Ци Чжао с радостной улыбкой подхватил Змеиное дерево на руки.
Растение, боясь испачкать его водой после дождя, замерло в оцепенении и не смело шевельнуться. Ци Чжао бережно усадил его на стол, достал полотенце и заботливо вытер дождевые капли с веточек, листьев и глиняного горшка.
— И где тебя носило эти дни? — с мягким упреком спросил он. — Разве можно уходить вот так, ни слова не сказав?
Почувствовав в его голосе легкое недовольство, Змеиное дерево чуть потускнело, а затем заискивающе и ласково потёрлось листочком о его рукав.
Ци Чжао и так на него не сердился, а от этого жеста его сердце и вовсе растаяло.
— Ладно уж. Но чтобы это было в последний раз.
Листья растения послушно поникли, выражая полную покорность.
Ци Чжао улыбнулся. Вспомнив ночной грозовой раскат, он всё же невольно запереживал: ведь когда-то он точно так же подобрал его в непогоду. Наклонившись, Ци Чжао внимательно осмотрел Змеиное дерево со всех сторон. Никаких повреждений не нашлось, но два бугорка на вершине древесного узора заметно увеличились.
«Точно ли с этим всё в порядке?»
Ци Чжао нахмурился и взглянул на растение. Его листва внезапно свернулась и едва заметно затрепетала.
Смутилось от прикосновений.
Ци Чжао развеселился и шутливо ткнул пальцем в узор:
— Снова смущаешься?
Листья сжались ещё плотнее.
Не удержавшись от смеха, Ци Чжао подхватил горшок и понес в спальню. Сперва он хотел поставить его прямо у изголовья, но намокший под дождем горшок всё ещё сочился водой снизу. Делать нечего — пришлось пристроить его на деревянную скамью подле кровати.
Оказавшись не на ложе, Змеиное дерево загрустило: мягкий изумрудный свет, исходивший от стебля, мгновенно угас.
Повеселевший Ци Чжао почувствовал, как волна нежности захлестнула его. Он наклонился, прикоснулся лбом к верхнему листочку и тихо шепнул:
— Доброй ночи.
Светоч угас. За окном шелестел лишь едва слышный остаток дождевых капель.
Змеиное дерево застыло, не сводя взгляда с засыпающего Ци Чжао. Спустя некоторое время листочек, касавшийся его лба, слегка вздрогнул и медленно расправился.
Изумрудное сияние на древесном стволе вспыхнуло с новой, чистой силой.
* * *
Возможно, оттого что Змеиное дерево наконец вернулось домой, Ци Чжао впервые за долгое время не мучился бессонницей. Наутро он проснулся свежим и отдохнувшим.
Буря утихла. На улице установилась ясная погода: ласково грело солнце, гулял свежий ветерок. Ци Чжао вынес Змеиное дерево в сад греться. Рядом склонил набок головку Жёлтый цыплёнок, разглядывая их своими бусинками-глазами. Ци Чжао со смешком погладил пушистый хохолок на его макушке:
— Смотри у меня, не смей его клевать, слышишь?
Разница в отношении была очевидной.
Обиженный цыплёнок недовольно взъерошил перья, сделал пару шагов вперёд, но тут же обернулся, от души клюнул Змеиное дерево прямо в горшок и только после этого прискорбно семеня побежал искать семечки.
Ци Чжао лишь качнул головой. Поглаживая листву растения, он продолжал греться на солнышке, пока из-за поворота не показался Сэ Цин. Судя по всему, управляющий направлялся именно к нему.
Ци Чжао поднялся навстречу:
— Управляющий Сэ.
— Господин Ци, — Сэ Цин улыбался, и вид у него был весьма приподнятый. — Владыка вчера поздно ночью вышел из медитации. Сейчас он ждёт вас в переднем зале к трапезе.
Сэ Шэнь вернулся?
Глаза Ци Чжао вспыхнули. Кивнув, он забрал горшок со Змеиным деревом и поспешил в передний зал.
