Янь Шицин вышел из кухни посвежевшим и невозмутимым.
На его одежде не виднелось ни единого пятнышка крови, ткань даже не помялась, однако в зрительском чате стояла гробовая тишина — никто не осмеливался недооценивать этого человека.
Буквально пару минут назад экран трансляции внезапно погас. Как услужливо пояснили организаторы шоу, на площадке развернулись сцены крайней жестокости и насилия, не прошедшие строгую системную цензуру. Но самое жуткое заключалось в другом: картинка пропала, а вот истошные, душераздирающие вопли Кошмарного мясника зрители слышали во всех подробностях.
【Какой кошмар… Бедный Мясник! И угораздило же его нарваться на маршала Яня…】
【Давно ходили слухи, что Янь Шицин безжалостен к врагам и абсолютно бесчеловечен. Теперь видно — слухи преуменьшали раза этак в три.】
【Ц-ц-ц, помянем NPC минутой молчания.】
Янь Шицин ушел, но дверь в кухню осталась распахнутой настежь. Зрители, снедаемые любопытством, в конце концов не выдержали и переключили угол обзора, чтобы заглянуть внутрь.
Их взору предстал огромный, мясистый Мясник, который сейчас выглядел беспомощнее невинной девицы. Бедняга лежал распластанным на разделочном столе, его складки жира жалобно и испуганно подрагивали. Но что выглядело куда более странно — одежда здоровяка была в полном беспорядке, на щеках горел густой румянец, а в уголках глаз блестели чистые слезы.
Чат взорвался вопросительными знаками:
【Э-э… я тут вспомнил, что под «неприемлемый контент» попадает не только насилие, но и кое-что еще…】
【За-заткнись! Это невозможно!】
【Вот именно! На такую тушу, как Кошмарный мясник, позарится только совсем отбитый извращенец!】
【Но посмотрите на него! Чистый образ невинного цветка, безжалостно сорванного грубым злодеем… Реально похоже ведь!】
Кошмарный мясник и понятия не имел, какие безумные теории строит публика. Он со всхлипами кое-как одернул перекошенную одежду, а когда попытался слезть с разделочной доски, ноги предательски подкосились, и громила едва не рухнул на пол. От могучего великана сейчас веяло лишь немощью и глубокой душевной травмой.
【Все, мою кукуху окончательно унесло в далекие дали…】
【Это ведь шутка, да?! Неужели маршал Янь на самом деле?..】
【Мое мировоззрение разрушено, разум объят смятением.】
Мяснику потребовалось немало времени, чтобы перевести дух. Он и помыслить не мог, что этот человек окажется настолько изощренным садистом. Будучи свирепым боссом-NPC, он не боялся ни боли, ни смерти — в конце концов, он был лишь набором программного кода и после гибели спокойно возродился бы. Но вот чего он не мог вынести, так это щекотки!
Этот изверг прижал его к разделочной доске и обухом обвалочного ножа методично прошелся по всем чувствительным местам. А под конец достал маленькое шило и принялся колоть пятки! Было невыносимо щекотно и больно одновременно, а почесаться нельзя. Мясник балансировал на грани жизни и смерти, моля о быстрой гибели.
«Поистине бессердечный ублюдок… Придумать такую изощренную пытку! Бедный я, несчастный мясник, так опозорен, хнык-хнык…»
Тем временем Янь Шицин подошел к Бумажному человеку и смерил его тяжелым взглядом, уставившись прямо в два черных провала глазниц.
Маленький бумажный человек испуганно съежился, отчаянно пытаясь унять дрожь:
— У… у вас еще какое-то дело?
Аура этого человека давила столь сокрушительно, что все встроенные алгоритмы персонажа буквально вопили об опасности.
— Сдать квест, — бросил Янь Шицин.
Бумажный человек едва не расплакался от облегчения:
— Х-хорошо.
Получив причитающиеся баллы, Янь Шицин не стал покидать локацию, а принялся методично обследовать окрестности. Опыт подсказывал, что этот Замок Призраков находится в самом центре карты, а значит, задания следующих дней наверняка будут привязаны к нему.
Предупрежден — значит вооружен. Янь Шицин не имел привычки упускать детали.
* * *
В то же самое время Ся Чу вместе со своей марионеткой методично зачищал окрестности.
Точнее говоря, Четвертый малыш шел в авангарде, сокрушая призраков направо и налево — один удар, один сгусток эктоплазмы. Ся Чу же плелся следом, подбирая добычу и трамбуя сияющие белые шарики в холщовый мешок.
