В серых зрачках отражался силуэт человека, который отчаянно размахивал руками.
Мессия лениво зевнул. Вся его фигура выражала крайнюю степень неторопливой вальяжности.
Почесав покрасневшую от сна щеку, он проговорил:
— То есть ты хочешь сказать, что кто-то нарочно объявил войну Эдему? Ты про наш Эдем? Про эту сомнительную шарашкину контору со специальным уклоном, куда не берут из Альянса элитных вузов, а первокурсники, только услышав о зачислении, сразу прощаются с надеждой на светлое будущее?
— Э-э? — Райт, только что с пылом расписывавший обстановку, удивленно захлопал глазами. На миг вспомнив этот ядовитый вердикт Мессии и мысленно сопоставив его со своей собственной реакцией при получении извещения, он виновато сбавил тон: — Ми-е, ты, конечно, прав...
— Но! Но как ни крути, этот Клоун объявил войну именно нам! — Райт импульсивно подался вперед и со всей дури хлопнул ладонями по парте. Грохот раздался на весь кабинет.
Рука Маргариты дёрнулась, и стилус провел по экрану планшета черту, перечеркнувшую всю её работу. Уголок её глаза нервно задергался:
— Райт! Тебе жить надоело?!
Под яростным взором Снежной королевы мгновенно ударил Несокрушимый лед. Райт уворачивался с ловкостью циркового акробата, заставив полкласса оторваться от дел и уставиться на них.
Мессия достал из кармана телефон, небрежно разблокировал экран и с равнодушным видом произнес:
— Райт, да даже если они и объявили войну Эдему, тебе-то что за дело? Успокойся, руководство само во всем разберется.
Райт замер. Не успев увернуться, он оказался по колено вморожен в ледяную глыбу Маргариты. В его голове на мгновение мелькнула догадка о «главном герое», но подсознание тут же привычно вытеснило эту мысль. Он тяжело вздохнул и уныло опустил плечи, совсем сникнув:
— Понял. Буду ждать новостей от администрации.
Сменив гнев на милость, Маргарита вернулась на своё место. Убедившись, что буря миновала, одноклассники осторожно приблизились и потормошили притихшего Райта:
— Слушай, Райт, а ты прошлые выходные сам на месте происшествия был?
Мессии и Маргарите — этим двум чудакам среди обладателей способностей — было всё равно, а вот остальные переживали. Они-то от этой парочки разительно отличались. До них долетали лишь смутные слухи о появлении некоей организации, враждебной Эдему, но обычным студентам, не имеющим связей и не обладающим навыками разведки, оставалось лишь гадать, что происходит на самом деле.
Был всего лишь понедельник. И пусть руководство Эдема наверняка выпустит официальное заявление, чтобы успокоить учащихся, большинству не хотелось проводить эти дни в мучительном неведении. В Эдеме учились носители самых разных даров, но боевых среди них хватало далеко не всем — у многих способности имели узкий, чисто прикладной характер.
С преступлением подобного масштаба они сталкивались впервые. Как тут не испугаться? К тому же, несмотря на свои силы, они оставались обычными юнцами. Каждому из них были знакомы и страх, и банальное любопытство.
Райт тут же встрепенулся, мгновенно обретя прежний задор:
— Еще бы! Я как раз отправлялся на стажировку!
Бесцеремонно выдернув ноги из ледяного плена, он сгреб за шеи подошедших одноклассников:
— Я даже столкнулся нос к носу с одним типом из «Спичечного коробка»! Один на один сражался!
Все трое столкнулись лбами.
* * *
Илай смахнул страницу на экране. Возле его щеки уютно примостился пушистый воробей Сяо Цзю. Привычным движением Илай выкрутил яркость дисплея на максимум.
В соседней кабинке шумно зажурчала смываемая вода. Илай даже бровью не повел: у стажера, отлынивающего от работы в туалете, в запасе еще полно времени.
