В ту ночь Ци Чжао и сам не заметил, как погрузился в сон.
На следующее утро за окном шумел дождь. Мелкие капли капали с карниза, вымачивая подвешенные там керамические колокольчики.
В такую непогоду больше всего на свете хотелось валяться в постели. Ци Чжао тихонько помычал, отказываясь вставать. Сэ Шэнь, разумеется, потакал этой слабости: он с улыбкой наблюдал за возлюбленным, пока юноше наконец не стало неловко. Протерев мутные со сна глаза, Ци Чжао сонно сел и улыбнулся Сэ Шэню.
Взъерошенный, с туманным взглядом, он выглядел невероятно трогательно.
Сэ Шэнь касанием пальцев задел его щеку:
— Не хочешь вставать — не вставай. Всё равно на сегодня никаких дел.
Ци Чжао немного порассуждал и, не устояв перед соблазном мягкого тёплого одеяла, безвольно сдался. Кивнув, он расслабленно откинулся назад. Сэ Шэнь натянул одеяло им до пояса и спросил:
— Когда ты воссоздавал тело для Цинь Сю, всё прошло гладко?
Вчера Цинь Сю принёс потерявшего сознание Ци Чжао на руках. Сэ Шэнь так перепугался, что ему было не до расспросов. Лишь теперь, когда тревога улеглась, он вспомнил об этом.
— Всё в порядке, — кивнул Ци Чжао. — Способ из книги наследия вполне надёжен, никаких сбоев не случилось. Разве что в самой середине у Цинь Сю ненадолго взбунтовалась кровь, и он начал стремительно поглощать духовную энергию. Я не успел подготовиться и едва удержал контроль, но тут, к счастью, появился Дядюшка Кот. Стоило ему приложить лапу к древесному телу Цинь Сю, как тот сразу пришёл в норму.
— Дядюшка Кот?
— Ну, та белая кошка Вэнь Гу, — пояснил Ци Чжао и, подумав, добавил: — Которая очень жирная.
Сэ Шэнь невольно усмехнулся.
— Вэнь Гу — городской владыка Города Облачной Области, у него врождённый дар. Ему достаточно читать книги да выводить иероглифы, чтобы достичь небесного ранга. Не думал, что и его кот окажется столь непрост, — вздохнул Ци Чжао. — Интересно, где он его достал? Я бы тоже от такого не отказался.
Городскому владыке Сэ с лихвой хватало домашнего Жёлтого цыплёнка, так что плодить соперников за внимание возлюбленного он не собирался вовсе. На эти слова он лишь улыбнулся, ничего не ответив.
Однако наивный Ци Чжао совершенно не уловил настроения своего спутника. Он увлечённо продолжал рассуждать о том, какая у Дядюшки Кота мягкая шерсть, как приятно держать его на руках и какие у него невероятные лазурно-синие глаза. Чем больше он говорил, тем сильнее разгоралось желание завести питомца.
Когда же он заявил, что без кота и жизнь не мила, терпение городского владыки Сэ окончательно лопнуло. Подавшись вперёд, он накрыл его губы своими. Ци Чжао на мгновение удивлённо распахнул глаза, пару секунд подумал и, вместо сопротивления, послушно зажмурился.
Поцелуй вышел долгим. Когда они наконец отстранились, Ци Чжао, тяжело дыша, опёрся о подушку. Его глаза влажно блестели. Сэ Шэнь снова наклонился, коснувшись его губ лёгким поцелуем, и тихо произнёс:
— И всё же... Если нет особой нужды, с кошкой Вэнь Гу лучше не связываться.
— А что с ним не так? — с недоумением переспросил Ци Чжао.
В конце концов, Дядюшка Кот был таким белым, пушистым и милым. Когда он гордо задирал свою пухлую мордочку, его так и подмывало сгрести в охапку и потискать. Никакой угрозы он точно не представлял.
Сэ Шэнь раздумывал, стоит ли наступить на горло совести и наговорить на кота гадостей. Но едва он собрался открыть рот, как подвешенный под карнизом керамический колокольчик тревожно звякнул. За окном мелькнула белая тень, и вслед за этим раздался отчаянный, жалобный кошачий вопль.
Спустя мгновение снаружи снова донёсся шорох. Грязная, вымазанная в глине лапа судорожно заскользила вверх и с трудом зацепилась за подоконник.
Ци Чжао: «...»
Сэ Шэнь: «...»
