Шаги приближались, отдаваясь гулким эхом в каменных сводах. Ци Чжао выравнял дыхание и смежил веки, притворяясь спящим.
Шаги замерли у самого порога. Снова раздался уже знакомый сиплый голос старика:
— Разбудите его.
Один из прислужников откликнулся, присел перед Ци Чжао на корточки и извлёк из за пазухи зелёный шарик. Стоило провести снадобьем перед носом пленника, как в воздух взвилась едкая, невыносимая вонь. У Ци Чжао мгновенно зажгло в глазах; невольно выжав слезу, он с трудом разлепил веки, изображая полубессознательное состояние.
Запах стоял настольно тошнотворный, что глаза у Ци Чжао налились краснотой, а на ресницах выступили непроизвольные слёзы. Неуклюже подняв голову, он воззвал к стоящему перед ним человеку. Старик по-прежнему оставался полностью скрыт под тёмным балахоном. Оглядев плачевный вид юноши, он глухо хмыкнул:
— Господин Ци, много я был наслышан о вашем имени, и вот наконец мне выпала честь встретиться с вами лично.
Ци Чжао уткнулся лицом в рукав, утирая слёзы:
— Не кажется ли вам, что место для подобной встречи выбрано немного не по правилам?
— Времена нынче неспокойные, пришлось действовать без оглядки на приличия. Надеюсь, господин Ци не станет таить обиду, — со скрипом проговорил старик. — Впрочем, здесь и впрямь сыро и промозгло. Место, прямо скажем, паршивое. Если господин Ци согласится выполнить пару моих условий, я с радостью приму вас как самого почтенного гостя.
— Слушаю.
— Вы продадите мне Траву Драконьего Зуба. И отныне будете служить мне.
Ци Чжао обвёл быстрым взглядом унылые стены и остановил взор на фигуре в балахоне, с холодным ядом в голосе отрезав:
— А если я откажусь? Напичкаете меня дрянью и сгноите здесь, как и остальных?
Старик издал сухой, дребезжащий смешок, напоминавший трение речных камней друг о друга. От этого звука по коже пробегал мороз. Он ничего не ответил — молчание говорило само за себя.
Ци Чжао опустил глаза:
— Я отказываюсь.
Иной реакции старик и не ждал. Ещё пуще заскрипев горлом, он прошипел:
— Раз господин Ци проявляет такое упрямство, мне не остаётся выбора. Не обессудьте, придётся прибегнуть к крайним мерам.
С этими словами старик отступил на шаг:
— Начинайте.
Его подручные, судя по всему, проворачивали подобное далеко не в первый раз. Снизившись в глубоком поклоне, они слаженно подхватили глиняный вазон с Цветком Ночного Кошмара и двинулись к Ци Чжао.
Обычно лепестки этого цветка пылали алым, но этот экземпляр выглядел совершенно иначе: стебель и листья обуглились до иссиня-чёрного цвета, тягостно поникнув под гнётом клубящейся вокруг густой, зловонной демонической ци.
Играть так играть — до самого конца. Зрачки Ци Чжао болезненно сузились:
— Демонизированный цветок Ночного Кошмара?! Вы... вы спутались с тёмным дао?!
Старик внимательно въедался взглядом в каждую черточку его лица. Увидев неиллюзорный ужас и отвращение в глазах юноши, он окончательно убедился, что тот попал сюда не по собственному замыслу, и остатки его сомнений развеялись.
Прищурившись, старик подал знак прислужникам. Те мгновенно поняли приказ: двое мёртвой хваткой сжали руки и ноги Ци Чжао, а третий, держа вазон, подошёл вплотную.
Чёрные лепестки цветка трепетно вздрогнули, источая густой, одурманивающий аромат. Ци Чжао едва успел повести головой, как в силу вступил Талисман Чистого Разума, да и Сяо Цзю вовремя подоспел на помощь. Сознание Ци Чжао мгновенно прояснилось, хотя взгляд остался туманным и блуждающим.
