Ци Чжао видел сон.
В этом сне была уютная беседка, прильнувшая к склону зеленой горы. В углу курилась благовониями бронзовая курильница, окутывая пространство тонкой белесой дымкой. Он лежал на постели, а рядом кто-то сидел, глядя на него сверху вниз. Темные золотые узоры на ханьфу незнакомца поднимались к самому вороту, к застежкам у шеи, но выше лицо тонуло в туманной пелене, оставляя различимыми лишь смутные очертания.
— Кто ты? — спросил Ци Чжао.
Мужчина промолчал, лишь тихо усмехнулся. Его низкий, глубокий голос с легкой дразнящей интонацией в полумраке комнаты звучал невероятно соблазнительно.
Словно под действием дурманящих чар, Ци Чжао отчаянно захотелось разглядеть его лицо. Он протянул руку, пытаясь коснуться собеседника, и тот мягко перехватил его ладонь:
— Хочешь, чтобы я наклонился ближе?
Ци Чжао кивнул.
Мужчина склонился ниже, едва ощутимо коснувшись его лба своим. С плеч незнакомца соскользнула небрежно наброшенная верхняя одежда, обнажив изящную линию плеч и ключицы. Ци Чжао замер, встретившись с его взглядом — черным, как тушь, бездонным и глубоким.
Но черты лица по-прежнему ускользали.
Раздосадованный, Ци Чжао отвел глаза в сторону. Мужчина тихо рассмеялся. Его тонкие пальцы с четко очерченными суставами неторопливо легли на ворот, плавно стягивая ткань, уже сползшую с плеча. Ци Чжао завороженно смотрел на это, невольно сглотнув, и вдруг почувствовал, как по телу разливается тягучий, волнующий жар.
Вскинув голову, он ощутил чужие губы у самого уха. Теплое дыхание обжигало щеку, а хриплый, манящий шепот проник в самое сознание:
— Давай я помогу тебе... хочешь?
Ци Чжао резко распахнул глаза.
За окном брезжил рассвет, небо едва тронуло серое предрассветное марево. Ни туманной комнаты, ни мужчины с чарующим голосом — лишь пустая полутемная спальня и Змеиное дерево на подоконнике, мягко мерцающее в полумраке.
Облегченно выдохнув, Ци Чжао поднялся с постели и плеснул в лицо холодной водой, пытаясь унять неожиданное волнение и прогнать наваждение. К тому времени окончательно рассвело. Наскоро приведя себя в порядок, он подхватил горшок со Змеиным деревом и направился на Улицу Пролитого Золота.
Большинство лавок уже открылись.
Едва Ци Чжао отпер двери магазина духовных растений, как из соседнего заведения высунулся его хозяин, Мэн Жань. Заметив соседа, лавочник расплылся в широкой улыбке:
— Ци Чжаочжао, ты уже пришел! Подожди минутку, я сейчас загляну к тебе!
Мэн Жань скрылся внутри и вскоре вернулся с парой коробочек со сладостями. Довольный, он вошел следом за Ци Чжао в лавку и, едва усевшись, хитро заулыбался, сгорая от любопытства:
— Ци Чжаочжао, а я слышал, что вчера ты гулял по городу вместе с городским владыкой Сэ?
«Все так, но почему твои слова звучат настолько двусмысленно?..»
Не дождавшись ответа, Мэн Жань потер нос и смущенно кашлянул:
— Кхм... То есть я хотел сказать: доброе утро, Ци Чжаочжао! Как спалось этой ночью?
При этих словах Ци Чжао мгновенно вспомнил свой сон. Будучи человеком застенчивым, он тут же залился краской до самых кончиков ушей и запнулся:
— Д-да... вполне нормально.
Мэн Жань тут же одарил его многозначительным взглядом в духе «мы-то оба все понимаем».
Ци Чжао почувствовал такую неловкость, что предпочел промолчать и просто взял купленную вчера книгу. Мэн Жань подался вперед, с живым интересом заглядывая в страницы:
— Да Чжаочжао, ты уже записался на испытания?
— Угу, вчера ходил.
— Говорят, подать заявку в мастера духовных растений не так-то просто. Правда?
— Еще бы не правда!
Стоило вспомнить коварные правила отбора, как у Ци Чжао сразу развязался язык. Выслушав его жалобы, Мэн Жань задумчиво потер подбородок:
— Действительно непросто. Но разве ты не знал обо всех этих тонкостях заранее?
Ци Чжао промолчал. Кто ж виноват, что в книгах об этом не было ни строчки?
— Ну да ладно, главное, что все закончилось благополучно! — улыбнулся Мэн Жань, пододвигая к нему коробочку с угощением. — Я сам готовил. Попробуй, настроение сразу поднимется!
