Спустя два дня Янь Шицин вместе с малышами отправился в Бюро народонаселения, чтобы оформить документы.
В окне Управления по контролю населения сотрудник вручную вывела из виртуального экрана анкету и суховато спросила:
— Пришли оформить первичную регистрацию?
Янь Шицин коротко кивнул.
В просторном холле царила тишина — посетителей почти не было. По правде говоря, с подобными задачами легко справился бы и обычный искусственный интеллект. Однако в межзвёздную эпоху избыток человеческих ресурсов стал настоящей проблемой, и правительству приходилось буквально из пальца высосывать сотни мелких должностей, лишь бы пристроить простаивающих без дела граждан. Зарплата здесь выходила скромной, едва хватало на пропитание, но желающих ухватиться за эту соломинку всё равно было хоть отбавляй.
— Имя, возраст, — вымолвила девушка, не поднимая головы.
Обычно анкетные данные сообщали родители, но у Янь Шицина росли непростые ребятишки. Заметив, с каким нетерпением и любопытством детвора взирает на стеклянную перегородку, он с улыбкой слегка подтолкнул Старшенького в спину:
— Ну давай, сам.
Первый малыш тут же с готовностью водрузил пухлые ладошки на стекло.
Покрутив головой по сторонам, он бойко произнёс:
— Ся Дун. Три года!
Редко кто из двух-трёхлетних крох умел выражаться настолько чётко.
Сотрудница невольно подняла взгляд и, увидав выставленные перед ней три пухлых детских пальчика, мило улыбнулась:
— Какой умница.
А Старшенький только того и ждал! Он тут же подпёр щёчки кулачками и сладко улыбнулся, продемонстрировав прелестные ямочки.
«Божечки, какая прелесть!» — умилённо подумала регистраторша.
Но в следующий миг в её душе зародилась жалость.
На планете Имперская столица каждый год регистрировали тысячи малышей, однако большинство из них просто переводили с других планет вслед за родителями. Этому же мальчугану оформляли удостоверение личности с нуля.
Значит, за все три года жизни у него даже прописки не было!
«Ну что за безалаберные родители?»
Девушка внутренне поморщилась, проникнувшись глубокой антипатией к неизвестным предкам ребёнка. Не подавая виду, она адресовала следующий вопрос мужчине, стоявшему за спиной мальчика.
Тот высился в длинном чёрном плаще с поднятым воротником, полностью скрывавшим кадык. На лице красовались тёмные очки, а на голове — глубокая шляпа. Защищён наглухо, не разглядишь.
«Небось сам понимает, что стыдно людям в глаза смотреть?» — злорадно подумала сотрудница.
— Точная дата рождения ребёнка?
Янь Шицин на мгновение опешил.
Вот этого он действительно не знал.
Но если прикинуть в уме... Разве не на рубеже зимы и весны следующего года?
— Кажется, в марте, — нерешительно протянул он.
— Не-а, всё не так! Папочка совсем глупенький! Наш день рождения — тринадцатого июня, — вздохнул Первый малыш, заложил ручки за спину и по-стариковски покачал головой.
Янь Шицин обомлел.
Первой мыслью было выдать: «Почему так рано?!»
Их роковая ночь с Ся Чу произошла в середине мая. Если отсчитать стандартные десять месяцев беременности, то роды выпадали как раз на март. К счастью, вовремя сработала память: его сыновья — не совсем обычные люди, а самые настоящие демоны-кролики.
Сколько там длится беременность у крольчих?
Ах да, ровно месяц.
Янь Шицин молча проглотил готовые сорваться слова.
Он и не подозревал, что эта пауза в глазах регистратора выглядела как чистосердечное признание в собственной вине.
Разве нормальный отец может не знать, когда родился его собственный ребёнок?!
Презрение к незнакомцу в чёрном мгновенно выросло вдвое. Сотрудница с раздражением вывела оставшиеся пункты анкеты на внешний сенсорный экран перед клиентом — пусть забивает данные сам.
В её обязанности входила лишь первичная сборка сведений, а проверку права на регистрацию проводила уже инспекция. Впрочем, эту часть Янь Шицин уладил заранее через нужные каналы, так что визит сюда являлся простой формальностью.
Не придавая значения недовольству девушки, он принялся заносить данные, а при возникновении вопросов обращался к четырём малышам.