Его глаза постепенно утратили всякую живую искру, лицо одеревенело. Тем не менее юноша пустил тонкие струйки духовной энергии для видимости сопротивления — именно так бессознательно поступил бы любой мастер духовных растений, что окончательно убедило палачей в честности происходящего.
Человек, держащий цветок, ловко повернул вазон. Дурманящие флюиды мгновенно заполнили всё пространство вокруг. Понизив голос до бархатного, искушающего шёпота, он спросил:
— Кто ты?
— Ци... Чжао...
— Зачем ты пришёл сюда?
— Я... Сэ Шэнь... обманул меня... Больно...
Находясь под ментальным контролем, человек не способен на ложь. Допросчик бегло оглянулся на хозяина. Старик чуть кивнул, разрешая продолжать. Глухой, гипнотический голос вновь зазвучал над ухом Ци Чжао:
— Ты хочешь отомстить?
— Хочу...
— Тогда отдай нам свою душу. Мы подарим тебе невероятную силу, избавим от сомнений и страха, а затем поможем вернуть обидчикам всю ту боль, что ты перенёс.
— Отом... стить?..
— Именно. Отомстить. Вспомни предательство, вспомни всю терзавшую тебя боль! Неужели ты готов так просто смириться и терпеть?! Нет, ты не из таких! Ну же, ответь мне: ты готов отдать свою душу в мои руки?
— Я должен... отомстить...
Взгляд Ци Чжао хаотично заметался, словно внутри него бушевало пламя глубоко запрятанной, неугасимой ненависти, а лицо исказилось в болезненной гримасе.
Поняв, что момент настал, допросчик торжествующе улыбнулся. В то же мгновение благоухание Демонизированного цветка Ночного Кошмара достигло своего апогея.
— Прекрасно. Так кто же ты?
* * *
Последний огонёк в глазах Ци Чжао окончательно угас. Он бессмысленно задрал голову кверху:
— Кто я?.. Отомстить... Отомстить... Кто я?..
Он без конца бубнил эти слова под нос, пока наконец не затих вовсе. Теперь его внешность ничем не отличалась от живых трупов, запертых в соседних клетках.
Прислужник удовлетворённо усмехнулся, поднялся и отступил к старику:
— Старейшина, всё готово.
Старик сделал шаг вперёд, приложил костлявые пальцы к запястью Ци Чжао и, прощупав его духовный источник, убедился, что духовное море юноши представляет собой абсолютную пустоту. Из его груди вырвался сиплый, довольный смешок:
— Превосходно. Такую послушную марионетку я оценю по достоинству.
Он выпрямился и уставился на Ци Чжао мутными, мёртвыми глазами:
— Давай. Сними духовную печать с Травы Драконьего Зуба и отдай её мне.
На руках Ци Чжао затеплилось слабое свечение. Он одеревеневшими, механическими движениями коснулся горшка с Травой Драконьего Зуба, а спустя мгновение опустил руки. Стоявший рядом прислужник подхватил растение за края вазона и радостно воскликнул:
— Старейшина, связь разорвана! Связь со слугой снята!
Старик одобрительно хмыкнул, забрал побег себе и прищурился:
— Отлично. Переведите нашего дорогого гостя в помещение поприличнее. Нельзя проявлять такое неуважение.
Ци Чжао на мгновение замер от испуга, подумав, что его собираются вытащить из подземелья. По замыслу Лу Цзяньшуя, ему следовало оставаться прямо здесь, чтобы пробудить пленительных мастеров духовных растений. Если план сорвётся, последствия окажутся плачевными.
Впрочем, его тревога улетучилась уже через пару минут.
Спустя мгновение Ци Чжао уже восседал в клетке напротив. На душе у него было весьма паршиво: называется, перевели в «приличное место»! Вся разница заключалась лишь в отсутствии дыбы и пыточных крюков!
