Оклик Маргариты заставил Николу озадаченно оглянуться.
— Ты чего? — фыркнул он. — Наш куратор из класса E пришёл, какая ещё опасность? Опять свои капризы господские тешишь?
Несмотря на ядовитый тон, Никола всё же остановился, так и не решившись подойти ближе к стоящему у дверей Грейе. Он вопросительно уставился на Маргариту, ожидая ответа.
Не обращая внимания на его колкости, девушка чеканно произнесла:
— Наша сила пропала. Грейе пришёл сюда, чтобы нас убить. Не питайте иллюзий: как только он сделает первый шаг, всем немедленно бежать из зала! Вон из академии!
Грейе хранил молчание. Лишь его золотистые глаза медленно скользнули по сгрудившейся в просторном зале горстке учеников.
— Чего-о? — донёсся чьего-то недоуменный возглас. — Что за бред ты несёшь? Мания преследования замучила?
Маргарита лишь сильнее сжала губы. Не сводя напряжённого взгляда с застывшего в дверях Грейе, она слепо протянула руку и крепко схватила Мессию за запястье.
— Психованная... — пробормотал кто-то из класса A и, повернувшись к дверям, громко окликнул: — Господин куратор класса E!
Грейе никак не отреагировал на шагнувшего к нему ученика. Светлые ресницы опустились, а сжатые челюсти выказывали глухую, болезненную печаль.
Десмонд, осторожно затаившийся в толпе, боязливо прижался к однокласснику в маске:
— Рэйвен... Тут и вправду творится что-то неладное. Что нам делать?
Он нервно поправил очки. Чутко уловив зловещую атмосферу, Десмонд инстинктивно искал защиты у того, рядом с кем чувствовал себя надежнее всего — у Илая.
Илай упёрся ладонью в грудь Десмонда, подправляя положение значка так, чтобы скрытая камера фиксировала происходящее под лучшим углом.
— Что делать? — тихо отозвался Илай. — Для начала найти укрытие.
Пока Десмонд и Уэйд растерянно переглядывались, староста класса C уже подошёл к Грейе вплотную.
Это был рослый, плечистый парень с суровым лицом. Особенности его способности требовали сочетания силы со звериной взрывной мощью, но голосом он обладал удивительно мягким и душевным.
— Учитель, нам всё ещё нужно...
Грейе поднял полные скорби глаза. Крупная слеза скатилась по его бледной, напряжённой щеке.
— Прости, — шепнул он.
Староста класса C даже не успел удивиться — его речь оборвалась на полуслове.
В зале воцарилась мёртвая тишина.
Грейе левой рукой сжал шею гиганта и легко поднял его над полом, словно тряпичную куклу.
Окружающие в ужасе округлили глаза. Люди рванулись было вперёд, чтобы вызволить товарища и разгадать причину столь безумной атаки. С тех пор как они пробудили свои способности и попали в Эдем, академия стала их новым домом, а преподаватели и ученики — семьёй. Разве мог кто-то вообразить, что родной человек без тени сомнения поднимет на них руку и сожмёт пальцы на горле?
Раздался тихий, почти неразличимый человеческим ухом хруст.
Грейе сделал со старостой класса C нечто жуткое: тело парня мгновенно обмякло. Кости внутри разрушились, обратившись в пыль, а плоть под кожей превратилась в бесформенную жижу, растекшуюся по полу подобно мягкому пирожку дайфуку.
Зрачки очевидцев сузились до точек, лица исказились.
Собравшиеся жаждали закричать, спросить, наброситься, сорвать гнев, но дикость происходящего парализовала связки. Годы тренировок заставляли эсперов подавлять панику, но те, кто стоял вплотную к Грейе, с ужасом осознали: их ноги словно приросли к полу.
Стальные глаза Маргариты расширились от шока. Она ощутила липкий страх — неистребимое чувство, возникающее перед лицом неминуемой гибели, будь то собственная смерть или гибель соплеменника.
Грейе убил их товарища мгновенно, безжалостно, и мир вокруг даже не вздрогнул.
Правило, которое она считала непреложным — «смерть эспера вызовет неконтролируемый шторм способностей, используемый как крайнее средство устрашения», — разлетелось в прах. Какая наивность! Раз все эсперы родом из Эдема, у Эдема неизбежно найдутся средства их подавления.
— Бегите! Все бегите! — оглушительно гаркнула Маргарита и, рванув Мессию за собой, первой бросилась прочь.
Под грохот переворачиваемых стульев и топот панически метавшейся толпы светлые глаза Грейе равнодушно переместились.
