Ся Чу работал словно мощнейшая глушилка сигнала.
Зрители увидели лишь то, как Янь Шицин осторожно шагнул внутрь песчаного грота, после чего экран мгновенно потемнел — трансляции обоих участников синхронно отключились.
[Чат:?]
Не успели фанаты написать и строчки, как Янь Шицин выскочил обратно в кадр. Лицо его пылало, а уши алели от смущения и досады.
[Чат:??]
И в следующее мгновение — снова обрыв связи. Маршал вновь скрылся в недрах пещеры.
[Чат:???]
* * *
Янь Шицин изо всех сил пытался сохранить невозмутимый вид, хотя кончики его ушей горели огнём. Схватив со стола пиалу с чаем, он с непринуждённым видом отпил и со всей доступной солидностью поинтересовался:
— С чего это у тебя вдруг... уши выросли?
Как бы он ни изображал хладнокровие, Ся Чу уже отчетливо слышал его предыдущую реплику про «сон». А потому лишь прищурился и промолчал, ответив полным подозрения взглядом.
Однако чем дольше молчал Ся Чу, тем буйнее разгоралось воображение Янь Шицина. Совесть генерала нешуточно зашевелилась:
— Неужели ты, как и я в прошлом мире, подхватил какую-то неведомую хворь?
Чем больше Янь Шицин об этом думал, тем более логичным ему казалось такое объяснение. В прошлый раз сам он без всяких причин превратился в кролика, а теперь черёд Ся Чу. Вполне закономерно!
— Кроме ушей, есть ещё какие-то недомогания? — с искренней тревогой спросил он.
Ся Чу отрицательно качнул головой.
Янь Шицин насупился:
— И эти уши... появились только во второй половине дня?
— Угу.
— И ты понятия не имеешь, откуда они взялись?
— Угу.
— Ну, ничего страшного, — начал убеждать самого себя Янь Шицин, окончательно сбитый с толку собственными доводами. — Дети тоже постоянно меняют обличье. В виртуальном мире со строгой наукой вообще туговато.
Ся Чу чуть не расхохотался. Кто бы мог подумать, что его незатейливое молчание заставит Янь Шицина самостоятельно додумать всю картину и дотошно изобрести для него идеальное оправдание?
— И всё же, от греха подальше, другим участникам показаться в таком виде нельзя, — рассудительно закончил маршал. — Давай-ка я найду тебе какой-нибудь платок или тюрбан, спрячешь их.
Ся Чу мягко улыбнулся и чуть склонил голову набок. Пушистые ушки забавно качнулись в такт движению.
Янь Шицин на мгновение замер, блуждая расфокусированным взглядом по этому мягкому великолепию. Чтобы скрыть смятенье, он вновь поднёс пиалу к губам и сделал внушительный глоток.
Ся Чу и сам не понял, какая муха его укусила, но в нём вдруг проснулся дух озорства:
— А почему ты даже не допускаешь мысли, — лукаво прищурившись и сверкнув глазами, спросил он, — что я изначально и был кроликом?
— Ха... ха... ха, — сухо выдавил Янь Шицин. В его взгляде не проглядывалось ни грамма веры. — А почему бы тебе сразу не сказать, что тот кролик, которого я поймал днём, это и был ты?
Ся Чу потерял дар речи. Разум Янь Шицина сохранял непреклонную логику, вот только вела она совершенно не туда.
— Надо же, какую несусветную чушь ты сподобился выдумать, — усмехнулся генерал.
— А если... это всё правда? — не удержался Ся Чу.
Логика подсказывала, что лучше поддакнуть и закрыть тему — ведь неведение Янь Шицина было на руку всем. Но, видит бог, способность этого человека делать выводы ровно наоборот выводила из себя!
Янь Шицин фыркнул:
— Если всё это окажется правдой, я встану на голову и отбью тебе три земных поклона. Кабы мы встретились вчера, я бы ещё усомнился. Но я знаю тебя и малышей уже не первый день! Скажи на милость, разве может обычный кролик родить человеческого ребёнка?
Ся Чу окончательно сдал позиции. Оставалось лишь признать: истинно великие люди обладают поистине уникальной, ни на что не похожей логикой.
Поговорив с ним ещё немного, Янь Шицин наконец сумел отвлечься от мыслей о пушистых ушках. Но едва он перевёл дух, как Ся Чу намеренно подался вперёд. Его глаза искрились задорным блеском:
— А тебе... разве не нравятся кроличьи ушки?
Янь Шицин выпрямился словно аршин проглотил, уставившись в противоположную стену:
— Вовсе нет. Ничего подобного. Не выдумывай.
