Клянг!
Звонкий металлический лязг разнёсся по округе.
Лоза Облачной Пустоты стремительно вырвалась из почвы и мертвой хваткой перехватила клинок в руках Чи Му. Изящный изгиб стебля — и чёрный меч выскользнул из пальцев юноши, отлетев на несколько метров и со свистом вонзившись в землю.
Ци Чжао неторопливо убрал фарфоровый флакон в мешочек Цянькунь, после чего развернулся и с мягкой улыбкой посмотрел на противника. Он с самого начала догадывался, что Чи Му разглядел в его глазах отблеск источника Облачной Глубины, а потому не спускал с него глаз. И не прогадал: тот всё-таки не удержался.
Поняв, что притворяться дальше бессмысленно, Чи Му окончательно сбросил маску. Его лицо исказилось мрачной злобой:
— Отдай воду источника Облачной Глубины. Мне.
Ци Чжао изогнул бровь:
— Ты что, всё ещё не проснулся?
Чи Му холодно усмехнулся и уже собрался шагнуть вперёд, как вдруг земля под ногами заходила ходуном. Ци Чжао мгновенно закрепился на месте с помощью лоз. Когда дрожь улеглась, он поднял взгляд и обнаружил, что они покинули отдельное пространственное царство источника и оказались прямо за Колодцем Сокрытия Душ.
Сущность источника Облачной Глубины, отделяясь от основного источника, случайным образом перемещала всех находящихся поблизости в любую точку Царства Облачной Глубины — тут всё зависело лишь от везения.
Чи Му огляделся, оценивая обстановку. Чёрный длинный меч, утерянный мгновение назад, снова каким-то образом вернулся в его руку. Его зрачки налились тёмным, почти багровым пламенем:
— Ци Чжао, даю тебе добрый совет. Ты мне не соперник. Лучше отдай всё по-хорошему. Глядишь, я сжалюсь и верну твой труп Сэ Шэню.
Ци Чжао небрежно вскинул голову:
— Настоящий Чи Му никогда бы не заявил, будто я ему не по зубам. Так как же мне к тебе обращаться? Чи Му? Синьи? Или всё-таки... Буе?
В глазах юноши мелькнула тень. То, что Ци Чжао знает о личности Синьи, не было секретом, но имя Буе выплывать не должно было. Впрочем, раз карта раскрыта, скрываться нет смысла.
— И когда же ты понял, что Буе — это я?
Ци Чжао легко улыбнулся:
— Только что.
Раньше он лишь подозревал связь между Чи Му и Буе. Однако когда Буе снял маску, под ней оказалось точно такое же лицо, как у самого Ци Чжао, что сбило его с толку. Назвать имя сейчас было лишь проверкой на вшивость, но противник с потрохами выдал себя сам.
В голове Ци Чжао быстро сложилась целостная картина.
Тогда Чи Му отдал ему нефритовый символ Парящего Змея. Ци Чжао забрал его с собой и попал под скрытое воздействие: под маской, скорее всего, находилось именно личико Чи Му, но из-за недавнего кошмара сознание Ци Чжао сыграло с ним злую шутку, подставив собственное отражение.
Если задуматься ещё глубже, то все козни Чи Му во время испытания Феникса подводили именно к появлению Буе. Продуманный, жутковатый план... Но резкая встряска в иллюзорном сне вывела Синьи из равновесия, заставив действовать торопливо и разрушив собственные же комбинации.
«Раньше он таким опрометчивым не был, иначе я бы не пострадал так сильно, — раздался в голове голос Сяо Цзю. — Похоже, он осознал, что ты куда сообразительнее меня прежнего, да ещё и сошёлся с Сэ Шэнем. Его расклады пошли прахом, вот нервы и сдали».
«Сошёлся?» — мысленно переспросил Ци Чжао.
«Ладно-ладно, назовём это взаимной симпатией».
Ци Чжао не удержался от тихой ухмылки. В то же мгновение на него устремился ледяной, пронзительный взгляд. Чи Му сделал шаг вперёд, сжимая рукоять меча, и его губы искривились в презрительном оскале:
— Раз уж ты встретил моего старого знакомого, не согласишься ли дать и мне взглянуть на него?