Едва переступив порог, Ци Чжао увидал Сэ Шэня. Тот сидел на прежнем месте под живописным свитоком с пейзажем. Склонив голову, владыка погрузился в свои мысли и даже не заметил появления гостя.
Ци Чжао подошёл и опустился напротив. Помолчав немного и видя, что Сэ Шэнь всё так же витает где-то далеко, он тихо окликнул его:
— Сэ Шэнь.
Владыка поднял взор. В то мгновение, когда их взгляды встретились, Ци Чжао ощутил, как аура Сэ Шэня изменилась: она стала неизмеримо мощнее, чем при их первой встрече, — резкой, точно обнажённый клинок.
Впрочем, Сэ Шэнь мгновенно сдержал рвущуюся наружу силу и тихо усмехнулся:
— Как ты себя чувствовал эти дни?
Хоть его аура и переменилась, но улыбка осталась всё такой же обволакивающей.
Ци Чжао на мгновение замер, а затем кивнул:
— Всё отлично.
— Вот и хорошо, — мягко проговорил Сэ Шэнь. — Давай сначала поедем, тут всё то, что ты любишь.
Ци Чжао с радостной улыбкой принялся за еду, потянувшись палочками к вяленому окороку.
Спустя пару зажжённых палочек фимиама с трапезой было кончено.
Слуги убрали посуду и удалились. Когда в зале воцарилась тишина, Ци Чжао, понимая, что владыка завален делами и скорым временем уйдёт, заговорил первым:
— А можно мне ненадолго отлучиться?
— М-м?
— Я хочу наведать учителя, — объяснил Ци Чжао. — На узоре Змеиного дерева появились два каких-то странных бугорка, да ещё и увеличились в объёме. Я переживаю, как бы чего не случилось. Хочу показать его учителю.
С этими словами он подвинул горшок ближе к Сэ Шэню и ткнул пальцем в узор:
— Что бы это могло быть?
Ответа не последовало. Ци Чжао оторвал взгляд от растения и удивлённо прищурился: кончики ушей Сэ Шэня... как будто слегка покраснели?
Опешив от такой картины, Ци Чжао моргнул, но в следующее мгновение владыка уже вернул себе обычный невозмутимый вид и спокойно произнёс:
— Раз так, ступай. Только не забудь взять его с собой.
Ци Чжао и без того собирался не расставаться со Змеиным деревом, поэтому лишь кивнул.
Они перебросились ещё несколькими фразами, пока Сэ Цин не постучал в двери, напоминая, что пора отправляться в Храм Растительных Духов.
Ци Чжао вышел из поместья вместе с ними. Сэ Шэнь перед отбытием напутствовал его:
— Запомни: что бы ни случилось, не выпускай Змеиное дерево из рук.
— Хорошо, — пообещал Ци Чжао.
Он проводил Сэ Шэня взглядом, но стоило тому сделать пару шагов, как окликнул:
— Сэ Шэнь!
Владыка обернулся. В его глазах стоял тёплый свет.
Ци Чжао с хитренькой улыбкой подскочил к нему, наклонился к самому уху и вкрадчиво шепнул:
— Задал я себе вопрос... Ты ведь только что покраснел, да?
Сэ Шэнь молчал.
Пальцы владыки одеревенели, а к ушам стремительно прилила жаркая волна.
До чего же милый...
Довольный произведённым эффектом, Ци Чжао со Змеиным деревом в охапке отступил на шаг и весело помахал рукой:
— Ну, до вечера!
Маленький хитрец в приподнятом настроении развернулся и ушёл, даже не оглянувшись.
За его спиной Сэ Шэнь смотрел ему вслед; в его взгляде промелькнула беспомощная ласка, и он тихо, едва слышно усмехнулся.
* * *
Зная о приходе ученика, Старец Вэй отложил визит в Храм Растительных Духов и дожидался его в Зале Взращивания Деревьев.
Когда Ци Чжао вошёл, Вэй Чжоуму как раз поливал Дерево Чжужуна. Завидев гостя, он отставил лейку и с улыбкой поманил его рукой:
— Пришёл? А у меня кое-что для тебя есть.
