Ци Чжао снова снился сон.
Всё та же павильонная горница, окутанная сизой полупрозрачной дымкой. Он лежал на ложе, а рядом, опустившись на одно колено, склонился знакомый незнакомец. Накидка едва держалась на его плечах, готовая вот-вот соскользнуть. Длинные, изящные пальцы скользнули по подушке и нежно коснулись щеки Ци Чжао.
Лицо его по-прежнему застилал туман, не давая разглядеть черты.
— Ты...
Едва Ци Чжао выдохнул первое слово, мужчина тихо усмехнулся. Его палец неспешно провел по щеке и прикоснулся к губам, призывая к молчанию:
— Тише, милый, не надо слов.
Ци Чжао замер, не сводя с него взгляда.
Мужчина слегка поддел пальцем пуговицу на воротнике его исподнего, расстегнул её и стал медленно, поглаживающим движением вести подушечками пальцев вдоль ключицы. Ци Чжао дрогнул. Он поднял руку и перехватил чужое запястье. Мужчина снова тихо усмехнулся, убрал руку — ровно так, как того хотел Ци Чжао, — и не спеша положил её себе на грудь, к отвороту собственного одеяния.
Взгляд Ци Чжао будто заворожённый прикипел к этим тонким пальцам.
Слегка наклонившись, незнакомец медленно стянул ткань с плеча. И то, что прежде лишь угадывалось в полумраке, теперь предстало во всей своей красе. У Ци Чжао перехватило дыхание. Он скользнул взглядом по ключицам, по груди и замер на животе.
Чётко очерченные кубики пресса, безупречные линии...
Ци Чжао показалось это до боли знакомым, но подумать он не успел: мужчина вдруг перехватил его ладонь и с легким смешком потянул к себе. Не ожидавший этого Ци Чжао подался вперёд и уткнулся носом прямо в изящную ключицу. Под его ладонью ощущалась теплая, шелковистая кожа.
Он опешил и, поддавшись порыву, сделал пару поглаживающих движений.
Сверху раздался низкий, чуть хрипловатый голос, пропитанный насмешливой нежностью:
— Нравится?
* * *
Ци Чжао резко сел на ложе, тяжело дыша. Рубашка на спине насквозь пропотела.
Перед глазами, разумеется, ничего не было — лишь пустая комната.
Он повернул голову к окну. Дождь снаружи уже утих, и свежий ветерок, вливавшийся сквозь деревянную створку, мгновенно охладил влажное от пота тело. Ци Чжао провел ладонью по лицу, пытаясь отогнать дурман. Лежащая подле подушки Трава Драконьего Зуба беспокойно потеребила его листочком:
— Чжаочжао, ты чего? Всё в порядке?
Ци Чжао поднял голову и глубоко вздохнул:
— Всё хорошо.
Трава Драконьего Зуба пока ещё плохо его знала и не представляла, как утешить, а потому просто подвинула к самому его носу свой самый пышный и красивый цветок. Змеиное дерево тоже молча подтянуло ближе свои ветви, выражая поддержку.
Ци Чжао невольно улыбнулся. Подняв их обоих на руки, он поднялся с постели, переоделся и тут же услышал легкий стук в наружную дверь:
— Господин Ци, вы уже встали?
Это был Сэ Цин.
— Да, входите, — отозвался Ци Чжао и пошел открывать.
За порогом стоял Сэ Цин, по-прежнему мягко улыбаясь:
— Старец Вэй только что прислал весточку. У них со старейшиной Линем из Храма Растительных Духов появились неотложные дела, так что в ближайшие дни он вернуться не сможет. Городской владыка просил узнать: вы сегодня намерены отправиться в Зал Взращивания Деревьев или на Улицу Пролитого Золота?
Раз Вэя Чжоуму нет, читать книги Ци Чжао мог где угодно. К тому же в Зале торчал назойливый Бай Юань, видеть которого не хотелось вовсе, да и с Травой Драконьего Зуба стоило поближе сойтись.
— На Улицу Пролитого Золота, — ответил Ци Чжао.
Сэ Цин кивнул, но с места не сдвинулся, продолжая пристально смотреть на него. Ци Чжао озадаченно вскинул брови.
Управляющий слегка улыбнулся:
— Господин Ци, вы слегка покраснели... Вы хорошо себя чувствуете?
Ци Чжао смущенно потер нос, что-то неопределенно пробормотал, подхватил Змеиное дерево с Травой Драконьего Зуба и сбежал из дома.
* * *
На Улице Пролитого Золота, как всегда, царила суета.
