Зрачки Ци Чжао резко сузились.
Алый стебель, усыпанный мелкими шипами, тёмный узор у самого основания... Высасывает кровь и обожает сырость.
Кровососущая лоза.
Тварь свисала прямо перед его лицом. Бутон на конце побега слегка приоткрылся; лепестки были покрыты засохшими пятнами крови, от которых в воздух шибало тошнотворным железным духом.
Прижимая к груди горшок со Змеиным деревом, Ци Чжао чувствовал, как влажнеют от липкого пота ладони. Он прекрасно понимал: эта демоническая лоза пожрала не одну дюжину мастеров духовных растений вместе с их кровью и духовной силой. Схватку с ней ему не выдержать.
Что делать?
Оставалось лишь попытаться сбежать.
Подавив подступившую панику, Ци Чжао собрался с духом. Он бросил быстрый взгляд на выходящий на улицу просвет переулка — до него оставалось всего пара шагов, — затем снова перевёл взор на лозу. Сосредоточившись, юноша соткал из духовного света несколько гибких нитей. Они бесшумно окружили растение и мёртвой хваткой захлестнули стебель.
Лоза, попав в силок, бешено забилась, вспыхнув алой демонической аурой. Не теряя ни секунды, Ци Чжао рванул к выходу. Однако не успел он сделать и трёх шагов, как за спиной раздался хриплый, удушливый клёкот:
— Убить...
Духовные нити с треском лопнули. Красный стебель топорщился ядовитыми шипами и стрелой метнулся юноше в спину.
Дистанция была слишком мала. Спастись бегством Ци Чжао уже не успевал. Выплеснув остатки духовных сил, он попытался воздвигнуть защитный щит. Но полупрозрачная белесая преграда ещё только формировалась, а кроваво-красный побег, источая густую демоническую скверну и распахнув хищный бутон, был уже в каком-то шаге от его лица...
И внезапно замер.
Не давая себе времени на раздумья, Ци Чжао развернулся. Но едва он сделал движение, лоза зашлась визгливым, полным боли воплем. Её бутон сжался в уродливый ком, весь стебель заколотило в судорогах. Прежде чем юноша успел хоть что-то сообразить, тварь в ужасе шарахнулась назад и мгновенно растворилась в темноте.
Переулок погрузился в тишину. Если бы не тонкий запах крови, всё ещё висевший в воздухе, Ци Чжао решил бы, что произошедшее ему примерещилось.
Что это было?
Оглушённый, он так и стоял на месте, пока не ощутил прохладное прикосновение к пальцам. Опустив взгляд, юноша увидел, как Змеиное дерево в его руках ласково поглаживает его листочками, явно пытаясь успокоить.
Ци Чжао на автомате погладил зелёный побег, и тут в памяти всплыли слова Сэ Шэня:
"Кровососущая лоза от природы страшится Змеиного дерева."
Тогда он усомнился в этом, но теперь оставалось лишь признать собственное невежество.
Ци Чжао вдруг понял, что совершенно ничего не знает о своём питомце. Сначала странные исчезновения в дождливые дни, теперь вот эта история с лозой... Растение вроде бы принадлежит ему, а обо всех его свойствах приходится узнавать от посторонних.
Нужно было больше читать.
Ци Чжао поднял горшок на уровень глаз и с глубокой искренностью произнёс:
— Ты спас мне жизнь.
Змеиное дерево едва ощутимо коснулось его верхушечным листочком, после чего смущённо сжалось. Юноша невольно улыбнулся. Прижав горшок к груди и с содроганием глянув на глубокие трещины, оставленные лозой на камнях мостовой, он поспешил покинуть злополучный переулок.
Он не заметил, как Змеиное дерево, едва хозяин отвернулся, тихонько втянуло назад проступившие на коре бугорки.
* * *
В тот вечер Сэ Шэнь вернулся необычайно рано.
Когда раздался стук, Ци Чжао как раз сидел, задумчиво разглядывая Змеиное дерево. Обернувшись, он отпер дверь и увидел на пороге городского владыку. Губы Сэ Шэня были строго сжаты.
Ци Чжао догадался: Сэ Цин уже успел доложить хозяину о происшествии в переулке. Впустив гостя, юноша налил ему чашку цветочного чая и с улыбкой произнёс:
— Со мной всё в порядке, не стоит беспокоиться... Как дела на твоей стороне?
Голос его звучал ровно, в глазах не было и тени испуга — будто пару часов назад он не находился на волосок от гибели. Беззаботный вид этого глупыша вызвал у Сэ Шэня лёгкий вздох невольного зазора.
— Последние дни мы беспрестанно обсуждаем это с Храмом Растительных Духов, — проговорил Сэ Шэнь. — К вечеру установили Барьер связывания демонов. Демоническая аура у этой лозы слаба, так что загнать её в ловушку будет несложно. Осталось дождаться, когда она проявит себя снова.
