— Пап, а пап! Можно нам один оптиком? — Старшенький уставился на Ся Чу наивными, преданными глазами.
Ся Чу в этот момент как раз набирал воду для стирки. Услышав просьбу, он недоумённо поднял голову:
— С чего это вам вдруг понадобился терминал?
«Разумеется, чтобы переписываться с крёстным!»
Малыш мысленно потирал ручонки от удовольствия, но вслух выложил совсем другой предлог:
— Мы хотим почитать комментарии фанатов! Папа, ты ведь сам говорил, что нас любит куча народу? Вот нам и захотелось взглянуть, что они пишут. — Он вцепился Ся Чу в рукав и принялся едва заметно его канючить: — Мы будем пользоваться одним оптикомом на четверых! Честное слово, никаких глупостей писать не будем!
Ся Чу немного помешкал, но всё же сдался:
— Ну ладно. Позови-ка Четвёртого.
Он намеревался выдать Четвёртому строгий инструктаж, чтобы тот приглядывал за старшими братьями и не давал им молоть чушь в сети.
Старшенький тут же обиженно надулся, выронил его рукав и состряпал самую трагичную мину:
— Ты веришь только Четвёртому, а мне совсем не веришь!
— Да нет же, я вовсе не... — попытался оправдаться Ся Чу.
Но кролик уже зажал уши и возмущённо закрутил головой:
— Не слушаю, ничего не слушаю! Папа, ты применяешь двойные стандарты!
— Ладно-ладно, — сдался Ся Чу. — Через пару дней я куплю тебе терминал.
Личико Старшенького мгновенно просияло:
— Ура-а!
* * *
Заполучив долгожданный оптиком, Старшенький первым делом отправил запрос на добавление в друзья своему крёстному.
В строке приветствия он напечатал короткое: «Это твой малыш».
Янь Шицин принял заявку почти мгновенно и тут же прислал ошеломлённый знак вопроса:
«?»
Забавно перекатывая воздух из одной щёчки в другую, Старшенький принялся строчить ответ: «Ага! Мы же виделись в тот день!»
По ту сторону экрана Янь Шицин от охватившего его волнения чуть не выронил само устройство.
«Сын! Сын добавил его в контакты!»
Малыш с довольной ухмылкой набрал: «Это личный аккаунт крольчат, так что не бойся, дядя Ся ничего не узнает!»
Старшенький был просто в восторге от своей гениальной конспирации. Чтобы уж точно не выдать себя, он нарочно обозвал папу «дядей Ся».
Янь Шицин набирал ответ и тут же стирал. Снова набирал — и снова удалял... В конечном счёте он лишь тяжко вздохнул, глядя на пустую строку ввода.
Сколько себя помнил, Янь Шицин практически не пересекался с малышнёй. Даже во время семейных праздников родственные ребятишки при виде него дрожали от страха и не смели подходить за подарками. Опыта общения с маленькими детьми у него не было от слова «совсем».
В прошлый раз, когда крольчонок стянул телефон Ся Чу и черкнул пару строчек, Маршал из-за пары неловких фраз проворочился без сна всю ночь. Сынишка же, выдав реплику, быстро потерял интерес и даже не ответил на его послание. А теперь щедро осыпал сообщениями.
«Дядя, ты тут? Ты тут?»
«Дя-я-ядя, почему ты молчишь?»
Янь Шицин почувствовал, как к горлу подступает паника. Спасите...
Сын фонтанировал энтузиазмом, а он банально не знал, как себя вести. Перебрав в голове десяток вариантов и так и не придумав достойного ответа, Янь Шицин решил прибегнуть к беспроигрышному универсальному средству.
К денежному переводу.
[Вы получили денежный перевод: 2000 звёздных монет]
* * *
И так десять раз подряд.
Старшенький ахнул и в шоке прикрыл рот ладошками.
— Единицы, десятки, сотни, тысячи... Ого-о-о! За пять монет дают целую банку колы, за десять — пакет сочнейшей моркови, а за двадцать можно отхватить огромную банку леденцов...
Запутавшись в расчётах на пальцах, крольчонок окончательно опьянел от нахлынувшего счастья:
— Ура-а-а! Я теперь богач!
В этот самый миг мимо проходил Второй малыш с пакетиком молока в лапках.
Старшенький радостно поманил его к себе и прошептал:
— Второй братик, ты ведь хотел тот самый витаминизированный молочный напиток?
Второй послушно кивнул.
— Скоро ты его попробуешь! — по секрету выдал Старший.
Глазёнки Второго расширились от изумления. Он умостился рядом со старшим братом и плюшевым голосом переспросил:
— Правда? Братик, а откуда у тебя деньги?
— Крёстный дал!
Старшенький повернул экран. Увидев длинную вереницу нулей в уведомлениях о переводах, Второй крольчонок, подобно старшему брату, ощутил себя так, будто его швырнули в огромный ком сахарной ваты — голове стало легко, сладко и безумно приятно.
