Гав... Тьфу, нет, я не гавкал! Я не собака и становиться ей не собираюсь.
А ты любопытен, парень. Ты привлёк моё внимание.
Так он из дерзких? А-а-а-а, обожаю такой типаж! Гениальный юный эспер из самых радикальных кругов «Спичечного коробка», который смотрит на всех как на мусор и челядь!
Слушайте... эта фраза звучит в духе «и сказал Бог», да ещё эта мания заставить всех склониться... У меня аж мурашки по коже!
Какая гордыня! Он что, возомнил себя божеством?
И ведь раньше «Эдем» казался главными злодеями, но стоит появиться Птице-вестнику смерти, как они сразу выглядят жалкими неудачниками. Не хватило понтов? Задумался.jpg
Похоже на вторую фазу босса! Сейчас начнётся махач =w=
Занятно. Чертовски занятно.
Постойте, разве раньше эспер-способности не блокировались? С чего вдруг они снова заработали?
Да тут и думать нечего, очередная многоходовка «Спичечного коробка». Иначе откуда такое совпадение? Что эти гады замыслили на этот раз?
Явно ничего хорошего. Вскрыли правду за спиной, устроили хаос в «Эдеме», чтобы под шумок провернуть очередную пакость. Разве от них дождёшься добрых дел?
Пусть даже «Эдем» сорвал маски, я всё равно уверен, что в «Спичечном коробке» святых нет. Они устраивают дурдом просто ради дурдома.
Но с другой стороны, слава богу, что маленький Птица-вестник вовремя вмешался! Я видел, как клинок Мессии уже летел к горлу Десмонда — и он явно не обезвредить его хотел, а завалить насмерть. Готов был подорваться вместе со всеми! Хорошо, что Вестник успел.
Офигеть. Чуть что пошло не так — и сразу на таран. Свои, чужие — «Эдему» плевать, они никого за людей не считают!
Лива права... Для «Эдема» все мы — лишь возобновляемый ресурс. Они просто делят нас на реактивные материалы с активом, требующие умиротворения, и инертный шлак, который едва реагирует!
Капец, я так переживаю за малышку Тайшу... Как «Спичечный коробок» вообще додумался использовать детей? Куда она направляется? Всё так запутанно, а-а-а!
Если честно, если бы «Спичечный коробок» не устроил эту прямую трансляцию, академия не превратилась бы в ад, и остальные ученики не погибли бы. Они реальные подстрекатели.
Ахахаха! Всех на фарш! Всех на фарш!
Главный герой вообще в стороне от замеса, в полной безопасности.
Вот уж истинный король удачи! Пока снаружи два главных злодея устраивают эпичную баталию, от которой камня на камне не остаётся, он сидит себе в какой-то секретной лаборатории, и ни одна пуля его не задевает. Недаром главный герой! Пусть с кубком не вышло, зато шкуру сбереёг. Интересно только, что он почувствует, когда выберется и увидит, что вся академия склеила ласты? Ржёт.jpg
* * *
Грейе опешил.
Изгнанник? Откуда ему знать? Откуда этот юнец знает, что он — Изгнанник?
В этом обществе практически каждый житель Тиньчжоу появлялся на свет в искусственной матке лаборатории. Для них этот город изначально был единственным домом. Лишь единицы пришли сюда из далёких земель после катастрофы, пережив ужасы ядерного апокалипсиса и скрываясь от смертоносной радиации.
Только они — выжившие люди прошлого — имели право называть себя Изгнанниками. И только им была знакома эта горькая, щемящая тоска по утраченной родине.
Грейе был убеждён: с тех пор как скончался Директор — его высокомерный земляк, с которым у него не было ничего общего, — в этом мире не осталось никого из прежней эпохи. Он и помыслить не мог, что сегодня из какого-то тёмного угла вынырнет ещё один. Однако этот парень не обладал ни седыми волосами, ни золотыми глазами — он ничем не напоминал реликвию канувших в лету времён. Значит, за ним стоит кто-то из «Спичечного коробка»...
— Откуда... откуда здесь ещё кто-то?.. — Грейе не мог совладать с вихрем мыслей. — Зачем?! Зачем ты уничтожаешь «Эдем»?!
В его голосе звучала надрывная, почти молитвенная скорбь, смешанная с обвинением.
Рэйвен молчал.
Зато окружающие — все, кто ещё мог шевелить глазами, — уставились на преподавателя с нескрываемой яростью. Атмосфера в зале раскалилась до предела.
Слова Грейе звучали абсурдно. Кто на самом деле губил «Эдем»? Кто первым поднял руку? И этот человек смеет говорить с таким праведным гневом! Со стороны могло показаться, будто классный руководитель, только что со слезами на глазах убивавший собственных учеников, искренне верил, будто вершит благо, а вмешательство Рэйвена — чистое зло.
Грейе снова едва не заплакал. Его хрупкие золотые зрачки напоминали потрескавшийся хрусталь, готовый рассыпаться в пыль.