В душе он костерил скупого старика на чём свет стоит, но на лице сохранял всё то же безучастное, одурманенное выражение.
Дверь камеры захлопнулась, щелкнул тяжёлый замок.
Старик застыл перед решёткой. В полумраке его тёмный балахон казался бесплотным призраком, а голос звучал до ужаса потусторонне:
— Траву Драконьего Зуба заберите. А наш дорогой гость пусть пока отдохнёт тут. Следующий аукцион назначат через полмесяца. Эти люди — наши главные козыри, подготовите всё безупречно, без единой помарки.
— И ещё: выставьте снаружи дополнительную охрану. При малейшем подозрении — уничтожать на месте.
— Слушаемся! — хором отозвались прислужники.
Старик развернулся, но перед самым уходом ещё раз одарил Ци Чжао зловещим, ледяным взглядом, после чего наконец покинул подземелье.
Тюремный блок погрузился в глубокое молчание.
Ресницы Ци Чжао слегка вздрогнули, в глубине зрачков вновь затеплилась жизнь. Он разжал сжатую за спиной ладонь — на ней лежал единственный зелёный листок.
«Сэ Шэнь, как у тебя дела?»
Голос Сэ Шэня тут же отозвался в его сознании:
«Меня отволокли в тайную комнату. Здесь полно духовных растений — все выше шестого уровня Накопления духовности, но у каждого осквернены духовные каналы».
Всё шло точь-в-точь по расчётам Лу Цзяньшуя. Ци Чжао поджал губы:
«Я планирую сначала привести в чувство здешних мастеров духовных растений, а потом воспользуюсь доработанными талисманами Лу Цзяньшуя, чтобы имитировать ментальный контроль. Я только что проверил: демоническая ци в их жилах ещё не успела въесться слишком глубоко, полмесяца у нас точно есть».
Сэ Шэнь нежно хмыкнул:
«Сначала позаботься о себе. Ты ведь знаешь, что для меня ты важнее всего на свете».
Владыка города Сэ явно отточил искусство изысканных признаний до совершенства. У Ци Чжао потеплело на сердце, и он не удержался от ответного выпада:
«И ты у меня на первом месте. Люблю тебя больше всех».
На том конце провода воцарилась тишина. Ци Чжао представил, как Сэ Шэнь со своим невозмутимым видом сейчас наверняка заливается краской, и тихо засмеялся. Лишь спустя пару секунд до него донёсся тихий, глубокий ответ:
«Мы обязательно вернёмся домой. Вместе».
Ци Чжао почувствовал, как грудь наполняется трепетным теплом:
«Обязательно».
Прервав связь, Ци Чжао окончательно успокоился. Переведя взгляд на соседние клетки, он узнал человека, сидевшего ближе всех. С этим парнем они пересекались ещё во время испытания на ранг мастера духовных растений.
Ци Чжао помнил, что у того была стихия огня и весьма открытый, пылкий нрав. Однако сейчас парень сидел в тёмном угле с пустым взглядом, побледневшими губами и запекшейся кровью на щеке.
Тихо вздохнув, Ци Чжао не стал терять ни минуты. Ощупав духовные каналы пленников, он сформировал из своей духовной энергии тонкие нити и осторожно направил их в самые глубины их осквернённых жил.
Мягкое белесое свечение разогнало мрак, сплетаясь в воздухе в ажурную паутину. Сумрачное подземелье мгновенно озарилось чистым, теплым светом.
Опасаясь, что снаружи заметят вспышку, Ци Чжао поспешно раскинул барьер, удерживая свет внутри своей камеры. В замкнутом пространстве стало совсем светло; мягкое сияние осветило застывшие, маскообразные лица, скрадывая жуткую атмосферу и возвращая этому месту хотя бы капли человеческого тепла.
Так продолжалось около получаса. Духовные силы в каналах Ци Чжао подходили к концу, и он в последний момент снял заклинание, едва не дойдя до полного истощения. Руки его заметно дрожали, а по лбу градом катил пот.
