Сердце Ци Чжао ухнуло. Он резко обернулся, не веря собственным ушам:
—…Цинь Сю?
Тот лениво усмехнулся:
— Я. — И, сделав небольшую паузу, тише добавил: — Спасибо тебе.
Ци Чжао опешил. Чувство, когда несбыточное вдруг оказывается реальностью, на мгновение лишило его дара речи. Лишь спустя пару мгновений он пришёл в себя, бережно — словно величайшую драгоценность — подхватил с подоконника Божественное дерево Таоу и прошептал:
— Как же хорошо…
— Ты уверен, что хочешь держать меня на руках? — лениво прозвучал голос Цинь Сю, в котором сквозила прежняя, знакомая напевность. — Городскому владыке Сэ это вряд ли придётся по душе.
Ци Чжао рассмеялся и осторожно поставил полено обратно:
— Прости, просто разволновался. — Немного переведя дух, он продолжил: — Раз ты очнулся, пора готовиться к Воссозданию Тела. Надеюсь, всё пройдёт гладко.
— Воссозданию?.. — переспросил Цинь Сю и умолк.
Ци Чжао замешкался, вглядываясь в деревянный ствол:
—…Ты не хочешь?
После долгого молчания Цинь Сю глухо отозвался:
— Быть человеком слишком тяжело. Стоит оступиться лишь раз — и за спиной разверзнется бездонная пропасть. Я… просто боюсь.
У Ци Чжао сжалось сердце. Он вспомнил, как этот человек некогда стоял под цветущей корицей, беспечно и дерзко улыбаясь миру. А потом — с пробитой грудью и наливающимися кровью глазами — говорил о восьми земных страданиях, бóльшую часть из которых ему пришлось выпить до дна.
Ци Чжао не пережил и доли того кошмара, а потому любое сочувственное слово казалось бы пустой и сытой фальшью. Он промолчал.
Прошло несколько мгновений, и Цинь Сю вдруг тихо хмыкнул:
— Впрочем, к чему ворошить прошлое? Нужно смотреть вперёд. Ци Чжао, покорнейше прошу тебя о помощи.
В его голос вернулась привычная халатная беспечность, словно бы ничто в этом мире не способно задеть его за живое. Ци Чжао пристально посмотрел на древесину:
— Договорились.
Кровные жилы Цинь Сю только-только пришли в равновесие, поэтому вскоре после пробуждения он снова погрузился в глубокий сон.
Чуть позже вернулся Ци Юй. Пока они втроём разговаривали, Цинь Чу кое-что вспомнил, встал и достал из-за прилавка счётную книгу:
— Кстати, вот записи за последние дни. Я всё подробно фиксировал, взгляни.
Ци Чжао особо ни на что не рассчитывал — за всё время жизни в Городе Вечернего Пейзажа он сумел продать лишь единственный росток Дерева Чистого Ручья. Он небрежно перелистал страницы, и от увиденного у него перехватило дыхание.
Аккуратный мелкий почерк Цинь Чу заполнял строку за строкой, а итоговая сумма заставила Ци Чжао почувствовать себя неожиданно разбогатевшим человеком.
— Как… как у вас это получилось?! — вытаращился он.
Почему у него самого за душой не было ни гроша?!
[А ты вспомни, сколько времени проводил на Улице Пролитого Золота! Покупатели тебя просто найти не могли, Солёная Рыба Чжао.]
Ци Чжао лишь сморщил нос на реплику Сяо Цзю.
Цинь Чу мягко улыбнулся:
— Мы не сделали ничего особенного. Покупателей приходит много. Мы с Ци Юем и раньше торговали на юге города, так что умеем и сбить цену, и уговорить. К тому же после испытания в Городе Феникса приток народа заметно вырос.
Ци Чжао ещё раз перечитал итоговые цифры, всё ещё не веря своим глазам. Помолчав, он поднял голову и щедро взмахнул рукой:
— Я подниму вам жалованье!
Цинь Чу и Ци Юй не знали слова «жалованье» в таком контексте, но быстро поняли суть и улыбнулись. Ци Чжао тут же вспомнил, что они до сих пор толком не оговаривали оплату, и предложил конкретные условия. Цинь Чу, зная его щедрый и добрый нрав, не стал отнекиваться, но названная им сумма оказалась скромной, а брать больше он категорически отказался. Ци Чжао пришлось уступить и пока утвердить эту цифру.