Пока он говорил, вокруг его фигуры начал клубиться плотный чёрный туман. Кожа на глазах стремительно сморщилась и покрылась глубокими трещинами. Просторное чёрное одеяние полностью поглотило ссутулившуюся фигуру, оставив на виду лишь иссохшие, похожие на сухие ветви кисти рук.
Под «старым знакомым» он, разумеется, имел в виду настоящего Чи Му.
Но Синьи вовсе не жаждал этой встречи, да и Ци Чжао не собирался выполнять подобные просьбы. Не произнося ни слова, ощутив намерение врага применить какую-то магию, Ци Чжао сработал на опережение: выхватил из мешочка Цянькунь пачку боевых талисманов и одним махом швырнул их в сторону Синьи.
Чёрный туман вокруг старика взметнулся волнами, полы его мантии затрепетали от порывов тёмной энергии. Он даже не шелохнулся, встречая летящие талисманы. Воздух огласился заупокойным, хриплым стенанием духов. Из небытия вокруг Синьи начали выплывать бесчисленные скелеты и гниющие кости, приняв на себя удар заклятий.
Рядом с ним распустились и демонизированные цветы ночного кошмара.
Жилы этих духовных растений были насквозь отравлены скверной. Потеряв остатки разума, их стебли потускнели и покрылись смердящими кусками разлагающейся плоти и сгустками запекшейся крови.
Воздух мгновенно отравился тяжелым трупным смрадом.
Ци Чжао метнул ещё одну стопку духовных талисманов. Костяной щит принял удар на себя: скелеты рассыпались в прах, но этот порошок осел на демонических растениях, отчего чёрный налёт на их стеблях стал лишь гуще.
Ци Чжао продолжал атаковать без паузы.
Синьи издал сухой, холодный смешок и неторопливо сделал шаг вперёд. По вскинутому взмаху его скрюченной руки скелеты развернулись к Ци Чжао и, покачиваясь, устремились в атаку. За ними потянулись и шипастые лозы отравленных растений.
Дело принимало скверный оборот. Ци Чжао отступил на шаг. Приняв это за проявление слабости, Синьи торжествующе ухмыльнулся:
— Стоит этим демоническим тварям обступить тебя, и они разорвут тебя на куски. Мог бы и подумать над моим предложением — хотя бы целым останешься для Сэ Шэня.
Ци Чжао вдруг улыбнулся:
— Ты, случайно, не забыл, на чьей территории находишься?
Земли Байцзэ подавляют любую тьму.
Синьи на мгновение застыл, но тут же расхохотался:
— И насколько же местная сила способна меня подавить? Чтобы расправиться с тобой, её урезания вполне хватит.
— Мне кажется, ты упускаешь одну деталь.
В глазах Синьи мелькнуло замешательство. В ту же секунду со сторон донёсся нарастающий шорох. Он недоверчиво оглянулся — и изумление окончательно вытеснило спесь.
Туман, застилавший Царство Облачной Глубины, рассеялся. Излучающие мягкое белое свечение деревья и травы подались вперёд, плотно смыкаясь вокруг Ци Чжао. Их лозы выгнулись, принимая боевую стойку.
Синьи наконец вспомнил то, о чём благополучно забыл: признанный божественным деревом Байцзэ способен повелевать всеми растениями горы Байцзэ. Каждая травинка, каждый куст здесь были верными слугами Ци Чжао.
Быстро оценив расклад, Синьи понял: положение дрянь. Зелени в Царстве Облачной Глубины было пруд пруди, да и мощи местной флоре было не занимать. Сам он ещё не восстановился после пробуждения, да тут ещё и сдерживающие чары горы давят. В прямом столкновении ему не победить.
Прикинув риски, Синьи закрутил головой в поисках путей к отступлению. Однако Ци Чжао не намеревался давать ему ни единого шанса. Едва заметное движение пальцев — и плотная стена лоз устремилась прямо в глубь чёрного тумана.
Скелеты и демонизированные растения от соприкосновения со светящимися стеблями вспыхивали и корчились с отвратительным визгом. Синьи с каменным лицом выставлял под удар новые волны марионеток, намереваясь вырваться, но обнаружил, что пространство вокруг захлестнула невидимая прозрачная преграда.
Это был не изначальный барьер Колодца Сокрытия Душ — барьер возник только что.
