Лицо Грейе оставалось холодным, но из чувствительных глаз от происходящего невольно капали слёзы.
Человек, охваченный пламенем собственной способности, беспомощно пытался закричать, но из его горла не вырывалось ни звука. Огонь бушевал, обугливая плоть до жуткой чернокровой корки. Несчастный с трудом полз по земле. Всего в нескольких метрах находился бассейн, но эти метры оставались недосягаемыми: гравитация намертво приковала его к месту, раздавливая своей тяжестью.
— Тш-ш... Не пугай моего дорогого ученика, — ласково прошептал Грейе.
Его голос звучал неимоверно нежно. Белоснежные волосы каскадом рассыпались по спине, а в светло-золотых глазах светилась жалость, достойная посланника богов. Густые ресницы подрагивали, удерживая слезы, готовящиеся скатиться по щекам.
Грейе поднял правую руку, изящно смахнул слезинку и сокрушённо покачал головой:
"Зачем? Зачем нужно было предавать Эдем? Бедное дитя... Не бойся, не бойся, скоро боль утихнет. Как только пламя возмездия выжжет твой грех..."
Он тихо пробормотал себе под нос:
— Перебежчики соблазнили тебя золотом и порочными желаниями. Но ничего, у тебя всё ещё есть шанс обрести вечный покой в божьем саду.
Судорожные движения объятого огнём человека постепенно угасали. Пламя соскальзывало с обугленного тела. Но за мгновение до смерти несчастный, повинуясь последнему порыву отчаяния, широко распахнул выпирающие из обугленных глазниц глазные яблоки. Огонь на нём вспыхнул с новой силой, словно намереваясь в предсмертном сполохе испепелить весь мир!
— Тринадцатый, — ровным тоном произнёс Грейе, даже не взглянув на эту вспышку.
Он открыл портрет на экране телефона, поставил галочку и тихо добавил:
— Остался один.
Обжигающий жар взметнул лишь лёгкий порыв ветра, который разметал челку Грейе и бессильно угас.
Достав из кармана тёмные очки, Грейе надел их, скрыв светло-золотые глаза. Затянув поглубже воздух, он вынул из пачки сигарету и поднёс к лицу, но так и не зажёг, держа на почтенном расстоянии от носа. Пальцы разжались. Белая мятая трубочка упала на землю и, под его высокомерным взглядом, опустилась прямо на обугленные кости.
Грейе повернулся. Полы его плаща описали плавную дугу в воздухе, а голос растворился в садовом ветерке:
— Четырнадцатый... А вот с этим будут трудности. Лаборатория Чарльза при автоконцерне Гамма...
Результаты анализа крови Доктора Истребителя Насекомых в тот день указывали именно на это место. Какая же связь между ними?
Грейе неторопливо вышел из роскошной, сверкающей виллы, по пути не удостоив ни единым взглядом изысканный декор. За его спиной под действием гравитации тяжело захлопнулись массивные двери.
Бум!
Внезапный грохот заставил Эда, ждавшего снаружи, вздрогнуть.
Он мгновенно напрягся, рефлекторно повернув голову. Способность уже готова была вырваться наружу, а на запястьях вздулись вены. Однако, разглядев Грейе, он расслабился и произнёс:
— Учитель.
Грейе мягко улыбнулся и непринуждённо стряхнул с плаща незаметную пылинку:
— Долго ждал? Уже почти полдень, проголодался? Пойдём, я тебя накормлю. Есть пожелания?
Эд ответил, что плохо знает этот район, так что подойдет любой ресторан. Грейе, разумеется, не стал возражать своему ученику и с радостью согласился.
Перед уходом Эд не удержался и бросил украдкой взгляд на роскошную виллу. В его глазах мелькнуло затаённое непонимание.
"Что произошло внутри после того, как вошёл классный руководитель?"
"Грейе потратил немало сил, чтобы разыскать хозяина этого дома, значит, дело было важным."
"Однако я не услышал ни единого подозрительного звука — просто простоял у дверей десяток минут."
"Наверное, учитель хотел расспросить его о «Спичечном коробке»? Судя по виду Грейе, разговор прошёл гладко. Говорят, этот человек тоже учился в Эдеме... Возможно, бывший ученик нашего классного руководителя."
"Какова его способность? Связана ли она с поиском «Спичечного коробка»?"
"И почему учитель велел ждать у входа, так и не познакомив со старым знакомым из Эдема?"