Во второй половине дня, перед возвращением в Поместье городского владыки, Ци Чжао прогулялся по Улице Пролитого Золота и накупил кучу вещей. Почувствовав звонкую монету в кармане, он скупал всё, даже не моргая.
Вернувшись в поместье, он пока оставил подарки для старца Вэй и Ду Вэня в своих прежних покоях, а остальное унёс к себе. Для Сэ Шэня он набрал готовых нарядов — одна мысль о том, что владыка города будет ходить в одежде, выбранной лично им, наполняла Ци Чжао тихим восторгом.
Сэ Шэнь бесконечно потакал ему: он покорно примерил каждый наряд. Что и говорить, внешность владыки Сэ заставляла замирать сердце, и с каждым новым кафтаном глаза Ци Чжао разгорались всё ярче.
Это лицо, эта осанка, эта безупречная стать… Ух.
Заметив его остекленевший, полный восхищения взгляд, Сэ Шэнь сдержанно улыбнулся:
— Что такое?
— Красиво… Мне даже захотелось…
— М-м?
— Захотелось лично всё это с тебя сорвать.
Едва выдохнув эти слова, Ци Чжао осознал, что ляпнул. Щеки мгновенно вспыхнули, он смущённо кашлянул, прикрыв рот ладонью, как вдруг его лица коснулся мягкий шелк.
Он поднял глаза. Сэ Шэнь не спеша развёл руки в стороны, и на его губах играла лёгкая, манящая улыбка:
— Что ж… Можешь попробовать.
Ци Чжао сглотнул подступивший к горлу ком и мысленно заклинал себя не поддаваться на откровенную провокацию.
Секунда.
Две.
Три.
Сдавшись с потрохами, Ци Чжао уткнулся взглядом в пол, сделал шаг вперёд и зацепил пальцами поясок на талии Сэ Шэня.
Городской владыка посмотрел на его макушку с мягкими, растрёпанными волосами и тихо, бархатно рассмеялся.
* * *
Дневные утехи…
Он очнулся уже под вечер. Всё тело затекло и ныло тупой ломотой.
Ци Чжао долго пролежал в прострации, обнимая край одеяла, пока наконец не вспомнил о делах. Прихватив Божественное дерево Таоу с Цинь Сю, а также подарки для Ду Вэня и старца Вэя, он выбрался из покоев. Сначала заглянул к Ду Вэню, а затем направился в Зал Взращивания Деревьев.
Старец Вэй, вопреки обыкновению, был свободен — он развалился в плетёном кресле и мерно покачивался.
Услышав шаги, старик приоткрыл глаза:
— М-м? Чего это ты в такую рань… то есть поздно заявился?
Ци Чжао с расплывшейся до ушей улыбкой преподнёс ему деревянную шкатулку:
— Подарок для моего лучшего учителя!
— Льстец, — скосил на него глаз старец Вэй, но шкатулку забрал, открыл и одобрительно хмыкнул: — А вкус у тебя есть.
Внутри лежала картина — но написана она была не тушью, а выложена тончайшими веточками цветного лозняка, переплетёнными в изящный пейзаж.
— Главное, чтобы вам нравилось, учитель.
— Вечно ты болтаешь всякую угодливую чушь, совсем испортился, — проворчал старик, но распрямил спину. — Ты ведь из-за Цинь Сю пришёл? Ну говори, что стряслось.
— Кровная жила Цинь Сю пришла в норму, пора начинать Воссоздание Тела. Способ из книги наследия я отрабатывал многократно и в нём уверен, но вот некоторых ингредиентов я даже названий никогда не слышал.
— Вот как?
Ци Чжао перечислил редчайшие материалы. Старец Вэй нахмурился:
— Из того, что ты назвал… Пара вещей хоть и с трудом, но доставаема. А вот остальные… Они вымерли и сгинули ещё много веков назад.
— Исчезли?.. — У Ци Чжао ёкнуло сердце. — И что же делать? Цинь Сю так и не сможет вернуться?
— Поступим так: сначала раздобудь то, что ещё встречается в этом мире. В городе недавно открылась Лавка диковин. Слышал я, хозяин там с причудами, но дело своё знает. Сходи спроси, авось у него найдутся закрома?
— Лавка диковин?.. — задумчиво переспросил Ци Чжао. — А хозяин случаем не по фамилии Юэ?
— Знаком с ним? Тем лучше, — кивнул старец Вэй. — Ступай проведай, а Цинь Сю пусть пока у меня побудет. Дух его всё ещё слаб, пусть наберётся сил.