Старик резко вскинул взор на Ци Чжао. Тот стоял среди бушующего моря зелени с невинной ухмылкой:
— Как думаешь, зачем я лясы с тобой точил?
Синьи процедил сквозь зубы:
— Что ж, недооценил я тебя.
Синьи был слишком самоуверен и ни во что не ставил Ци Чжао — обманчивая безобидная внешность последнего сыграла свою роль. Однако провернуть подобный трюк у Ци Чжао получилось не только благодаря усыплённой бдительности врага, но и благодаря поддержке Царства Облачной Глубины и Жемчужине Байцзэ.
Поняв, что уйти мирно не выйдет, Синьи бросил в бой оставшихся скелетов и заражённые цветы.
Духовные растения Царства Облачной Глубины жили здесь тысячелетиями и прекрасно знали, как действовать сообща. Ци Чжао даже не приходилось дирижировать каждым их движением — достаточно было подпитывать их духовной энергией да время от времени подбрасывать боевые талисманы для острастки.
А вот Синьи приходилось несладко. По первоначальному плану он не собирался вступать в открытый конфликт так рано. Но пережитые в иллюзии потрясения надломили его: человек, долго находившийся в беде, держится стойко, но стоит ему испытанию завершиться и начаться вновь, как разум не выдерживает.
А Синьи на своём веку пережил слишком много взлётов и падений.
Он не жалел, что раскрыл карты, но из-за внезапности оказался совершенно не готов к такому отпору.
Строение атак местной флоры подчинялось законам Тайдзи и Восьми Триграмм. Ци Чжао заметив, что растения нарочно не наносят смертельных ударов, понял их замысел: они вытесняли Синьи к самому краю Колодца Сокрытия Душ. Одобрив эту идею, Ци Чжао без колебаний влил в лозы дополнительную порцию духовных сил.
Когда Синьи осознал ловушку, было слишком поздно: он стоял на самом краю Колодца Сокрытия Душ. Окружавшие его скелеты и трупные цветы были уничтожены, а за спиной переплелись мощные стебли, отрезовшие все пути к бегству.
Синьи прищурился. Взглянув сквозь густые заросли на стоящего неподалёку Ци Чжао, он криво ухмыльнулся:
— Думаешь, тебе под силу скинуть меня вниз?
Ответом на его ухмылку стал внезапный выпад Лозы Облачной Пустоты. Синьи долго наблюдал за Ци Чжао и привык считать его мягким и нерешительным юношей, который никогда не станет бить без предупреждения. Потеряв бдительность, старик не успел уклониться: от мощного толчка его тело качнулось, и он чуть не рухнул в тёмную бездну колодца.
Растения плотно окружили Ци Чжао с обеих сторон, защищая его. Подсказавшая дорогу лоза Юньхуа оказалась ближе всех и тихо прошелестела:
— Нам нельзя проливать кровь. Ци Чжаочжао, закончить должен ты.
Ци Чжао кивнул и сделал несколько шагов вперёд. Синьи мрачно воззрился на него. Полы его мантии вздыбились, и из-за спины вырвались чёрные, иссохшие лозы, покрытые глубокими трещинами и отравленным туманом.
Ци Чжао принял бой. У него не было чёткой техники — он полагался исключительно на чутьё. Синьи же, привыкший строить сложные стратегии и просчитывать каждый шаг соперника, неожиданно столкнулся с абсолютной непредсказуемостью и стал сдавать позиции.
Они противостояли друг другу около получаса. Ловя момент, когда старик оступился, Ци Чжао направил Лозу Облачной Пустоты прямо ему в грудь, попутно активировав талисман Раскатистого Грома девятого ранга. Синьи принял удар на себя и сильно пошатнулся.
Изо всех сил пытаясь удержать равновесие, он не успел среагировать: Ци Чжао мгновенно оказался рядом. Золотистая лоза с силой рванулась вперёд, сбивая Синьи с ног. Не удержавшись, старик полетел в жерло Колодца Сокрытия Душ. Однако в последний миг его иссохшие ветви взметнулись вверх и мертвой хваткой вцепились в каменистый край.
Ци Чжао попытался сбить его зацепы, но сухостой не поддавался.
Юноша обернулся:
— И что теперь?
