Поднялся ураганный ветер, и всё вокруг заволокло непроглядной чёрной мглой.
Нынешняя орда демонов-яогуаев разительно отличалась от прежней. Закалённые визгливой трелью флейты, твари сплошь набрали силу — их мощи и духовного развития хватило бы на несколько рангов вперёд. С оглушительным рёвом они хлынули на барьер, рьяно терзая заклятия, и по самым краям защитного купола побежала паутина тонких трещин.
У Ци Чжао ёкнуло сердце. Ни секунды не медля, он направил к пролому побеги Лозы Облачной Пустоты. Сэ Шэнь, Цинь Лу и остальные тут же вступили в бой: полыхнули всполохи заклинаний, взвились в воздух духовные клинки, а переплетённые стебли намертво сковали пробивающихся тварей. Весь небосвод окрасился в багровые тона.
Будь это обычные яогуаи, вылазка наверняка отвлекла бы их внимание, но сейчас твари даже не обернулись. Безумные, они беспрестанно рвали световой щит. Барьер, и без того истончившийся до прозрачности, отчаянно замерцал — казалось, ещё мгновение, и он разлетится вдребезги.
— Так дело не пойдёт, — нахмурился Чи Му. — Их слишком много. Стоит убить одного, как тут же наплывает десяток других. Нам их не удержать! Когда барьер рухнет, с нами будет кончено.
Он повернулся к Ду Вэню:
— Когда прибывает подмога из Шести городов?
— Сам не ведаю, — сквозь зубы процедил Ду Вэнь. — Там дежурят Лу Цзюобин, Юэ Цан и Мэн Жань. Едва телепортационная формация очнётся, они сразу подадут знак.
Ответ на призыв о помощи пришёл в ту же ночь, но древние телепортационные массивы между Шестью городами простаивали без дела много лет, и на их повторный запуск требовалось время. Ци Чжао понимал это и до последнего сохранял терпение, однако твари напирали, ждать больше не оставалось сил, а вестей от массива так и не поступало.
Снизу доносился оглушительный, рвущий барабанные перепонки рёв. Трещины, ползшие по куполу, уже достигли самого центра.
Ду Вэнь бросил вниз быстрый взгляд. На миг в его глазах вспыхнула отчаянная решимость. Прокусив палец до крови, он взмахнул рукой, стремительно вычерчивая в воздухе символ Тайдзи, и обрушил свечение вниз. Без беспрестанных ударов демонов узор удержался чуть дольше обычного, однако густой чёрный туман в считанные мгновения поглотил добрую его половину.
Заметив, что и оставшаяся часть тонет во тьме, Ду Вэнь зажмурился. Его пальцы мелькнули в сложнейшем пассе, и из запястий вырвались две нити — чёрная и белая, — устремившись прямо к гибнущей формации Тайдзи.
Полуразрушенный узор вспыхнул с новой силой, полностью восстанавливаясь. Ослепительное сияние мгновенно разогнало окружающий мрак.
Попавшие под покров Тайдзи демоны замедлили свои бешеные атаки, а алый угар в их глазах слегка померк.
Но самому Ду Вэню это далось дорогой ценой: губы его мгновенно побелели, а тело ощутимо задрожало, теряя опору.
Он питал массив собственной кровью — по сути, прибег к той же губительной технике, что и Синьи. Ци Чжао ужаснулся. Он ринулся вперёд, подхватывая падающего юношу.
Ду Вэнь бессильно прижался к нему и, опережая готовые сорваться упрёки, слабо и натянуто улыбнулся:
— Не брани меня... Я владыка Города Северного Направления. Мой долг — стоять до последнего и разделять судьбу города. Я обязан продержаться до прихода подмоги.
Губы Ци Чжао дрогнули, но он так и не нашёл, что ответить.
Немного переведя дух, Ду Вэнь выпрямился и возобновил передачу духовной силы, поддерживая формацию кровью своего рода.
Наследие Божественного дерева Гоучэня обладало неимоверным могуществом. Зажатые в тисках магического узора демоны двигались всё медленнее и медленнее, пока и вовсе практически не замерли.
Увидев это, Синьи насупился. Он вновь поднёс к губам Кровавую флейту. Раздался резкий, пронзительный визг. Мутный взор тварей снова наполнился лютой яростью, и они с удвоенным безумием принялись терзать защитные чары.
