Воздух вокруг будто застыл.
Ци Чжао готов был сквозь землю провалиться от стыда. Он замер истуканом, не ведая, куда девать глаза. В себя его привел Сэ Шэнь: поднявшись, он заботливо усадил его поудобнее и приложил к его лицу ткань, смоченную в ледяной воде.
Ледяной компресс немного сбил внутренний жар, но мочки ушей Ци Чжао всё равно пылали от смущения — слишком уж нелепо всё вышло.
Сэ Шэнь присел рядом, удерживая компресс, и тихо спросил:
— Как ты? Полегче?
Подождав немного и убедившись, что металлический привкус крови во рту спал, Ци Чжао кивнул. Сэ Шэнь убрал ткань — кровотечение остановилось.
Взглянув на алое пятно, оставшееся на материи, Ци Чжао снова заставил себя отвернуться, сгорая от неловкости. Сэ Шэнь тихо хмыкнул, аккуратно сложил испачканную ткань и отложил её в сторону:
— Устал? Ложись спать.
Ци Чжао, мечтавший лишь о том, чтобы этот конфуз поскорее выветрился из памяти спутника, поспешно буркнул что-то неопределённое и отодвинулся к самой стене.
Он впервые сам освободил для него место. Сэ Шэнь еле заметно изогнул бровь, сдавленно усмехнулся, погасил светильник и лёг рядом. Ци Чжао замер, уткнувшись лицом в стену и напряжённо притворяясь спящим. Лишь спустя долгое время, когда сбоку раздалось ровное, спокойное дыхание, он осторожно повернулся и при свете луны принялся разглядывать лицо Сэ Шэня.
Лик — безупречен, голос — завлекает, пресс — высечен из мрамора, да и то самое несказанное место под одеялом весьма привлекает взор...
«Эх, будь я чуточку посмелее...»
* * *
На следующее утро Ци Чжао проснулся в одиночестве.
Расспросив проходящего мимо слугу, он узнал, что посланников Шести городов ещё на рассвете призвал в свой кабинет Городской владыка Цинь Лу. Зачем именно — никто не ведал.
Как раз в это время его навестил Чи Му, предложив вместе отправиться в Храм Растительных Духов. Ци Чжао быстро собрался, и они вместе покинули поместье городского владыки.
Ранним утром в Храме Растительных Духов было многолюдно лишь отчасти. По пути им то и дело встречались культиваторы, приветствовавшие Чи Му. Ци Чжао не знал ни единого лица и невольно поразился: юноша прибыл всего на пару дней раньше, а уже обзавёлся столькими знакомствами.
Словно угадав его мысли, Чи Му мягко улыбнулся:
— На самом деле я мало кого знаю. Просто во время испытания на ранг в Храме Растительных Духов я почёл за честь стать учеником Старейшины Яна. А эти люди — мои сокурсники по обучению, вот мы и знакомы.
Ци Чжао на мгновение опешил. В книге «Зарождение Великого Дао» Чи Му не становился чьим-либо учеником в Городе Небесных Руин! Лишь годы спустя, уже в Городе Вечернего Пейзажа, он сам разыскал Старца Вэя.
Ци Чжао давно подозревал неладное: ветка реальности, в которой он оказался, явно отклонилась от сюжетной линии романа. Божественное дерево Мира Мимолётной Жизни, демоническое сердце Цинь Лу, неожиданно объявившаяся демонизированная кровососущая лоза — ничего из этого в оригинальном тексте не упоминалось!
Неужели события, с которыми он сталкивается сейчас, и есть первопричина того жуткого, полного безумия финала «Зарождения Великого Дао»?
Такое объяснение казалось весьма вероятным. Но странно другое: происходящее с прочими людьми можно было списать на детали, оставшиеся «за кадром» в романе — в целом их жизненный путь не менялся. Но с Чи Му всё сложилось иначе.
Если бы юноша решил спонтанно пойти в ученики к другому мастеру из-за слухов про то, что Старший Вэй взял себе в подмастерья Ци Чжао — это было бы нелогично. Они проходили испытания одновременно, и узнать об этом заранее Чи Му никак не мог.
Ци Чжао всю дорогу ломал голову над этой загадкой. Пока он предавался размышлениям, идущий впереди Чи Му остановился:
— Пришли.
Ему нужно было к Старейшине Яну, а Ци Чжао направлялся к Старцу Сюю, так что на этом они расстались.