Вскоре мешок наполнился доверху — этого с лихвой хватало для завершения квеста.
— Малыш, ты не устал? — Ся Чу взвесил в руке увесистую ношу и ласково отер краешком рукава пот со лба сынишки.
Четвертый покачал головой.
Его виски слегка взмокли, а на лице застыло привычно невозмутимое выражение, но в глубине души малыш был невероятно горд. После встречи с Янь Шицином он счел себя недостаточно сильным и жаждал упорных тренировок. Охота на духов пришлась как нельзя кстати. Пусть призраки и были слишком слабыми противниками, но повторение — мать учения, и Четвертый чувствовал, что его боевые навыки стали куда отточеннее.
Оба были вполне довольны жизнью, однако эта сцена родительской заботы и сыновней преданности ничуть не умерила пыл зрителей в сети:
【Ребенок еще такой кроха, Ся Чу, тебе вообще не стыдно?!】
【Сердце кровью обливается за моего Сы-Сы QAQ】
【В столь юном возрасте из-за папаши-придурка взвалить на себя тяжкое бремя выживания… Ы-ы-ы…】
Ся Чу пропускал подобные выпады мимо ушей. Он искренне не понимал: если малыш сам искрится от восторга, чего эти бездельники в комментариях вечно разводят нытье?
Благодаря свирепой хватке Четвертого всех окрестных духов перебили подчистую, и найти новые белые огоньки стало затруднительно.
— Ну что, кроха, пойдем домой или пройдемся чуть дальше? — поинтересовался Ся Чу.
Малыш на мгновение задумался и уже приоткрыл рот, чтобы ответить, как вдруг посмотрел под ноги.
Там виднелись неровные следы в форме цветочных лепестков. Они напоминали кошачьи отпечатки, только были во много раз крупнее.
Выслушав анализ малыша, Ся Чу опешил и судорожно втянул воздух:
— Кошка-переросток?.. Тигр?!
Подхватив Четвертого под мышки, он уже приготовился дать стрекача. Малыш помедлил пару секунд, но послушно позволил усадить себя в нагрудный карман. Однако, пробежав десяток шагов, Ся Чу понял: что-то не так.
Четвертый не отрываясь оглядывался назад.
Кому, как не отцу, знать свое дитя? Заметив на детском личике сомнение, Ся Чу сразу все понял. Он затормозил и серьезно спросил:
— Сы-Сы, ты хочешь поохотиться?
Малыш смущенно потеребил пальчики. Он не произнес ни звука, но Ся Чу прекрасно прочитал его немой ответ.
— Если ты хочешь остаться, папа останется с тобой, — Ся Чу потрепал его по макушке и улыбнулся. — Нам все равно нужно добывать мясо, чтобы прокормить твоих старших братьев.
Четвертый воодушевился:
— Правда можно?
— Конечно.
Пусть Ся Чу и понятия не имел, откуда у кроличьего духа взялись столь наполеоновские замашки — охотиться на тигров, — но как отец он старался уважать желания каждого из своих малышей. Раз уж он не мог обеспечить их лучшим кормом и нанять великих учителей совершенствования, то хотя бы поддержит начинания сына.
Ся Чу опустил ребенка на траву и отправился собирать ветки и листву. Четвертый тем временем пошел по следам, определяя привычные тропы зверя.
— Поблизости есть водопой, а ни одно животное не может жить без воды, — сверившись с электронной картой, подтвердил догадку сына Ся Чу. — Чтобы добраться до ручья, ему наверняка придется пройти здесь.
Крошечное личико Четвертого оставалось предельно серьезным:
— На рассвете прошел легкий дождь. Судя по свежести следов, сегодня зверь этой тропой еще не ходил.
Ся Чу тоже вошел в раж:
— Получается, мы устроим тут засаду и подождем, пока тигр сам придет к нам в лапы?
Четвертый поджал губки, сдерживая победную улыбку, но в его голосе все равно проскользнула гордость:
— Именно.
— Подожди… А откуда ты знаешь, что на рассвете шел дождь? — вдруг спохватился Ся Чу.
Малыш промолчал.
До Ся Чу быстро дошло:
— Так вот почему за ночь так резко подскочили баллы!
Чмок! Ся Чу сгреб марионетку в охапку и смачно поцеловал в макушку:
— Умница ты мой!