Возможно, из-за внезапной остановки и истощения духовных сил барьер разрушился чуть раньше положенного. Снаружи раздался скрип: тяжёлая дверь отворилась, и настороженный стражник прошёл внутрь.
Ци Чжао моментально опустил голову, снова облекаясь в маску бездушного истукана. Вошедший поднял фонарь, внимательно осмотрелся и, не обнаружив ничего подозрительного, нехотя удалился.
Ци Чжао с облегчением перевёл дух, бросил взгляд на листок в ладони и тихо, беззвучно улыбнулся.
* * *
В подземелье Ци Чжао провёл целых десять дней.
Всё это время он неустанно очищал кровь и духовные каналы пленённых мастеров, каждый день доводя себя до полного изнеможения. Старик с тех пор так и не появился. Ци Чжао изредка выпускал свое духовное чутье наружу и выяснил, что городской владыка перевернул всё вокруг в поисках пропавших. В аукционном доме окончательно уверились, что Ци Чжао и Сэ Шэнь разругались в пух и прах, а потому загодя объявили во всеуслышание: на предстоящих торгах явится невиданное прежде чудо. На аукцион созывались мастера духовных растений и могущественные заклинатели со всех уголков света.
Спустя десять дней большая часть мастеров в подземных клетках пришла в себя. Первым очнулся тот самый парень, что сидел неподалёку от Ци Чжао. Разлепив глаза, он с удивлением воззвал к окружающему пространству:
— Ты как здесь оказался?!
Оглядевшись по сторонам и увидав не проснувшихся товарищей с их отрешёнными лицами, парень отшатнулся:
— Это... тут что, черти завелись?!
Ци Чжао:
«...»
И откуда в нём столько прыти?
Мысленно вздохнув, Ци Чжао встретил его растерянный взгляд. Было очевидно, что бедолага не помнит ровным счётом ничего.
Ци Чжао вкратце обрисовал ситуацию с аукционным домом и спросил:
— Как тебя вообще сцапали?
— Ой, да ты не поверишь! — смущённо улыбнулся тот. — Я бродил по свету, и за пределами Города Разветвлённого Древа мне попалась невероятно красивая девица. Ну я и решил с ней познакомиться... А дальше — как отрезало.
Он сокрушенно вздохнул:
— Эх, погубила меня красота!
Ци Чжао:
«...»
Парень, впрочем, тут же переключился и с улыбкой уставился на Ци Чжао:
— А я тебя помню! Ты ведь Ци Чжао, верно? Вот это да, ну ты и глыба! Я — Ци Сюань, запомни это имя, всё-таки вместе через ад прошли!
Ци Чжао решил не вступать с ним в пустые разговоры. Из его ладоней вновь потекло мягкое, умиротворяющее свечение, и вскоре один за другим начали просыпаться остальные мастера. И каждый точно так же ничего не помнил.
Ци Сюань, дождавшись своего часа, с пристрастием и кучей красочных подробностей пересказал им историю Ци Чжао. Выслушав его, мастера духовных растений смертельно побледнели. Воцарилось тяжелое молчание, после чего они хором поклонились:
— Господин Ци, каков бы ни был ваш план, мы беспрекословно последуем за вами!
Ци Чжао кивнул и изложил замысел Лу Цзяньшуя. Внимательно выслушав его, мастера с готовностью закивали:
— Прекрасный план. Огромное вам спасибо, господин Ци!
Ци Чжао с улыбкой качнул головой и раздал всем Талисманы Чистого Разума. Проглотив их, мастера вновь приняли привычный вид бездушных истуканов.
Дальнейшее пошло намного проще. Среди пленников оказались мастера со стихией света; хоть ранг у них был и невелик, они оказали неоценимую помощь. Совместными усилиями все пленники успели прийти в норму прямо накануне аукциона.