— Спасибо, учитель. Я сейчас же наведаюсь к нему. — Ци Чжао низко поклонился и покинул Зал Взращивания Деревьев.
Заведение Юэ Цана располагалось на Улице Изящного Золота.
Ци Чжао прошёл пару улиц, но самой вывески не заметил — зато сразу упёрся взглядом в знакомый стяг Ду Вэня с надписью «Прорицаю без промаха». Подойдя ближе, он увидел, что рядом с предсказателем как раз и находится Лавка диковин. Перед входом толпилось несколько явно взбудораженных покупателей, а Юэ Цан неспешно с ними беседовал.
Ци Чжао уловил обрывки разговора:
— Хозяин, а есть у вас… ну, то самое? Понимаете, о чём мы?
— Да-да, и чтобы про них двоих! Вы же понимаете!
— Есть такое? Есть?!
— Разумеется, — улыбнулся Юэ Цан и достал из-под стойки увесистую стопку свитков. — Свитки Весенних Ветров и Луны, тринадцать письменных томов и девять иллюстративных свитков. Действующие лица — городской владыка Сэ и господин Ци. Никакого обмана! Что желают почтенные гости?
Покупатели заколебались, не зная, на чём остановить выбор.
— Если вы затрудняетесь, в нашей лавке есть Камни зеркального отображения иллюзий. Через них можно воочию созерцать любовные сцены. А при покупке камня — один текстовый и один художественный свиток в подарок!
Глаза покупателей вспыхнули:
— Берём! Владыка Сэ и малютка Ци… Кхм, от одной мысли дух захватывает!
Ци Чжао: «…»
Это ещё что за промысел?!
Довольные покупатели расплатились и поспешно удалились. Ду Вэнь сделал шаг вперёд и процедил:
— Ну и проныра же ты, рвачище проклятый!
Юэ Цан изогнул бровь:
— Вообще-то у меня припрятаны свитки и про нас с тобой. Хочешь взглянуть?
Ду Вэнь вспыхнул до ушей и отвернулся, тут же столкнувшись взглядом с Ци Чжао, стоявшим у угла:
— Ци Чжао?!
Ци Чжао подошёл, переведя тяжёлый взгляд на хозяина лавки:
— Юэ Цан, ты…
Тот, прекрасно поняв его без слов, развернул один из свитков. Ци Чжао мазнул взглядом по странице — содержание там действительно было весьма фривольным, однако изображённые персонажи лишь отдалённо напоминали его и Сэ Шэня.
…Ввод в заблуждение в чистом виде!
Ци Чжао с трудом выдавил:
— Ты… Прозвище, что дал тебе Ду Вэнь, ты оправдываешь сполна.
— Покорно благодарю, — безмятежно принял «похвалу» Юэ Цан.
Ду Вэнь не выдержал, бросил на Юэ Цана предупреждающий взгляд и подскочил к Ци Чжао:
— Ци Чжао, ты зашёл за чём-то конкретным? Или принёс мне ещё подарков?
Ци Чжао хмыкнул:
— Я пришёл за покупками. Хочу узнать, нет ли у вас кое-каких редких вещей.
— Каких именно?
— Ветвь киноварной корицы лунного сияния, Камень сплавленной сосны и Вода утреннего полудня.
Юэ Цан на мгновение задумался:
— Первые два ингредиента есть в наличии. Третий достать тоже несложно — если не спешишь, через пару дней организую… Однако влетит это в копеечку.
— Я могу подождать, цена не проблема, — отозвался Ци Чжао. — Сколько времени потребуется и какова итоговая стоимость?
— Потребуется около полмесяца. Что до цены…
Юэ Цан назвал сумму. У Ци Чжао хватало средств, поэтому он без колебаний согласился, а затем спросил:
— А слышал ли ты что-нибудь о Камне Небесной Столицы?
— Камень Небесной Столицы? Его не встречали уже много лет. Впрочем… до меня доходили слухи, что один экземпляр хранится у городского владыки Города Разветвлённого Древа. Там царит обычай равноценного обмена: если хочешь получить желаемое, должен сначала исполнить желание хозяина. Всё зависит от удачи, но ты можешь попробовать.
Пройдя через события в Городе Небесных Руин и Городе Феникса, Ци Чжао испытывал тихий трепет перед другими городами — казалось, сама судьба неумолимо толкает его вперёд. Однако если рассуждать логически, третьим по порядку должен был стать Город Облачной Области, а Город Разветвлённого Древа являлся пятым. Возможно, всё не так страшно.