Ци Чжао взял одно пирожное. Нежное, в меру сладкое, оно буквально таяло во рту. Питая слабость к десертам, он искренне похвалил:
— Очень вкусно.
— Правда? — Мэн Жань радостно распахнул глаза. — Ты ведь еще не завтракал? Раз у тебя такой отменный вкус, я просто обязан показать тебе настоящее мастерство! Сиди, читай свою книгу и не двигайся, я приготовлю поесть и принесу. Жди меня!
Ци Чжао с улыбкой кивнул. Довольный лавочник вскочил на ноги, но у самого порога испуганно отшатнулся, когда Трава Алого Огня внезапно вытянула в его сторону побег. Вздрогнув, Мэн Жань втянул голову в плечи и поспешно выскользнул на улицу.
Трава Алого Огня насмешливо качнула стеблем:
— Тьфу, дурачок как был дурачком, так и остался.
Ци Чжао уже открыл рот, чтобы прочитать растению нотацию о вежливости и доброте, но остальные травы опередили его:
— Ци Чжаочжао, ты вчера с городским владыкой Сэ просто так гулял?
—... А как еще?
— Ой-ой, а чего это ты тогда покраснел?
Ци Чжао лишился дара речи.
Объяснять что-либо было бесполезно, поэтому он лишь молча уткнулся носом в книгу. Стоило снова вспомнить ночные видения, как уши опять предательски запылали. В такие моменты оставалось одно — погрузиться в учебу и остудить рассудок.
Как показал опыт, чтение действительно прекрасно помогало обрести душевное равновесие.
Спустя полчаса все неуместные мысли окончательно улетучились. Ци Чжао потер затекшую шею и краем глаза заметил у входа белую фигуру.
Он поднял голову: на пороге стоял молодой человек. Стоило Ци Чжао взглянуть на него, как юноша поджал губы, отвернулся и поспешно ушел прочь.
Поведение незнакомца показалось странным, но поразмышлять над этим Ци Чжао не успел — дверь распахнулась, и на пороге появился Мэн Жань с корзиной для еды в руках.
Внимание тут же переключилось на угощения. За едой, чаем и непринужденной болтовней с лавочником незаметно наступил полдень.
Вскоре из поместья городского владыки прислали человека, чтобы сопроводить Ци Чжао обратно.
Узнав, кто прибыл, Мэн Жань понимающе моргнул, проворно собрал пустую посуду и удалился в свой трактир, не забыв перед уходом бросить на Ци Чжао еще один красноречивый взгляд.
От этого взгляда по спине Ци Чжао пробежал холодок:
—... Почему мне кажется, что здесь что-то не так?
Гревшаяся на солнышке у входа Трава Алого Огня лениво шевельнула листьями:
— М-м?
— Почему он постоянно сводит меня с Сэ Шэнем? Мы с городским владыкой Сэ толком даже не знакомы.
На этот раз замолчала трава. Повисла неловкая пауза, после чего растение с натугой выдавило:
— Жалко городского владыку.
В следующую секунду остальные растения наперебой принялись вторить этой фразе.
Поняв, что спорить с этой толпой преданных почитателей бесполезно, Ци Чжао вздохнул, подошел к окну и взял на руки свое единственное утешение:
— Только ты меня понимаешь.
Листья Змеиного дерева едва заметно дрогнули.
* * *
Сытно пообедав у Мэн Жаня, Ци Чжао не чувствовал голода. Он рассчитывал разделить легкий ужин с Сэ Шэнем, однако слуги сообщили, что владыка ушел еще на рассвете и до сих пор не вернулся. Пришлось идти в свои покои.
Сон не шел. Поставив горшок со Змеиным деревом возле подушки, Ци Чжао принялся за чтение книги.
Давалось оно с большим трудом: во-первых, текст изобиловал замысловатыми терминами, а во-вторых, это был не «Иллюстрированный справочник трав и деревьев», где достаточно лишь запомнить описания. Суть техник ускользала, оставаясь слишком абстрактной, и он решительно не понимал, с чего начать.
Ци Чжао тяжело вздохнул и провел пальцем по узорам на коре Змеиного дерева:
— Кажется, мне конец.
Растение хранило молчание, зато в голове раздался голос Сяо Цзю:
[Это мне с тобой конец, Солёная Рыба Чжао.]
— Ты сам виноват! У всех нормальных людей Системы — это сплошные читы и золотые пальцы, любые трудности решаются по щелчку, а мне досталось непонятно что! — Ци Чжао слегка ткнул пальцем в узор на запястье. — Разве я не прав?
[... То, о чем ты говоришь, антинаучно и совершенно не подобает строителю светлого будущего.]