С души Ци Чжао будто упал тяжёлый камень. Уладив последние приготовления, он почувствовал прилив уверенности и слегка сжал листочек в ладони:
«Сэ Шэнь».
Бархатный голос Сэ Шэня отозвался почти мгновенно:
«Я здесь».
«Да нет, ничего особенного... Просто захотелось услышать тебя».
Сэ Шэнь прекрасно знал характер Ци Чжао и понимал: раз тот так расслаблен, значит, всё прошло успешно. Он тихо хмыкнул:
«У тебя всё готово?»
«Всё в порядке, — ответил Ци Чжао. — А у тебя?»
«Тоже неплохо. В последние дни они не трогали здешние растения, так что грязь в каналах вывелась сама собой».
Ци Чжао немного удивился:
«Они что, ничего не заметили?»
«Дело не в этом, — ответил Сэ Шэнь. — На этот аукцион приглашено огромное количество народу, среди гостей полно скрытых старейшин и великих мастеров. Владельцы просто не рискнули продолжать свои манипуляции прямо сейчас, чтобы не выдать себя перед такой толпой. Вот и приостановили процесс».
Отравление каналов духовных растений с последующей продажей изначально задумывалось с недобрыми намерениями, и эта вынужденная пауза лишь означала, что враги готовят нечто куда более масштабное.
К счастью, им удалось вовремя предотвратить худшее.
Ци Чжао глубоко вздохнул:
«Теперь я понимаю, насколько же силён Лу Цзяньшуй. Надо же, всё просчитал до мелочей!»
Сэ Шэнь промолчал.
Ци Чжао подождал немного, не дождался ответа и вдруг догадался:
«Сэ Шэнь, ты что... ревнуешь даже к одной похвальной фразе?»
Сэ Шэнь какое-то время хранил молчание, после чего тихо, с явной обидой произнёс:
«... Ты мне никогда не говорил, что я сильный».
В его голосе проскользнула самая настоящая досада.
Ци Чжао представил себе сдержанный, исполненный достоинства облик Сэ Шэня, произносящего эти слова, и у него сжалось сердце от умиления. Он тихо прошептал:
«Но ведь... ты у меня самый-самый лучший?»
Едва эти слова слетели с его губ, как на том конце раздался бархатный, низкий смешок:
«В каком именно смысле?»
Ци Чжао:
«...»
Ци Чжао уже собрался вспыхнуть, как в голове раздался голос Сяо Цзю:
【Кхм, Ци Чжаочжао, к тебе кто-то идет.】
Ци Чжао мгновенно опустил голову. Дверь подземелья отворилась, и в тишине раздались тяжёлые, размеренные шаги старика.
— Всё готово? — спросил он, остановившись напротив клетки Ци Чжао.
— Всё в лучшем виде. Барьер вокруг платформы возведён. Пока не явится мастер уровня Небесного Неба, пробить его не удастся никому.
Отвечал управляющий. На мгновение замявшись, он осторожно добавил:
— Старейшина, но если кто-то из владык Семьи Городов всё же явится... не пойдёт ли всё прахом?
— Из тех владык? Не явятся, — безапелляционно отрезал старик, не вдаваясь в объяснения.
Ци Чжао не удержался и мысленно посмеялся над Сяо Цзю:
«И откуда у него столько спеси?»
【Играй свою роль, Солёная Рыба Чжао, не отвлекайся.】
В этот момент старик опустился на корточки прямо перед Ци Чжао. Голос его прозвучал так, словно вырывался из самого горла через силу:
— Господин Ци...
Ци Чжао одеревененно задрал голову, в его глазах царила абсолютная, беспросветная тьма.
Он встретился взглядом со стариком. Глаза того были невероятно мутными, мёртвыми, но если присмотреться, в них клубилась тончайшая дымка.
【Чжаочжао, не смотри ему в глаза! Убери сознание!】
Ци Чжао мгновенно свернул ментальное восприятие. Старик ещё пару секунд вглядывался в его лицо и, окончательно убедившись, что пленник полностью подчинён, удовлетворённо хмыкнул:
— Отлично. Выводите их. Аукцион начнётся сразу после полуночи.