Да даже если и страшно — ради Воссоздания Тела Цинь Сю у него не было иного выбора.
Поразмыслив, Ци Чжао кивнул:
— Тогда заказываю у тебя первые три вещи. Как заберу их через полмесяца, сразу отправлюсь в Город Разветвлённого Древа.
— Договорились, — кивнул Юэ Цан.
Закончив с делами, Ци Чжао прошёл в лавку Ду Вэня, и они немного побеседовали. Ци Чжао коротко пересказал то, что приключилось с ним в Городе Феникса. Выслушав его, Ду Вэнь нахмурился:
— Мне тоже кажется, что здесь что-то нечисто. Ты виделся с этим Чи Му после возвращения?
Ци Чжао качнул головой.
— В общем, держись от него подальше. А если случай сводит — притворяйся… Хотя у тебя дурака свалять всё равно не выйдет.
[Солёная Рыба Чжао.]
Ци Чжао, невинно оговорённый, почесал нос:
— Ну почему же сразу не выйдет?
Ду Вэнь с полнейшим недоверием кивнул:
— Да-да, конечно, выйдет.
Ци Чжао только собрался возразить, как заметил, что взгляд Ду Вэня изменился — предсказатель уставился ему за спину и издал выразительный смешок. Ци Чжао удивлённо обернулся. Из-за угла медленно выходил человек с глубоким, завораживающим взглядом.
Сэ Шэнь.
— Стоило тебе отлучиться на часок, как он тут как тут, — фыркнул Ду Вэнь. — Я же тебя не съем. Эх, Ци Чжаочжао, твоя «одинокая роза» — мужик с тёмным омутом в душе. Будь с ним осторожен, а не то опомниться не успеешь, как окажешься скручен по рукам и ногам.
Ци Чжао мысленно усмехнулся: «Вообще-то меня давно скрутили, просто ты не знаешь, насколько высок уровень городского владыки Сэ».
Однако выдавать собственное поражение было стыдно. Ци Чжао оглянулся: Сэ Шэнь уже подошёл вплотную и тихо проговорил:
— Уже поздно, пора домой. М-м?
Ци Чжао, заметив, что на улице и впрямь стемнело, поднялся и улыбнулся:
— А я как раз ждал, когда ты придёшь за мной.
Ду Вэня аж передернуло от этой сладкой парочки, и он сокрушённо хлопнул по своему компасу на поясе:
— Всё-всё, идите уже к себе домой!
Сэ Шэнь тихо хмыкнул и протянул руку. Ци Чжао вложил свои пальцы в его ладонь и, попрощавшись с Ду Вэнем и Юэ Цаном, покинул Улицу Изящного Золота.
Глядя им вслед, Ду Вэнь покачал головой:
— И ведь сам не одинок, а всё равно на душе тоскливо от этой картины…
Юэ Цан тёплым взглядом посмотрел на него и протянул ладонь:
— В таком случае, смею ли я спросить молодого господина, не соблаговолит ли он отправиться со мной домой?
Ду Вэнь сглотнул, но упрямо задрал подбородок:
— У меня свой дом есть, не пойду я с тобой.
— Хорошо, — легко согласился Юэ Цан, не убирая руки, и спросил снова: — Тогда дозволит ли молодой господин провести его до его дома?
Ду Вэнь бросил на него взгляд, выражавший нечто вроде: «Я ужасно не хочу, но раз ты так умоляешь, придётся уступить», и буркнул:
— Ну ладно.
Юэ Цан улыбнулся — светло и нежно.
* * *
Вернувшись с Сэ Шэнем в поместье, Ци Чжао поужинал, с удовольствием отмок в горячей бадье с водой и, окончательно размякнув, растянулся на кровати.
Сэ Шэнь вышел после купания, окутанный лёгким влажным паром. Ци Чжао инстинктивно сжался в комок:
— Сегодня никаких бесчинств! У меня до сих пор поясница ломит.
— Я бы не посмел, — с улыбкой отозвался Сэ Шэнь.
Он положил ладони ему на поясницу и принялся бережно её растирать. Ци Чжао сладко замычал:
— Полегче… И чуть левее.
Полное доверие и беззащитная мягкость.