Покои Сюй Чэнчжи располагались в самом левом крыле заднего двора Храма Растительных Духов. По виду помещение напоминало Зал Взращивания Деревьев, разве что слегка уступало в размерах.
Войдя внутрь, Ци Чжао увидел Старца Сюя, который корпел в углу с небольшим деревянным совочком. Ци Чжао тихо постучал по дверному косяку, но ответа не последовало. Помявшись у порога, он подошёл ближе.
Его внезапное появление заставило Старца Сюя вздрогнуть. Вглядевшись и узнав посетителя, старик просиял:
— Подойди-ка сюда! Старик Вэй прожужжал мне все уши про твоё исключительное сродство с растениями. Вот этот кустик Травы Драконьего Зуба норов демонстрирует ужасный, ни в какую не даётся пересадить! Взгляни, может, придумаешь что?
У Ци Чжао дома рос свой экземпляр Травы Драконьего Зуба, так что предложение вызвало у него искренний интерес. Он присел на корточки рядом со стариком. Растение Старца Сюя относилось к духовным растениям шестого уровня Накопления Духовности. Звали его Лун Ци. В отличие от нежного, детского голоска Яя, этот кустик обладал бархатистым, низким мужским тембром:
— Хм? Новичок?
«Надо же, в наши дни даже у травы голос звучит соблазнительно», — иронично отметил про себя Ци Чжао.
Он осторожно коснулся кончика зелёного листка:
— Приятно познакомиться. Я Ци Чжао.
Лун Ци слегка удивился, но быстро вернул себе невозмутимость:
— Человек, понимающий мой язык? Забавно. Но предупреждаю сразу: землю я менять не намерен, так что и не пытайся.
В бытность владельцем цветочного магазина Ци Чжао навидался самых капризных растений, так что подобный отпор его ничуть не испугал. Он лишь усмехнулся:
— Тебе просто не по себе? Боишься?
—... Не неси чуши! — рассердилась Трава Драконьего Зуба, сбросив его пальцы со своего листа. — Пересадка, пересадка... Что за блажь? Вечно вы, люди, устраиваете суету на пустом месте!
— В Городе Вечернего Пейзажа я выходил Траву Драконьего Зуба. Совсем крохой она проявляла недюжинную храбрость: ни обрезка стеблей, ни пересадка её не пугали, — Ци Чжао сделал паузу и лукаво прищурился. — А ты ведь растение с немалым опытом передачи духовности. Неужто уступишь какому-то несмышлёнышу?
Листья Лун Ци встрепенулись:
— Уступлю?! Я — и боюсь пересадки?! Что за глупости!
— Так давай пересадим, м?
— Давай так давай!
— Отлично, — в глазах Ци Чжао мелькнула смешинка. Едва прозвучало согласие, он ловко поддел почву совочком.
Поняв, что попался на уловку, Лун Ци спохватился, но было поздно. Растение дёрнулось было спрятаться от придвинувшегося лезвия, но данное слово заставило его замереть.
Лун Ци кипел от злости, думая про себя, какими же хитроумными и коварными бывают эти люди.
Но не успел он закончить эту мысль, как ощутил, как мягкая, тёплая духовная сила мягко окутала его стебли и листья, словно укрывая ласковым покрывалом.
Трава Драконьего Зуба приподняла побеги и увидела, как этот «коварный новичок» тепло улыбается ему:
— Не бойся, это ненадолго.
Раньше он паниковал перед пересадкой именно из-за леденящей пустоты, когда оголённые корешки лишались почвы. Пусть это длилось мгновения, ощущение оставалось крайне неприятным.
Теперь же, окутанный уютным светом и глядя на улыбающееся лицо человека, Лун Ци лишь тихо фыркнул. Он ничего не ответил, но послушно расправил листья, облегчая работу.
Без помех со стороны самого растения вся процедура заняла не больше четверти часа.
Ци Чжао поднялся, критически осмотрел результат и искренне похвалил:
— Ух ты, а здорово смотрится!
Старый горшок Лун Ци совсем истрепался. Сюй Чэнчжи специально подобрал для него изящное кашпо с древесным узором, и в новой почве растение выглядело куда свежее и представительнее.
Лун Ци посмотрелся в глянец соседнего керамического вазона и с видимым удовольствием покачал листьями.