— Только тсс-с! Пойдём покупать тайком, чтобы папа ничего не прознал, — строго предупредил Старший.
— Что ещё нельзя знать папе?
Нежданно-негаданно над их головами раздался голос Ся Чу. Уловив лишь обрывок фразы, он подозрительно прищурился на парочку крольчат, твёрдо уверенный в том, что за его спиной замышляется нечто недоброе.
— Ничего, ничего! — Второй панически замотал головой.
А вот Старшенький продемонстрировал хладнокровие истинного мастера: он молниеносно свернул чат и абсолютно спокойным тоном отозвался:
— Мы читаем комментарии фанатов!
— Да неужели?
Ся Чу подозрительно прищурился. На экране действительно открылись официальные профили, созданные съёмочной группой для четверых малышей, с сотнями сообщений от зрителей. И всё же...
— Мне показалось, секунду назад там было что-то совсем другое?
Ся Чу и сам не был уверен, поэтому решил устроить проверку на вшивость. Второй чуть было не раскололся от страха, но Старший вовремя ущипнул его сзади за край кофтенки, пресекая любую панику на корню.
Старшенький выпрямил спину и с непоколебимой честностью в голосе заявил:
— Папа, тебе точно показалось!
— В самом деле? — Ся Чу всё ещё сомневался.
— Ага! — Старшенький подплыл ближе и уставился на него с глубочайшим сочувствием в огромных глазах. — Папа, а ты случайно не испортил себе зрение, когда по ночам тайком смотрел телевизор?
— Кха-кха-кха!
Ся Чу зашёл в вираж оглушительного кашля, скрывая мгновенно вспыхнувшее смущение.
— И потом, папа... Твою страничку тут снизу закидали руганью, — Старшенький обеспокоенно насупился. — Почему так много людей пишут, что любят нас, но при этом ненавидят тебя?
Крольчонок искренне не понимал. Для него они все были единой семьёй. Вот как Четвёртый братик: пусть он порой бывает жутко вредным и несносным, Старшенький всё равно любит его, потому что дорожит их семьёй.
Ся Чу про себя горько вздохнул. Ну да, все эти проклятия — последствия его эпичной вылазки перед выходом из виртуальной игры. Не глядя в экран, он без труда мог представить, насколько взбешены и расстроены фанаты малышей и какими последними словами костерят его имя.
— Они просто ошибаются. Им кажется, будто я бросил вас на произвол судьбы, — терпеливо разъяснил Ся Чу. — Но ради вашей безопасности и сохранения секрета вы ни в коем случае не должны раскрывать правду, даже если папу будут поливать грязью. Поняли?
— Поняли-поняли!
Ся Чу всё же решился подкрепить предупреждение весомым аргументом:
— Если вздумаете сболтнуть лишнего в сети, вас поймают и пустят на пряные тушёные кроличьи головы.
Оба крольчонка одновременно вытаращились от ужаса.
«Только не это! Пряные кроличьи головы — ни за что в жизни!»
Ся Чу со спокойной душой повернулся, чтобы уйти. Впрочем, идя по коридору, он недоумённо ломал голову: как, ну как они узнали? Он ведь специально дожидался полуночи, пока малыши сладко уснут, и лишь потом на цыпочках пробирался в гостиную к экрану!
* * *
Янь Шицин и понятия не имел, на каком волоске от разоблачения висел сынишка. Он видел лишь то, что диалог оборвался на полуслове.
«Неужели ему не понравился перевод? Или показалось слишком мало?»
Маршал с уколом тоски осознал: он абсолютно не знает собственного ребёнка. Столько времени было упущено... Он не ведал об интересах и характере сына ровным счётом ничего, кроме того мимолётного впечатления от случайной встречи. А сам малыш и вовсе воспринимал его как постороннего «дядю». Быть может, в жизни крохи уже не оставалось места для второго отца?
От этой мысли Янь Шицин потерял покой. Немедля ни секунды, он обратился за консультацией к своему самому опытному другу-отцу:
— Как наладить контакт с двух-трёхлетним ребёнком?
— Хм... Вся соль в том, в каком статусе ты выступаешь, — отозвался тот.
— О чём ты? В чём разница? — Янь Шицин искренне недоумевал.
Вместо долгих объяснений приятель сразу же вывел на его экран 5D-видеовызов.
Раньше этот офицер служил под началом Янь Шицина, но года два назад ушёл в отставку, женился на подруге детства и в первый же год обзавёлся дочкой.
Когда связь установилась, на руке бывшего сослуживца висела крошечная девчушка. Малышка с упоением цеплялась за рельефные мускулы отца, а тот с безграничной нежностью позволял дочурке карабкаться по своим мощным бицепсам, время от времени бережно раскачивая её в воздухе под заливистый детский хохот.
