Чпок, чпок, чпок, чпок — один за другим сочные бутоны лопались с едва слышным тихим хлопком.
Стоило Третьему малышу шевельнуться, как на росших вокруг кактусах синхронно распустились крошечные соцветия.
Нежно-жёлтые лепестки трепетали на раскалённом ветру. Казалось, сквозь их венчики пробивалась сама жизнь, скрытая глубоко под толщей знойных песков.
Ся Чу долго смотрел на эту картину словно заворожённый.
Душа, иссушенная бесплодной пустыней, в этот миг обрела долгожданный покой. Жестокость и красота — две стороны одной медали, коими природа наделяет всё вокруг; они существуют непрестанно, и разница лишь в том, способны ли мы их разглядеть.
[В любые времена и в любой обстановке цветы радуют глаз.]
[Какая красота! Моя душа исцелена~]
[Я только сейчас узнал, что кактусы вообще цветут!]
Опомнившись от комментариев на экране, Ся Чу с искренней признательностью произнёс:
— На этот раз снова спасибо вам: если бы не ваши подсказки, я бы и не вспомнил, что Третий малыш рядом.
Зрители замерли. Как сказать ему, что «sz» в чате означало вовсе не «Третьего малыша», а банальную «верёвку»?
[Кхм-кхм, да не за что! Мы и сами не заметили, как встали на путь Шерлока Холмса.]
Остальные зрители в чате вошли в ступор: «Что за бесстыдство?!»
Впрочем... им это нравилось!
Ся Чу окончательно попался на удочку и с уважением кивнул:
— Понятно. Вы и впрямь невероятны.
[Да брось, пустяки!]
[Служим народу, так сказать!]
[Ерунда, дело житейское!]
Ся Чу изогнул бровь, недоумевая — с чего бы этим людям вести себя так странно?
* * *
Свист стрелы — и очередное тело пробито насквозь.
Янь Шицин соскочил вниз и подобрал выпавшую из поверженного участника добычу.
Чжао Цянь задумчиво потёрла подбородок. Лишь глядя на гору трофеев, она начала постепенно осознавать суть происходящего.
— Так вот почему ты с самого начала говорил, что эта бойня неизбежна, — вздохнула она. — Не думала, что ты раскусил задумку организаторов так рано.
В прошлых раундах выбывшие игроки ничего после себя не оставляли. На этот раз всё было иначе: после ликвидации на месте гибели появлялся небольшой чёрный контейнер, в котором хранились все пожитки участника.
К этому моменту Янь Шицин успел устранить троих и забрать их трофеи.
В его распоряжении теперь имелись четыре штормовки, три вида холодного оружия и даже флакон с анестетиком.
Чжао Цянь просто дар речи потеряла: с какой стати в мире, ориентированном на холодное оружие, появляется химическая фармакология?!
Из четырёх штормовок Янь Шицин сразу отдал одну Чжао Цянь, а две другие ловко размозолил и раскроил на защитные маски — в таком снаряжении палящие лучи уже не добирались до кожи. Впрочем, для лица оставались только солнцезащитные очки, так что при долгих переходах мелких ожогов всё равно было не избежать.
Из трёх клинков он также поделился с напарницей.
Ощутив пальцами прохладную сталь, Чжао Цянь облегчённо перевела дух:
— Вот теперь мне станет куда спокойнее.
[Ди-дин! Готовится сброс второй партии припасов. Всего наборов: 50.]
[Обратный отсчёт до сброса второй партии припасов: 3:00, 2:59...]
Чжао Цянь опешила, а затем горько усмехнулась:
— Таймер увеличили.
Жестокий замысел организаторов читался без труда: раз таймер увеличился, у игроков появилось куда больше времени, чтобы выследить соперников и устроить кровавую засаду за припасы.
Впрочем, крупицу человечности шоу всё же сохранило: как только контейнер связывался с участником, содержимое переходило в его собственность, и в течение тридцати секунд никто не мог его отнять. Однако по истечении получаса выбитый из игры участник всё равно терял всё.
— Кстати, сколько времени прошло с прошлого сброса? — уточнила Чжао Цянь.
Янь Шицин опустил веки:
— Три часа.
Быстро окинув взглядом красные маркеры на карте, он бросил флакон с анестетиком на песок:
— Я беру восток, ты двигай к красной точке на юго-западе. Разделяемся.
Чжао Цянь заткнула кинжал за пояс и серьёзно кивнула:
— Поняла!
Они разошлись в разные стороны. В тот же момент системное оповещение услышал и Ся Чу.
Получив уведомление, он сперва приподнялся с песка, но тут же вальяжно откинулся назад, прикрыв глаза тыльной стороной ладони, и лениво протянул:
— Эх, что же делать... С этими кактусами мне даже лень идти за припасами.
Он расположился прямо в тени, отбрасываемой верблюдом — Старшеньким. Огромная туша животного давала достаточно прохлады, чтобы можно было с комфортом подремать. А если во сне одолеет жажда или голод — рядом сидит Третий малыш, готовый тут же угостить свежим кактусовым плодом.