Снаружи лил дождь, и, судя по звуку, Дядюшка Кот грохнулся весьма ощутимо. Ци Чжао быстро поднялся с кровати, подошёл к окну и втащил пострадавшего в комнату.
Вид у Дядюшки Кота был поистине плачевный: белая шерсть свалялась от воды в грязные клочья, залепленные травой и глиной. Похоже, при падении он ушиб заднюю лапу — сделав шаг вперёд, кот заметно заприхрамывал, мгновенно оставив на полу цепочку мокрых следов.
Ци Чжао обеспокоенно осмотрел его. Убедившись, что лапа лишь слегка ушиблена и ничего страшного не произошло, он облегчённо вздохнул и качнул головой, слегка щёлкнув кота по лбу.
Дядюшка Кот жалобно мяукнул. В этот момент Сэ Шэнь отступил на шаг и с отвращением оглядел испачканный пол:
— Отнеси его Вэнь Гу.
Кот отряхнулся и уставился на него с глубоким обиженным укором. В его синих глазах чётко читалось: «Мало того что ты возводил на меня напраслину, так теперь ещё и хочешь показать меня Вэнь Гу в таком непотребном виде?»
Сэ Шэнь встретил этот взгляд с абсолютным спокойствием, без единой эмоции на лице.
Ци Чжао, напротив, растрогался. Не обращая внимания на грязь, он бережно подхватил кота на руки:
— У него лапа болит, не стоит ему сейчас показываться на глаза хозяину. Давай я его сначала отмою, а когда шерсть высохнет — отнесу Вэнь Гу.
Дядюшка Кот неожиданно отбросил спесь и ласково потёрся о ладонь Ци Чжао.
Тот тепло улыбнулся. Поднявшись с котом на руках, он проходил мимо мрачного городского владыки Сэ и не удержался — мимолётно поцеловал его в уголок губ. Заметив, как у того порозовели кончики ушей, Ци Чжао с довольным видом увёл питомца за ширму.
В низкой деревянной шайке уже была налита тёплая вода. Как и все кошки, Дядюшка Кот воду не жаловал — стоило его лапам коснуться поверхности, как шерсть на нём встала дыбом.
Ци Чжао успокаивающе погладил его за ухом и мягко прошептал: «Не бойся». Спустя мгновение Дядюшка Кот гордо задрал подбородок, всем видом показывая, что такому крутому коту глупые страхи чужды, и послушно уселся в воду.
Ци Чжао прищурился от удовольствия и начал аккуратно вымывать из его шерсти грязь и застрявшие травинки. Кот блаженно зажмурился, в его горле раздалось громкое, уютное урчание. Выглядел он в этот момент совершенно очаровательно. Ци Чжао оглядел его и заметил:
— Дядюшка Кот, а ты, оказывается, вовсе не «пушистый», а действительно толстый.
Даже намокшая шерсть не смогла скрыть его безупречно шарообразных форм.
Кот мгновенно вытаращил глаза и возмущённо мяукнул.
Ци Чжао рассмеялся, почесал его под подбородком и продолжил мытье. Спустя некоторое время он вдруг заметил, что на поверхности воды плавает какой-то белый ком.
Перепугавшись, что переусердствовал и смыл с кота клочья шерсти, Ци Чжао поспешно дотронулся до находки. Однако это оказалась вовсе не шерсть, а нечто странное, чему он не мог сходу дать объяснение.
В недоумении он ещё раз провёл рукой по спине кота. На воду снова всплыла белая плёнка, но на этот раз Ци Чжао заметил нечто куда более поразительное: в том месте, где он только что провёл рукой, белоснежная шерсть сменилась ярким рыжим пятном.
Дядюшка Кот ничего не замечал и продолжал сладостно мурлыкать. Почувствовав, что руки Ци Чжао замерли, он вопросительно вскинул мордочку:
— Мяу?
Ци Чжао с трудом выдавил из себя:
— Дядюшка Кот... ты... линяешь краской.
Дядюшка Кот: «...»
Осознав сказанное, кот издал панический вопль и с головой ушёл под воду. Это лишь усугубило ситуацию: белила смывались с удвоенной скоростью, растворяясь в воде, и вскоре из деревянной шайки вынырнула упитанная рыжая тушка.
«Так ты рыжий кот... Тогда понятно, почему ты такой толстый», — мелькнуло в голове у Ци Чжао.
Впрочем, дураком Ци Чжао не был. Он тут же прижал пытающегося выскочить кота к дну шайки:
— А ну-ка выкладывай, что всё это значит?