— К каждому ребёнку нужен свой подход, — делился опытом приятель. — Если это чадо каких-нибудь знакомых или дальних родственников, просто поиграй с ним пару дней — воспитывать-то всё равно не тебе. Если же речь о родных племянниках, заваливай их подарками и устраивай весёлые игры, это отлично сближает.
Взгляд Янь Шицина помимо воли приковался к крошечной девочке. Кадык Маршала судорожно дёрнулся, а голос неожиданно осип:
— А если... если речь идёт о собственной дочери?
— Ха, тут уж нужен метод кнута и пряника! — со смешком откликнулся друг. — Ты не смотри, что я балую её без меры. Если дочка отбучит что-то действительно серьёзное, ремня она у меня получит без поблажек.
Янь Шицин скептически изогнул бровь.
«Ну да, расскажи кому другому».
Маршалу уже выпадало счастье познакомиться с этой маленькой разбойницей. Когда этот суровый офицер служил инструктором, новобранцы у него слезами умывались! А вот когда год назад этот сухарь явился в гости с дочуркой, его физиономия расплывалась в такой блаженной улыбке, будто он только что выиграл всю галактику.
Да и во время того визита девчонка едва не разнесла весь дом Янь Шицина, а папаша даже бровью не повёл! Под конец она и вовсе описала отцу весь мундир. Маршал был уверен: ну всё, сейчас прилетит нагоняй!
Ага, как же! Друг лишь весело хохотнул, одолжил сухой комплект одежды, смыл с себя результаты аварии и с нескрываемым умилением резюмировал: «Какая жизнерадостная малышка!»
Тогда Янь Шицин был свято убеждён, что бывший подчинённый окончательно съехал с глузду.
Однако теперь, обретя собственного сына, Маршал на собственной шкуре прочувствовал эту истину. Нерастраченная отцовская нежность рвалась наружу буйным потоком, готовая захлестнуть весь мир.
«Ремень? О чём вообще речь! На руках носить надо, баловать и лелеять!»
Янь Шицин задумчиво разглядывал объёмную проекцию:
— Значит, ты обычно так с ней играешь?
— Именно, — друг в очередной раз щекотно сжал дочурку. — Знаешь что, если сомневаешься в своих силах, я скину тебе подборку книг. Как раз для начинающих папаш!
— С удовольствием послушаю.
Спустя полминуты на экране вспыхнул список рекомендуемой литературы:
[101 совет молодым папам]
[На что обратить внимание при общении с детьми до трех лет]
[Защитите воображение ребенка в период развития]
[Не будьте поверхностны с ребенком, иначе пожалеете на всю жизнь]
...
[Сопровождение родителей — лучшая пища для роста ребенка]
[Секрет улучшения супружеских отношений: гармоничная интимная жизнь]
Взгляд Янь Шицина замер на последней позиции.
«Он точно ничего не перепутал?»
— Ой, лишнее затесалось! — заметив заголовок, приятель нисколько не смутился. Совершенно невозмутимо прикрыв ладонью глаза дочери, он пояснил: — Многие недооценивают этот момент, а ведь гармония между родителями напрямую определяет эмоциональное состояние малыша!
Янь Шицин молча принял информацию и бесшумно отправил весь список в корзину покупок.
Включая последнюю брошюру.
— Ах да, чуть не забыл, — бросил под конец сослуживец перед тем, как разорвать связь. — Ты для кого узнавал-то? Не для себя же, ха-ха!
В его тоне сквозила откровенная насмешка. Вероятность того, что у стального Маршала найдётся внебрачный ребёнок, казалась ему стремительно меньшей, чем внезапный коллапс Вселенной с поглощением планеты Имперская столица гигантской чёрной дырой. Иными словами — ровно нулём!
На что Янь Шицин спокойным, безмятежным тоном отчеканил:
— Для себя. Это мой сын.
У бывшего подчинённого рука от неожиданности дёрнулась, и дочурка, съезжавшая по его бицепсу, как по горке, шмякнулась задом прямо на ковёр.
Офицер даже не обратил внимания на всхлипнувшего ребёнка. Непослушными губами он выдавил кривую ухмылку:
— Брось заливать! Какое «мой сын»? У тебя даже пары никогда не было!
Они знали друг друга сто лет. Янь Шицин всегда держал окружающих на дистанции, вёл безупречную жизнь и ни разу не давал повода для слухов. Откуда бы у него всплыл готовый наследник?!
— Это правда. Сынишке около двух лет, — твёрдо повторил Маршал.
Офицер застыл каменным истуканом.
Спустя целую вечность оцепенения он дрожащим, напрочь лишённым уверенности голосом пробормотал:
— Ты... ты что, взял кого-то с готовым приплодом?
Каким бы диким ни казалось такое предположение, оно выглядело единственным логичным объяснением происходящего...