Ду Вэнь сжал губы. Его пальцы дрогнули, пуская переливы чёрно-белого света по узору Тайдзи, сдерживая напиравшие волны тёмной скверны.
Вилась режущая слух трель флейты, полыхало ослепительное сияние Тайдзи.
Из семи городов Мира Мимолётной Жизни первые шесть славились своими сокрушительными атакующими техниками, и лишь Ду Вэнь владел сакральным искусством защиты. Ни Цинь Лу, ни остальные не могли помочь ему напрямую — им оставалось лишь беспощадно истреблять напиравших тварей, ослабляя натиск на магический щит.
Минуты тянулись одна за другой. Кровавая бойня не стихала ни на мгновение.
Прошло неизвестно сколько времени. Ду Вэнь весь дрожал, смертельно побледнев. Ци Чжао не сводил с него тревожного взгляда. Спустя ещё четверть часа пальцы владыки города судорожно сжались, а на его лице проступила пепельно-серая мертвенная тень.
Внизу Синьи, чей рот был испятнан алой кровью, окинул защитников ледяным взглядом и снова заиграл на флейте. Сделав паузу, он небрежно смахнул струйку крови с подбородка и глухо расхохотался.
Световой диск Тайдзи задрожал, сбиваясь с ритма и отчаянно гудя под зубами и когтями яогуаев. Ду Вэнь окончательно потерял силы. Его губы посинели, меж бровями залегла густая тень скорой погибели, а плоть на запястьях усохла прямо на глазах.
Ци Чжао в ужасе ахнул: по поверхности диска Тайдзи побежали глубокие трещины.
Не раздумывая больше ни секунды, Ци Чжао схватил Ду Вэня за руки и силой оборвал связь его кровной жилы с формацией. Однако было поздно: юноша судорожно согнулся пополам, и его одеяние на груди мгновенно окрасилось в багровый цвет.
У Ци Чжао сжалось сердце. Синьи под стенами города поднял взор. В его равнодушных глазах не отражалось ни жалости, ни торжества. Музыка продолжала литься.
Лишившись преграды в виде Тайдзи, демоны с диким хохотом и визгом кинулись на купол. Покров стремительно разрушался — от силы ему оставалось продержаться полчаса.
Синьи заметил это, едва заметно улыбнулся и беззвучно произнёс, глядя прямо на Ци Чжао:
— Всё кончено.
Он широко развёл руки, и подвластные ему твари забились в безумном экстазе. Но ровно в тот миг, когда последняя преграда Города Северного Направления готова была пасть, за спинами защитников вспыхнул ослепительный столб света. Могучий поток устремился вниз со стены, мгновенно развеивая вокруг беспросветный мрак.
В этом свете слились воедино воли и духовные силы сотен культиваторов. Напор был настолько всекрушающим, что демоны ошеломлённо застыли, ослабив хватку.
Чи Му и Ци Чжао остолбенели, а затем резко оглянулись. За их спинами, в самом городе, не пойми откуда выросла целая армия. Из ладоней собравшихся вырывались разноцветные сполохи, сливаясь в единый пылающий океан духовной энергии.
Подмога из Шести городов прибыла!
Люди выстроились стройными рядами. Воздев руки, они направили весь свой потенциал на укрепление защитной стены. А на самом верху башни Сэ Шэнь и остальные, спохватившись ещё при первых вспышках, уже вовсю возводили новый барьер.
Мягкий, ласковый свет разлился над надвратной башней, окутывая всё вокруг животворящим теплом.
Ци Чжао замер, глядя на это чудо. Лишь когда перед его лицом возникла чья-то ладонь, он очнулся и осознал, что его собственные руки покрыты липким холодным потом.
Мэн Жань опустил руку и облегчённо вздохнул:
— Успели... Слава богу. Я почувствовал, что на стене дело плохо, поэтому, как только заработала телепортационная формация, не стал терять время на послания и сразу привёл всех сюда. Чуть не опоздали!
Ци Чжао ошеломлённо кивнул и обернулся. Внизу простиралось огромное человеческое море: мечники с обнажёнными клинками в руках, мастера духовных растений, бережно прижимавшие к груди волшебные стебли... Все они как один смотрели вверх, с предельной сосредоточенностью отдавая силы общему делу.