За ним стояла целая толпа охранников. По команде они отперли двери клеток. Человек, ранее усыпивший их Цветком Ночного Кошмара, извлёк из пазухи костяную флейту. Стоило раздаться резкому звуку, как мастера духовных растений синхронно поднялись с мест и покорно побрели к выходу.
Движения деревянные, взгляды мутные.
Каждый из них заслуживал высшей награды за актёрское мастерство.
【Прямо выпускники театральной академии, едрёна корень,】— фыркнул Сяо Цзю.
Ци Чжао игнорировал его колкости, подстраиваясь под общий шаг. Их вывели на самый верхний ярус. Оглядевшись, Ци Чжао заметил выставленные на торги артефакты и редкие растения — среди них покоился и Сэ Шэнь.
На душе у Ци Чжао стало совсем легко. Охрана отвела их в тёмный угол, спрятала флейту и с глубоким поклоном отступила к старику.
Старик взмахнул рукавом, накрывая помещение сдерживающим барьером, а на стол перед собой выложил Камень зеркального отображения иллюзий.
Закончив с приготовлениями, он развернулся и вместе с прислужниками покинул залу. Из-за стоящего на столе камня никто не смел шелохнуться, мастера лишь прикрыли глаза, смиренно ожидая наступления глубокой ночи.
Ци Чжао перекинулся парой слов с Сэ Шэнем, после чего тоже притворно зажмурился.
* * *
С наступлением ночи аукционный дом озарился огнями и наполнился гулом голосов.
Обладателей зелёных жетонов оказалось немало, и залу мгновенно заполнила разношерстная толпа. До начала торгов оставалось ещё пара часов, а потому присутствующие коротали время за шумными разговорами.
Мастеров духовных растений вместе с прочими лотами перенесли вниз и укрыли за плотной занавесью главной сцены. Служители аукциона проявили крайнюю осмотрительность, проверив всё несколько раз, прежде чем окончательно удалиться.
Ци Чжао прислушался: Камня зеркального отображения иллюзий поблизости не было. Оглядев остальных, он шёпотом повторил план действий. Все молча кивнули и вновь погрузились в ожидание.
Ночь вступала в свои права, зажглись яркие светильники, освещая даже пространство за занавесью.
Вскоре раздался оглушительный удар колокола. На сцену вышел ведущий — всё то же знакомое лицо. Сложив руки в приветственном жесте, он с улыбкой произнёс:
— Приветствую всех собравшихся! Не буду утомлять вас долгими речами — мы начинаем! Самые ценные лоты ждут вас в конце, прошу запастись терпением!
Отвесив поклон, он стремительно удалился. Свет на сцене примерк, и на подмостках один за другим начали появляться первые лоты.
Большинство присутствующих явились ради финальных торгов, а потому начальные артефакты уходили без особой борьбы. Торги продвигались быстро, и вот наконец настал долгожданный момент.
Освещение в зале сгустилось до полумрака. Ведущий вновь выплыл на сцену. Первыми вынесли духовные растения и жетоны, и покупатели уже приготовлялись выкрикивать цены, как вдруг ведущий поднял руку, призывая к тишине.
— Прошу внимания!
Он загадочно улыбнулся:
— Сегодняшний вечер приготовил для вас кое-что совершенно особенное! То, что вы увидите сейчас — и есть наш главный, завершающий лот! Взгляните!
С этими словами занавесь за его спиной взвилась вверх, и на сцену двумя стройными шеренгами вышли несколько десятков человек. Зал мгновенно взорвался изумлёнными возгласами:
— Мастера духовных растений?!
Лица и взгляды мастеров были абсолютно неживыми — было очевидно, что они находятся под полным контролем. Присутствующие ахнули, с жадным любопытством уставившись на сцену.