Стерпев неожиданную нежность, Четвертый молча отступил на пару шажков в сторону, увеличивая дистанцию. Пренебрежение на его мордашке читалось более чем отчетливо.
Вдвоем они вырыли квадратную яму, замаскировали ее сухой травой, ветками и листьями, а на дно уложили змеиные костяные шипы, слегка смазанные ядом. Закончив приготовления, заговорщики юркнули в густой кустарник.
Яд был слабым — в конце концов, Четвертый вовсе не собирался убивать хищника ловушкой. Ему нужен был шанс сойтись с тигром в рукопашной схватке и закалить боевой дух в реальном бою.
Первые полчаса ожидания Ся Чу еще пылал азартом, предвкушая великий переворот, в котором кролик полакомится тигром. Но вскоре от скуки он принялся зевать во весь рот. Спустя еще тридцать минут парень незаметно для себя уткнулся носом в землю и сладко задремал.
Четвертый посмотрел на него с нежной обреченностью. Малыш тихо нарвал широких листьев и заботливо укрыл отца, чтобы тот не простудился на сырой земле.
* * *
Ся Чу сладко проспал весь тихий час.
А когда открыл глаза, первое, что он увидел рядом с собой, была… оторванная лапа.
Лапа?!
Сон как рукой сняло.
Конечность была покрыта желтой шерстью, а на подушечке красовался тот самый огромный кошачий отпечаток.
Ся Чу испуганно повернулся к сыну. Четвертый сидел неподалеку в глубокой депрессии, надутый и мрачный, однако никаких ранений на его теле не было.
— А тигр где? — осторожно спросил отец.
Малыш угрюмо буркнул:
— Сбежал.
Настоящей битвы так и не вышло. Напоровшись на отравленный шип, зверь лишь раз полоснул когтями в ответ. Осознав, что противник ему не по зубам, полосатый хищник просто отгрыз собственную отравленную лапу и, хромая на трех конечностях, дал стрекача.
Поскольку драка закончилась мгновенно и почти без шума, Ся Чу даже не проснулся.
— Ничего страшного, завтра еще раз попробуем, — утешил его парень.
Взглянув на небо, Ся Чу понял, что дело к вечеру. Нужно было спешить в замок, чтобы сдать квест, а затем возвращаться к палатке и готовить ужин остальным трем голодным ртам.
Четвертый лишь тяжело и беззвучно вздохнул.
* * *
Возле Бумажного NPC Ся Чу нос к носу столкнулся с Янь Шицином.
Имея на счету ту же сотню очков, маршал мог крутить рулетку целых три раза, тогда как Ся Чу из-за постоянных штрафных коэффициентов не мог позволить себе даже одну попытку.
Глядя на автомат голодными глазами, но не имея возможности сыграть самому, Ся Чу принялся подбивать мужчину:
— Господин Янь, попробуйте!
Янь Шицин, абсолютно равнодушный к подобным лотереям, окинул его задумчивым взглядом:
— Тебе это так интересно?
Ся Чу умоляюще закивал.
Встретившись с этим полным надежды взором, Янь Шицин рассудил, что от пары попыток хуже не будет.
Ся Чу тут же обрадованно прилип к нему сбоку, не переставая бубнить:
— На самом деле эта система жутко скупая. Там почти всегда выпадает всякий мусор вроде «Благодарим за покупку»…
Договорить он не успел — Янь Шицин небрежно нажал на кнопку.
— Ну что там, что выпало? — Ся Чу с горящими глазами вытянул шею. — «Спасибо за участие» или «Не унывайте»?
Янь Шицин опустил глаза. В пылу азарта юноша напрочь забыл о личных границах: тонкие белые ладони вцепились в его рукав, а пушистая макушка мельтешила прямо перед носом. На миг маршалу даже почудился тонкий, едва уловимый аромат топленого молока.
«Вот оно какое — молоко на губах не обсохло?»
Янь Шицин скрыто усмехнулся.
Ся Чу, совершенно не замечая, насколько интимно они стоят, жаждал увидеть результат.
Янь Шицин не стал жадничать и просто развернул к нему экран.
Там золотом сияла карточка высшей редкости:
[Карта роскошного проживания: дает право на одну ночь в апартаментах класса люкс]
[Вы настоящий счастливчик!]
Ся Чу: «…»
Янь Шицин с искренним интересом приподнял бровь:
— Так что ты там говорил про скупую систему?
Ся Чу: «…»
Эта треклятая система явно издевается над ним лично!