Ци Чжао даже усмехнулся от возмущения. Он уже собирался снова упрекнуть непутевую Систему, как в дверь постучали, и снаружи послышался голос Сэ Цина:
— Господин Ци, вы еще не спите?
Ци Чжао отозвался и пошел открывать:
— Управляющий Сэ, что-то случилось?
— Я тут подобрал кое-какие вещи, подумал, что они могут пригодиться господину Ци.
Сэ Цин указал рукой себе за спину. Ци Чжао выглянул в коридор и остолбенел.
Там стояли изящные цветочные горшки с милыми узорами, лейка в виде кошачьей мордочки, маленькие лопатки с резными деревянными ручками, расписные подставки под растения... Все те вещи, на которые он заглядывался на ярмарке, но не мог себе позволить.
В Мире Мимолётной Жизни любые принадлежности для духовных растений стоили немалых денег, и Ци Чжао не решался принять столь щедрый дар.
Сэ Цин мгновенно угадал его сомнения и с мягкой улыбкой произнес:
— Купленное назад уже не вернешь, а пылиться на складе добру незачем — лучше пустить в дело. Господину незачем смущаться: когда вы овладеете мастерством, польза, которую вы принесете поместью, многократно превзойдет стоимость этих мелочей.
Договорив, старший управляющий взглянул на Змеиное дерево в руках юноши:
— Да и ваш питомец заметно подрос за последнее время. Прежний горшок ему явно тесноват, а это вредит росту.
Приходилось признать: Сэ Цин знал свое дело. Сначала он тактично свел все к практической выгоде, избавив Ци Чжао от чувства неловкости, а затем заговорил о растении, безошибочно ударив по самому уязвимому месту.
Рассудив, что управляющий прав, Ци Чжао с благодарностью склонил голову:
— В таком случае спасибо вам, управляющий Сэ.
Сэ Цин улыбнулся:
— Не стоит благодарностей мне. На самом деле такова воля городского владыки. Если господин желает поблагодарить, скажите это лично ему.
Поблагодарить действительно стоило. Сэ Шэнь помог ему уже столько раз... Ци Чжао и подумать не мог, что правитель Города Вечернего Пейзажа окажется настолько внимательным и отзывчивым.
Пока он размышлял, слуги по велению Сэ Цина внесли подарки в покои. Сон окончательно как рукой сняло, и Ци Чжао с азартом принялся перебирать новые вещицы.
— Скоро у тебя будет новый дом. Радуешься? — Ци Чжао выбрал самый изысканный горшок, украшенный тонкой тушевой росписью, и повернулся к Змеиному дереву.
Едва веточки шевельнулись в ответ, как юноша задумчиво добавил:
— Интересно, насколько огромным ты вырастешь? Сейчас я еще могу носить тебя на руках, а вот позже вряд ли справлюсь...
Листья растения мгновенно застыли.
Ци Чжао ласково погладил листья:
— Ладно, не переживай, разберемся, когда придет время. А сейчас я пересажу тебя в свежую землю, так что сиди смирно и не дергайся.
Зеленые побеги послушно поникли. Ци Чжао улыбнулся и, вооружившись новым совком, ловко взялся за пересадку.
Змеиное дерево и прежде выглядело великолепно, но в невзрачной глиняной плошке его красота терялась. Теперь же, в расписном фарфоровом сосуде, его стебли казались особенно изящными, отливая мягким светом и источая поистине благородное величие.
Ци Чжао остался невероятно доволен. Не обращая внимания на приставшую к рукам землю, он с восторгом обнял горшок:
— Какой же ты красавец!
Змеиное дерево застенчиво склонило веточки.
Держа его на руках, Ци Чжао влажной тряпицей бережно стер соринки с листьев и стенок горшка. Чем дольше он любовался питомцем, тем больше проникался чувством гордого родителя, любующегося собственным ненаглядным чадом.
Взглянув на тени за окном, он понял, что наступил вечер. Окликнув проходившего мимо слугу, Ци Чжао спросил:
— Городской владыка вернулся?
— Только что изволили прибыть, сейчас как раз...
— Господин Ци, городской владыка просит вас подойти.
Слуга не успел договорить — его прервал чужой голос. Ци Чжао обернулся: перед ним стоял Ши И, один из Тринадцати стражей.
— Владыка ожидает вас в кабинете. Господин Ци, следуйте за мной.
«Как раз вовремя».
Ци Чжао кивнул, вернулся в комнату сменить испачканную землей одежду на чистую и поспешил за стражем в кабинет.
Возле покоев правителя царила глубокая тишина. Он постучал и, услышав негромкое приглашение войти, толкнул створку двери:
— Сэ Шэнь, я...
Голос его оборвался на полуслове.
У окна перед шахматным столиком сидел седовласый старец. Услышав звук шагов, он поднял взгляд и мягко, благодушно улыбнулся.