— Мы строим новый мир! Мы выживаем под гнётом древнего страха и величия прежних богов! Этот мир уже трещит по швам, он на грани гибели, мы все обречены! Я не понимаю... почему вы не понимаете?! Прожив от той эпохи до сегодняшнего дня, я осознал одно: Спаситель — наш единственный путь!
На пике эмоций его голос сорвался в отчаяние. Он метался между самобичеванием и безумной верой, удерживавшей его рассудок от окончательного краха.
— Мне не следовало соглашаться на создание этого общества! Не нужно было играть в душу и личность! Я же говорил: пусть даже Спаситель вырастет в питательном баке, он сможет вести за собой новую расу, опираясь на звериные инстинкты! Без всякой души они бы всё равно жили! Нет... проклятая моя слабость! Проклятая необразованность! Я лишь серая посредственность, мне никогда было не сравняться с его гением! Но он был прав! Он во всём был прав!
— Если бы не... если бы не всё это... разве мы оказались бы в таком тупике?! Нет, «Эдем» нельзя разрушать! Ни за что! Наше рукотворное солнце должно взойти над миром, озарить все земли и перекроить эту реальность!
Сейчас Грейе походил на потерянного ребёнка, захлёбывающегося слезами.
Разрушенный мир, новое солнце, древние боги... В этой сумбурной исповеди обнажилась почти вся подлинная подоплёка.
Даже те, кто до сих пор ничего не понимал, в мгновение ока осознали жуткую суть.
Тиньчжоу — всего лишь чашка Петри, рукотворный инкубатор. Сюда согнали людей, создали микрообщество только ради одного: взрастить так называемого «Спасителя», напитать жизнью их «Солнце».
Кто-то замер в смятении, ещё не в силах связать логические цепочки, но чувствуя, как внутри закипает бунт.
Кто-то оцепенел: их никогда не считали людьми, так стоит ли удивляться, что их жизнь оказалась лишь сырьём?
Кто-то воспылал лютой ненавистью, осознав, что с самого рождения ими манипулировали, будто безвольными куклами в руках жестокой судьбы.
А кто-то остался глух и равнодушен — им больше не за что было держаться, их прошлые идеалы рухнули, превратившись в труху.
Рэйвен посмотрел на него сверху вниз и бесстрастно произнёс:
— Алчность. Какой же ненасытный человек. Впрочем, тебя трудно винить. Твои желания были скромны, а его — безграничны. А тот, кто хочет получить всё, всегда сумеет подчинить того, кому нужно малое. Таков заковыристый закон этого мира.
Мессия, до сих пор молчавший, медленно поднял взгляд.
Черноволосый юноша небрежно нацепил снятую маску прямо на лицо Грейе и холодно усмехнулся:
— Человек, за которым ты последовал, и впрямь невероятно алчен. Он вознамерился превратить своё творение в пчелиный улей, наречь повелителя этого улья «богом», а самих пчёл заставить отречься от души, превратиться в диких зверей и цепляться за жизнь в этом израненном мире. Но одновременно с этим он пожелал сохранить в новом виде отпечатки прежней цивилизации — чтобы все знали, что эти создания вовсе не дикари, а величайший венец погибшей культуры.
Зрачки Грейе под маской сжались в точки:
— Ты...
— Поистине безудержная алчность, — тихо вздохнул Рэйвен. — Но именно благодаря этой ненасытности он и остаётся человеком до мозга костей.
Грейе опомнился. Внутри него вспыхнуло смутное предчувствие катастрофы:
— Что вы задумали?! Какова ваша настоящая цель?!
Наконец до него дошло: «Спичечный коробок» — вовсе не радикальный союзник. Это совсем иной, куда более опасный враг.
В глазах Мессии мелькнули бегущие строки цифрового кода.
Тяжёлые двери актового зала с оглушительным гулом распахнулись настежь. Ворвавшийся сквозняк взъерошил волосы Рэйвена. В его темно-карих глазах вспыхнул и разлился чистейший фанатизм. По сравнению с той незрелой страстью, с которой Грейе рассуждал о будущем божестве Спасителя, исступление Рэйвена было абсолютным, диким, сбивающим с ног. Любой, кто видел потуги классного руководителя, сейчас на собственной шкуре ощутил, как выглядит настоящий безумец.
Рэйвен прижал ладонь к щеке и запрокинул голову, разразившись громким, раскатистым хохотом.
— Мы — воплощение завтрашней тени! Мы — круговорот вчерашней памяти!
— Мы — альфа и омега, конечная точка и исток! Мы — персты Божьи, пролагающие Его путь!
— У всего в этом мире есть свой порядок и свой предел. Человечество должно сгинуть!
— Ибо сказано Господом: только через тотальное уничтожение мир обретёт перерождение!
Едва отзвучали эти слова, как каждый эспер в зале почувствовал, как в воздухе развернулась чудовищная, аномальная волна энергии. Рэйвена резко сотряс кашель, и он выхаркнул сгусток алой крови. На глазах у ошеломлённой толпы брызги крови и куски разможжённых внутренних органов взмыли в воздух, но фанатик лишь шире расплылся в безумном оскале. Он ликовал — жуткий замысел, к которому он стремился, претворялся в жизнь прямо сейчас.