Ся Чу с ленивой нежностью спросил:
— Малыш, а выращивать плоды — это не слишком утомительно?
— Да вроде нет, — покрутил головой Третий.
Малыш ощущал, что с каждым созревшим плодом теряет капельку влаги, но развитая корневая система мгновенно восполняла потери из глубин песка. К тому же, если он устанет, другие кактусы подхватят эстафету.
Ся Чу сладостно вздохнул:
— Тогда никуда не пойду.
Верблюд — Старшенький — заворчал и приоткрыл пасть:
— Я тоже хочу фрукт.
Воссоединившись с группой, Старшенький выяснил, что едва не сгинул в зыбучих песках именно из-за козней Третьего брата. Впрочем, сам он был виноват не меньше — первым посягнул на кактусы.
Первый малыш уже извинился перед растениями. Главное же заключалось в том, что большая часть проглоченных стеблей всё ещё покоилась в его желудке непереваренной. Старшенький просто отрыгнул стебли обратно и бережно высадил их в сухой песок.
Так, при наличии времени, кактусы могли полностью восстановиться, и вражда улетучилась сама собой.
Третий малыш, ворча, засунул брату в пасть плод и недовольно пробурчал:
— Ты же верблюд, не испытываешь ни голода, ни жажды. Зачем тебе столько жрать?
Старшенький нравоучительно посмотрел на него со всей важностью старшего:
— Попрошу без наглостей! Из-за тебя я чудом не отправился на тот свет. Неужто в твоей душе нет ни капли стыда и угрызений совести? Я лишь даю тебе шанс загладить вину и избавиться от этого тяжкого груза!
Третий малыш лишился слов. Никаких угрызений совести он не чувствовал — напротив, ему безумно хотелось съездить по этой наглой морде.
Жаль только, что кактусу не тягаться силой с огромным верблюдом.
Убедившись, что опасность миновала, Ся Чу вызвал Бумажного человека. Правда, едва тот появился, юноша горько пожалел лишь об одном — почему он не сделал этого раньше!
Сущность Бумажного человека являлась призраком, а тело привидения всегда источает ледяную загробную стужу.
В условиях раскалённой пустыни это был не просто спутник, а самый настоящий ходячий кондиционер!
Ся Чу с блаженным стоном прижался к нему, впитывая спасительный холод:
— Знай я раньше, ни за что бы не сгорел на солнце...
Старшенький тоже всей своей тушей пытался подползти ближе:
— Сяо Чжи, ну давай пообнимаемся!
Бумажный человек совершенно бесстрастно отстранил свою голову — мохнатая верблюжья морда вызывала лишь жуткую щекотку.
Третий малыш из своей тьмы с завистью прислушивался к их разговорам. Впрочем, обнимашки ему были ни к чему: кактусу зной нипочём ╮(╯╰)╭.
[А-а-а, на канале Ся-Ся, как всегда, тишь да гладь!]
[Точно-точно! Пока на остальных локациях идёт кровавая баня, у Ся-Ся царит абсолютная идиллия.]
[Сыт, при кондиционере, без жажды, да ещё и в теньке... Кто после этого осмелится назвать Ся Чу невезухой?!]
Как показала практика, некоторые флаги лучше не поднимать.
Стоило зрителю отправить этот комментарий, как в небе показалась синяя точка, стремительно летящая прямо на голову Ся Чу.
В то же мгновение со всех сторон раздался дробный гул приближающихся шагов.
Ся Чу обомлел.
Он заворожённо уставился в небо, не в силах поверить своим глазам:
— Да ладно?! Я же специально отказаться решил, откуда такая невезуха?
Синий контейнер становился всё крупнее, не оставляя ни единого шанса на самообман.
Ся Чу с горечью развернул карту и наконец осознал весь масштаб бедствия: он мог сколько угодно избегать драки за припасы, но место, где он решил прилечь, оказалось точкой сброса.
И не просто точкой, а самым эпицентром!
В радиусе одного километра находилось сразу три контейнера!
Лицо Ся Чу перекосило от отчаяния:
— На такую огромную карту всего пятьдесят наборов! Разве это справедливо?!
[Очевидно, что нет. Но с учётом твоей уникальной ауры неудачника, мне кажется, это более чем закономерно!]
Ся Чу даже без радарных систем понимал: скопление сразу трёх контейнеров неизбежно притянет сюда орды участников. Однако самый сильный боец — Четвёртый малыш — где-то бродит, способный постоять за себя Третий превратился в неподвижный кактус, а гигантский верблюд Старшенький годится разве что для красоты...
Бежать, пока целы!
Да вот беда — Третий малыш всё ещё здесь.
— Малыш, а с тобой как быть? — Ся Чу едва не плакал от досады.
Кто же знал, что Третий сработает куда оперативнее! Он мгновенно упаковал свои основные корешки и велел собратьям сделать то же самое.