Дядюшка Кот немного подёргался, но, осознав тщетность своих попыток, смирился. После долгого молчания он внезапно заговорил — и вместо привычного мяуканья из его пасти раздался вполне человеческий голос:
— Только Вэнь Гу не говори.
Ци Чжао оторопел и ослабил хватку. Кот тут же выскользнул из его рук и рванул к выходу. Однако у самых дверей он с ходу врезался в чью-то тёмную полу. Сэ Шэнь без лишних слов подхватил его за шкирку и подло отправил обратно в бадью, едва заметно улыбнувшись.
Рыжий кот вспыхнул от гнева:
— Сэ Шэнь! В свое время я с тобой так не поступал!
Судя по этим словам, они были знакомы уже давно. Но ведь Вэнь Гу говорил, что подобрал этого кота всего полгода назад, так где Сэ Шэнь мог с ним пересекаться?
Ци Чжао недоумённо уставился на спутника. Лицо Сэ Шэня оставалось всё таким же невозмутимым:
— В свое время ты и не пытался в подобном обличье дурачить моего избранника.
Кот виновато опустил глаза.
Ци Чжао наконец не выдержал:
— Да что здесь происходит?
Сэ Шэнь повернулся к нему. Ледяное выражение мгновенно сошло с его лица, сменившись безграничной теплотой. Кот за его спиной презрительно фыркнул, но Сэ Шэнь проигнорировал этот звук, мягко проговорив Ци Чжао:
— Пусть он сам тебе всё объяснит. Пойдём пока отсюда.
С этими словами он обернулся к коту и сухо добавил:
— Даю тебе одну четверть часа. Выйдешь сам.
Кот недовольно дёрнул лапой.
Ци Чжао, всё ещё не успев переварить происходящее, позволил Сэ Шэню увести себя за стол. Ветер за окном нёс дождевые капли, и Сэ Шэнь прикрыл створку. Придя в себя, Ци Чжао обхватил ладонями пиалу с чаем и приготовился ждать.
Спустя некоторое время из-за ширмы донёсся шорох, а затем неторопливые шаги. К ним вышел мужчина в белоснежных одеждах. Густые брови, уходящие к вискам, пленительный взгляд и непринуждённая утончённая улыбка, адресованная хозяевам комнаты.
Ци Чжао снова опешил:
— К-кот... кошачий оборотень?!
Улыбка на губах незнакомца слегка застыла. Он приподнял бровь:
— Меня зовут Гу Цунчжи. Рад знакомству, господин Ци.
Имя показалось Ци Чжао до боли знакомым. Он на секунду задумался и вдруг, осенённый догадкой, замер.
Гу Цунчжи! Городской владыка Шестого города Мира Мимолётной Жизни — Города Унаследованных Традиций. Свободолюбивый, склонный к безрассудству и обладающий сногсшибательной внешностью.
Его красота была поистине дьявольской, затмевавшей даже Не Паня. В своё время в комментариях к новелле тысячи читателей умоляли автора отдать его им, но позже автор, похоже, попросту забыл о нём, и тот почти перестал появляться в сюжете. Со временем и сам Ци Чжао начал забывать этот персонаж.
Ци Чжао сложил ладони в приветственном жесте:
— Городской владыка Гу.
Кто бы мог подумать, что этот блистательный владыка — тот самый упитанный кот, сорвавшийся с крыши!
Постойте... кот?
Все обитатели Мира Мимолётной Жизни носили в себе духовные древесные или растительные кровные линии. Откуда здесь взяться городскому владыке с родовой линией кошки?
Ци Чжао вопросительно вскинул взгляд. Гу Цунчжи сразу понял его недоумение и неловко почесал кончик носа. Заговорил он лишь спустя некоторое время:
— На самом деле я не кот. Мой род восходит к Божественному дереву Люхэ. Но Вэнь Гу обожает кошек, поэтому я принял такой облик. А белила на шерсти — сок и побеги Цветка Белого Пруда. Только маскируясь им, я могу сделать так, чтобы он не уловил мою ауру.
«Ого, тут крылась целая история», — прищурился Ци Чжао.
Гу Цунчжи горько усмехнулся и качнул головой:
— Он меня ненавидит. Жителям Города Унаследованных Традиций даже запрещено ступать на земли Города Облачной Области. Поэтому умоляю, не говори ему ничего... Иначе я потеряю возможность даже просто видеться с ним.
