и монеты Лимин!]
Цзянь Синъи обомлел.
Высокий уровень Уз? Это про кого?..
Впрочем, суть ясна: если найти человека, чье сердце бьется в унисон с его собственным, и вместе встать в светящийся круг, урожай удвоится!
Но "единение сердец"...
Юноша опустил взгляд.
Он подумал о Шуйси... но тот, кажется, не испытывал к нему романтических чувств.
Взглянув на таймер гильдейского объявления, Цзянь Синъи увидел, что до объединения оставалось полчаса.
Глубоко вздохнув, он решил: эх, была не была!
Набрав сообщение, он отправил Шуйси:
«Занят?»
Ответ пришел моментально:
«Нет.»
Цзянь Синъи без колебаний активировал [Якорь Единых Сердец].
Пространство соткалось из света, и перед ним предстал Шуйси.
Мужчина уже выхватил оружие и настороженно озирался, но, не найдя врагов, с замешательством уставился на Цзянь Синъи.
— Что стряслось?
Цзянь Синъи улыбнулся:
— Успокойся, никакой опасности нет.
Шуйси изумленно изогнул бровь. Зачем тогда тратить ценный телепорт?
Набрав в грудь воздуха, Цзянь Синъи честно выложил:
— Я всё решил. Я не хочу жить в сожалениях. Пусть ты считаешь меня просто НПС или искусственным интеллектом, но мое сердце не соврет.
Шуйси замер.
— Что?..
Цзянь Синъи сделал шаг и встал в светящийся контур на снегу:
— Я потратил Якорь. Если наши сердца едины, мы получим новые. Если же нет... что ж, тогда я больше никогда не стану беспокоить тебя этим предметом. Способов спасти жизнь у меня предостаточно, а держать этот телепорт лишь как подстраховку я не хочу.
Он с сияющей улыбкой посмотрел на мужчину:
— Шуйси, иди сюда.
Шуйси ничего не понял, но без колебаний сделал шаг вперед, вступив в сияющий круг рядом с юношей.
В то же мгновение белоснежные бутоны Снежного Лотоса хлынули с каменного изваяния на снежное плато, расцветая сотнями лепестков.
Вся вершина горы утонула в море цветущих Снежных Лотосов.