Сняв с себя обязательства, Третий малыш торжественно вручил свои стебли Старшенькому:
— Братец, вверяю себя тебе!
От этого «братец» сердце верблюда растаяло. Он гулко ударил себя в грудь:
— Не изводься, я доставлю вас в самое безопасное место!
С этими словами он велел Ся Чу вскарабкаться на горб, сгреб в пасть охапку кактусов и припустил во весь опор, только песок из-под копыт полетел.
Кактусы: O_o;
Зажатые в верблюжьей пасти вперемешку с Третьим, они ощутили, как земля и небо закружились в безумном плясе.
— Вождь, твой брат действительно надёжный малый...
— Но не мог бы он выбрать другой способ транспортировки?!
— Нас сейчас вырвет, а-а-а-а!
Третий малыш промолчал. Он панически боялся разинуть рот — иначе его тоже с гарантией вывернет наизнанку.
* * *
Всего в нескольких сотнях метров от них Янь Шицин наконец добрался до нужной зоны.
Ему улыбнулась удача: в шаговой доступности находилось сразу три контейнера с припасами.
Впрочем, краем глаза он уловил какое-то мелькание — мимо только что пронеслось нечто странное.
Жёлто-бурое, мохнатое.
«Неважно», — решил он, зарываясь в песок и переключая всё внимание на окружение. Сейчас главное — добыча.
Он выкопал яму, полностью погрузил тело в сухой песок, оставив снаружи только голову под импровизированным маскировочным навесом из редких кустов.
Приготовив лук и стрелы, генерал замер в ожидании жертв.
И даже не подозревал, с кем именно разминулся секунду назад.
С боевой мощью Янь Шицина у соперников не оставалось ни единого шанса пробиться к контейнерам. Первый припас он забрал без помех, второй отбил, ликвидировав отряд конкурентов.
С третьим контейнером он поступил по проверенной схеме: не стал подбирать сразу, а превратил в приманку для охотников за наживой.
Вот только...
Чуть снова не пристрелил собственного союзника.
Богатырь едва ли не лишился чувств от страха, его прошиб холодный пот, а язык заплетался:
— М-маршал... Это... это вы?!
Они же в одной команде! А стрела только что прошмыгнула в миллиметре от его виска!!
Янь Шицин бесстрастно ответил:
— Оу, прости. Я в солнцезащитных очках, плохо видно.
Богатырь едва сдержал всхлип.
* * *
Некоторое время спустя Старшенький наконец опустил кактусы на землю.
Кактусы отличались поразительной живучестью: обхватив свои корешки, они быстро присмотрели уголки по душе и принялись укореняться. Впрочем, из-за безумной скачки растения жутко укачало, и их тошнило без остановки.
Ся Чу вытащил пустой контейнер и подставил его под стебли.
Они извергали горьковатый сок.
Пусть на вкус жидкость отдавала терпкостью, в условиях пустыни это был неоценимый источник воды.
Вот только мысль о том, откуда этот сок взялся...
Ся Чу с мрачным видом подумал: «Запасти-то я запасу, но пить стану только под страхом смерти».
— Бе-е-е...
Третий малыш заполнил контейнер до самых краёв.
Жёлтые цветки на его макушке выглядели совсем увядшими. Остальные кактусы пребывали в полной прострации, но Третий всей своей ленивой душой мог поклясться: старший брат сделал это нарочно!
Утерев рот, он гневно уставился на верблюда:
— Ты просто решил отомстить! Это личные счёты, точно тебе говорю!
Старшенький напевал мотивчик, пребывая в превосходном расположении духа. Впрочем, раз прямых доказательств не было, сознаваться он не собирался:
— Нечего возводить на меня напраслину, ничего подобного!
Третий малыш фыркнул:
— Ха! А клятву принести слабо?
Старшенький гордо вскинул голову:
— Да проще простого! Если я соврал, пусть у папы завтра утром всё лицо покроется прыщами!
Ся Чу обомлел:
— При чём тут, чёрт возьми, моё лицо?!
[Старшенький: «Папа не порол меня уже целых три дня!»]
[Держи ремень! Я за то, чтобы всыпать ремня заразу (ибо я фанат Четвёртого малыша).]
[Детство без отцовского ремня — не детство! Тоже поддерживаю (ибо я фанат Третьего малыша).]
[Не высечешь дитя — вырастет отброс (подстрекательская мина) (ибо я фанат Второго малыша).]
[Давайте скорее, я уже сгораю от нетерпения увидеть, как он заголосит во весь голос! (ибо я фанат Бумажного человека).]
[Ничего страшного! Получит по шапке, побежит жаловаться крёстному, а тот его утешит и подгонит какой-нибудь подарок. Идеальная схема! (Да-да, я фанат Янь Шицина).]
[Я давно понял: только у Маршала Яня фанаты вечно подставляют своего кумира ╮(╯╰)╭.]