Сэ Шэнь молча улыбнулся. Вспомнив, каким натянутым и сдержанным был Ци Чжао при их первой встрече, и сравнив с тем, каков он сейчас, владыка почувствовал, как сердце наливается невероятной нежностью.
Ночь вступала в свои права.
Ци Чжао пожалел Сэ Шэня и, боясь, что у того занемеют руки, потеснился к стене:
— Поздно уже, ложись.
Сэ Шэнь откликнулся, погасил светильник и лёг рядом. У Ци Чжао из головы не выходили мысли, и он долго не мог уснуть. Сэ Шэнь почувствовал это:
— Что тебя беспокоит?
Ци Чжао немного подумал и кивнул:
— Сэ Шэнь, через полмесяца я хочу отправиться в Город Разветвлённого Древа.
— Город Разветвлённого Древа? — Сэ Шэнь мгновенно сообразил: — Это связано с Цинь Сю?
— Для Воссоздания Тела не хватает нескольких вещей. Юэ Цан обещал достать почти всё, но Камень Небесной Столицы давно исчез. Говорят, один есть у городского владыки Города Разветвлённого Древа. Хочу попытать счастья.
— В Городе Разветвлённого Древа жёсткие порядки. Без личной визитной карточки в Поместье городского владыки не попасть.
Ци Чжао нахмурился.
Сэ Шэнь коснулся его лба, разглаживая морщинку между бровями:
— Поэтому я поеду с тобой.
Каким бы желанным ни было общество Сэ Шэня, Ци Чжао засомневался:
— А тебе можно надолго покидать Город Вечернего Пейзажа?
— Там остаются Сэ Цин и Тринадцать стражей.
И тон, и вид у него были настолько спокойно-невозмутимыми, что Ци Чжао на секунду проникся искренним сочувствием к Сэ Цину и стражам.
Сэ Шэнь мягко улыбнулся:
— Отпускать тебя одного я не намерен.
Сочувствие сочувствием, но сердце Ци Чжао затопило тепло. Он улыбнулся, прищурив глаза:
— Хорошо.
— Решено. А теперь — спать.
Сэ Шэнь ласково прикрыл его глаза ладонью. Ресницы Ци Чжао трепетали, касаясь его кожи, пока он наконец не уснул.
* * *
Спустя полмесяца Юэ Цан сообщил, что все три заказанные позиции доставлены.
Забрав ингредиенты с Улицы Изящного Золота, Ци Чжао обсудил всё с Сэ Шэнем, и они решили выехать на следующий же день.
Ду Вэнь ворчал, что Ци Чжао немилосерден — только вернулся на две недели и снова уезжает, — но всё же разложил для него гексаграмму. Ответ выпал странный, состоявший всего из одного иероглифа: «Тяжесть».
Ци Чжао долго разглядывал знак, но так ничего и не понял. Он обратился за разъяснениями к Ду Вэню, но тот и сам впервые получил подобное предсказание, а потому лишь растерянно развёл руками.
Тем не менее Ци Чжао свято верил гаданиям друга. Он бережно спрятал листок и с улыбкой сказал:
— Я постараюсь вернуться как можно скорее.
— Так и быть, поверю тебе на слово, — проворчал Ду Вэнь. — Кстати, твой приятель Мэн Жань со своим спутником тоже ведь в Городе Разветвлённого Древа? Они уехали три месяца назад. Я тут перепробовал кучу еды, но ничто не сравнится с его стряпней. Если получится, привези его обратно!
Ци Чжао засмеялся:
— Договорились.
— Всё, ступай уже. Жду твоего возвращения!
— Ты только не забудь напомнить Юэ Цану, чтобы вёл честный бизнес, — кивнул Ци Чжао. — Некоторые товарообороты стоит сворачивать, а то их лавку живо опечатают, понял?
Ду Вэнь со смешком кивнул.
На следующий день Ци Чжао и Сэ Шэнь снова сели в экипаж и отправились в путь.
Город Разветвлённого Древа располагался на юго-востоке Мира Мимолётной Жизни, довольно далеко от Города Вечернего Пейзажа. Повозка мчалась без остановки день и ночь, и лишь на десятые сутки они прибыли на место.
В Городе Разветвлённого Древа царил культ силы, а нравы жителей отличались суровостью. Кроме того, это был единственный город в мире, имевший сразу двух городских владык — родных братьев, Лу Цзяньшуя и Лу Цзюобина.
«Цзяньшуй» — растапливать воду, «Цзюобин» — высекать изо льда.
Делать невозможное.
