Грейе вскинул голову.
Лежавшие вокруг люди — кто как упал — на глазах обретали прежний облик: искусственно изменённый геном окончательно сгладился, возвращая телам их первозданную форму.
Он нахмурился, мгновенно осознав суть происходящего. Опустив левую руку, Грейе ненадолго прикрыл глаза, будто в тихой молитве.
Волны генетически изменённых мутантов иссякли, и Грейе ускорил шаг. Он миновал изрытые глубокими когтями стены, разорённую рабочую зону и залитый кровью коридор, пока наконец не подошёл к своим несчастным ученикам.
В сочащемся сквозь тусклое мигание ламп свете его взор казался отрешённо-холодным, однако из бледных золотистых глаз одна за другой потекли слёзы, прокладывая влажные дорожки по щекам. На лице застыла скорбная жалость. Бедные дети... Его бедные ученики.
Джеймс судорожно прижимал что-то к груди — так крепко, что не разглядеть, есть ли там вообще хоть что-то. В рваной одежде, охваченный крупной дрожью, он забился в углу, где на стенах зияли дикие рваные следы от когтей. Из-под растрёпанных алых волос видна была лишь глухая, звериная взвинченность. Глубокие, до кости, рваные раны кровоточили, а прямо у его ног лежало тело без сознания — спину несчастного изувечила страшная рана, докрасна пропитавшая сине-белую рубашку.
Грейе медленно смежил веки. Сделав шаг вперёд, он задел носком туфли гладкую белую бусину, и та с тихим шорохом покатилась по полу.
Этот звук мгновенно вырвал Джеймса из оцепенения. Из-под свисавших прядей на Грейе уставились налитые кровью глаза, вспыхнувшие дикой, безумной яростью.
Грейе на мгновение опешил:
— Джеймс...
Парень молчал, пока его растрескавшиеся, сухие губы не разомкнулись, вытолкнув хриплый, надрывный шёпот:
— Учитель... Вы опоздали.
Грейе не сразу понял, что именно тот имел в виду под этими словами: опоздал ли он как классный руководитель, обязанный защищать учеников, или же опоздал отплатить за Дугласа. Но расспрашивать не стал — равно как и о лежавшем перед ними сотруднике с изуродованной спиной. Слёзы снова застлали его светло-золотые глаза. Длинные белые волосы скользнули по плечам, когда Грейе наклонился и, положив левую руку на голову Джеймса, мягко взъерошил его шевелюру.
Правая рука самовольно скользнула в карман плаща, сжав измятую пачку сигарет. Он не курил, но носил её с собой как немое напоминание: пока всё не доведено до конца, нельзя расслабляться, нельзя давать слабину.
Грейе слегка приподнял подбородок:
— Такой ребёнок, как Дуглас, непременно воскреснет в обители Господней и отныне вовеки не познает этой боли.
Джеймс ничего не ответил. Грейе убрал руку с его головы, ещё раз окинув ученика долгим скорбным взглядом. Слёзы вновь наполняли его глаза.
Жалкое, убогое проявление звериного нутра... Гнусные черви, плодящиеся от малейшего дуновения ветра.
«Терпение... Сохраняй спокойствие, терпи, ещё немного терпения».
Грейе не стал больше утешать Джеймса, оставив его наедине со своими мыслями, и резким движением развернулся. Когда путь очистился от тварей, оставалось лишь найти предателя, заварившего всю эту кашу.
Джеймс из-под алой чёлки смотрел вслед учителю. Спина Грейе оставалась всё такой же прямой и величественной, без малейшего следа усталости; а пятна крови на полах плаща выглядели скорее как знаки воинской доблести, чем свидетельство отчаянного боя.
Неужели все преподаватели Эдема способны беспрепятственно выдерживать подобную нагрузку при использовании сверхспособностей?
Грейе ускорял шаг. Извилистые лабиринты коридоров высотки больше не могли сбить его с толку. И хотя после вспышки способностей Дугласа все генетические мутанты снова превратились в обычных людей, этажи, по которым проходил Грейе, погрузились в мёртвую, давящую тишину.
Вдруг он замёрз на месте. Прищурившись, Грейе несколько секунд разглядывал указатель аварийного выхода. Выражение его лица изменилось: он точно помнил, что при первом его визите здесь была глухая стена.
Мрачная догадка мгновенно осенила его. Грейе, едва сдерживавший кипящую внутри ярость, не выдержал и нанёс сокрушительный удар ногой прямо по знаку.
Сверившись с направлением, он вскоре подошёл к массивным дверям секретной лаборатории. На тела, усыпавшие пол, он даже не смотрел; если кто-то из бессознательных проигрывал остаткам боли и пытался очнуться, Грейе коротким и небрежным ударом отправлял его обратно в небытие.