— Вот и отлично, — Ци Чжао облегчённо вздохнул и кивнул на горшок. — Если понадобится, я могу одолжить вам Змеиное дерево. Лоза панически его боится, так что с ним дело пойдёт быстрее.
Взгляд Сэ Шэня едва заметно дёрнулся, он коротко отозвался согласным кивком. Выглядел он утомлённым — и немудрено: ещё до уединённой медитации на его плечах лежала вся городская суета, а едва выйдя из затвора, он без продыху погрузился в решение новых проблем.
Ци Чжао почувствовал укол жалости:
— Ты ужинал?
Сэ Шэнь качнул головой. Ци Чжао тут же поднялся:
— Пойду сварю тебе лапши, это быстро. Поешь и ляжешь спать. Правда, кулинар из меня так себе — примерно как с тем имбирным отваром, так что не суди строго.
— Не буду. Тот отвар был хорош.
Глаза Ци Чжао радостно прищурились. Он шмыгнул в небольшую кухню по соседству, а Сэ Шэнь долго смотрел ему вслед, и холод в его взгляде постепенно сменялся мягким теплом.
* * *
Барьер Храма Растительных Духов был готов, оставалось лишь поджидать тварь. Но по неясной причине лоза так и не объявилась — вплоть до самого завершения испытаний на ранг. В Храме заподозрили неладное и тщательно прочесали весь город, но не обнаружили ни малейших следов демонической скверны.
Как бы искусно тварь ни скрывалась, спрятать ауру полностью она бы не смогла. Если от неё не осталось и следа, вывод один: она покинула город.
Дело казалось подозрительным; и в Храме, и в Поместье городского владыки опасались ловушки и удвоили бдительность. Но прошло ещё несколько дней, а лоза так и не дала о себе знать. Лишь тогда все вздохнули с облегчением: осквернённое растение действительно исчезло.
На следующий день после окончательного исчезновения лозы Храм Растительных Духов вывесил список рангов.
Ци Чжао поднялся на рассвете и вместе с Сэ Шэнем отправился к Храму. Возле доски объявлений уже толпился народ. Протиснувшись к самой стене, юноша быстро отыскал свою фамилию. В графе впервые проходивших испытание его имя стояло на первой строчке, а рядом значился ранг:
«Мастер духовных растений второго ранга».
На мгновение Ци Чжао показалось, что у него двоится в глазах. Экзамены в Храме всегда предполагали строгую последовательность, прыжки через ступень считались немыслимыми. Список фиксировал лишь уровень накопления духовности среди соискателей одного ранга. Ци Чжао рассчитывал получить жетон первого ранга, но судьба преподнесла щедрый подарок.
Отлично. Я стал ещё на шаг ближе к Сэ Шэню.
Выбравшись из толпы, он огляделся в поисках спутника. Сэ Шэнь стоял чуть в стороне, тихо беседуя со Старцем Вэй Чжоуму. Заметив наставника, Ци Чжао просиял и подошёл ближе:
— Учитель!
— Увидал список?
— Увидал, — улыбнулся Ци Чжао. — К счастью, не посрамил вашего имени.
— Полно тебе зубы заговаривать, плут! Только и умеешь, что старику уши елеем смазывать, — Старец Вэй сощурился, но за показным ворчанием скрывалась искренняя радость. — Смотри у меня, впредь не ленись!
Ци Чжао послушно кивнул. Глядя на его открытое, светлое лицо, Старец Вэй в очередной раз похвалил себя за проницательность: с учеником он точно не прогадал.
День в Храме выдался хлопотным, поэтому, помогши Ци Чжао получить деревянный жетон ранга, старец отбыл по делам.
Едва учитель скрылся, Ци Чжао с замиранием сердца погладил гладкое дерево жетона и вскинул взор на Сэ Шэня. В его мягком, лучистом взгляде так и читалось детское ожидание похвалы.
Сердце Сэ Шэня оттаяло. Он едва заметно улыбнулся:
— Молодец. Ты отлично справился.
Ци Чжао довольно прищурился. Сэ Шэнь с трудом подавил порыв взъерошить его мягкие волосы.
— Куда теперь хочешь отправиться?
— Давай на Улицу Пролитого Золота, — подумав, предложил юноша. — Из-за строгой охраны я несколько дней там не появлялся. Вдруг с растениями что-то не так?
Сэ Шэнь кивнул и повернул к выходу. Спрятав жетон за пазуху, Ци Чжао поспешил за ним.
* * *
Улица Пролитого Золота.
Здешние питомцы, оставшиеся без присмотра на несколько дней, успели загрустить — особенно те, что любили обильный полив. Но при виде вошедших Ци Чжао и Сэ Шэня зелёные побеги тут же оживились и довольно зашуршали листвой, издавая многозначительные улюлюкающие звуки.
