«... До чего же одиноко».
Эта фраза неожиданно всплыла в сознании Райта.
Взгляд его кобальтово-синих глаз затуманился, ослабевшие руки и ноги беспомощно повисли в воздухе. Внезапно возникшая неведомая сила сдёрнула с его груди значок «Четырехветвь», взъерошила ярко-золотые волосы и разбросала спутников в разные стороны.
Теперь он мог лишь подчиниться воле невидимого противника, замерев, точно манекен.
Чужой, но странно знакомый порыв бесцеремонно вторгся в его разум, словно грабитель среди белого дня.
Перед глазами — лишь мутное, хаотичное марево.
И посреди этого мрака вырисовывался лишь мягкий, размытый силуэт.
В полутёмной тишине этот силуэт тихо шептал:
«До чего же одиноко...»
«Мы словно звёзды на небосводе: кажемся столь близкими, а на деле нас разделяют миллиарды световых лет».
«До чего же одиноко...»
«Почему мы вечно расстаёмся? Почему отдаляемся друг от друга, пока не станем чужими?»
«До чего же одиноко...»
«Оттого ли это, что такова человеческая жизнь, или оттого, что мы так и не встретились по-настоящему?»
Что это такое? — растерянно подумал Райт, чувствуя, как сознание внезапно проясняется.
Кто... кто это говорит? И что она пытается ему сказать?
Сорвавшая значок сила, чудовищная давящая атмосфера вокруг, эти странные, надрывные откровения...
Неужели всё это — проявление чьей-то способности?
Строчки сообщений проносились и гасли, точно пена на морских волнах, исчезая в мгновение ока.
И стоило тихой мысли Райта раствориться в непроглядной тьме, как из бездны стремительно вырвалась жуткая когтистая рука!
* * *
Природа суперспособностей предопределена от рождения.
В Тиньчжоу изучение сверхчеловеческих сил продвинулось достаточно далеко, но всё же оставалось далёким от полного понимания. Известно было лишь одно: дар запечатлён в генах и даётся от рождения. Подобно узорам папиллярных линий на пальцах или рисунку прожилок на сорванном листе, каждый обладатель дара несёт в себе уникальный, неповторимый след.
Имя способности Маргариты было нелепо длинным — с какими-то цифровыми индексами вроде «тип 5-Б-3». Запоминать эту канцелярию у неё не было ни малейшего желания. Девушка знала главное: её стихия — лёд, и короткого наименования «Несокрушимый лёд» было более чем достаточно.
В отличие от своего непутёвого спутника, Маргарита, поступив в Академию Эдем, уже владела способностью на Втором уровне и даже касалась граней Третьего — результат более чем блестящий.
Среди большинства обладателей дара даже после окончания Эдема лишь единицы способны выкрутить свои силы до Третьего уровня. Второй уровень считался стандартом для выпускника, и у многих уходили годы, чтобы достичь этой планки. Для тех, чей дар носил вспомогательный характер, это было сродни подвигу, не говоря уже о Маргарите с её агрессивным, атакующим «Несокрушимым льдом». Её успехи выглядели попросту выдающимися.
Каждый качественный скачок дара не просто давал эсперу более уверенный контроль, но и кардинально менял саму суть его применения. Однако любые трансформации происходили строго на фундаменте Первого уровня — вектор развития никогда не менялся на противоположный. Человек с «Физическим усилением» ни при каких обстоятельствах не мог внезапно совершить прорыв и начать повелевать растениями. Повышение ранга — это лишь выбор единого направления и его неустанное углубление.
Взять ту же Маргариту. Когда её дар только пробудился под давлением зашкаливающих эмоций, её кожа покрылась тонким слоем наледи. Лёд был воплощением её чувств, но управлять им она не умела: мороз разъедал её собственную кожу до багровых синяков. Это и был Первый уровень.
Поступив в Эдем и пройдя сквозь бесконечную вереницу боёв, Маргарита научилась обуздывать стихию. Из неуправляемой вспышки она смогла спрессовать тонкую наледь в смертоносные ледяные пики, согнав широкую плоскость в одну острую точку. Из автоматического холодильника она превратилась в турель, разящую ледяными снарядами, и тем самым перешагнула порог Второго уровня.
А вот переход от Второго к Третьему требовал глубочайшей деконструкции самой природы способности — это была туманная, абстрактная и для многих недостижимая вершина.
Маргарита заставила себя мгновенно взяться за ум.
На них с Райтом напали! Спланированная атака вражеского эспера настигла их прямо по дороге к дому Асты Скай!