Взвесь влаги в воздухе стремительно сгущалась, превращаясь в плотную водяную пелену.
В это же время Эд, мчавшийся по коридорам здания, на ходу смахнул с лица каплю воды и ещё сильнее прибавил ход.
Мать вашу, они реально решили пустить всех на фарш! «Спичечный коробок», ну у вас и нутро!
Какое безумие! В Рэйвене есть какая-то дикая, отбитая эстетика. Хотя у остальных из «Коробка» вообще нет такого фанатизма! Что он вытворяет? Даже не пытается притворяться?
Наверное, в этом и прикол фанатиков: красиво, но без мозгов?
Я так и знал! Главным злодеем в итоге оказался «Спичечный коробок»!
Ну, мозги у него есть, просто обстановка располагает. Рэйвен же до этого отлично отыгрывал роль. Но это слишком радикально! Этот чувак точно из экстремистского крыла «Коробка», вообще не вяжется со скрытным стилем Илая!
А что если ядерную войну тоже устроила эта секта?
Вряд ли. Говорили же, что выжившие из прошлого обычно выглядят как стильные беловолосые типы с золотыми глазами. В «Коробке» таких вроде нет. Хотя если и подозревать кого-то, кто стоит за всеми бедами с давних времён, так это Илая!
Представил себе беловолосого златоглазого Илая... Ух!
Если Илай — это бог, устроивший гибель старого мира и слив проекта «Спаситель»... Ноев ковчег уничтожен, «Эдем» тоже должен сгореть? А Рэйвен просто поймал религиозный экстаз и решил подорваться вместе с врагами? Какой-то он слишком вспыльчивый!
Надо было подождать, пока «Эдем» прикончит Маргариту, а потом уже разбираться с Грейе. Рэйвен слишком поторопился, злодеи опять тупят.
Эй, вы там совсем сдурели?! Не трогайте мою Ливу, а-а-а-а!!!
* * *
Пи-и-и!
Райт в панике попытался зажать ладонью издававший писк прибор.
Кадр сменился. Камера перенеслась к Райту, который находился чёрт знает где — вокруг царила такая безмятежность, словно происходивший в «Эдеме» ад его никак не касался.
Здесь стояла мёртвая тишина. У Райта возникло странное ощущение, будто это помещение запечатали много лет назад, и лишь с его приходом оно вновь увидело свет.
Ощупав стены, парень закусил губу и наконец нащупал панель, похожую на переключатель дверей.
Ничего не поделаешь: по сравнению с запредельными технологиями «Эдема» Райт, не проучившийся в университете и дня, мог быть доволен собой уже тем, что разобрался, в какую сторону открывается вход.
Но не успел он обследовать комнату, как тут же выдал своё присутствие.
Райт мгновенно принял боевую стойку — за прошедшие три месяца он изменился до неузнаваемости. Однако не успел он напустить на себя суровый вид, как перед ним вспыхнул проекционный экран, заливший его лицо мягким голубоватым светом.
[С возвращением, Спаситель! =v=]
[Рад встретиться с тобой снова таким образом OvO! Возможно, ты меня знаешь, а возможно — нет. Но очень-очень давно я день и ночь исследовал тебя через стекло питательного бака. Как бы так выразиться... назвать меня твоим папой или мамой не будет ошибкой! =v<~]
— Чё за... — оторопел Райт.
После этих слов массивная дверь плавно отъехала в сторону. По длинному коридору одна за другой загорелись полосы освещения. Каждый из этих источников испускал свет, которым Райт мог свободно повелевать. Эти мягкие, тёплые лучи словно окутывали его чувством абсолютной безопасности — будто шептали, что он наконец вернулся домой.
Ему следовало бы насторожиться, засомневаться, но на застывшем лице парня невозможно было прочесть ни единой эмоции.
[Что же до того, кто я такой... Моё прежнее имя давно сгинуло вместе с пышным величием былых времён. Когда я прибыл сюда, ради будущего человечества и ради своей мечты я взял новое имя.]
[Если хочешь, можешь звать меня Доктором Мессией =v=.]
Райт сжал губы и направился по залитому светом коридору. Бегущие строки текста двигались следом за ним, словно сопровождавшие его призраки из странного сна. Наконец парень разомкнул губы и тихо произнёс:
— Доктор Мессия...
[Я — осквернитель, предавший старых богов, и верховный жрец, что ведёт за собой нового Бога.]
[Иди вперёд, иди же! Я расскажу тебе о тёмных глубинах человеческих душ прошлых эпох, о наивных фантазиях давно ушедших людей, о том времени, когда Бог не любил своё творение.]
[А затем вслушайся в великий идеал выживших: раз настоящий Бог никогда не любил людей и лишь толкал их в бездну гибели... почему же человек не может сотворить нового Бога, который будет любить только людей и принадлежать только им?!]
В конце застывшие голубые символы перед ошеломлённым Райтом закружились и сложились в наглую, широкую ухмылку: [:D].