Стоило Ци Чжао отпереть двери лавки, как все зеленые обитатели единодушно уставились на него. Оглядев порог и не обнаружив за его спиной знакомой фигуры, они разочарованно опустили листочки:
— Эх, владыка Сэ опять не пришел...
Ци Чжао только вздохнул — спорить с этими балаболками было бесполезно. Игнорируя их стенания, он аккуратно усадил Змеиное дерево и Траву Драконьего Зуба на подоконник.
Остальные растения тут же оживились:
— Ого, у нас пополнение?
Трава Драконьего Зуба, испугавшись такого повышенного внимания, смущенно прикрылась листочками:
— Здравствуйте... Можете звать меня Яя.
Новенькая оказалась разговорчивой, что несказанно обрадовало местную братию — растения дружно замахали ветками в знак приветствия.
Убедившись, что они поладили, Ци Чжао со спокойной душой взялся за лейку в форме котенка и принялся поливать цветы у стены. Вскоре над дверью звякнул деревянный колокольчик. Из-за косяка выглянул Мэн Жань и просиял:
— Чжаочжао!
Похоже, перед приходом он что-то жевал: в уголках губ застряли крошки от пирожных, сделав его похожим на хомяка. Ци Чжао поглядел на него, вспомнил про кровь Цветка Таоте в его жилах, и на душе у него снова сделалось тяжело и неопределенно.
Мэн Жань, не подозревая о его мыслях, переступил порог. Выглядел он слегка обиженным:
— Ну где ты ходишь? Я наготовил столько вкуснятины, ждал-ждал тебя, а тебя всё нет! Всё же испортится!
Трава Алого Огня тут же подала голос:
— Бедняжка, какие страдания!
Ци Чжао незаметно прижал побег Травы Алого Огня, пытавшийся ткнуться в Мэн Жаня и напугать его, и подал парню чашку цветочного чая:
— Я сегодня пробуду здесь до самого вечера. Сготовишь мне что-нибудь чуть позже?
— Конечно! Только пообещай, что похвалишь!
Мэн Жаня было легко порадовать. Обхватив чашку обеими ладонями, он с удовольствием пригубил напиток, а потом вдруг спохватился:
— Ах да! Тут тебя один покупатель ждал. Уж сколько дней приходит, всё надеется с тобой пересечься.
— Покупатель?
Мэн Жань махнул рукой в сторону улицы:
— Да вот же он!
Ци Чжао проследил за его жестом. В эту самую минуту двери распахнулись, и в лавку вошел юноша в черном одеянии. За спиной у него висел меч. Лицо его дышало холодом, а движения были сдержанными и неспешными.
Изогнутые строгие брови, ледяной взгляд и голос под стать — холодный, словно застывший лед:
— Вы хозяин этой лавки?
Ци Чжао кивнул.
Получив подтверждение, юноша сразу перешел к делу:
— Меня зовут Чжоу Цзэ. Я пришел за Деревом Чистого Ручья.
Взоры всех зеленых обитателей мгновенно устремились на Дерево Чистого Ручья.
— Травы и деревья из моего заведения нельзя унести просто так, за деньги, — Ци Чжао встретил его взгляд. — Если растение само не захочет уйти с вами, я не отдам его никому.
— Я знаю ваши правила. Духовные камни у меня с собой, — лицо Чжоу Цзэ оставалось бесстрастным. — Что до остального... Полагаю, оно не откажется.
С этими словами взгляд юноши заметно смягчился. Он осторожно занес ладонь над Деревом Чистого Ручья, замрев в ожидании.
В лавке воцарилась тишина.
Ци Чжао подошел ближе и тихо спросил:
— Хочешь уйти с ним?
Ветви Дерева Чистого Ручья трепетно дрогнули. Спустя мгновение самый дальний побег нерешительно вытянулся вперед и медленно обвил палец Чжоу Цзэ.
«Чжаочжао, я хочу пойти с ним».
Ци Чжао не смог скрыть удивления.
Все растения в его лавке прежде пережили тяжелые увечья, были брошены прежними хозяевами на произвол судьбы и лишь потом найдены им. Израненные духовно и телесно, они питали куда больше недоверия к людям, чем обычные травы, и крайне неохотно соглашались уходить с чужаками.
Дерево Чистого Ручья не было исключением. Когда они еще находились в Заброшенном городе, многие хотели его купить, но оно отказывало всем. А тут...
Ци Чжао косился на Траву Алого Огня. Та не подкачала — как и подобает главному сплетнику лавки, почуяв его взгляд, она хихикнула и тихо поведала давнюю историю.
Оказывается, Дерево Чистого Ручья и Чжоу Цзэ уже были знакомы.