Вот только ушки находились слишком близко. Едва ли не на расстоянии вытянутой руки. Кадык на горле маршала судорожно дёрнулся. В груди сладко закололо. Изображая полную невозмутимость, он опять судорожно сжал в пальцах пиалу.
— О-о-о... — Ся Чу бросил весьма выразительный взгляд на его руки и как бы между прочим поинтересовался: — Вкусный чай?
Янь Шицин на полном серьёзе кивнул:
— Замечательный. Ароматный, бодрящий, глубокий.
Ся Чу лишь загадочно улыбнулся. Этот невесомый, исполненный подтекста взгляд вновь заставил Янь Шицина на секунду потерять ориентацию в пространстве.
Вскоре в пещеру прибежали малыши, приволокшие в зубах плотный головной платок. Янь Шицин своими глазами увидел, как Ся Чу ловко связал длинные уши узелком, спрятал их под тканью и только после этого с облегчением выскользнул наружу.
Когда Ся Чу ушёл, Янь Шицин опустил глаза на свою руку с пиалой — и замер.
Какая, к черту, заварка? Пиала была абсолютно пустой.
Уши маршала вспыхнули кумачовым цветом.
* * *
К вечеру трансляция Ся Чу и Янь Шицина наконец-то возобновилась. Однако это не оставило читателей без повода для язвительных комментариев.
[Чат: Да вы даже багуете синхронно! Хватит уже морить нас своей любовью!]
[Чат: Пламенная речь Янь Шицина перед входом в пещеру — это вообще эталонное признание в любви. Пособие для романтиков!]
[Чат: Баг-парочка, я сдаюсь. Вы официальные чемпионы.]
Хотя организаторы шоу выпустили официальный релиз, где списали сбой на «технические неполадки», прозвище «Баг-парочка» моментально ушло в народ и разлетелось по всей Межзвёздной Империи.
Со временем смысл этого прозвища слегка изменился.
Сначала фанаты просто подшучивали, но затем умельцы смонтировали нарезку их самых ярких моментов. С Янь Шицином всё было понятно: сильнейший участник сезона, боевой MVP, боевых сцен с которым хватило бы на полноценный блокбастер.
Что же касалось Ся Чу, то пусть сам он в бою проявлял себя скромно, зато четыре его малыша стали настоящими звёздами экрана — они успевали и умилять зрителей, и крушить монстров, вызывая всеобщую зависть.
По сути, присутствие этих двоих на проекте само по себе было читерством. Настоящий системный баг!
Рейтинги шоу взлетели до небес, но вместе с тем привлекли внимание тех, кто ранее относился к проекту со скепсисом.
— Тьфу! Тоже мне, нашли кого звать «Баг-парочкой»! Маршала Янь я ещё могу понять, но этот Ся Чу... Да он просто присоска! Кроме везения, у него вообще хоть какие-то достоинства есть?
Чжан Цзяци обедала в ресторанчике с подругами. Покусывая палочки в ожидании горячего хого, она наткнулась на вирусную нарезку с парочкой и не удержалась от едкого комментария.
Обычно подруги разделяли её вкусы и охотно подхватывали волну возмущения. Но не сегодня. Девушки переглянулись, виновато и слегка беспомощно улыбнувшись.
Чжан Цзяци была преданной фанаткой первого сезона «Экстремального выживания». Когда стартовал второй сезон, она глянула первую серию, сочла её скучной и бросила. Однако каждый раз, когда шоу попадало в тренды, она с удовольствием поливала его грязью, сравнивая новичков с признанными легендами прошлого года.
— Если подобное ничтожество проберется в финал, это будет плевком в лицо всей концепции выживания! — распалялась Цзяци. — О чём вообще думают продюсеры?
— Цзяци... если честно, мы все смотрим этот сезон, — наконец не выдержала одна из подруг.
Чжан Цзяци опешила. Впрочем, портить отношения из-за шоу она не хотела, а потому лишь полюбопытствовала:
— Смотрите? И за кого же вы болеете?
Девушка смущённо потёрла нос:
— За... Ся Чу. За того самого, которого ты только что ругала.
— Ага, я тоже за него! Каждый день отправляю за него голоса.
— Я сначала начала смотреть ради Янь Шицина, а потом... сама не поняла как, но вот уже две недели отдаю все свои баллы Ся Чу!
Разговор разгорелся мгновенно. Чжан Цзяци с изумлением обнаружила, что из восьми присутствующих девчонок семь регулярно смотрят проект, а пятеро — ярые фанатки Ся Чу!
— Неужели он настолько красив? — растерянно спросила Цзяци. Ей искренне не верилось, что «бесполезный» участник может собрать такую армию поклонников.