Кадык Эда нервно дернулся. Сохраняя бесстрастное выражение лица, он пошёл вслед за Грейе.
"Он ведь не подозревает меня, правда?"
* * *
[Хоть и рановато тебе писать, но имей в виду: у тех, кто рядом с тобой, скоро могут возникнуть неприятности. Если сможешь, присмотри за ними.]
Сообщение пришло от Хоукса. Райт слегка удивился: тот впервые прислал текст, а не очередную картинку. С самого дня их расставания Хоукс регулярно присылал рисунки, а на расшифровки Райта никак не реагировал, просто продолжал отправлять новые холсты. Райт решил, что художник просто доволен его толкованиями.
Удивление сменилось замешательством. "Неприятности", "те, кто рядом" — слишком размыто. Райт набрал ответ, уточнив детали, но Хоукс молчал. Это поведение навеяло воспоминания: Райт подсознательно перешёл в чат, где уже давно не было ни одного сообщения. Непроизвольно вздохнув, он закрыл приложение, отложил телефон и поднял голову.
Вокруг всё сияло огнями. Друзья, которых он не видел несколько месяцев, радостно подняли бокалы.
— За нашу встречу! Дно выпиваем! — огласил зал весёлый клич.
Время в больнице летело быстро. Не успел Райт оглянуться, как прошла неделя, и от ран практически ничего не осталось. К счастью, палата была одноместной, а сама клиника сотрудничала с Эдемом, так что выписали его гладко, без назойливой толпы журналистов, жаждущих запечатлеть чудо человеческой регенерации.
Первый день Райт провёл дома, в кругу родителей, а затем отправился на встречу со старыми приятелями. Те знали лишь то, что он попал в больницу, но даже не подозревали, насколько тяжелым было ранение и как сверхестественно быстро он оправился.
Жизнь в Эдеме разительно отличалась от будней студентов обычных вузов. Прошло всего три месяца, но, оглядываясь назад, Райт ощущал, будто эти три месяца были перенасыщены событиями до предела.
Он не мог пожаловаться друзьям, учащимся на обычных факультетах, на сложности первокурсников или клубные проблемы. Что ему было рассказывать? Как он попробовал себя в экстремальном спорте на грани жизни и смерти?
" «Эдем» словно даровал мне судьбу, расписанную до самого конца."
"Спроси меня кто о карьерных планах, даже черновик не потребовался бы — сразу выдал бы детальную схему: три года в полиции, через пять лет — звание комиссара."
"Кстати, менял ли кто-нибудь свои планы после выпуска из Эдема?"
Райт задумчиво отпил свиного бульона с рулькой, заказанного специально для него.
Все присутствующие уже достигли совершеннолетия, поэтому на столе появилось горючее. Райт из любопытства сделал пару глотков: напиток отдавал горечью и пощипывал язык пузырьками. Вкус ему не понравился, но отказываться он не стал. Хмель быстро ударил кому-то в голову, и румянец вспыхнул на щеках под ярким светом ламп.
Однокурсник одного из парней проболтался, что тот влюбился в девушку из своего университета. Компания тут же подняла его на смех.
Среди шуток и хохота кто-то тихонько толкает Райта локтем:
— Эй, Райт, а у тебя в этой твоей академии есть кто на примете?
Райт только собрался ответить, но приятель, словно предвидя отмашку, поспешно добавил:
— Только чур без всяких «просто друг», «однокурсник» или «уважение к учителю»! Я про настоящие чувства! Чтобы прямо невмоготу, чтобы сердце выпрыгивало из груди при одном взгляде, чтобы мурашки по коже и дышать рядом было трудно!
Готовый расписаться в своих чувствах во всех красках Райт разочарованно закрыл рот:
— Извини, никого.
Но приятель будто этого и ждал. Он сочувственно похлопал Райта по плечу:
— Наша суперзвезда всё ещё холостяк! Отлично! Зато у меня есть любимый человек!
Райт обалдел:
— А?
Остальные с досадой переглянулись.
"И откуда в нём это дурацкое стремление соревноваться на пустом месте?!"
В перерыве между тостами Райт успел отправить Илаю сразу несколько сообщений с предложением встретиться. Но он уже привык к тому, что Илай его игнорирует. Со вздохом Райт снова отпил из бокала.