Сэ Шэнь произнёс без единой эмоции на лице:
— Перестань корчить из себя несчастного. Если пришёл просить о помощи — говори прямо.
Печальная мина с лица Гу Цунчжи испарилась в то же мгновение.
Ци Чжао: «...»
Гу Цунчжи отбросил уловки:
— Господин Ци, у меня действительно есть к вам просьба. Я слышал о Не Пане и Вэй Цзяцзэ. То, что они смогли обрести счастье — ваша заслуга. Вэнь Гу относится к вам с огромной симпатией, поэтому, если это возможно, помогите мне.
Ци Чжао потёр лицо руками:
— Я не сват и не...
Не успел он закончить, как Гу Цунчжи мягко улыбнулся:
— Вы не сват, но у вас точно всё получится.
«А у него есть вкус!» — подал голос Сяо Цзю.
Ци Чжао промолчал.
Спустя мгновение он вздохнул:
— Для начала ты должен рассказать, что вообще произошло между тобой и Вэнь Гу.
Эти слова фактически означали согласие.
В глубине глаз Гу Цунчжи вспыхнула искренняя признательность. Он отвесил нижайший поклон и присел за стол. Однако заговорить ему далось непросто — он долго собирался с духом, прежде чем негромко произнести:
— Наша история с Вэнь Гу началась так...
Его голос звучал едва слышно. Он не спеша поведал о том, что связывало их в прошлом. Слушая его, Ци Чжао испытывал смешанные чувства и даже не знал, как на это реагировать.
История была до банальности проста.
Вэнь Гу и Гу Цунчжи знали друг друга с самых пелёнок. Когда Вэнь Гу исполнилось двенадцать, его забрали в Город Облачной Области. Несмотря на расстояние, они продолжали регулярно переписываться. Спустя ещё семь лет Гу Цунчжи по делам прибыл в Город Вечернего Пейзажа, где они встретились вновь. Пройдя вместе через множество испытаний и радостей, они полюбили друг друга и стали спутниками.
Казалось бы, если чувства взаимны, никакая беда не должна была омрачить их союз. Однако Гу Цунчжи от природы обладал ветреным и легкомысленным нравом. Он вечно производил впечатление человека, на которого нельзя положиться, хотя на самом деле никаких недопустимых поступков не совершал.
В те времена Гу Цунчжи ещё не унаследовал титул городского владыки Города Унаследованных Традиций. Прежний владыка отчаянно жаждал продолжения рода и без конца подталкивал его к браку. Сначала Гу Цунчжи отказывался мягко, но когда нажимы стали невыносимы, признался обо всём, открыв отцу правду о своей связи с Вэнь Гу.
Старый владыка не проронил ни слова и молча вернулся в свой город. Полгода спустя из Города Унаследованных Традиций пришли вести: старый владыка тяжело болен и просит сына немедленно вернуться.
Оба понимали, что это стандартная уловка для принуждения к браку. Однако отец пустил в ход и мольбы, и угрозы, так что проигнорировать призыв было невозможно. Гу Цунчжи пришлось отправиться в путь, пообещав вернуться максимум через три месяца.
Перед его отъездом Вэнь Гу не находил себе места от нехорошего предчувствия. Гу Цунчжи уверял, что вернётся при первой возможности. Вэнь Гу ничего не оставалось, кроме как отпустить его. С тех пор он каждый день приходил к городским воротам и всматривался в дорогу.
Прошёл месяц, второй, третий... полгода.
Гу Цунчжи так и не вернулся.
В конце того же года из Города Унаследованных Традиций пришло известие: Гу Цунчжи унаследовал пост городского владыки и в ближайшие дни намеревался сыграть свадьбу. Узнав об этом, Вэнь Гу не проронил ни слова. Он лишь перестал ходить к воротам и издал указ: отныне ни один житель Города Унаследованных Традиций не имеет права ступать на земли Города Облачной Области.
С тех пор прошло немало лет.
— Вот и вся история, — опустил взгляд Гу Цунчжи. — Вернувшись домой, я столкнулся со множеством трудностей, а слухи о свадьбе были лишь инсценировкой. Но из-за моего прошлого ветреного поведения он потерял ко мне всякое доверие и больше не верит моим словам. Я не хочу искать себе оправданий. Моё единственное желание сейчас — вернуть его и загладить вину.
Ци Чжао вздохнул:
— По-моему, всё вовсе не так безнадёжно. Тебя просто подставил старый владыка. Раз ты не женился и не собирался его обманывать, почему бы просто не объяснить ему всё напрямую? Зачем эти сложные махинации?