Подруги дружно замахали руками:
— Ну, красив-то он невероятно, утрёт нос любой топовой медиа-звезде. Но цепляет он совсем не внешностью!
— Я вот смотрю ради того, как он воспитывает малышей! Особенно когда детишки доводят его до белого каления, а он ничерта не может с ними сделать. Или когда он собирается их отлупить, а мелкие умильно дрожат — это же прелесть!
«Да ты просто монстр!» — мысленно ужаснулась Цзяци.
— У них в семье такая тёплая атмосфера, под их эфиры идеальная каша усваивается! Я под их стримы обедаю и ужинаю!
— А я ради шипперства! Баг-парочка — это же чистый сахар, я рыдаю от умиления!
— Да и сам он по характеру душка. Хоть он и ослепительный Омега, сам он, похоже, вообще не осознаёт своей привлекательности. Эта наивная слепота просто очаровывает!
— Вот именно! Он же отец, но абсолютно без зазрения совести прячется за спинами своих детей! Такая наглость просто поражает воображение!
— И вы хотите сказать, что это НЕ недостатки?! — поразилась Цзяци.
— Ха-ха-ха! Когда человек настолько искренне принимает свои слабости, это превращается в особое обаяние!
— Точно-точно! Я поначалу тоже его недолюбливала, а потом как-то само собой затянуло!
Девчонки рассуждали почти возвышенно. Чжан Цзяци ничего не ответила, но в душе у неё зашевелился червь сомнения: неужели этот Ся Чу действительно обладал неким гипнотическим шармом?
Вернувшись домой, она увидела свежую новость: двенадцать ветеранов, победителей прошлого сезона, вступают во второй сезон в качестве специальных гостей!
Чжан Цзяци подскочила на кровати словно ошпаренная и побежала писать восторженные комментарии в аккаунте своего любимчика из первого сезона.
Слава «Баг-парочки» гремела настолько громко, что о ней знали даже бывалые участники. В комментариях под постом фанаты уже вовсю спрашивали: «А что вы будете делать, если столкнётесь с Баг-парочкой?»
Ветеран ответил дерзко и уверенно: «Что буду делать? Покажу им, насколько суров настоящий дикий мир!»
Чжан Цзяци пришла в полный восторг от такой уверенности и накатала десяток хвалебных сообщений. Но, закончив восхищаться, она снова вспомнила слова подруг.
Помявшись, она всё же открыла архив трансляций, нашла запись с Ся Чу и с настроем «сейчас я найду, к чему придраться» начала просмотр.
Спустя полчаса.
Чжан Цзяци плакала в подушку:
— О-о-о, какие зайчики! Какая сладкая парочка! Я сейчас умру от умиления!
Классическое «от отрицания к любви».
* * *
Тем временем Ся Чу и Янь Шицин благополучно завершили этап.
Благодаря головному платку Ся Чу удалось скрыть наличие кроличьих ушей от остальных участников. Те лишь знали, что у него «внезапно обострилось странное недомогание». Впрочем, организаторы шоу славились своими безумными выдумками, так что, раз Ся Чу не желал откровений, никто не стал приставать с расспросами.
[Подведение итогов: Награда за выполнение основного квеста «Выживание в течение 7 дней» — 1000 очков...]
Слушая монотонную череду системных оповещений, Ся Чу бегло взглянул на экран и с удивлением обнаружил, что показатель его популярности взлетел до небес. Баллы зрительского голосования удвоились по сравнению с прошлым разом и практически сравнялись с рейтингом Янь Шицина.
В предыдущем туре из-за того, что он не продержался до самого конца, его позиция в общем зачёте была не слишком высокой. Но теперь этот разрыв оказался полностью ликвидирован. Он гарантированно проходил в следующий раунд.
Сняв игровой шлем, Ся Чу терять время на цифры не стал.
— Эй, а где малыши?
Он по привычке опустился на корточки, высматривая пушистые комочки. И лишь оказавшись у пола, сообразил: они ведь находятся не у него дома, а в особняке Янь Шицина.
В душе зашевелилось нехорошее предчувствие. В комнате крольчат не наблюдалось. Куда они могли запропаститься?
— Можешь спросить у дворецкого. Скорее всего, их уложили спать в детской, — на ходу пояснил Янь Шицин. Выбравшись из виртуальной капсулы, он первым делом схватил коммуникатор. — У меня тут срочное дело, нанесу один визит и сразу вернусь. Ты пока располагайся.
Человек, к которому спешил маршал, был его близким другом — выдающимся психиатром, чьё имя гремело на всю Империю. Янь Шицин договорился о встрече заранее, намереваясь воспользоваться перерывом в съёмках, чтобы показать специалисту «расщепление личности» у своих подопечных.