Мятно-зеленый комочек выглянул из-за плеча:
— Направь духовную энергию напрямую. Его кровь защищает сухие ветви от воздействия твоих лоз.
Поняв задачу, Ци Чжао сконцентрировал силу в ладонях и охватил духовным светом мертвые ветви на краю колодца. Сперва те сидели намертво, но по мере того как поток энергии становился гуще, пальцы из сухостоя начали поддрагивать.
Наконец они окончательно потеряли опору. Ци Чжао поддел ветви и резко сбросил их вниз. Синьи соскользнул в глубину. Чёрная вода на дне Колодца Сокрытия Душ забурлила и пошла вверх, готовясь поглотить жертву — оставались считанные сантиметры до его ступней.
Синьи полоснул по Ци Чжао взглядом, полным лютой ненависти. И когда тёмные жижи коснулись носков его обуви, он внезапно злорадно расхохотался. Повисшие было плетью иссохшие лозы с бешеным хрустом взметнулись вверх и обвились вокруг запястья Ци Чжао.
Юноша вскрикнул от неожиданности. Он знал, что падающий в Колодец Сокрытия Душ лишается большей части духовных сил, и то, что Синьи смог зацепиться за край, уже было пределом его возможностей. Кто мог подумать, что у того останутся силы на последний замах? Сжимая добычу, Синьи безумно оскалился и дернул лозу на себя. Ци Чжао пошатнулся и едва не полетел следом, встретившись взглядом с налитыми кровью глазами:
— Пойдёшь со мной! — прохрипел Синьи.
Чёрные воды колодца взбушевались с новой силой, поднявшись уже до пояса старика. Ци Чжао попытался перерезать сухие плети своей Лозой Облачной Пустоты, но Синьи твердо решил утянуть его за собой. Он начал сжигать остатки своей древней крови, держась за запястье парня мертвой хваткой.
В душе Ци Чжао вспыхнул ужас. Перед глазами калейдоскопом пронеслись воспоминания, и среди них ярким светом вспыхнул образ Сэ Шэня.
«Так не пойдёт. Я ещё даже толком полюблять не успел, с какой стати я должен умирать вместе с этим ископаемым?!»
Не успел он испробовать крайнее средство для освобождения, как чья-то сильная рука властно обхватила его за талию. Вспышка ледяного голубого света — и плети на его запястье разлетелись трухой. От инерции Ци Чжао качнулся назад и упал прямо в тёплые, надежные объятия.
Нос уловил знакомый, едва ощутимый аромат орхидеи.
Ци Чжао ошеломленно прошептал:
— Сэ Шэнь?..
Сэ Шэнь крепко прижимал его к себе, плотно сжав губы. Не успел он ответить, как из глубины колодца донёсся предсмертный хриплый вопль Синьи, эхом разнесшийся по округе и постепенно затихший в бездне.
Ци Чжао взял из рук Сэ Шэня меч Цзинлань и осторожно подошел к краю. Колодец Сокрытия Душ снова выглядел абсолютно сухим и заброшенным, будто бурлящей тёмной жижи никогда и не существовало.
Всё казалось слишком легким, чтобы быть правдой. Ци Чжао неверующе пробормотал:
— Сяо Цзю... всё кончено?
«Нет, — голос Сяо Цзю звучал необычайно тяжело. — Кровная линия Синьи восходит к Дереву Восьми Слоев. А оно во многом схоже с Божественным деревом Феникса».
Иными словами — способно к перерождению.
Ци Чжао нахмурился, хотя особых иллюзий и не питал. Человек, однажды поставивший Мир Мимолётной Жизни на грань гибели, не мог быть уничтожен простой заброшенной скважиной.
Однако и этого было достаточно. По сравнению с тем временем, когда они беспомощно плясали под чужую дудку, отправить Синьи на переплавку — уже огромное достижение.
Ци Чжао вздохнул. Сяо Цзю перевёл взгляд с него на стоящего позади мужчину и тихо намекнул:
«Ци Чжаочжао, тебе не кажется, что стоит обратить внимание на городского владыку Сэ?»
Опомнившись, Ци Чжао резко обернулся. Сэ Шэнь стоял чуть отдаль и, мягко улыбаясь, раскрыл для него объятия.
Ци Чжао шагнул к нему и прижался к груди:
— Как ты здесь оказался?
