Ся Чу держал в руках герметично закрытый бамбуковый тубус с ядом. Подойдя к Янь Шицину, он остановился.
Янь Шицин сидел на толстом суку, устремив взгляд к горизонту. Услышав шорох, он не стал опускать голову, лишь губы его тронула едва заметная улыбка:
— Посидишь со мной?
Ся Чу тихо откликнулся:
— Давай.
Янь Шицин протянул сверху руку, открыв ладонь. Ся Чу на мгновение замешкался, но тут же вложил свою ладонь в его пальцы. Оттолкнувшись ногами от ствола, он легко взобрался на ветку.
— Выносливость у тебя заметно выросла, — опустив взгляд, с улыбкой заметил Янь Шицин.
Месяц назад, во время первого испытания, Ся Чу ни за что бы не справился с таким подъёмом.
Они устроились плечом к плечу.
Лишь оказавшись наверху, Ся Чу понял, почему тот выбрал именно это место.
Весь тропический дождевой лес был усеян деревьями и бамбуком, а зелёные лианы, обвивая гигантские стволы, образовывали непроницаемый зелёный барьер. Но прямо перед ними в этой непроницаемой чаще образуется естественный прогал.
Без буйной зелени горизонт мгновенно распахнулся. Мягкий янтарный свет заходящего солнца пробивался сквозь бамбуковые стебли, золотясь на глади затерянного внизу водоёма.
Янь Шицин, Ся Чу и четверо малышей в полном молчании следили за тем, как вечернее солнце медленно уходит за горизонт.
«Пусть не сказано ни слова, но даже со спины видно, насколько они счастливы...»
«Такое тёплое чувство, но почему-то у меня слёзы наворачиваются...»
Чем прекраснее мгновения встречи, тем горше предстоящее расставание.
Когда последние лучи солнца утонули в темноте, Ся Чу молча сжал в руке бамбуковый тубус.
Тихий щелчок — и крышка поддалась под большим пальцем. Внутри плавала тонкая веточка с острым шипом, способным без труда пробить кожу.
— Сяо Чу...
Янь Шицин крутил в пальцах кинжал, серебристые лезвия которого порхали в сумерках, точно стальные мотыльки.
Он посмотрел на юношу с бесконечной, едва уловимой нежностью:
— Остались только мы.
Ся Чу прекрасно понял подтекст и спокойно кивнул:
— А у шоу должен быть победитель.
Янь Шицин на мгновение замолк, а затем произнёс:
— Что бы ни случилось, я буду любить тебя так же.
Ся Чу взглянул на него с глубоким, серьёзным чувством:
— И я тебя.
«По-подождите?! Это что, признание перед битвой?!»
«Я думала, они хотя бы поуступают друг другу место?!»
«Давай, драка! Обожаю, когда парочки устраивают разборки!»
Зрители замерли у экранов в немом шоке.
За исключением пары-тройки любителей хаоса, большинство искренне переживало за Ся Чу.
С его-то хрупким телосложением — разве продержится он против Маршала Яня хотя бы раунд? Даже при поддержке малышей: Янь Шицин ведь теперь знает о ядовитых змеях и не даст застать себя врасплох. А без эффекта неожиданности смогут ли детёныши одолеть такого противника одним лишь ядом?
Как раз в этот момент Старшенький озабоченно перевёл взгляд с одного на другого и тяжело вздохнул:
— Папочка или папа... За кого же мне заступиться?
Второй малыш тоже удручённо вздохнул:
— Ужасный выбор, так сложно...
Янь Шицин и Ся Чу лишь переглянулись. Хотя малыши пытались шептаться, на таком расстоянии не услышать их было невозможно.
Ся Чу вздохнул:
— Чтобы не мучить детей выбором, давай закончим всё побыстрее.
Янь Шицин кивнул:
— Согласен.
«Вот чёрт, Янь Шицин, совсем совесть потерял! Обижать собственного супруга на дуэли... Да ты до конца дней вдовствовать будешь... Э-э-э?!»
Зрители вытаращились на экраны.