Голос Гу Цунчжи стал едва слышным:
— Я боюсь... Мы не виделись слишком долго, и я совершенно не знаю, что у него на уме. За те полгода, что я провёл рядом с ним в облике белого кота, я понял одно: имя Гу Цунчжи для него — абсолютное табу. Поэтому... я просто боюсь.
—... И чего ты ждёшь от меня?
—... Сам не знаю.
Ци Чжао беспомощно развёл руками:
— Тогда я буду действовать по обстоятельствам?
Гу Цунчжи кивнул и спустя паузу добавил:
— Премного благодарен.
Ци Чжао лишь вздохнул про себя: «Ничего страшного, мне не привыкать».
От смутных мыслей он снова тяжело вздохнул.
После этого рассказа Гу Цунчжи выглядел подавленным. Он сидел молча, опустив глаза, ушедший в собственные переживания.
Сэ Шэнь не был с ним близко знаком, поэтому не стал вступать в разговор и перевёл мягкий взгляд на Ци Чжао:
— Хочешь прогуляться? Пока ты спал, приходил Цинь Сю. Как раз сможем его навестить.
Ци Чжао с облегчением кивнул. Но не успел он подняться с места, как из-за двери раздался голос Вэнь Гу:
— Ци Чжао, Сэ Шэнь, вы не видели А-Мяо? Я ищу его всё утро, и управляющий сказал, что он, кажется, побежал к вам.
Гу Цунчжи мгновенно подскочил на месте. Ци Чжао онемел от неожиданности, однако Гу Цунчжи среагировал мгновенно: с молниеносной быстротой скользнул за ширму и за секунду до того, как дверь распахнулась, снова обратился рыжим котом и выскочил в окно.
Вэнь Гу вошёл в комнату. Его взгляд был чистым и безмятежным:
— Ци Чжао, тебе не поздоровилось? Почему ты такой бледный?
— Наверное, просто не выспался, — смущенно покачал головой Ци Чжао.
Вэнь Гу бросил многозначительный взгляд на него и Сэ Шэня, после чего спросил:
— Так вы не видели моего кота?
Не умеющий врать Ци Чжао виновато опустил голову, зато Сэ Шэнь сохранил абсолютное хладнокровие:
— Нет, не видели.
Вэнь Гу ни о чём не заподозрил и слегка нахмурился:
— Куда же он делся... На улице дождь, а кошки легко простужаются. Вечно с ним одни хлопоты.
— Не переживай, может, он уже вернулся к тебе, — тихо проговорил Ци Чжао.
— Хотелось бы верить, — улыбнулся Вэнь Гу. — Вы собираетесь выходить?
— Хотим наведаться к Цинь Сю, проведать его.
— С ним всё в порядке. Хотя духовные силы восстановились лишь на треть, динамика хорошая. Полгода — и он вернёт прежнее могущество, — сообщил Вэнь Гу. Раскрыв зонт, он добавил: — Ладно, идите. А я продолжу поиски.
Ци Чжао махнул рукой:
— До встречи.
— До встречи, — отозвался Вэнь Гу и шагнул под моросящий дождь.
Как только он ушёл, Ци Чжао выглянул в окно. Гу Цунчжи нигде не было видно — скорее всего, он забился в какой-нибудь укромный угол, чтобы снова покрасить шерсть в белый цвет. Представив себе эту картину, Ци Чжао не удержался от смешка.
— Чему ты улыбаешься? — тихо спросил Сэ Шэнь.
— Да вот представляю, как Гу Цунчжи снова перекрашивает шерсть. Честно говоря, хотелось бы взглянуть на это своими глазами, — Ци Чжао прищурился от удовольствия, но, сочтя подобные мысли не совсем приличными, поспешил сменить тему: — Ладно, забудь. Пойдём проведаем Цинь Сю.
Сэ Шэнь коротко отозвался и раскрыл зонт.
Ци Чжао с улыбкой прижался к его плечу, и они закрыли за собой дверь.
* * *
Они направлялись к Цинь Сю, но, придя к его жилищу, никого там не застали.
Цинь Сю был в Городе Облачной Области чужаком и никого здесь не знал. Ци Чжао даже предсказать не мог, куда тот мог направиться, так что пришлось отказаться от этой затеи.
Дождь продолжал идти, всё вокруг окутывала сизая дымка. В такую погоду вообще не следовало выходить на улицу — куда разумнее было зарыться под одеяло вместе со своим избранником и предаваться нежностям.