Потом до него дошло, и он добавил:
— То есть... как ты вообще успел так быстро добраться?
Дорога с Синьи до Колодца Сокрытия Душ заняла около двенадцати дней. Сэ Шэнь мог успеть лишь в том случае, если отправился вслед за ними практически сразу.
Но и это вряд ли: Сэ Шэнь обладает культивацией уровня Божественного дерева Парящего Змея, его аура подобна раскатам грома. Появись он поблизости, пугливый источник Облачной Глубины ни за что бы не показался.
Ци Чжао прищурился:
— Ты что, тайком подкинул мне ветвь Парящего Змея?
Сэ Шэнь сокрушённо улыбнулся:
— Как я мог?
Ци Чжао молча уставился на него.
Они долго смотрели друг другу в глаза, пока Сэ Шэнь наконец не вздохнул с улыбкой:
— На обратную дорогу уйдёт не меньше десяти дней, а месячный срок уже на исходе. Не лучше ли сперва вернуться и отдать снадобья старцу Чжоу, а уже потом обо всём поговорить?
Поразмыслив, Ци Чжао признал его правоту и кивнул:
— Идет. У тебя как раз будет время сочинить правдоподобную сказку.
Сэ Шэнь с нежностью взъерошил его волосы:
— Идём, я отвезу тебя домой.
* * *
Одиннадцать дней спустя. Поместье городского владыки.
Цинь Сю ощутил приближение Сэ Шэня ещё на подходе к городу, а потому вместе со старцем Чжоу поджидал их у главных ворот. Едва вынырнув из-за поворота, Ци Чжао заметил их и, понимая, что на пустые приветствия времени нет, сразу достал из мешочка Цянькунь Ветвь дерева Вечной Юности и Воду источника Облачной Глубины.
Старец Чжоу бережно принял артефакты, бегло осмотрел их и радостно кивнул:
— Оно самое! Всё верно!
Ци Чжао спросил:
— Сколько уйдёт на готовку зелья? Успеем?
— Успеем, ещё как успеем! — Старец Чжоу аккуратно спрятал ингредиенты. — Я немедленно отправляюсь к алтарю. Ждите новостей и обязательно следите за состоянием крови Вэнь Гу.
Ци Чжао активно закивал:
— Понял! Спасибо вам огромное за труды!
Старец Чжоу лишь махнул рукой и поспешно удалился.
Цинь Сю с улыбкой наблюдал за ними:
— Вернулись? Поздравляю.
Ци Чжао усмехнулся:
— К счастью, поручение выполнено. Достали-таки.
Цинь Сю одобрительно хмыкнул:
— Устали, небось. Идите отдыхать. Да и мне кажется, кое-кому из вас нужно прояснить пару вопросов наедине.
Ци Чжао согласился без колебаний:
— Твоя правда.
Он повернулся к Сэ Шэню:
— Сказочка готова?
Цинь Сю с интересом изогнул бровь, взглянув на друга. Сэ Шэнь сохранял абсолютное хладнокровие. На миг бросив на Цинь Сю предупреждающий взгляд, он тут же смягчился, переведя взор на Ци Чжао:
— Готова. Пойдём домой. К Вэнь Гу и Гу Цунчжи сходим завтра.
Ци Чжао попрощался с Цинь Сю, тот лишь небрежно махнул рукой:
— До встречи, малыш.
Ци Чжао улыбнулся и вместе с Сэ Шэнем направился к их покоям.
* * *
Войдя в прикрытую за собой дверь, Ци Чжао развернулся и требовательно вскинул брови.
Сэ Шэнь тихо рассмеялся. Перехватив его руку, он увёл юношу к кушетке в глубине комнаты и сел рядом. Его взгляд лучился лаской:
— Откуда мне начать?
— К примеру, с того, каким образом ты так вовремя очутился подле меня?
Сэ Шэнь медленно достал нефритовый подвес с узором цзилиня на своем поясе и приложил его к облачному подвесу на поясе Ци Чжао. Юноша опустил взгляд, по привычке погладил свой подвес, не найдя никаких изменений:
— И что это значит?
— Это мой Духовный Жетон Жизни, — спокойно произнёс Сэ Шэнь.
Коротко и без лишних прелюдий.