Взяв стоящую у окна лейку в форме кота, Ци Чжао заботливо полил каждое растение, после чего присел напротив Сэ Шэня за плетёный столик.
Едва он опустился на стул, как Трава Алого Огня, поводя стеблем, подобралась поближе и выпалила с нескрываемым любопытством:
— Чжаочжао, ты что, уже заграбастал городского владыку Сэ в свои сети?
Что за глупости?
Ци Чжао аккуратно оттолкнул её листик, но травинка снова настырно ткнулась ему в руку:
— И когда ты собираешься признаться ему в любви?
Ци Чжао виновато косился на Сэ Шэня и, кашлянув, пробормотал сквозь зубы:
— С чего ты взяла, что я ему вообще нравлюсь?
Трава Алого Огня поглядела на него, как на полного идиота:
— Ты до сих пор этого не понял?
— А? — опешил юноша.
Растение безнадёжно вздохнуло:
— Чем дольше я с тобой общаюсь, тем больше мне жаль городского владыку. — Пошевелив листочками, трава добавила: — Если не уверен, так поди и спроси напрямую!
Ци Чжао помешкал, после чего честно признался:
— Но я же струшу...
Выпалил он это с такой непоколебимой уверенностью, что в лавке наступила тишина. Спустя мгновение к разговору подключилась Трава Денежной Монеты:
— Чжаочжао, надо отдать тебе должное: самооценка у тебя абсолютно трезвая.
Ци Чжао хотел было возмутиться, но аргументов не нашлось, и он лишь глубже вжался в плетёное кресло.
Трава Алого Огня продолжала фонтанировать идеями:
— Дельный совет даю, Чжаочжао! Дождись вечера, когда владыка пойдёт принимать ванну. Накинь что-нибудь откровенное, найди предлог зайти в купальню и посмотри на его реакцию!
Ци Чжао онемел.
Что за дикий бред?!
Краска мгновенно залила его щёки. Юноша краем глаза глянул на Сэ Шэня — тот сидел напротив, не сводя с него тёплого, смеющегося взгляда.
Трава Денежной Монеты притихла и шепнула:
— Чжаочжао... Мне кажется, или владыка Сэ понимает, о чём мы говорим?
Ци Чжао обомлел:
— Да не может быть...
Пусть культиваторы Мира Мимолётной Жизни и несли в себе духовную кровь растений, они всё же оставались людьми и не могли напрямую общаться с флорой. Каким бы всемогущим ни был Сэ Шэнь, этот закон распространялся и на него. Поразмыслив, Трава Денежной Монеты согласилась с логикой хозяина и отступила.
Без назойливых комментариев трав в лавке стало тихо. Ци Чжао вновь взглянул на Сэ Шэня. Тот уже опустил глаза, спрятав лик в мягком свете утреннего солнца. Вся его фигура дышала столь благородной и пленяющей красотой, что у юноши перехватило дыхание.
Ощутив на себе его взор, Сэ Шэнь вскинул голову и мягко спросил:
— Что-то не так?
Ци Чжао спешно отвёл взгляд:
— Чай будешь? Я раньше угощал тебя всего парой сортов, а у меня их ещё целая куча. Хочешь попробовать новый?
Сэ Шэнь с улыбкой согласился. Ци Чжао поднялся, взяв баночку со сбором, и отошёл к прилавку у окна, чтобы заварить чай. Сэ Шэнь продолжал наблюдать за ним из кресла, и от его проницательного взгляда у юноши снова вспыхнули уши. Помня недавние подколки цветов, Ци Чжао так и не решился обернуться.
Спустя время, за которое сгорает одна ароматическая палочка, по комнате разлился тонкий цветочный аромат. Перелив чай в фарфоровый чайник, Ци Чжао вернулся к столику. Сэ Шэнь в этот момент просматривал какую-то книгу из стопки. Внезапно его бровь изумлённо взмыла вверх.
Сэ Шэнь отличался сдержанностью, и Ци Чжао крайне редко видел на его лице яркие эмоции. Охваченный любопытством, он спросил:
— Что там такое?
Сэ Шэнь ничего не ответил, лишь пододвинул фолиант ближе. Ци Чжао наклонился посмотреть — и замер, забыв как дышать.
Страницы книги пожелтели от времени, а уголки были испачканы землёй, но это ничуть не скрывало рисунка в центре. На иллюстрации со всей откровенностью были изображены двое полуобнажённых мужчин, сплетённых в страстном объятии. Позы и выражения их лиц были вырисованы с пугающей живостью.
Это же та самая непристойная книжонка, которую он недавно отобрал у Травы Духовного Родника!
Мозги Ци Чжао мгновенно превратились в кашу.
Спустя вечность над самым его ухом прозвучал бархатный, вибрирующий от смеха голос Сэ Шэня:
— Так вот... какие позы предпочитает мой мастер?