Напряжение достигло предела, и все были абсолютно уверены, что сейчас вспыхнет жестокая схватка.
Однако Янь Шицин просто сжал правую руку Ся Чу и его же пальцами направил остриё кинжала себе прямо в сердце.
В то же самое мгновение Ся Чу полоснул себе по сонной артерии пропитанной ядом веточкой.
Оба одновременно вытаращили глаза от изумления.
С вытекающей кровью из груди уходило тепло. Ощущая, как угасает жизненная сила, Янь Шицин на секунду опешил, а затем невольно хохотнул:
— Надо же... Ты подумал о том же, о чём и я.
Едва прозвучали эти слова, оба одновременно рассыпались ослепительной белой вспышкой и исчезли.
«...»
«Простите нас! Это мы испорчены и подумали не о том QAQ»
[Фиксация исчезновения жизненных показателей. Этап завершён.]
[Расчёт итогового рейтинга: время выживания участника Ся Чу — 178 часов 42 минуты 53 секунды, занятое место...]
Голос системы неожиданно запнулся.
Судя по начальному звуку, ИИ собирался присудить Ся Чу первое место. Однако фраза оборвалась на полуслове, сменившись треском помех.
Лишь спустя некоторое время система опомнилась:
[Участник Ся Чу: время выживания 178 часов 42 минуты 53 секунды. Участник Янь Шицин: время выживания 178 часов 42 минуты 53 секунды. Объявляется ничья за первое место. Позиции остальных участников смещаются на одну строчку назад.]
«Мать твою, да это же буквальное "жить и умереть в один день"!»
«Какая романтика... Никто не принёс себя в жертву ради другого, но они пожертвовали собой одновременно!»
«Хи-хи, раз уж вы так радуетесь, напомню маленькую деталь: через три дня состоится финальное испытание для малышей!»
Зрители про себя взревели: * «Да мать вашу! Дайте нам порадоваться хоть пять минут, а?!»*
Ся Чу покинул виртуальный мир. Слушая мелодичный звон зачисляемых баллов, он не спешил снимать шлем, задерживаясь в меню ещё на пару минут.
Причиной тому были выскочившие системные сообщения:
[Расчёт баллов за текущий этап: 11 230 очков (4700 — ранг, 5000 — устранения, 1530 — конвертация голосов). Участнику доступны следующие варианты:]
[А. Перенести баллы на следующий этап (Примечание: магазин предметов откроется только перед началом финала).]
[Б. Конвертировать баллы в звёздные монеты по курсу 1:100 (Примечание: баллы сгорают полностью, частичный обмен недоступен).]
[В. Отложить выбор.]
Ся Чу, не колеблясь ни секунды, ткнул вариант «Б».
Эти пункты наглядно намекали на условия финальной битвы. Разумеется, сохранив баллы, можно было получить солидное преимущество на старте. Любой другой участник вцепился бы в вариант «А» или как минимум долго ломал бы голову над выбором.
Ведь впереди ждал главный финал сезона! Если обменять все очки Ся Чу, выйдет едва ли больше миллиона звёздных монет. А за победу в финале призовой фонд составлял целых пятьдесят миллионов! Плюс трёхмесячный тур по десяти главнейшим планетам Империи.
Оказавшись в шаге от такой суммы, многие решили бы рискнуть. Но Ся Чу трезво оценивал свои силы. Даже эту ничью он считал чистым везением и о чемпионском титуле никогда не грезил.
Зато миллион монет давал реальный шанс купить пусть крошечное, но собственное жильё на самой окраине планеты Имперская столица.
Сняв игровой шлем и выбравшись из капсулы, юноша первым делом вприпрыжку подскочил к Янь Шицину:
— Я могу купить дом!
Особняк семьи Янь был безупречен и роскошен, но никакой дворец не заменит собственного уголка. Тем более теперь, когда они стали встречаться. Случись между ними ссора — без своего жилья даже уйти будет некуда. Дела касались не доверия или чувств, а элементарной самостоятельности.