Наступил вечер. Дюжина молодых людей расплатилась по счёту и шумной ватагой высыпала на улицу, раздумывая, не продолжить ли веселье. Прохладный ночной ветер Тиньчжоу приятно освежал горящие щеки.
Тот, кто предлагал пойти в караоке, поднял руку и огляделся в поисках Райта, рассчитывая заручиться поддержкой главного любимчика компании и перетянуть канат у партии сторонников баскетбола. Но Райт, всегда активно участвовавший в голосованиях, словно сквозь землю провалился.
Приятель застыл в изумлении. Вот черт! Райт ведь только из больницы! Неужели нога разболелась и они бросили его в ресторане?!
Паника мгновенно передалась остальным. Все засуетились, оглядывая тёмный вход: оказывается, они попросту забыли взять Райта с собой!
Толпа рванула назад, боясь, как бы их только что выписанного друга снова не упекли на койку. Ребята недоумевали: Райт никогда не был из тех, кто отстает от группы!
На телефоне раздался сигнал входящего сообщения.
Райт стоял у стойки администратора, уткнувшись в экран. От всей его фигуры так и веяло ликованием. Стройный, красивый — он приковывал взгляды каждого проходящего мимо.
Толпа друзей замерла в дверях, а Райт, не замечая ничего вокруг, продолжал строчить ответ, абсолютно не осознавая, что его «потеряли».
Тот самый приятель, что хвастался за столом, с горечью закрыл лицо руками:
"Забыл добавить условия: «каждую секунду ждёшь от него весточки» и «как только он ответит, бросаешь все дела и летишь отвечать»..."
Остальные закатили глаза:
"Мы же говорили: откуда эта нелепая тяга к соперничеству?!"
Однако всех охватил азарт. В представлении друзей Райт Тьюринг был бесконечно далёк от романтических дел, а тут — такой сюрприз!
Они уже созрели устроить ему допрос с пристрастием, но Райт внезапно поднял голову. Наконец заметив приближающихся товарищей, он просиял. Лицо его осветилось улыбкой, и он, точно весенний ветерок, промчался мимо них.
Его голос звенел от восторга:
— Ребята, у меня срочное дело! Я должен бежать! Извините! В следующий раз угощаю!
Что им оставалось? Только отпустить его. Ведь отказывать Райту не умел никто.
* * *
Вибросигнал смартфона отдал тихой дробью.
Мужчина, стоявший подле Илая, услышав звук, мазнул взглядом по дрогнувшему экрану и неторопливо перевернул страницу отчёта. Поправив дужку золотых очков, он заботливо произнёс:
— Господин Кейн, если у вас срочные дела, можете идти.
— Ничего страшного, продолжайте, — ответил Илай, даже не глянув на телефон.
Его взгляд оставался устремлён на собеседника — ведущего специалиста лаборатории, своего главного наставника по имени Чарльз. Илай мягко улыбнулся:
— У нас еще полно времени. У вас есть ко мне вопросы?
Чарльз едва заметно сощурился за стёклами очков. На его лице не отразилось ни единой эмоции. Будучи главой фармацевтической лаборатории и обладая неограниченной властью в этих стенах, он, как и Илай, привык прятать мысли за вежливой улыбкой.
Он закрыл папку и с уместно изображенным смущением произнёс:
— Прошу прощения, совсем потерял счёт времени. У тебя ведь уже закончился рабочий день? Я тебя задержал?
Илай учтиво отозвался:
— Что вы, как вы могли такое подумать! Ничуть не задержали. Я и сам собирался поработать сверхурочно, чтобы набраться опыта. Ваш визит для меня — огромная честь. Получить от вас наставления — это редкая удача.
Улыбка Чарльза стала шире, однако открывать отчёт снова он не стал. Окинув Илая внимательным взглядом, он прижал папку к груди, явно намереваясь изучить её позже:
— Что ж, я вижу твой настрой. Ты смышлёный парень. Иди домой. Завтра жду тебя в своём кабинете, мы всё подробно обсудим.
Чарльз идеально вписывался в стереотипный образ учёного: белый халат, очки в золотой оправе, светло-зелёные волосы, собранные в аккуратный хвост на затылке. Он выглядел бледным, но от него веяло строгой, неоспоримой властью. В его взгляде проскальзывало нечто такое, что заставляло опускать глаза, а голос звучал с неизменным вопросом, словно профессиональная деформация.
Однако Илай был образцовым подопечным. Ничуть не смутившись, он прямо посмотрел Чарльзу в глаза и с наигранным воодушевлением попрощался.