Ци Чжао улыбнулся и отступил к Старцу Сюю. Тот окинул юношу одобрительным взглядом:
— Неплохо, весьма неплохо! Старик Вэй так тебя нахваливал, что я грешным делом подумал — приукрашивает, чтобы утереть мне нос. А ты и впрямь хорош. Только вот контроль духовной силы у тебя слегка хромает — не держишь стабильность. Вэй в молодости тем же грешил. А ну-ка, садись, я тебе всё разложу по полочкам.
Ци Чжао послушно кивнул и присел рядом. Старец Сюй подробно указал ему на скрытые недочёты в управлении духовным потоком и объяснил, как их исправить. Ци Чжао и сам чувствовал, что его духовная сила подчас ведёт себя нестабильно, но не мог понять причину. Объяснения мастера мгновенно прояснили картину.
Обладая высоким восприятием и не имея ни капли гордыни, Ци Чжао впитывал каждое слово. Старец Сюй радовался всё больше:
— Твоё сродство и чутьё на высоте, подтянуть надо лишь контроль. Книг на эту тему у меня маловато, а вот у Городского владыки Цинь их целый пруд пруди. Ты ведь всё равно у него гостишь, загляни в его библиотеку.
Хотя Ци Чжао как читатель обожал Цинь Лу, личная встреча с персонажем внушала ему невольный трепет. Городской владыка казался весьма пугающим.
Тем не менее он кивнул:
— Хорошо, я понял.
Регистрация на испытание в Тайном царстве Растительных Духов длилась три дня, так что у Старца Сюя хватало хлопот. Вскорости он покинул покои.
Ци Чжао просидел в его книжном хранилище почти до самого вечера. Как выяснилось, библиотека Сюя во многом повторяла собрание Старца Вэя — почти все эти трактаты Ци Чжао уже изучил ранее.
Выходит, нанести визит в книжную башню Цинь Лу действительно необходимо.
Будучи человеком дела, Ци Чжао решил не откладывать вопрос и сразу по возвращении поговорить с хозяином поместья. Подхватив горшок со Змеиным деревом, он направился к выходу.
Когда он проходил мимо Лун Ци, одна из зелёных веточек неожиданно вытянулась и преградила ему путь.
— Что такое? — с улыбкой обернулся Ци Чжао.
Трава Драконьего Зуба смущённо затрепетала листьями. Почистив горло, растение придало себе максимально серьёзный вид и весомо изрекло:
— Я нахожу тебя крайне достойным человеком. А потому желаю спросить... Не согласишься ли ты стать моим даосским спутником?
Свечение вокруг Змеиного дерева в руках Ци Чжао мгновенно угасло, а его стебли затряслись от ярости.
Ци Чжао замёрз на месте, испытывая смешанное чувство дикого курьёза и недоумения. Впрочем, к капризам растений он относился с неизменной мягкостью, поэтому лишь добродушно рассмеялся:
— Ерунда какая, подобными вещами не шутят, глупенький.
По тону юноши Лун Ци сразу понял, что его предложение всерьёз не приняли. Растение вознамерилось настоять на своём, но Ци Чжао уже повернулся и сделал несколько шагов к двери.
Трава Драконьего Зуба уныло опустила листья.
«Ах ты мелкий паршивец! Только попадись мне ещё раз!»
Не успело расстройство овладеть им, как в стебель врезалось что-то круглое и твёрдое!
Вскинув побеги, Лун Ци увидел, как Змеиное дерево, сидевшее на руках Ци Чжао, ловко сгребло с подоконника плод и метко запустило им прямо в обидчика.
Удар вышел весьма ощутимым.
Опешив от такой наглости, Лун Ци вознамерился дать сдачи, но Ци Чжао уже завернул за угол вместе со своим защитником.
Трава Драконьего Зуба скрипнула стеблями от досады, не в силах ничего сделать.
* * *
Ци Чжао собирался сразу идти в поместье, но вспомнил, сколь занят Сэ Шэнь — вечером тот наверняка забудет нормально поужинать. Посему он сделал крюк через Улицу Гибискуса, чтобы прикупить свежих лакомств.
Сумерки уже сгущались над городом, в окнах домов зажигались первые огни, прорезая ночную тьму.
Вернувшись в поместье городского владыки, Ци Чжао поспешил к их покоям. Ещё издали он заметил, что обычно тёмный в этот час двор озарён мягким светом.
Неужели Сэ Шэнь уже вернулся?
Ускорив шаг, Ци Чжао прошёл сквозь арку. В саду вовсю цвёл османтус, пылая золотом. Под ветвями дерева стоял человек. Услышав шаги, он обернулся и тепло улыбнулся ему.