Ся Чу, мысли которого были целиком заняты детьми, лишь неопределённо махнул рукой:
— Ладно, давай. До встречи.
* * *
Перед погружением в игру в особняке снувала толпа слуг, однако сейчас, выйдя из комнаты, Ся Чу не встретил почти никого. А те редкие домработники, что попадались на пути, выглядели невероятно взволнованными и при виде Ся Чу боязливо отводили глаза, словно чувствуя за собой какую-то вину.
Ся Чу ничего не понял, но, поскольку это был чужой дом, промолчал и отправился дальше на поиски детей.
Наконец в дальнем крыле он обнаружил четыре знакомых пушистых комочка, только-только очнувшихся от игрового анабиоза. Сгребя крольчат в охапку, Ся Чу принёс их в свою спальню и бережно разложил на ковре.
— Папа-а-а! — тоненькими писклявыми голосками защебетали малыши, принявшись отчаянно ластиться и тереться о его руки.
Глядя на эти четыре пушистые тушки, Ся Чу смутно ощущал, что где-то кроется подвох. Но стоит ли говорить, что под напором детской ласки все его сомнения мгновенно испарились?
Он шутливо хлопнул Старшенького по мягкому заду и улыбнулся:
— Хватит подлизываться, быстренько превращайтесь обратно!
Старший малыш хихикнул и из белого кролика моментально обратился в человеческого ребёнка.
У Ся Чу дёрнулся глаз. Он упёр руки в бока и строго предупредил:
— А ну-ка убери уши!
Дети становились всё более невыносимыми! Теперь они решили дразнить его собственными кроличьими ушами?
Однако Старшенький вовсе не испугался. Напротив, он обхватил уши ладошками и невинно надул щёки:
— Я не нарочно! Они... кажется, они больше не убираются!
Ся Чу застыл. Лицо его мгновенно побледнело от испуга:
— Как это «не убираются»?! Почему?! Ты хорошо себя чувствуешь? А остальные? Вы можете превратиться?
Трое оставшихся крольчат переглянулись и одновременно приняли человеческий облик. Их человеческая форма стала куда более совершенной, а кожа буквально светилась матовой белизною — верный признак того, что их духовные силы возросли.
Вот только длинные пушистые уши на их головах красовались как ни в чём не бывало.
— Ох... — только и выдохнул Ся Чу.
От сильного испуга его собственные кроличьи ушки не выдержали и с тихим «вчпок» выскочили наружу, нервно затрепетав в воздухе.
И именно в этот момент вернувшийся Янь Шицин, предупреждённый слугами, подвёл своего друга-врача к дверям спальни. Поскольку дверь была не заперта, маршал без задней мысли потянул ручку на себя.
Услышав шум, один взрослый и четверо детей синхронно повернули головы к порогу.
Пять абсолютно одинаковых изумлённых лиц.
Пять одинаковых пар кроличьих ушей.
Янь Шицин замер на месте. На его лице не дрогнул ни один мускул.
У Ся Чу в голове промелькнула мысль: надо же, какой Янь Шицин молодец! Неужели он настолько хладнокровен потому, что уже видел его уши раньше и успел морально подготовиться?
Однако в следующую секунду Янь Шицин совершенно спокойно и вежливо кивнул:
— Прошу прощения. Кажется, я ошибся дверью.
И с каменным лицом, двигаясь словно заводной робот — одновременно правой рукой и правой ногой, — он размеренно шагнул назад за порог и прикрыл дверь.
Че-его?..
Пятеро кроликов одновременно наклонили головы набок, пребывая в полном недоумении.
«Это всё потому, что я неправильно открыл дверь. Точно вам говорю», — мысленно повторил Янь Шицин эту фразу трижды, истово сотворил короткую молитву и наконец набрался духу вновь потянуть ручку на себя.
Увы, картина внутри ничуть не изменилась.
Ся Чу всё так же стоял с длинными белыми ушами на голове, а рядом с ним расположились четверо абсолютно одинаковых малышей — с точно такими же кроличьими ушками.
В эту секунду разум Янь Шицина окончательно и бесповоротно рухнул.
Эта сцена несла в себе СЛИШКОМ много информации. Без удобной ширмы в виде «виртуального мира» ему пришлось столкнуться с суровой реальностью: кроличьи уши появились вовсе не из-за багов игры. Их источником был сам Ся Чу.
Но разве могло быть что-то страшнее осознания того, что твой возлюбленный — самый настоящий кроличий оборотень?
Оказывается, могло.
А именно:
У него, чёрт возьми, откуда ни возьмись выискалось СРАЗУ ЧЕТВЕРО СЫНОВЕЙ!