Мальчики оказались невероятно сообразительными, да и под боком находился толковый Четвёртый малыш, так что большинство граф заполнили быстро. Лишь по поводу пары пунктов возникли сомнения, и Янь Шицину пришлось списаться с Ся Чу.
Тем временем регистраторша вовсю строчила в рабочий чат подружек:
«Девочки, я в шоке! Откуда берутся такие ублюдки? Мало того что пацану три года прописку не делал, так ещё и дату рождения не знает!»
«Судя по разговору, этот козёл вообще три года с ребёнком не общался, мать всё сама тянула!»
«Чёрт, да он даже алименты не платил! Меня аж колотит от злости!»
Коллега, сачкующая на рабочей смене: «Нифига себе! В наше-то время? Есть же Закон об опеке! Матери достаточно нанять толкового адвоката, чтобы содрать с этого гада три шкуры!»
Подружка 2: «Да небось опять какая-нибудь шишка со связями?»
Подружка 3: «Обычный мужик бы не рискнул. Это всё богатеи, у них вечно сплошная грязь!»
Несколько лет назад среди аристократии вошло в моду наплодить внебрачных детей, а потом, когда надоест, выкинуть их на какую-нибудь заброшенную планету — выплывай как хочешь. Скандал вырос до таких масштабов, что Империи под давлением общественности пришлось принять жесткий Закон об опеке, налагающий суровую ответственность на родителей.
Штрафы там были драконовские. Если вскроется, что какой-то подонок уклонялся от содержания сразу четырёх детей, он влетит как минимум на пару миллионов.
«Пусть заплатят до последнего кредита, так им и надо!» — злорадно думала регистраторша.
К тому моменту Янь Шицин вместе с малышами закончил забивать анкету.
Сотрудница пробежала глазами по строчкам — всё на месте — и сухо произнесла:
— Ожидайте. В течение трёх рабочих дней к вам приедет инспектор для проверки данных.
Янь Шицин вежливо наклонил голову:
— Благодарю за помощь.
Стоило им зайти за дверь, как девушка тут же развернула бланк. При клиенте разглядывать было неловко, но теперь скрывать любопытство не имело смысла. Она пролистала сразу к графе «Сведения о родителях».
И в то же мгновение над её головой словно прогремел гром среди ясного неба.
Как раз в этот момент в чате всплыл вопрос от коллежской братии:
«Слушай, а кто этот бессмертный козёл-то? Чьих будет?»
Пальцы регистратора дрожали, пока она выбивала буквы:
«Это Янь Шицин... Это сам Янь Шицин!!»
Чат погрузился в мёртвую тишину.
«Э-э-э... Маршал Янь — это который бросил, или которого бросили?»
Регистраторша с горечью отстукала:
«Дура! Он Альфа! Как он, по-твоему, родить-то мог?!»
Значит... бросил именно он?!
Сердца фанаток разбились вдребезги.
Из десяти жителей Империи девять с половиной считались фанатами Янь Шицина. А если брать чисто женскую аудиторию, показатель возрастал ещё сильнее: там обожанием пылали абсолютно все.
И вот — кумир рухнул с пьедестала.
«Даже не знаю, от чего мне больно сильнее: от того, что у него есть дети (причём сразу трёхлетки!), или от того, что этот миллиардер зажал копейку на алименты!»
Подружка 2 убивалась: «Боже, а кто же эта несчастная мать?!»
Регистраторша: «Без понятия».
Подружка 3: «Недоговоренный сплетник хуже предателя!»
Регистраторша: «Да правда не знаю! Графа с Омегой заблокирована! Вообще-то личные данные Янь Шицина должны проходить по секретным каналам, обычным сотрудникам туда доступа нет. Я без понятия, какого чёрта он припёрся в общее окно... Чёрт, меня теперь не арестуют за разглашение гостайны?!»
* * *
Стоило Янь Шицину выйти из Управления по контролю населения, как на коммуникатор прилетело сообщение от сослуживца:
«Ладно ты прописку оформляешь, но почему пошёл через общее окно, а не через закрытый канал?»
Янь Шицин изогнул бровь и набрал ответ:
«А я и не собирался ничего скрывать».
С чего бы сыновьям Янь Шицина прятаться по углам?
«Ого! А не боишься, что к мальчишкам привлекут лишнее внимание?»
Янь Шицин опустил взгляд на малышей.
Те, предвкушая получение настоящих документов и скорый поход в детский сад, радостно щебетали вокруг его ног, словно только что вылупившиеся жёлторотые цыплята.