На мгновение его взгляд пересекся с тёмно-карими глазами юноши в маске.
В следующий миг Уэйд и Десмонд подхватили Илая под руки и потащили за собой.
Грейе же опустил ладонь на плечо очередного застывшего ученика, продолжая свою кровавую работу.
Рэйвен... Новичок, только прибывший в Эдем. Похоже, никак не связан с внешними фракциями — обычный ребёнок...
Куратор помнил, что его способность перекликалась с «Вороньим карком» и при срыве вызвала транспортный коллапс во всём городе.
Интуиция шептала Грейе, что прежде этот парень избегал прямого зрительного контакта. А теперь казалось, что этот юноша далеко не так прост.
Грейе чуть склонил голову, касаясь ледяной ладонью воспитанника, с которым ещё вчера делил будни:
— Рано или поздно мы встретимся в саду Господнем... А потому... не страшитесь.
* * *
Раньше этот зал казался всем несуразно огромным — не охватить взором. Теперь же многие благословляли показушный размах руководства: по крайней мере, здесь было где побегать и куда спрятаться.
Уэйд пытался унять паническую одышку. Глядя сквозь щель в укрытии, он чувствовал, как кровь в жилах стынет от ужаса.
Он совершенно не понимал причин происходящего. Пытался утешить себя: мол, все, кто проходил через это раньше, выжили, значит, и они справятся. Это ведь испытание? Проверка? Проверка на прочность?
Слава богу, Лео и Джеймс не пришли.
В голове не укладывалось, как Эдем — их дом, где их берегли словно сокровища — мог поступить так? Сработала чужая иллюзия? Или куратор Грейе сошёл с ума и превратился в маньяка? Их заперли? Нужно позвать на помощь! Иначе...
Их собственные силы почему-то отказывали, а вот на Грейе этот сбой не распространялся.
Уэйд заметил, что его руки мелкой дрожью бьют по коленям. Сколько бы он ни уверял себя, будто это лишь жестокая инсценировка, сердце настойчиво стучало: «Опасно! Не подходи! Это не игра!»
Уэйд сжал зубы. В зале не было окон — только четыре двери. Первая, через которую вошёл Грейе, и три других. Он видел, как ученики пытались выбить остальные двери, но безуспешно: им оставалось лишь метаться по зале под охотничьим взором куратора.
Их троица укрылась прямо на сцене. План стоящий: пока Грейе рыщет под подмостками, можно дождаться, когда он отойдёт подальше от центрального входа, а затем выбить ту самую дверь, через которую он вошёл. Уже открывавшаяся створка казалась куда более поддающейся, чем наглухо запертые остальные.
— Пятьдесят метров в диаметре, — раздался рядом низкий, собранный голос.
Рэйвен.
Илай резко повернул голову в сторону, кинув взгляд на побледневшие лица Десмонда и Уэйда, после чего снял наушник.
В канале связи становилось слишком шумно.
Илай спокойно пояснил:
— Зона действия его способности — круг диаметром в пятьдесят метров. Внешне похоже на управление гравитацией, но присмотрись: жертвы не могут сдвинуть именно ноги, а не оказываются расплющенными по полу. Возможно, сила куратора класса E вовсе не связана с притяжением.
Он незаметно подправил угол наклона камеры на груди.
Уэйд вздрогнул и опустил взгляд на свои туфли.
Для торжественных собраний от них требовали строгого дресс-кода, а форму поставляла сама академия. Что если дело в обуви?
Но если так... Неужели школа всерьёз решила отправить их на убой? Зачем? Что здесь вообще происходит?
Уэйд сжал кулаки.
Бедствие обрушилось слишком внезапно. Оно налетело подобно урагану, сносящему всё на своём пути. Метавшиеся в панике ученики выглядели как беспомощные ягнята перед волком.
— Мы должны им помочь, — вдруг твердо произнёс Уэйд.
Илай ответил ему холодным, испытующим взглядом.
Десмонд сжался:
— Уэйд...
— Не бойся, староста. Ты что, мне не веришь? — попытался улыбнуться Уэйд. — Я в отличной форме, да и нож для «обмена» при мне. К тому же мы в академии! Это точно испытание, проверка нашей выдержки под воздействием вражеской способности!
Он перевёл взгляд на Илая:
— Короче говоря, мы одна команда. Работаем по привычной схеме: я беру на себя отвлечение, а вы с Рэйвеном пробуете выбить дверь. Выход есть, обязательно должен быть.