Сорвав двери с петель сокрушительной силой, он шагнул внутрь. Секретный комплекс, скрытый от глаз мира в прошлом, вряд ли станет достоянием общественности и в будущем.
Но едва ступив за порог, Грейе резко сжал зрачки. Ему открылся вид на вереницы капсул: вместо прозрачной питательной среды они были заполнены мутной, ядовитой жидкостью. В этом тусклом мерцании плавали эмбрионы, разъеденные токсинами.
Грейе метнулся вперёд, с ходу оценив масштаб разгрома. Наклонившись, он приложил пальцы к шее лежавшего на полу Райта. Ощутив биение пульса, он слегка расслабился. Быстрый осмотр подтвердил: золотовласый юноша просто потерял сознание. Грейе тяжело, с облегчением выдохнул.
Только теперь он смог осмотреться по сторонам.
— Хм?.. — пробормотал он, приседая.
Чарльз давно числился в его списке предателей, так что Грейе опознал бы его из тысячи — даже превратившегося в лужу растворённых костей и плоти.
— Какая чистая работа. Исполнение на высоте.
Смерть эспера всегда сопровождается всплеском сверхспособностей — неуправляемым выбросом энергии, уничтожающим всё живое в радиусе поражения, независимо от того, был ли умерший эспером первого или второго ранга, или едва успел пробудить дар.
Об этом секрете знали немногие — лишь доверенные лица Эдема. Чарльз когда-то входил в их число, пока не совершил роковую ошибку, предав Эдем.
Грейе нахмурился. Будучи одним из Палачей Эдема, он сам прекрасно владел техникой ликвидации эсперов без риска провокации всплеска. И тот, кто расправился с Чарльзом, действовал в точности так же.
Однако подобное сходство вовсе не радовало Грейе. Становиться учителем для кого-то из «Спичечного коробка» он категорически не желал.
Волна глухой ярости затопила его изнутри. Ногти со скрежетом вонзились в ладони. Внезапно до него дошла страшная правда: «Спичечный коробок» знал о выбросе энергии при смерти эспера. Именно поэтому они заранее зачистили потенциальные угрозы поблизости — погибшие в капсулах эмбрионы были тому прямым доказательством. А с самим Чарльзом расправились точно и хладнокровно, словно опытные сапёры, ювелирно обезвредившие бомбу.
Дуглас не должен был умереть!
Рука Грейе дёрнулась к карману — достать телефон и потребовать ответа, но пальцы снова наткнулись на сигаретную пачку.
На этот раз слёзы, выступившие на его глазах, были отравлены искренней болью и горечью запоздалого раскаяния.
Грейе медленно закрыл глаза, затем присел и бережно привлёк к себе бессознательное тело золотовласого юноши.
* * *
Ночь.
В круглосуточный магазинчик зашёл посетитель с рюкзаком за плечами. В спортивной одежде, со стандартными чертами лица — из тех людей, чья внешность моментально стирается из памяти. Гость заказал порцию жареной лапши и попросил щедро добавить острого соуса.
Илай сбросил на пол увесистый рюкзак. Из-за воротника его куртки, аккуратно попадая в слепую зону для продавца, высунула клюв крошечная птичка.
Сяо Цзю тихо прошептал:
— Босс, почему в новостях ни слова? Это ведь такое масштабное событие... Столько народу отправилось на тот свет.
Голос воробья звучал подавленно. Сяо Цзю понимал, что путь «злодея» неизбежно устлан трупами, но смириться с этим сразу не получалось.
Илай намотал лапшу на вилку и невозмутимо ответил:
— Если тебе страшно, оставь это мне. Разве сейчас всё сложилось не отлично? Главный герой узнал правду о себе, сюжет продвинулся вперёд, да и «Спичечный коробок» заявил о себе во весь голос.
Сяо Цзю мгновенно растрогался до слёз. В голове воробья закрутились мысли о том, что нельзя быть такой тряпкой, нужно помогать боссу! На этот раз боссу снова пришлось задействовать Двойника — и всё ради спасения мира! Вынужденные жертвы ужасны, но неизбежны.
Сяо Цзю не сопровождал Илая на протяжении всей операции. Из-за возникшей ранее проблемы с долгом по очкам популярности Илаю пришлось скорректировать свои действия, чтобы продвигать замысел с минимальными затратами ресурсов.
Илай на мгновение замер, прожевал лапшу и вполголоса проговорил:
— А ведь и впрямь он.
Сяо Цзю, погружённый в переживания, даже не заметил, как Илай незаметно добавил ещё острого соуса. Лишь когда лапша была окончательно перемешана, воробей встрепенулся:
— Босс, ты о чём?