Губы генерала тронула тёплая улыбка, и он совершенно объективно отписал:
«Тебе не понять. Мои сыновья не просто удручающе умны и милы — у них ещё и выдающаяся внешность, а уж талантов... Такое сокровище в укрытии не утаишь. Даже без моей славы они обречены быть в центре внимания».
Сослуживец: «... Чёрт».
«Кто бы мог подумать, что ты превратишься в настолько повернутого папашу?»
«Ха-ха, ладно. Когда покажешь наследников? Дай хоть старым друзьям взглянуть на чудо-чудное».
Янь Шицин: «Как-нибудь потом».
Янь Шицин: «Чем тратить время на посиделки с вами, я лучше отвезу жену и детей на горячие источники».
Сослуживец: «=＿=»
Ну и скотина же ты.
Подумаешь, и жена у него, и дети! Великое достижение, ха!
Хотя... вообще-то правда великое.
Ещё в прошлом году на вечеринке их обоих шутливо называли завидными женихами. Они были одного возраста и положения. И что теперь? Прошло пару месяцев, а у Янь Шицина уже и Омега под боком, и четверо сыновей!
Даже если прямо сейчас побежать искать любовь, всё равно не догнать: сыновьям Янь Шицина уже по три года, так что любые его будущие дети гарантированно будут звать их «старшими братьями»!
* * *
Закончив переписку, Янь Шицин задумался, погладил малышей по головкам и спросил:
— Как насчёт того, чтобы завтра всей семьёй отправиться на термальные источники?
Мальчики переглянулись. В силу возраста они понятия не имели, что такое «горячие источники».
— А папа поедет? — подал голос Первый малыш.
— Поедет.
— А дедушка дворецкий? А тётушка с кухни? А дядя садовник?..
Прежде чем ребёнок успел загнуть все пальцы, Янь Шицин рассмеялся и великодушно подхватил:
— Поедут! Абсолютно все.
Первый малыш радостно забил в ладоши:
— Ура-а-а! Тогда едем купаться!
Для них не имело значения, куда именно отправляться, пока вся семья собиралась вместе.
Когда они вернулись домой, Ся Чу развлекался в гостиной.
В присутствии детей он стеснялся соперничать за игрушки, поэтому, воспользовавшись отсутствием домочадцев, незаметно обратился в пушистого кролика и вовсю резвился на игровом комплексе.
Впрочем, лишь попробовав конструкцию в деле, Ся Чу осознал всю её сложность. Некоторые участки развивающей горки требовали недюжинной ловкости и невероятного чувства равновесия.
«М-да-а... Вот она, жизнь богачей. Даже обычные игрушки спроектированы так, чтобы стимулировать развитие детского мозга».
Раздался электронный писк дверного замка. Длинные ушки Ся Чу вздрогнули; он мгновенно спрыгнул с беговой дорожки и за долю секунды вернул себе человеческий облик.
К моменту, когда Янь Шицин переступил порог, Ся Чу уже чинно восседал на диване с книгой в руках, изящно и неспешно переворачивая страницу:
— Вернулись?
Вид у него был невероятно сдержанный и исполненный горделивого изящества.
— Угу, — Янь Шицин скользнул взглядом по кроличьему городку, но виду не подал. — Поедешь завтра со мной за город?
Ся Чу замер, и сердце его пропустило удар.
Это что... Янь Шицин зовёт его на настоящее свидание?!
Он никогда в жизни ни с кем толком не встречался, поэтому в глубине души вспыхнуло робкое предвкушение. Однако внешне юноша сохранил невозмутимость, лишь с лёгким вздохом уточнив:
— А как же малыши?
Янь Шицин решил, будто тот переживает, кто будет присматривать за детворой во время поездки. Действительно, уследить за четырьмя гиперактивными крольчатами на отдыхе — задача не из лёгких.
Смягчившись в улыбке, маршал успокоил его:
— Оставим на дворецкого.
Старый Баес с готовностью наклонил голову:
— Вы абсолютно правы, господин Ся. Смело положитесь на меня, я за ними присмотрю.
Ся Чу хлопнул ресницами, пытаясь подавить нахлынувший восторг. Сделав вид, будто уступает после долгих уговариваний, он кивнул:
— Ну... ладно.
«Первое свидание вдвоём! Божечки, как же здорово!»