— Именно так! — улыбка ведущего стала ещё шире. — Эти мастера — наш главный лот. Вы из года в год рискуете жизнью в кровавых схватках, а потом вынуждены униженно молить мастеров духовных растений о передаче духовности! К чему эти сложности? Теперь всё изменилось! Вы можете получить собственного мастера — его жизнь и его духовная сила отныне будут принадлежать вам без остатка!
Эти слова попали в самую точку.
Толпа постепенно справилась с шоком. Хотя подобное предприятие казалось невероятно дерзким и опасным, искушение было слишком велико.
Заклинатели всю жизнь ходили по краю гибели. Собрав огромные средства на покупку духовного растения, им приходилось ещё и заискивать перед мастерами. А некоторым и вовсе не везло — они беспомощно наблюдали, как их духовные силы угасают день за днём.
Иметь личного мастера духовных растений — об этом мечтал каждый.
К тому же гости, приглашённые сюда, давно поддерживали с аукционным домом самые тесные связи, и их моральные устои находились на весьма низком уровне. Подобный расклад их более чем устраивал.
Кто-то из глубины зала нетерпеливо выкрикнул:
— Хватит зубы заговаривать! Называй начальную цену!
К этому моменту на сцене стояли уже все мастера и духовные растения, кроме Ци Чжао. Ведущий оглядел собравшихся и снова улыбнулся:
— Вы сами видите, здесь представлены в основном мастера низших рангов. Но настоящий козырь нашей сегодняшней программы совсем иной!
Он выдержал драматическую паузу, отступил на шаг в сторону, и из-за расступившейся кулисы медленно вышел Ци Чжао. На руках он бережно держал Траву Драконьего Зуба, в которую обратился Сэ Шэнь.
— Единственный личный ученик старца Чжоуму! Человек, сумевший взрастить Траву Драконьего Зуба девятого уровня Накопления духовности — Ци Чжао!
При этих словах не только толпа внизу, но и почтенные гости в верхних ложах массово распахнули занавеси.
После испытаний в Городе Феникса имя Ци Чжао было у всех на слуху. Юный гений, юное дарование — стоит ли говорить, какие перспективы открывались перед тем, кто завладеет им? С таким мастером под рукой можно было навсегда забыть о страхе гибели!
Впрочем, у многих оставались опасения. Старец Чжоуму — это одно, от него всегда можно было скрыться, но вот Поместье городского владыки Вечернего Пейзажа...
Заметив сомнения в глазах гостей, ведущий поворачивается к Ци Чжао:
— Ну же, скажи всем, чего ты желаешь больше всего на свете?
Ци Чжао застыл с каменным лицом, но в глубине его глаз вспыхнуло безумное пламя. Он с дикой, нечеловеческой одержимостью заладил:
— Отомстить Сэ Шэню... Отомстить Сэ Шэню...
Ведущий удовлетворенно хмыкнул и вкратце изложил публике историю вражды Ци Чжао и Сэ Шэня, после чего добавил:
— Чего вам опасаться? Забирайте его и уходите немедленно! Никто и никогда не узнает, в чьих руках он оказался! Более того, победителю торга за Ци Чжао абсолютно бесплатно достанется Трава Драконьего Зуба девятого уровня!.. А теперь — начальная цена!
После короткого замешательства зал взорвался отчаянными выкриками. Ставки росли с неимоверной скоростью; минимальная сумма уже превышала стоимость нескольких миллионов глиняных горшков.
Ци Чжао опустил глаза и незаметно повелительно сжал пальцы — это был условный сигнал. Стоявшие вокруг мастера духовных растений одновременно опустили взгляды.
Торги подходили к своему пику, участников оставалось всё меньше. Ци Чжао внимательно следил за происходящим, ведя про себя обратный отсчёт.
Три.
Два.
Один.
Ци Чжао вскинул голову, и в его глазах вспыхнул ледяной огонь:
— Нападаем!