Хотя в книге «Зарождение Великого Дао» им уделялось совсем немного места и даже не описывались подробный характер и внешность, одно только это сочетание имён Ци Чжао запомнил навсегда.
Правила Города Разветвлённого Древа были крайне строги, и попасть в Поместье городского владыки просто так считалось невозможным. Однако имя Сэ Шэня открывало любые двери: стоило лишь страже доложить о его прибытии, как гостей тут же пригласили внутрь.
Там они неожиданно встретили Сюй Яня.
Сюй Янь не знал, что Ци Чжао собирается сюда, и страшно удивился:
— Ци Чжао?! Ты как здесь оказался?
— Пришёл заключить сделку с владыкой города. А ты как тут очутился?
— По той же причине! Составим друг другу компанию.
Едва он произнёс это, как к ним вышел Старший управляющий поместья. На его строгом лице застыло почтение:
— Владыка Сэ, почтенные господа, городской владыка просит вас пожаловать.
Управляющий провёл их к кабинету и остановился у дверей:
— Городской владыка внутри. Прошу вас.
Ци Чжао ответил вежливым поклоном и толкнул дверь. Первое, что бросилось ему в глаза — две фигуры у окна. Услышав звук, они обернулись. Один обладал мягкими, невероятно приятными чертами лица, от которых веяло весенним теплом; второй же был облачён в тёмно-алый наряд жуцюнь, обладая божественной красотой и статным, изящным станом.
— Вот это роковая красавица… — восхищённо прошептал Сюй Янь, наклонившись к уху Ци Чжао.
И то была правда: грация, плавность движений и взор, способный пленить любого, хотя выражение лица у этой девы оставалось весьма холодным.
Ци Чжао не удержался и засмотрелся. Но уже через мгновение обзор ему перекрыла фигура стоящего рядом Сэ Шэня.
Вот ведь ревнивец.
Ци Чжао про себя улыбнулся и отвёл взгляд. Однако в душе у него закралось сомнение: в городе ведь два владыки, а перед ними стоит один… Неужели эта красавица — супруга городского владыки?
Тем временем стоявшие у окна направились к ним. Мужчина с мягким взглядом улыбнулся Сэ Шэню:
— Какими судьбами в наших краях?
— У моего спутника есть дело, — спокойно отозвался Сэ Шэнь.
— Спутника? Мои поздравления, — он перевёл взгляд на Ци Чжао: — Я — Лу Цзяньшуй.
— Ци Чжао.
Назвав себя, Ци Чжао замялся, не зная, о чём говорить дальше. Сюй Янь рядом с ним всё так же неотрывно смотрел на красавицу и тихо пробормотал:
— Почему же красавица молчит? Так хочется услышать её голос…
Словно услышав его слова, дева в алом подняла глаза — чёрные, как агат, с пушистыми ресницами — и ровным голосом произнесла:
— Красавица?
Голос был лишён эмоций, но звучал низко, глубоко и с бархатистой мужской поволокой.
Сюй Янь остолбенел.
Ци Чжао: «…»
Па… парень в женском платье?!
Заметив их шок, «красавица» осталась всё так же бесстрастна и добавила:
— Я — Лу Цзюобин.
Ци Чжао вздрогнул. Придя в себя, он сочувственно взглянул на Сюй Яня. Тот выглядел так, будто его жизнь рухнула в одно мгновение, и закрыл лицо руками.
Лу Цзяньшуй мягко улыбнулся:
— Господин Ци желает совершить обмен? Если вы определились с условиями, то обсудите это с моим младшим братом. — Он отступил на шаг: — Проходите.
Ци Чжао сначала посмотрел на Сэ Шэня и, получив от того ободряющий кивок, поклонился Лу Цзюобину, после чего проследовал за ним в тайный покой при кабинете.
Внутри царил полумрак, освещаемый лишь одиноким масляным светильником.
Лу Цзюобин встал у огня. Отсветы пламени делали его глаза ещё более тёмными и бездонными.
— Что ты хочешь получить?
— Камень Небесной Столицы. Есть ли он у вас?
— Донесения тебя не подвели, — отозвался Лу Цзюобин. — Но ты ведь знаешь правила нашего города?
— Разумеется, — кивнул Ци Чжао. — Чего же желает городской владыка Лу?
Взгляд Лу Цзюобина стал ещё темнее. Он замолчал на мгновение, а затем чеканно, чеканя каждое слово, произнёс:
— Я хочу овладеть своим братом.