Девушка с трудом подавила вырвавшийся из горла стон боли. Спину жгло огнём. Если точнее, разрывная боль терзала верхнюю часть спины и мышцы в районе лопаток. Похоже, волокна были наддорваны. Это не просто сковывало движения — это лишало её возможности филигранно точно управлять льдом. Прицел ледяных пик неизбежно сбился бы.
Маргарита точно помнила: неизвестная сила подбросила её в воздух, разделила с Райтом и наотмашь швырнула в стену здания позади, после чего отшвырнула прочь.
Ещё до того, как осознать, что в окружающем пространстве царит абсолютная тишина, привыкшая полагаться на свой дар Маргарита столкнулась с куда более жуткой реальностью.
Её сердце ушло в пятки.
Способность не откликалась!
Если быть точнее, из воздуха вокруг с безумной скоростью высосало всю влагу. Ей просто не из чего было ковать лёд! Как сотворить мороз без единой капли воды?!
Вновь накатила волна отчаяния. Невозможно проронить ни слова, кругом непроглядная тьма, тело сковано.
Она осознала: способность врага воссоздала эту аномальную среду, чтобы запереть их в ловушке. Но хуже всего было то, что она беспомощно висела в воздухе. Точки опоры не существовало — девушка словно провалилась в зыбучие пески, превратившись в беззащитную добычу!
Сфера воздействия покрывала сотни метров вокруг и простиралась на сотню футов ввысь! Напасть столь бесшумно, шутя запереть их в этой поднебесной клетке, играть с ними, как с куклами в ладони... Насколько же чудовищной силой должен обладать нападающий?!
Это Третий уровень? Четвёртый? Или, быть может, немыслимый Пятый?!
Неужели этот проклятый «Спичечный коробок», объявивший войну Эдему через ограбления банков, обладает подобными монстрами?! Неужели этот идиотик Райт был прав, и они действительно не желали им зла?
Но если зла не желали, зачем заперли их здесь?!
Что ей делать? И что, чёрт возьми, делать Райту?! Он всего лишь эспер Второго уровня, да к тому же совершеннейший недотёпа, получивший ранг по чистому недоразумению! Стоило ему перенервничать, как он терял контроль над своей силой, начиная сиять на весь округ, из-за чего куратор чуть не запер его в академии на переподготовку!
Какая польза от такого заморыша? Послужить подсветкой для этой кошмарной способности?!
Райт ведь абсолютно ничего не смыслит в природе дара — так, нахватался вершков! Желторотый новичок, только переступивший порог мира эсперов... Он там ещё не расплакался, случайно, со своей ангельской мордашкой?
Оказавшись перед лицом беспросветного отчаяния, Маргарита стиснула зубы.
«Это она! Та женщина по имени Аста! Она обвела нас вокруг пальца!»
Она эспер! Она из «Спичечного коробка»! Она растоптала их доверие, прикинулась немощной, чтобы заманить в ловушку!
Даже Маргарита — гордая, высокомерная наследница корпорации «Гамма», привыкшая смотреть на людей свысока и мерить всё деньгами — даже она знала, что попирать чужую искренность — это подлейший грех!
«Этому... нет прощения!»
Маргарита сжала кулаки так, что алые ногти въелись в ладони. В её стальных глазах вспыхнуло пламя неистовой, холодной ярости.
* * *
Взгляд Маргариты пересёкся с растерянным лицом Райта.
Этот желторотый пернатый, не имеющий ни малейшего понятия, с каким кошмаром столкнулся, отчаянно тянул руку к несуществующему силуэту в непроглядной тьме. Беспорядочно дёргая руками и ногами в невесомости, он походил на вяленую рыбу, исполняющую безумный танец.
— Это вы! Госпожа Аста! Зачем вы на нас напали?! — закричал Райт, не думая о том, способен ли звук преодолеть эту немую бездну.
Он думал лишь об одном: нельзя дать Асте уйти! У него остались вопросы, ему нужна помощь! Райт во весь голос, исступлённо рявкнул:
— Госпожа Аста! Почему вы напали на нас?!
Но иллюзорный силуэт не обратил на его крик никакого внимания:
«До чего же одиноко... Почему в грёзах мы были так близки, а очнувшись в реальности, стали лишь чужаками?»
Райт заорал ещё громче:
— Госпожа Аста! Если хотите наказать — наказывайте меня! Отпустите Маргариту! Девушку с серебряными волосами и серыми глазами, которая пришла со мной! Она ни в чём не виновата! Если есть претензии — валите всё на меня!