Ци Чжао опешил. Пальцы, поглаживавшие нефрит, замерли, а глаза округлились от изумления:
— Ду-духовный жетон?..
Когда Не И примчался в Город Вечернего Пейзажа с вестью о трещине на жетоне Не Пань, Ци Чжао спрашивал Сэ Шэня об этом артефакте, но тот ушёл от ответа. В суматохе дело замялось.
Видя перед собой лишь пример Не Пань, Ци Чжао считал, что Жетоны Жизни делают из особого дерева. И тут выясняется, что все это время он носил духовный жетон Сэ Шэня у себя на поясе!
Малыш просто застыл, хлопая глазами и не в силах вымолвить ни слова.
Сэ Шэню от этой картины стало до безумия тепло на сердце. Он наклонился и нежно поцеловал юношу в веко:
— Совсем испугался?
— А? Э... Нет... То есть да, немного, — забормотал Ци Чжао, но тут в его голове мгновенно сложился пазл. — Жетон создаётся из крови сердца и ближайшей к нему лозы... Получается, даже если ты забрал Божественное дерево Парящего Змея обратно, пока этот подвес у меня, ты всё равно...
Всё равно видел и слышал всё, что с ним происходило! Включая его беседы с зеленым комочком Сяо Цзю!
Ну и хитрый же ты пёс!
Ци Чжао снова застыл от шока. Сэ Шэнь тихо ухмыльнулся:
— В жетоне течёт кровь моего сердца. Где бы ты ни оказался, я всегда смогу тебя найти.
Ци Чжао состряпал каменное лицо:
— Не думай, что сладкие речи избавят тебя от моего гнева.
Сэ Шэнь наклонился ближе, прикоснувшись своим лбом к его лбу. Его глаза, напоминающие озёрную гладь в погожий день, смотрели не отрываясь:
— Неужели ты и впрямь сердишься?
«Говоришь таким бархатным шепотом, так дышишь мне в губы... И что мне с тобой делать?!»
Ци Чжао продержался от силы секунды три, после чего вздохнул и опустил взор:
— На самом деле... не так уж я и злюсь.
Сэ Шэнь снова ласково коснулся его губ поцелуем:
— Правда не сердишься?
— Тебе обязательно нужно услышать обратное? — Ци Чжао взглянул на него. — Я правда не злюсь. Удивлен — да, силюсь переварить. Наверное, просто привык к твоим хитростям, кхм...
Ци Чжао мысленно проглотил рвавшееся с языка «собачьим».
— В общем, как-то так. У меня даже сил не осталось на злость.
Произнеся это, Ци Чжао сам поразился собственной отходчивости и тяжко вздохнул:
— Но так дела не делаются. С тебя положена компенсация...
Не успел он озвучить требование, как Сэ Шэнь чуть вскинул уголки глаз:
— Компенсация — без проблем. Но не кажется ли тебе, что прежде мы должны стать полностью откровенны друг с другом? Я ведь доверил тебе свой самый уязвимый секрет.
Ци Чжао понял, что речь о Сяо Цзю. На миг его обдало стыдом, после чего наступила тишина.
Сэ Шэнь внимательно всматривался в его лицо:
— М-м?
Ци Чжао собирался выждать подходящий момент для откровений, хотя сам не знал, когда этот момент наступит — скорее, просто оттягивал неизбежное. Но сейчас отступать было некуда.
Глубоко вздохнув, он потеребил узор на запястье:
— Сяо Цзю, вылезай.
«Ты уверен?» — азартно пропищал Сяо Цзю.
Ци Чжао потерял дар речи:
«Он через облачный подвес тебя уже вдоль и поперек разглядел, в чём тут сомневаться?»
Сяо Цзю радостно пискнул. Запястье Ци Чжао на мгновение обдало теплом, и на кушетку выскочил мятно-зеленый упругий шарик. Развернувшись к Сэ Шэню, он вежливо закивал:
— Городской владыка Сэ, рад нашей первой официальной встрече! Привет-привет!
Сэ Шэнь уже видел Сяо Цзю в пространстве духа, но, узрев его воочию, всё равно едва заметно вскинул бровь и перевёл взгляд на Ци Чжао.
Ци Чжао сгреб зеленого колобка в охапку, мысленно подбирая слова, нервно зажмурился и наконец выдохнул:
— В общем... дело было так...