Затаив дыхание, он продолжил листать комикс, выискивая нужную информацию.
* * *
Занятия в Эдеме по большей части проходили в малых группах — не больше двадцати человек на класс. Двое, которых сгреб в охапку Райт, были его приятелями, хотя приятелями их можно было назвать весьма условно: так, знакомые лица, не более. Райт поступил сюда только после вступительных экзаменов, тогда как почти весь класс E учился в Эдеме еще со средней школы. И хотя Райт отличался легким, открытым характером, в начале учебного года он держался обособленно.
Из этих двоих один — Дуглас, староста класса E, ведавший регистрацией личных дел. Второй — Никола, учебный комиссар, связующее звено между преподавателями и учениками; именно он помогал Райту разобраться с тем, как в Эдеме вообще «делают домашку».
Благодаря этим пересечениям Райт искренне считал их добрыми друзьями, хотя о свойствах их способностей имел лишь смутное представление.
Сблизиться с кем-то в классе E ему удалось лишь благодаря недавнему «делу об отравлении слабительным на школьной спартакиаде». Из-за цепи нелепых совпадений единственными пострадавшими в той истории оказались сам Райт, Маргарита и Мессия. Общая беда и желание найти виновника сплотили их. Так Райт подружился с первой гордячкой Эдема — Маргаритой — и признанным гением механики Мессией.
Сейчас, если оглянуться назад, вероятность того, что они не просто сошлись, но и оказались выпускниками одного и того же детского сада, казалась исчезающе малой. Это было даже нереалистичнее, чем если бы «Кока-кола» и «Пепси» пожали друг другу руки и запустили совместную рекламу. Невероятное, поистине благословенное свыше совпадение.
— И тут этот Клоун начинает угрожать мне жизнями заложников! — Райт недовольно скривился. — Я попытался контратаковать своей способностью, но эта тварь оказалась слишком хитрожопой! Клоун мгновенно срисовал мой замысел и пригрозил подорвать все шары в округе. Мне пришлось отступить.
— О-о-о, какая драматичная развязка, — с наигранным драматизмом протянул Дуглас. В его золотистых глазах на фоне пепельно-серых волос мелькнул нескрываемый интерес.
Он бегло конспектировал «ход происшествия» в блокноте. Дар Дугласа был далек от боевого применения и лежал скорее в области литературы. Райт не знал деталей, но изящный, каллиграфический почерк в записной книжке радовал глаз.
Никола задумчиво кивнул. Бледный, с огненно-рыжими волосами и розовыми глазами, он выглядел совсем ребенком — лет двенадцати-тринадцати от силы, никак не старше.
От Николы вечно тянуло тонким, неистребимым запахом крови. Его дар был напрямую связан с кровеносной системой и проявился еще в раннем детстве, так что в Эдеме он рос с малых лет — самый настоящий местный старожил.
Он повернулся к Райту:
— Ты ведь проходишь стажировку в патрульной службе полицейского участка? Помнится, там стажируется кое-кто еще. Эд что-нибудь сказал по этому поводу?
Способность Эда нельзя было назвать ни выдающейся, ни совсем бесполезной. Находясь на среднем уровне, он при этом отлично разбирался в криминалистике — куда лучше Райта, который едва успел переступить порог академии.
— Эд? Да его там в тот день вообще не было, — вспомнил Райт.
Никола и Дуглас переглянулись. В глазах обоих читалось искреннее изумление.
— Да ну, не может быть, — не удержался Никола. — Эд буквально живет на этой стажировке, он ни разу не пропускал вызовы! Да даже если бы он прогуливал, одного звонка хватило бы, чтобы он...
Никола осекся на полуслове, будто до него внезапно кое-что дошло.
Райт озадаченно нахмурился:
— Вы чего?