Сэ Шэнь, словно прочитав его мысли, спросил:
— Возвращаемся?
Ци Чжао кивнул, а затем лукаво добавил:
— А ещё установи барьер вокруг двора. Пока дождь не кончится, не будем открывать дверь, что бы снаружи ни происходило.
У него было нехорошее предчувствие, что Гу Цунчжи явится скрестись в дверь лапами.
В глазах Сэ Шэня мелькнула улыбка:
— Договорились.
Вернувшись, Сэ Шэнь выполнил просьбу: установил барьер вокруг дома, запечатал двери и окна, после чего увлёк довольного юношу на ложе.
Ци Чжао с удовольствием уткнулся носом в край одеяла и зажмурился:
— Какое же это счастье — вот так проводить дни.
Сэ Шэнь тепло улыбнулся и тихо согласился.
Ци Чжао повернул голову. Сэ Шэнь сидел рядом, опустив мягкий взгляд. Длинные ресницы отбрасывали лёгкую тень на его щёки. В этот миг его образ внезапно совпал с тем, кого Ци Чжао видел в Запретных землях Байцзэ.
Тот человек тоже любил вечерами сидеть у изголовья и неспешно разговаривать с ним, едва заметно улыбаясь. Черты его лица в тёплом свете светильников казались бесконечно мягкими. Взгляд Ци Чжао стал твёрдым и исполненным решимости.
— Сэ Шэнь, — тихо позвал он.
Сэ Шэнь обернулся, его глаза искрились нежностью:
— Мм?
Ци Чжао улыбнулся:
— Ничего, просто захотелось произнести твоё имя.
Сэ Шэнь ласково поцеловал его между бровей.
Сяо Цзю, наблюдавший за ними, спустя некоторое время проговорил:
«Ци Чжаочжао, мне кажется, ты изменился».
Раньше он жил без оглядки, толком не понимая своих стремлений. Но теперь, ощутив вкус той жизни, о которой всегда мечтал, он страстно желал поскорее покончить со всеми испытаниями и обрести наконец долгожданный покой.
«Я хочу, чтобы всё это скорее завершилось, — прошептал про себя Ци Чжао. — Если получится вернуться в наш мир вместе с Сэ Шэнем — отлично. Если нет — я останусь с ним здесь».
Главное — разобраться со всеми висящими над ними угрозами.
«Говорят, когда человек чётко осознаёт, чего хочет, он взрослеет быстрее всего. Похоже, это правда: даже вяленая рыба способна перевернуться на другой бок!» — посмеивался Сяо Цзю.
Ци Чжао понимал, что тот просто хочет его развеселить. Он уже собрался ответить, как вдруг свет над ним померк.
Он поднял взгляд и наткнулся на прищуренные глаза Сэ Шэня, в которых затаилась опасная искорка:
— Со мной рядом тебе так легко отвлечься?
Ци Чжао улыбнулся:
— Чмок!
Сердце Сэ Шэня мгновенно растаяло. С наигранной строгостью было покончено — против этого юноши у него не было никакого оружия:
— Ах ты...
— А у меня возникла одна весьма смелая мысль, — перебил его Ци Чжао.
В прошлый раз, когда Ци Чжао обмолвился о «смелой мысли», городской владыка Сэ провёл незабываемую и восхитительную ночь. Он прищурился:
— Вот как?
Ци Чжао лукаво прищурился и потянул Сэ Шэня за отворот одежд к себе. Его уши вспыхнули алым, но произнесённые слова прозвучали невероятно дерзко:
— Тот способ, на который я раньше ни за что не соглашался... Я хочу попробовать с тобой.
Взгляд Сэ Шэня мгновенно потемнел:
— Ты уверен в этом?
И, не давая ему отвечать, добавил:
— Хотя менять решение уже поздно.
Ци Чжао расслабленно откинулся, полностью отдаваясь во власть партнёра, и с улыбкой посмотрел ему в глаза:
— Я не пожалею.
Слова затерялись в страстном поцелуе. Сэ Шэнь, всегда отличавшийся сдержанностью, на этот раз не сдерживал порыва. Ци Чжао старательно отвечал на его ласки, ощущая, как воздух вокруг них раскаляется с каждой секундой.
Он любил этого человека всем сердцем.
Вглядевшись в лицо Сэ Шэня, Ци Чжао со спокойной душой закрыл глаза.
Комнату заполнила истома страсти.