Тогда израненное растение бросили в Заброшенном городе. Спасавшийся от погони Чжоу Цзэ наткнулся на него и, не погнушавшись перебитыми духовными жилами, подхватил его и спрятался вместе с ним под каменным мостом.
Для беспомощного деревца Чжоу Цзэ в тот момент стал настоящим лучом света.
Позже преследователи загнали юношу в угол, и ему пришлось оставить Дерево Чистого Ручья под мостом. Вернуться он смог только через три месяца. Но к тому времени растение уже забрал Ци Чжао, увезя его в Город Вечернего Пейзажа.
И вот, преодолев долгий путь и множество невзгод, он всё-таки разыскал его.
— Эх-хе-хе, — вздохнула Трава Алого Огня, покачивая побегом. — Ну разве не трогательно?
Ци Чжао подумал, что в её тоне трогательностью и не пахло.
Они столько времени пробыли вместе, и ему было жаль расставаться с Деревом Чистого Ручья, однако обретение растениями своего истинного дома радовало куда больше.
Ци Чжао погладил зеленый листочек:
— Значит, теперь я больше не смогу заботиться о тебе.
Деревце ласково потерлось о его палец:
— Со мной всё будет хорошо, не переживай, Чжаочжао.
Голос у него был чистый, совсем как у юноши, отчего сердце невольно наполнялось теплом. Ци Чжао улыбнулся и повернулся к Чжоу Цзэ:
— Теперь оно на вашей ответственности.
— Угу, — отозвался Чжоу Цзэ. Он бережно подхватил Дерево Чистого Ручья на руки и вытащил из-за пазухи кошель с духовными камнями: — Проверьте, хватит ли.
Не успел Ци Чжао ответить, как Трава Денежной Монеты за его спиной радостно вытянула стебелек, понюхала кошелек и замахала листьями:
— Чжаочжао, тут даже больше, чем надо!
Маленькая корыстная сорняшка — хоть в чем-то с ней проще.
Ци Чжао качнул головой, сдерживая улыбку, и снова посмотрел на Чжоу Цзэ:
— Век духовного растения недолг — от силы десяток-другой лет. Для культиватора это лишь миг. Если в будущем оно пострадает или у вас появится лучший выбор и оно станет ненужным... пожалуйста, принесите его мне. Не бросайте его.
Выражение лица Чжоу Цзэ впервые изменилось. Взор его стал предельно серьезным:
— Такого дня не настанет.
Ци Чжао верил своему чутью на людей. Услышав этот ответ, он кивнул, вернул излишек духовных камней вместе с кошельком и произнес:
— Что ж, до встречи, если будет на то воля судьбы.
Чжоу Цзэ не отличался разговорчивостью, а потому лишь тихо откликнулся, развернулся и пошел к выходу с деревцем на руках.
Ци Чжао вместе с растениями провожал его взглядом. Снаружи дул теплый, ласковый ветерок. Силуэт Чжоу Цзэ быстро растворился в глубине переулка.
* * *
В лавке духовных растений ненадолго воцарилась тишина.
— Эх, так быстро ушел... — забормотала Трава Алого Огня, глядя на пустой переулок. — Сам не пойму почему, но чувствую себя так, будто дочь замуж выдал.
— Кабы Сяо Си был здесь и услышал твои речи, он бы тебе все ветки оборвал, — фыркнула Трава Денежной Монеты. — Чего сопли размазывать? Подобное еще не раз случится. Лучше о деле подумайте!
С этими словами она повернулась к Ци Чжао:
— Чжаочжао, может, ты мне горшок сменишь? Этот уж больно невзрачный. Я хочу золотой, да чтоб с узорами в виде слитков!
Ци Чжао перевел взгляд на её текущий горшок, расписанный изящным традиционным пейзажем, вообразил себе золотую чашу со слитками и не нашел, что сказать.
Зато Трава Алого Огня быстро подвела итог:
— Деревенщина и безвкусица.
Оскорбленная в своих эстетических чувствах Трава Денежной Монеты сорвала с себя плод и запустила им в обидчика. Тот тоже был не прочь поозорничать — мгновенно встряхнул листвой и с треском хлестнул побегом в ответ.
За спиной Ци Чжао снова поднялся невообразимый гвалт.
Прежняя грусть моментально улетучилась.
Ци Чжао с улыбкой наблюдал за их перепалкой. Когда они наконец угомонились, он сел за стол, перевел взгляд на горсть духовных камней и невольно задумался.
Надо же, так быстро появились деньги.
Может... стоит купить что-нибудь для Сэ Шэня? В знак ответной вежливости.