Дуглас поджал тонкие губы и, потерев подбородок, осторожно произнес:
— Райт... Последние десять лет Эд был лучшим стажером участка без страха и упрека. Может, у офицера Томми просто не хватило ресурса, вот он и забыл ему звякнуть?
Райт хлопал глазами, окончательно превратившись в наивного чиби-персонажа:
— Чего? Какого ресурса? Вы про что вообще?
Никола досадно почесал затылок:
— Если мне не изменяет память, офицер Томми игнорирует Эда уже не в первый раз. Скорее всего, он решил, что Эд и так со всем справится, и переключил все внимание на тебя — зеленого новичка. Вот только Эд видит это иначе: для него это выглядит так, будто его выбросили на обочину.
Дуглас ненадолго задумался и подхватил:
— Это как если бы луна, высоко парящая в небесах, вдруг светила лишь в глубокий овраг, совершенно позабыв про горные вершины. Понимаешь, о чем я, Райт?
Над головой Райта медленно вырос гигантский вопросительный знак.
Никола только рукой махнул:
— Что за идиотская метафора, Дуглас? Ни хрена же не понятно.
Он оттолкнул лицо Дугласа и обратился напрямую к Райту:
— Короче, скажу прямо, просто сделай, как я говорю. Чуть позже подкати к нему, включи то подлизывание, которым ты пытаешься умаслить нашу гордую высокомерную барышню, и поболтай с Эдом. А если офицер Томми станет звать тебя на задание, в любом случае тащи Эда с собой.
Сказав это, Никола скривился:
— Понял? Эх, дожили: учебный комиссар вынужден решать чужие душевные проблемы. Бред какой-то.
— Понял! — с предельной серьезностью откликнулся Райт. — Эду одиноко, и я обязан проводить с ним больше времени!
Затем он строго посмотрел на Николу:
— И вообще, Никола, мы с Ливой — друзья. Я перед ней не лебежу. Лива умная, наблюдательная, и ее гордость вполне оправдана. К тому же она вовсе не заносчивая, просто не любит чесать языком понапрасну.
Райт вечно паясничал, из-за чего окружающие часто забывали, насколько ослепительна его внешность. Но сейчас, когда он прямо посмотрел на собеседника, его кобальтово-синие глаза блеснули, словно драгоценные камни, а яркое, выразительное лицо заставило Николу на мгновение опешить.
Сглотнув, Никола пару раз нервно хмыкнул, отвернулся и пробормотал:
— Как знаешь. Главное — сделай, что сказано. Взялся умничать ни с того ни с сего... Терпеть не могу таких, как вы.
Дуглас примирительно улыбнулся:
— Ладно вам, мы ведь все просто переживаем за Эда. Не надо ссориться, милые мои одноклассники.
— Кстати! — Дуглас поспешно сменил тему. — Ты не догадался, в чем именно заключается способность Клоуна? Аналитический артефакт «Давид» не ошибается: все носители способностей обязательно проходят регистрацию и заносятся в базу Эдема. Если ты разгадаешь его дар, мы сможем вычислить его личность!
* * *
В этот момент на экране вспыхнули бегущие комментарии.
[Бегущие комментарии:]
[ «Давид»? Это ещё что за штука? Кто читал прошлые главы, объясните!]
[ «Давид» — это прибор Эдема для засечки фактора суперспособностей. Как только появляется новый пробужденный, Давид тут же его фиксирует, и академия высылает людей для зачисления. Сяо Гуан так сюда и попал.]
[Типа Книги Доступа из Гарри Поттера?]
* * *
Илай мазнул взглядом по часам на экране. Времени на передышку оставалось с запасом, и он продолжил чтение.
* * *
— «Взрыв шаров», — уверенно заявил Райт. — Угрожая мне, он говорил именно о взрыве. Думаю, у него есть сообщник со способностью «Телепортация».
Райт пояснил:
— Тогда весь коридор был забит этими шарами, все пути преломления света оказались перекрыты. Я просчитал кучу траекторий, но их полностью заблокировали. Всего за десяток секунд возникла эта проклятая куча шаров! Значит, его способность — именно «Взрыв шаров»!