Десмонд закивал, от нервозности заговорив быстрой скороговоркой:
— Понял! Я всё понял, Уэйд! Я не подведу, мы пробьём этот проклятый выход! Постой, Рэйвен, ты ведь с нами?
Илай едва заметно кивнул.
Уэйд сделал глубокий вдох и выдохнул, заставляя закипающий в крови адреналин работать на себя:
— Погнали.
Он откинул со лба тёмно-синюю чёлку, напряг мышцы и стремительным рывком выскочил из укрытия.
Грохот!
Маргарита с размаху швырнула в нападающего тяжелый металлический стул.
Задыхаясь от усталости, она понимала: уворачиваться от выпадов Грейе становится всё сложнее.
Пропасть между учеником и учителем казалась непреодолимой. Девушка знала, что наставники Эдема хранят в рукаве немало козырей, но и помыслить не могла, что куратор, который со школьных лет опекал их лучше родного отца и шутил с ними на равных, однажды предаст клятву защиты и явится убивать собственных воспитанников! Сила Грейе превосходила любые ожидания. И узнать об этом ей довелось лишь в день, когда он пришёл за её жизнью.
Маргарита давно готовилась к худшему, но реальность всё равно отозвалась в душе глубокой горечью.
В этой суматохе Мессия успел дернуть её за руку, уберегая от очередного выпада Грейе.
— Ты... ты тоже поддерживаешь этот Проект Спасителя? — поднялась с пола Маргарита. За её спиной месивом валялись смятые стулья.
Грейе на мгновение замер. Его глаза плохо переносили яркий свет — приходилось постоянно носить тёмные очки. Без них его глаза наливались краснотой, а слёзы текли непрерывным потоком, будто он оплакивал погибших учеников.
— Да, — негромко ответил куратор. — Вполне.
— Даже если ради этого придётся перебить детей, которых ты растил с малых лет?!
Мужчина в чёрном плаще, похожий на сошедшего на землю жнеца, издал тихий вздох:
— Маргарита... Ты никогда не задумывалась, ради чего вы все существуете?
Он замер, не продолжая атаку:
— Ради чего создана эта академия? Эта городская обитель?
Девушка опешила. В памяти всплыл единственный ответ:
— Творец?..
Настала очередь Грейе удивленно вскинуть брови. В его взгляде мелькнуло искреннее сожаление:
— Раз тебе это известно, наши сведения верны: ты приняла наследие этих паразитов. Какая досада... Я до последнего надеялся, что до такого со своими учениками мы не дойдём.
Он покачал головой, тихо рассуждая сам с собой:
— Но раз уж так вышло — ничего не поделаешь. Время не ждёт, человечеству нужно двигаться дальше.
Справившись с секундной слабостью, Грейе продолжил:
— Быть может, всё дело и в «Творце». Но на мой взгляд, ваше предназначение — стать фундаментом для «Спасителя». Вы существуете ради спасения этого мира.
— Ведь наш мир давно изранен, он трещит по швам и рушится на глазах.
Новые слёзы заблестели в светлых глазах Грейе, скатываясь по впалым щекам и разбиваясь о пол стеклянными каплями.
Маргарита нахмурилась. Не теряя времени, она бросила беглый взгляд на подбирающегося с фланга Уэйда и продолжила тянуть время:
— Ты лжёшь. Ведь так?
Опустившийся на одно колено Мессия тяжело дышал подле неё, не отводя глаз от развевающихся перед ним серебристых волос куратора.
Грейе выдержал паузу, а затем досадливо скривился.
Казалось, в его груди таилась тысяча невысказанных слов, но на лице отразилась лишь глубокая, высасывающая силы усталость. На мгновение он снова стал прежним куратором — тем самым учителем, что стоял у доски, вздыхал над их никудышными контрольными и устало потирал лоб.
— Вам этого не объяснить, — тихо вздохнул он. — Из наших остался я один... Эх, надо было чаще пить с ним в своё время.
Он покачал головой:
— Все эти миры, будущее, истина... Вам не постичь их глубины. Да и не понять вовсе. Ведь мы... слишком разные.
— Кардинально разные.
Грейе умолк, и в тот же миг стоявшие вокруг металлические стулья подрядочком оторвались от пола и воспарили в воздух.
— Но вам нужно усвоить одно, — произнёс куратор с леденящим спокойствием. — У этого погибающего мира есть лишь единственный путь к спасению.
Он вскинул взор:
— «Спаситель» должен стать единственным солнцем.
— И никому не позволено встать на его пути!
Огромная тень накрыла пространство. Целая лавина стальных конструкций со свистом обрушилась вниз, готовясь раздавить их в крошку!