Казалось, никто не замечал, что уголки глаз Чарльза слегка приподняты, придавая его облику необычное, почти изысканное изящество.
"Очки без диоптрий," — заметил Илай в мыслях. — "Чарльз носит простые стёкла. Как любопытно."
Сяо Цзю отозвался в его сознании:
"Похоже на то... Но что тут любопытного?! Подумаешь, нулёвки! Босс, ты бы хоть немного понервничал!"
"А чего нервничать? Он намеренно заговорил с «взволнованным» мной именно сейчас. Хочет дать жаждущему «мне» успокоительную таблетку. Показать, что работа под его началом — это рука помощи, протянутая добросердечным спасителем талантливому, но почти списанному со счетов сотруднику. Спасённый ведь должен испытывать безграничную благодарность к своему благодетелю," — ответил Илай.
Он взял телефон. Взгляд его потемнел: на экране висело несколько уведомлений — результат его неожиданного ответа Райту, которого он до этого долго игнорировал.
"Когда человек не получает желаемого, его охватывают тревога и нетерпение. Но стоит дать ему долгожданную, заторможенную награду, как ощущение удовлетворения возрастает стократно."
Сяо Цзю, едва сдерживая досаду, взмолился:
"Не увиливай от темы! Я же совсем не об этом!"
[Я уже лечу к тебе! Скоро буду! Обязательно подожди меня!]
[Гифка: Сверкающий диско-шар.jpg]
Илай легкой улыбкой скрыл мысли, подхватил собранную сумку и направился к выходу, сделав вид, будто вовсе не поддразнивал Сяо Цзю.
Тем временем Сяо Цзю уже начал напряжённо отсчитывать координатные точки:
"Наблюдатель на позиции."
Илай спокойно вошёл в кабину лифта.
Стенки лифта в этом здании были прозрачными: изнутри отлично просматривался каждый этаж, как и лифт с улицы.
Лаборатория располагалась на верхних этажах, и цифры на табло начали стремительно уменьшаться.
Голос Сяо Цзю задрожал от страха:
"Главный герой приближается... Триста метров... Двести восемьдесят..."
Уловив панику в голосе птицы, Илай достал телефон и набрал текстовое сообщение, успокаивая Сяо Цзю:
"Не бойся. Я готов. Удача на моей стороне."
Сяо Цзю замер. Где-то там воробей, следивший за снайпером, интенсивно кивнул:
"Я понял! Босс!"
Дзинь!
Двери лифта распахнулись. Илай отправил сообщение и привычно отметился на выходе. Всё рассчитано секунда в секунду.
Высотка располагалась в самом сердце оживлённого района Тиньчжоу. Вечерние неоновые огни кружили в сумерках, отбрасывая блики на площадь перед зданием. Охранник от нечего делать мазнул взглядом по выходящему Илай и снова отвернулся.
К западному пандусу как раз подъезжал автомобиль, собираясь затормозить прямо у центрального входа. В то же самое время к дверям бежал светловолосый юноша с голубыми глазами.
Это был совершенно обычный, спокойный вечер.
"Сто метров... Девяносто метров..."
Затаившийся в тени человек отсчитывал про себя:
"Раз... Два..."
Илай шагнул за порог. После тёплого душного воздуха холла ночной холодный ветер резко ударил в лицо. Он только успел расслабить брови, как слепящий свет фар резко полоснул по его глазам! Илай инстинктивно прижмурился.
"Три!"
Голос системы взорвался в его голове.
[—!]
[Припарковавшийся у входа автомобиль внезапно потерял управление и на бешеной скорости рванул прямо на мужчину, только что вышедшего из дверей! Катастрофа казалась неизбежной!]
[Бедный офисный клерк, ослеплённый ярким светом фар, среагировал со сверхчеловеческой молниеносностью. С невероятной скоростью он ушел с траектории удара! Это было феноменальное решение: движение вышло предельно быстрым и точным. Даже если бы ему не удалось уклониться полностью, повреждения оказались бы минимальными.]
[И ровно в это мгновение отчаянного броска! Почти незаметная в неоновом мареве вспышка пришла издалека.]
[Грохнул выстрел. Спусковой крючок был спущен без малейшего колебания!]
[Вращающаяся пуля, вырвавшись из ствола, беспощадно устремилась прямо к дверям высотки!]
[Зрачки Райта сжались!]