Вспоминая тот эпизод, когда завалы из воздушных шаров перекрыли дорогу, а впереди маячила лишь хищная оскаленная ухмылка Клоуна, Райт снова почувствовал, как в груди закипает боевой азарт.
— Ах да! Закончив разговор, Клоун сиганул с крыши небоскреба с высоты в сотни метров! Если он не превратился в лепешку, значит, рядом точно был сообщник с пространственным перемещением!
Никола нахмурился:
— Хорошо, что Эда там не оказалось.
Произнося это, он не заметил, как за закрытой дверью лестничной площадки замерла человеческая фигура.
Дуглас записал выводы Райта:
— Логично.
На белоснежном лице Райта проступил румянец боевого задора, хотя он досадно вздохнул:
— Эх, попадись он мне еще раз! Вот если бы выпал второй шанс! Я бы точно его размазал! На этот раз я найду идеальную траекторию! Клоуну от меня не уйти!
* * *
На заднем плане фрейма вокруг горящего азартом Райта пролегли густые, мрачные штрихи, делая его фигуру еще более яркой и контрастной.
Рука сжалась в кулак.
Кадр сменил ракурс: вид сверху вниз. Размытые золотистые волосы Эда казались потускневшими. Он стиснул зубы так, что желваки на его привлекательном лице натянулись на грани судороги. В пальцах он до хруста сжимал телефон, а в уши были вставлены плотные шумоподавляющие наушники.
Но даже сквозь них эти голоса проникали в его сознание, словно кошмарный сон, от которого невозможно укрыться.
Его способность — всего лишь «Звуковая волна». Вторым уровнем дара никого не удивишь. В ней не было ни сокрушительной мощи, ни серьезной пользы для команды. Возможно, у «Звуковой волны» и имелся потенциал, но её обладатель — Эд — был законченным ничтожеством. Так говорили все. Так думали все. И сам он, пожалуй, считал точно так же.
Поглядите только: даже давние одноклассники не сомневались в его бесполезности. Да, он немощен. Он словно блеклый гарнир в фастфуде — бесполезный, создающий лишь видимость сытости. Ему оставалось цепляться за мелкие детали, лишь бы доказать самому себе право называться полицейским.
А Райт... Райт слишком яркий. Слишком спонтанный, слишком наивный, слишком гениальный. Слишком... заметный.
Да, тот человек был прав. Райт просто хочет победить Клоуна, чтобы смыть с себя позор. Ему плевать на долг. Он не способен нести ответственность. Он думает только о себе! Он — фальшивка! Он отобрал у Эда все и готов разрушить остатки его жизни!
БОМ-М...
Гулкий звук, давно эхом отзывавшийся в глубине души Эда, становился всё громче, все настойчивее.
Это был колокол. Колокол в самом сердце Эда, который отбивал тяжелый такт каждый раз, когда он сталкивался со своей точной, но невероятно успешной копией. Этот гул дурманил разум, увлекая душу на самое дно.
Каждый удар этого колокола выбивал эхо ненависти.
Жалкой, изъедающей душу зависти Эда к Райту.
* * *
Фрейм начал сужаться, фокусируясь на экране телефона, зажатого в ладони золотовласого юноши.
В музыкальном приложении тонарм винилового проигрывателя опустился на черную пластинку.
Из соседней кабинки донесся шум спускаемой воды.
Илай узнал эту песню с первого взгляда. Он обожал этот рок и когда-то именно под эту мелодию подошел к Эду.
В мотиве звучали надрывная хрипота и хмельной бунт. Трек назывался «На том берегу рая». И прямо сейчас Эд слушал эту песню, сжимая кулаки до побелевших костяшек.
Глава завершилась.
Илай толкнул дверь кабинки. Время отдыха подошло к концу.