Но та лишь повторяла свой странный монолог:
«Бедная звезда, одинокая звезда... Прошлые дни, когда мы смотрели друг на друга, оказались лишь призраком в памяти».
Райт окончательно вышел из себя:
— Да выслушайте же меня наконец!
После нескольких бесплодных попыток Райту удалось сбросить с себя липкое оцепенение тревоги. Заставив разум остыть, он вдруг кое-что осознал.
Он замер, и в его голосе прорезалось беспокойство:
— Госпожа Аста... вы вообще в своём уме?
Силуэт продолжал отрешённо шептать своё.
В голове у Райта воцарилась полная сумятица. Одна мысль твердила, что он всё-таки разозлил её и сам виноват, другая — что Лива ни при чём и весь удар нужно принять на себя; третья подсказывала, что Аста — настоящий эспер, иначе как бы она заперла их здесь, а четвёртая нелепо гадала:
«Неужели способность Асты — это просто бессвязный бубнёж?»
Страх немедленной гибели, от которого у Райта едва не душа в пятки ушла, с появлением силуэта Асты вдруг куда-то улетучился. Дыбом стоявшие волосы опали, будто их напоили снотворным — ощущение опасности испарилось без следа.
Райт досадливо нахмурился, прижав руку ко лбу. Он отчаянно пытался сыграть роль «Мыслителя», чтобы найти с Астой общий язык.
Но разве не из-за неспособности понять друг друга в мире происходят все беды? Если бы люди умели слышать окружающих, на свете не осталось бы войн, и мир превратился бы в царство истины, добра и красоты.
Райт размышлял так напряжённо, что едва не поддался унылому шёпоту Асты — его собственные мысли начали заполняться беспросветным одиночеством и тоской.
Свет вокруг его тела то вспыхивал, то гас — хаотично, без всякого ритма. Как всякий неопытный новичок, Райт совершенно не умел контролировать свой дар.
Чувствуя вину за прошлые поступки, он целые сутки напролёт искал любые следы Асты, надеясь, что этот неуклюжий шаг позволит ему стать чуть ближе к этой одинокой звезде.
Он побывал у школы, где она училась в детстве; прошёл по местам её юношеских увлечений; восхитился университетом, который она окончила; осмотрел её нынешнюю работу.
Аста Скай любила чтение, музыку и больше всего на свете — забиться в кресло у окна, слушать стук капель дождя и потягивать горячий чай с пассифлорой. Она любила тихую, неторопливую жизнь.
И, возможно, она любила космос — так же, как любила глупые шутки.
Совсем как эта непроглядная тьма, поглотившая их. Они с Маргаритой сейчас были словно две звезды: видят друг друга, но не могут прикоснуться, обречённые лишь на далёкий, вечный дозор.
Райт замёрз. Внезапное прозрение озарило его разум.
«Неужели... неужели это и есть способность Асты? Никакой это не «бубнёж», а «Моделирование космической среды»!»
Но Райта, только-только поступившего в академию, снова одолели сомнения: а как же её путешествия по чужим снам? И кто тогда говорит с ним прямо сейчас?
Неужели Аста способна блуждать в чужих снах и одновременно создавать подобные изолированные миры?!
«Вот оно что... Сон — это всего лишь сон, он далёк от реальности. Друзья, найденные в грёзах, наяву оказываются чужаками. И потому из её груди вырывается этот тоскливый вздох?..»
«Так ли это? То, что я понял, вроде бы совпадает с учебниками!»
При этой мысли Райт весь просиял — свет вокруг него вспыхнул так ярко, будто в лампе от перенапряжения детонировала нить накаливания.
Недоучка Райт уже не думал об опасности. Вперив в силуэт горящий взгляд, он без колебаний закричал:
— Тогда давайте я стану вашим другом! Госпожа Аста! Я хочу быть ближе к вам и дружить с вами!
В такой обстановке этот наивный призыв к «дружбе, добру и красоте» звучал дико и сюрреалистично, но Райт не замечал странности. Он снова закричал во весь голос, не заботясь о том, слышит ли его Аста в этой немой «вселенной»:
— И мне всё равно, считаете ли вы меня лишь призраком из сна! Всё равно, думаете ли вы, что очнувшись, я забуду вас!
— Я не понимаю ваших метаний! Не понимаю, почему друг из сна должен становиться чужим в реальности! — Райт опустил густые ресницы, а затем снова вскинул взгляд на Асту. — Я вообще ни черта в этом не смыслю!