Илай отправил в рот очередную порцию:
— Я о Главном герое. Эдем проявляет к нему удивительную заботу. Тебе не показалось, что среди тех, кто сегодня входил в здание, был кое-кто странный?
Сяо Цзю, выполнявший поручения снаружи, по просьбе Илая не следил за происходящим внутри высотки. Услышав вопрос, он опешил, а затем быстро вызвал из памяти записи наблюдения у входа. Он принялся перебирать варианты: офисный клерк в разноцветных носках, сотрудница, летящая на каблуках, парень, неспешно покупающий кофе... Но на каждый вариант Илай лишь качал головой.
Когда воробей дошёл до четырнадцатого кандидата, Илай решил раскрыть карты:
— Грейе шёл туда убивать. Он прекрасно понимал, насколько опасен Чарльз. Зачем ему тащить с собой двоих учеников?
Сяо Цзю застыл, а потом неуверенно предположил:
— Для... для прикрытия?
Впрочем, воробей и сам понимал несостоятельность этой версии. Прикрытие сработает лишь в том случае, если проверяемый поверит в безвредность визита. Но разве Чарльз доверял Эдему? Очевидно, нет. Какой смысл прикрываться школьниками? Куда логичнее было снова выслать следственную группу — прошлые проверки Чарльз всё равно успешно проходил.
Илай не стал ни подтверждать, ни опровергать догадку воробья, переведя тему:
— Хочешь чего-нибудь перекусить? Тебе придётся долго сидеть у меня под курткой, пока не подвалят очки популярности. А потом тебе нужно будет сменить облик.
Сяо Цзю опешил:
— А? Я засветился?! Но... когда?!
Илай сделал паузу:
— Это лишь моё предположение. Раз уж Главный герой под таким пристальным наблюдением Эдема, твоя вылазка с запиской могла привлечь внимание. Чтобы не рисковать, тебе лучше сменить форму. Да и мне придётся сбросить личность Илая и залечь на дно.
Он съел ещё ложку лапши — густой, острейший соус пришёлся ему по вкусу.
Если бы Сяо Цзю задумывался глубже, он бы осознал: им удалось раскрыть статус Спасителя с минимальными затратами очков популярности лишь потому, что в тени у них имелся невольный союзник. И речь не о Чарльзе, которым манипулировали через его низменные желания, а о куда более глубоко скрытом игроке. Об Эдеме. Продавшемся пророчеству, принявшем Илая за «своего» и сыгравшем ему на руку.
Жертвенный Дуглас, вытащенный под предлогом практики, — прямое тому доказательство.
Жаль только, что после того, как Илай так жёстко обошёлся с Главным героем, Эдем вряд ли подпустит его близко.
Но всё прошло идеально. Раскрытие статуса Спасителя, тайны секретных лабораторий, генетическое редактирование, гибель Дугласа — всё это с избытком взбудоражит читателей и перевернёт их представление об этом мире. А Илай получил ровно то, за чем пришёл.
Закинув рюкзак за спину, он отправил пустую коробку в урну, расплатился за бутылку воды — ровными деньгами без сдачи, проигнорировав вытянутую руку кассира и предложение оформить дисконтную карту.
Продавец добродушно подсказал, где находится ближайшая станция метро, улыбаясь тепло и открыто.
Сяо Цзю вдруг опомнился:
— Босс! А откуда ты узнал, что Главный герой — Спаситель?
Илай замер на шагу и тихо ответил:
— Предвидел.
— А?! Правда?! Стоп, но у тебя же нет сверхспособностей!
Илай шагал вперёд:
— Верно. Но если бы не предвидение, откуда бы я узнал про то самое редактирование генома, которым Чарльз занимался в здании?
— Ну как откуда! Ты же у нас гений! — без колебаний выпалил воробей. — К тому же при привязке системы я точно проверил: у тебя нет никакой энергии эспера!
— Ну, значит, просто совпадение, — бросил Илай.
Перемахнув через высокий забор лёгким, выверенным движением, он подхватил перекинутый ранее рюкзак. Мышцы под курткой сыграли с безупречной грацией.
Сяо Цзю затаил дыхание:
— Босс... а куда мы теперь?
Они ведь только выбрались из зоны поражения. Неужели никакого отдыха? Босс ведь только что использовал Двойника, его ментальные силы на пределе!
Но, как и говорил Илай, когда ставишь всё на личность Илая Кейна, времени на передышку не остаётся.
Закинув рюкзак на плечо, Илай уверенно пошёл в темноту, спокойно проговорив:
— Добывать новую личность.
Он поправил лямку:
— И ждать выхода новой главы комикса.