Ци Чжао с любопытством подошёл ближе. Старец с минуту порылся в стопке книг на столе, достал зелёный листочек талисмана и, стряхнув пыль, протянул ученику:
— Это талисман подавления духовности. Вернёшься — закопай его в горшок с Травой Драконьего Зуба, чтобы не накликать лишних бед.
Слова звучали ворчливо, но за ними скрывалась искренняя забота.
Ци Чжао просиял, бережно принял талисман и спрятал за пазуху.
Поняв, что его маленький секрет раскрыт и ученик разгадал его доброту, Старец Вэй почувствовал себя неловко и строго сменил тему:
— Ты ведь хотел, чтобы я глянул на твоё Змеиное дерево? Так чего стоишь, неси сюда.
— Сей же час!
Ци Чжао водрузил горшок перед учителем. Вэй Чжоуму некоторое время внимательно всматривался в древесный узор, затем погрузил в растение духовную силу. Прошло немало времени, прежде чем он опустил руку и тихо пробормотал:
— Надо же... Помыслить не мог, что слухи окажутся правдой...
Голос его звучал едва слышно. Ци Чжао не разобрал слов и переспросил:
— Учитель, что-то не так?
— Да нет, — Старец Вэй поднял голову и улыбнулся. — Всё с ним в порядке. В Мире Мимолётной Жизни с растениями иногда происходят всякие странности, это дело обычное. Не бери в голову.
Ци Чжао бросил взгляд на Змеиное дерево: его ветви мерно покачивались, ствол озарялся ровным сочным блеском — ничто не указывало на недуг. Раз и учитель подтвердил, что все хорошо, тревога отступила:
— Теперь я спокоен.
Вэй Чжоуму кивнул, а затем внезапно спросил:
— А как поживает Сэ Шэнь?
— Несколько дней проводил в медитации, вернулся только вчера поздно вечером. Выглядит отлично, — ответил Ци Чжао. — Сейчас он уже отправился в Храм Растительных Духов, так что скоро вы с ним увидитесь.
— Медитировал, значит...
Старец Вэй прищурился, вкладывая в эти слова глубокий смысл, а затем поднялся:
— Что ж, и мне пора в Храм. Нынче в городе неспокойно, так что возвращайся прямо домой, не шатайся где попало.
— Я всё понял.
Видя, каким послушным и кротким выглядит ученик, Вэй Чжоуму потеплел взглядом:
— Пойдём вместе.
Учитель и ученик вышли из Зала. Пройдя Улицу Древесного Наследия, Старец Вэй повернул на юг к Храму Растительных Духов, а Ци Чжао направился на север — к поместью городского владыки.
Из-за бесчинств Демонической кровососущей лозы в последние дни город погрузился в страх. Улицы вымерли, кругом царило запустение. Прижимая к груди Змеиное дерево, Ци Чжао ускорил шаг. В душе нарастало невольное напряжение.
Ощутив тревогу хозяина, Змеиное дерево вытянуло листочек и ласково коснулось его щеки, пытаясь успокоить.
От этого жеста сердце Ци Чжао вновь затрепетало от нежности. Он сжал горшок крепче, утешая себя мыслью, что его верный спутник — самый надежный защитник на свете.
Через пятнадцать минут путь подошёл к концу: оставалось лишь свернуть за угол переулка, за которым располагалось поместье. Заметив знакомые очертания, Ци Чжао приободрился и надбавил ход. Но едва он дошёл до поворота, как за спиной раздался странный, зловещий звук.
Врождённая чуткость к духовным вибрациям сработала безотказно. Ци Чжао со всей возможной скоростью отпрыгнул в сторону. В то же мгновение на то место, где он только что стоял, с оглушительным грохотом что-то обрушилось, расчертив мостовую глубокими трещинами.
Из образовавшегося разлома медленно поднялась алая, как свежая кровь, стебельчатая плеть. От неё исходило жутковатое свечение, а края стебля были измазаны смердящей, свернувшейся кровью.
Изогнувшись дугой, демоническая кровососущая лоза замерла, готовясь к смертельному броску.