Янь Шицин отлично его понимал. Встретив его взгляд, он тёпло улыбнулся:
— Поздравляю. Помочь с поиском вариантов?
Ся Чу, уже собиравшийся убежать к малышам, замер на мгновение и радостно кивнул:
— Давай!
Последние сомнения в душе Янь Шицина разлетелись в прах. Если берёт в помощники, значит, разрывать отношения и съезжать прямо сейчас не собирается... наверное?
— Правда?!
— Ура-а-а!
— Папа, ты лучший!
Из коридора донеслись ликующие возгласы детворы.
Янь Шицин прислонился к дверному косяку и, скрестив руки на груди, со смешком покрутил головой.
На самом деле, съедет Ся Чу или нет — разницы мало. Если тот купит квартиру, Янь Шицин просто напросится жить к нему без всякого стыда.
* * *
Весь прошлый год Ся Чу был поглощён заботой о малышах и даже не догадывался, насколько безумной популярностью пользуется шоу. Именно поэтому он без сожалений отказался от гонки за первым местом.
Однако, отправившись оформлять документы на недвижимость, юноша наконец осознал масштаб происходящего.
Здания планеты Имперская столица отличались строгой логикой. Самый центр планеты занимал величественный архитектурный ансамбль из бело-золотых зданий — политическое сердце Империи. Все ключевые правительственные ведомства располагались именно там.
Из четырёх сторон света вокруг центра лишь на севере находились жилые кварталы. Естественно, ценник там был настолько астрономическим, что Ся Чу даже не мечтал о таком.
Зато там располагались лучшие школы и гимназии Империи. Как бы между прочим Янь Шицин упомянул, что владеет там парочкой квартир в привязанных к школам районах, так что прописка малышей решена заранее.
Остальные же секторы Первого кольца — восток, юг и запад — пестрели коммерческими небоскрёбами. И буквально на каждом фасаде, оснащённом рекламными экранами, транслировались промо-материалы выживательного шоу! Короткие видеоролики сменялись грандиозными снимками участников.
Будучи фаворитами публики, Янь Шицин и Ся Чу получили персональные плакаты.
Маршал был запечатлён на фоне непроглядной ночи: одна половина его фигуры утопала во мраке, другая озарялась языками пламени. Тяжёлый клинок в его руке отсвечивал тёмным золотом, но взгляд казался куда опаснее любого оружия. Чёрное облегающее снаряжение подчёркивало идеальную статную фигуру, испускавшую хищную ауру.
Проезжая мимо на флайкаре, Ся Чу видел под постером толпу девушек, которые без остановки фотографировались и восторженно пищали:
— Боже, какой красавец!
— Самый горячий Альфа во всей Империи!
— У меня аж ноги подкашиваются...
Промо-фотография Ся Чу производила не меньший фурор.
Режиссёры выбрали кадр из только что завершившегося этапа. Ся Чу стоял на переднем плане: белоснежная кожа, чистый взор, а мягкие волосы словно вобрали в себя золотистый свет солнца. Но за этой безупречной безобидной внешностью вырисовывались тени четырёх смертоносных змей. Каждая смотрела в свою сторону, уставившись вперёд вертикальными зрачками и лениво выставляя раздвоенные языки.
Изображение казалось настолько живым, что при взгляде на него чудилось отчётливое шипение.
Разительный контраст абсолютной невинности и смертельной опасности выглядел чертовски завораживающе.
Ся Чу разглядывал постер со смешанными чувствами.
С одной стороны, кадр получился невероятно удачным. С другой...
— Что они хотели этим сказать? — недовольно буркнул юноша. — Намёк на то, что я эдакий «красавец-змея»?
Янь Шицин лишь слегка улыбнулся про себя. Учитывая реальную силу Ся Чу, съёмочная группа едва ли вкладывала такой подтекст — скорей всего, кадр выбрали за чистую эстетику. Впрочем, когда Ся Чу подозрительно прищурился на него, Маршал честно кивнул с самым серьёзным видом:
— Они просто испугались. Ты слишком опасен и силён.