Их собралось невероятно много — гораздо больше, чем смел надеяться Ци Чжао. Ведь в это время большинство культиваторов Мира Мимолётной Жизни скитались по свету, и вести доходили до них с задержкой. Испуская приказ о сборе, защитники шли на отчаянную авантюру: сыграет ставка — выстоят, нет — обратятся в прах.
И они выиграли эту битву с судьбой.
Взгляд Ци Чжао вспыхнул. Вдруг среди множества незнакомцев он различил знакомые лица: то были мастера духовных растений, которых он когда-то спас на аукционе в Городе Разветвлённого Древа. Они тоже пришли!
Заметив его растерянный взор, Лу Цзюобин проследил за его взглядом и всё понял.
— На этот раз мы обязаны именно им, — проговорил Лу Цзюобин. — Скитальцы поддерживают связь через духовное восприятие. Получив призыв, они стали передавать весть по цепочке. Вот так, из уст в уста, весть облетела весь мир — и верные сыны городов вернулись домой.
— Слава небесам... — прошептал Ци Чжао.
На вечно бесстрастном лице Лу Цзюобина промелькнула редкая, тёплая улыбка:
— Что посеешь, то и пожнёшь. В мире всё связано нитями кармы.
Душу Ци Чжао переполнял целый вихрь чувств, но размышлять об этом было некогда. Передав обессилевшего Ду Вэня на руки подоспевшему Юэ Цану, он снова призвал Лозу Облачной Пустоты и обрушил её побеги вниз.
На башне струилось ласковое белое сияние, под стенами же по-прежнему клубился непроглядный мрак.
Синьи неустанно дул в свою флейту. В густой тьме ярость яогуаев возрастала с каждой секундой, однако и барьер, возводимый Сэ Шэнем и его сподвижниками, уже обретал законченные черты, переливаясь мощными чарами.
Защитники из Шести городов заранее выслушали инструкции Юэ Цана и отлично знали, что им предстоит. Все как один затаили дыхание.
Секунда.
Две.
Три.
* * *
Десять.
Хруст!
Раздался резкий треск: старый купол окончательно лопнул. В глазах демонов вспыхнул алый огонь, и они бросились на штурм. Но в то же мгновение стоявшие в городе культиваторы синхронно выплеснули накалённую до предела духовную энергию. Мощный всплеск света смёл первые ряды нападавших, образовав в их строю зияющий пролом.
Зрачки Синьи сузились. Он поспешно вскинул флейту к губам, но было поздно.
Защитная формация, сотворённая Сэ Шэнем и мастерами, во всём величии поднялась над стенами. Заметив это, воины с новой силой вдарили магией, отбросив разбушевавшихся демонов ещё дальше.
И в ту самую секунду, когда во вражеском строю образовалась брешь, семеро владык на башне синхронно опустили ладони. Новосотворённый купол молниеносно накрыл город, отрезав хлынувшую орду от крепостных стен.
— Кхм!..
Синьи рухнул на одно колено. Его губы приобрели зловещий фиолетовый оттенок. Он зашёлся в мучительном, непрерывном кашле, и изо рта его на землю хлынула тёмная кровь.
Защитный барьер Города Северного Направления был восстановлен, а на подмогу пришли воины всех Шести городов. Защитники выстоят. А вот Синьи — нет.
Это понимал Ци Чжао, понимал и сам Синьи. Молча смахнув кровь с лица, Предок выпрямился и уставился на вершину стены. А затем... глухо и горько рассмеялся.
Смех был едва слышен. В нём больше не чувствовалось прежнего леденящего зловерия — лишь безысходная тоска да горькое самобичевание.
Он смеялся и смеялся, а затем дрожащими пальцами извлёк из-за пазухи старый, пожелтевший свиток. С неизбывной нежностью погладив бумагу, Синьи насупился, взмахнул широким рукавом и в мгновение ока растворился в клубящемся мраке.
Зачинщик исчез, но порождённая Кровавой флейтой туча осталась, как остались и беснующиеся демоны. Впрочем, они больше не представляли смертельной угрозы. Защитники переглянулись — в глазах каждого читалось долгожданное облегчение.
Лишь Чи Му выбивался из общей ликующей атмосферы. Лицо его смертельно побледнело. Он резко схватил Ци Чжао за край одежды.
Ци Чжао обернулся:
— Что случилось?
Губы Чи Му задрожали, и он с тяжёлым предчувствием выдохнул:
— Синьи... Он направляется к Городу Вечернего Пейзажа.