Силуэт Асты поперхнулся на полуслове. Она впервые недоумённо склонила голову набок, будто столкнувшись с неразрешимой задачей.
— Но! — Райт насупил соболиные брови, и в его кобальтово-синих глазах вспыхнуло фанатичное, незыблемое упрямство. — Что касается меня... Если кто-то стал моим другом — пусть даже во сне! — я не позволю ему просто так сбежать! Я не спущу этому человеку измену!
Силуэт замер окончательно.
Динь-дон—
В ушах у обоих отчётливо прозвучал тихий звон.
Перенервничавший новичок даже не заметил этой детали, как не заметил и того, какую вопиющую дерзость только что ляпнул. Райт лишь гордо вскинул своё точёное, красивое лицо и с абсолютной серьёзностью спросил:
— Госпожа Аста, вы ведь так увлечены звёздами... Слышали ли вы когда-нибудь выражение «мерцание звёзд»?
— Когда человек смотрит на ночное небо, яркость и цвет далёкой звезды непрерывно и быстро меняются — будто она мигает.
— Что до причин... Я смутно помню, что всё дело в турбулентности земной атмосферы, вызывающей преломление и отклонение света. Наверное, как-то так. Не стоит требовать академических познаний от студента заборного вуза!
— Но я хочу сказать вот что! Если я — та самая звезда, засиявшая ради вас... Когда мой свет пробьётся сквозь плотные слои атмосферы, это бесшумное мерцание будет означать не сомнения в нашей встрече! Это напоминание: я здесь!
Золотистые волосы Райта взвились кверху. Выплеснутая на пределе сил способность, взгретая бурей эмоций, породила ослепительную вспышку — точно вспыхнуло само солнце!
День засиял среди ночи!
* * *
В сменяющих друг друга кадрах:
В стальных глазах Маргариты вспыхнул крошечный огонёк. То угасая, то разгораясь, он пробил толщу непроглядного мрака, точно одинокая звезда на гигантском полотне!
Этот свет послужил сигналом. Настоящим призывом к бою.
Маргарита медленно выдохнула.
— Нет воды? Ха. Будто кроме воды не из чего сковать лёд, — её лицо оставалось холодным и спокойным. Приняв решение, она не привыкла оглядываться назад. — Я касалась грани Третьего уровня. И Третий уровень — не такая уж небывалая высота!
Если бы в этой искусственной «вселенной» кто-то мог прислушаться к процессам внутри «планет», он уловил бы, как в глубинах этой «ледяной планеты» закипает и со звонким треском замерзает жидкая кровь.
* * *
Силуэт Асты застыл в оцепенении, будто оглушённый раскатом грома.
А Райт всё так же смотрел на неё. Из-за дикого перенапряжения его лицо болезненно покраснело, но в голосе звенела несокрушимая сталь:
— Пока мои друзья видят свет, который я излучаю, мы обязательно встретимся снова! Даже если я не смогу двинуться с места! Даже если они окажутся скованы! Даже если нас разделят края света! Мы...
* * *
Губы Маргариты побелели, тело разрывала адская боль от насильственного выжимания сил, но она лишь хищно усмехнулась, бросив мельком взгляд на алый браслет на запястье:
— Ну надо же! А мой счастливый цвет сегодня и впрямь кроваво-красный!
Температура вокруг неё стремительно рухнула в бездну. «Несокрушимый лёд» пробудился!
Под её бледной кожей на запястьях начали выбухать круглые шарики — густо и плотно, точно порвавшаяся нить рубиновых бус, застрявших прямо в венах.
* * *
Нарастающий треск в ушах сменился оглушительным свистом рассекаемого воздуха!
Б-БУМ!
Силуэт растерянно вскинул голову: прямо из темноты на неё свысока неслась тень!
В глазах Райта горела безумная решимость.
И в то же мгновение серебряноволосая девушка, окружённая ореолом кроваво-красных ледяных кристаллов — точно короной из рубинов, — рванулась вперёд! Её окровавленные кулаки были сжаты, лицо дышало несломленной волей. Она ворвалась в пространство между Райтом и силуэтом!
Они разминулись в воздухе: за взметнувшейся волной серебряных волос мелькнули кобальтово-синие глаза Райта.
— Мы обязательно будем стоять плечом к плечу! — твёрдо выдохнул Райт. — И сражаться вместе!
Силуэт окончательно опешил.
Динь-дон—
В этот самый миг над ухом раздался второй звонок двери.