Янь Шицин выспался славно — редкая роскошь.
Встретившись взглядом с измождённым Лу Чуаньчуанем, у которого под глазами красовались налитые синевой круги, маршал не ощутил ни малейшего укола совести. Изогнув бровь, он абсолютно невозмутимо произнес:
— Утро доброе.
— Утро, — буркнул Чуаньчуань, недовольно скривившись.
За спиной Янь Шицина, сцепившись хвост к хвосту, подплыли Маленькая белая змея и Четвёртый малыш. Но не успели они приблизиться, как взгляд маршала зацепился за их головы. Изумлённо вскинув брови, он окликнул парочку:
— Погодите-ка.
Он поманил Малыша Сы-Сы к себе:
— Дай-ка я взгляну на твою голову.
Четвёртый хлопнул глазами и послушно обвил запястье отца.
Янь Шицин тщательно осмотрел затылок змейки, подушечкой пальца надавил на две припухлости, проверяя их на ощупь, и уверенно вынес вердикт:
— У тебя растут рога.
Четвёртый озадаченно моргнул.
На его макушке давно имелись два мягких бугорка. Папа раньше шутил, мол, «в тебе, возможно, течёт драконья кровь». Однако эти выпуклости всегда оставались мягкими и больше походили на неразвитую аномалию. Или же на черты мифического цзяо — промежуточной формы между змеёй и истинным драконом.
Янь Шицин задумчиво прищурился:
— А ведь в тебе и впрямь может просыпаться древнее наследие.
Те же самые слова из уст папы звучали как сказка для детей, но из уст папочки приобретали весомость.
Четвёртый тут же подставил маршалу Маленькую белую змею, уставившись на него с нескрываемой надеждой в глазах:
— А она?
Маленькая белая змея оказалась нос к носу с Янь Шицином. От волнения и смущения у него перехватило дыхание: «Это же папочка Сяо Хэя... Выходит, я на смотринах? 0v0»
Вот только «чёрный папочка» выглядел чертовски сурово.
Янь Шицин мерил её взглядом пару секунд.
Не успел страх укорениться в душе змейки, как этот строгий мужчина вдруг открыто и тепло улыбнулся. Его взгляд смягчился, в нём промелькнули искрящееся лукавство и отцовская ласка.
Белая змея моментально прониклась к нему глубочайшей симпатией.
— Разрешишь мне потрогать твои бугорки? — мягко спросил Янь Шицин.
— Д-да, конечно, — пропищал он.
Движения маршала были бережными, но дотошными.
Он не знал, что происходило со змейкой накануне, но рожки на его макушке явно пробивались наружу.
Четвёртый замер, натянув мордочку, и от волнения принялся вкручивать хвост в землю.
Янь Шицин хмыкнул, не став томить малышей:
— Всё точно так же, как и у тебя.
Личико Четвёртого мгновенно разгладилось.
Белая змейка просиял. Постеснявшись проявлять бурные чувства при старшем, он не удержался и тайком подтолкнула Четвёртого кончиком хвоста:
— Я теперь совсем как ты!
Четвёртый усиленно кивнул:
— Угу.
Уголок губ Янь Шицина дёрнулся. Он лишь покачал головой.
Узнав, что может превратиться в дракона, Четвёртый не проявил особого восторга. Зато известие о том, что Белая змейка разделяет его участь, заставило его буквально сиять от счастья.
«Эх, юношеская любовь... с лёгкой кислинкой», — подумал маршал.
Янь Шицин перевёл взгляд на Ся Чу.
Ся Чу, почувствовав его взор, не стал уклоняться и прямо спросил:
— Что-то стряслось?
Голос Янь Шицина опустился до бархатного, слегка обиженного тона:
— Мне кажется, мы уже вечность не обнимались.
У Ся Чу дёрнулась бровь, а кончики ушей мгновенно вспыхнули.
Обниматься на глазах у всей галактики он точно не собирался — разве что прописать этому павлину хорошую затрещину.
【Вы двое... господи, да дети и то ведут себя открытее!】
【И всё же смотреть на эти детсадовские ухаживания — одно удовольствие. Со временем даже сладко кажется...】
【Один краснеет, второй дурачится — вылитая романтика школьных лет. А ведь в этом что-то есть!】
В этот момент в эфире раздался механический голос:
[Количество выбывших участников превысило половину. Запуск ежечасных уведомлений:]
[Оставшиеся участники фракции выживших: 15]
[Оставшиеся участники фракции пришельцев: 5]
Ся Чу серьёзно заметил:
— А в вашей команде пока держится немало народу.
Изначально фракция выживших насчитывала тридцать пять человек, и двадцать из них уже выбыли. Но в отряде Лу Чуаньчуаня потери едва достигли половины. Прошлый сезон они закрыли явно не случайно — ветераны знали своё дело.
Лу Чуаньчуань, выжимавший из растений зелёную краску для Первого малыша, даже головы не поднял:
— Кабы не твой монстр, потерь у нас было бы ещё меньше.
— А? — Ся Чу обернулся к Янь Шицину. — И скольких ты отправил в утиль?
— Не считал, — небрежно отозвался маршал. — Четверых или пятерых.
Ся Чу мысленно фыркнул: «Вот уж истинный мастер бахвальства».
Из семи выбывших противников он лично забрал минимум четверых.
Вдруг Ся Чу осенило:
— Это же сколько очков ты гребёшь под себя?!
— Достаточно, — Янь Шицин скрестил руки на груди, с интересом разглядывая юношу. — А что, присмотрел себе что-нибудь?
По правилам шоу за каждого ликвидированного «пришельца» начислялась тысяча баллов. Их можно было тратить на снаряжение в магазине или конвертировать в «очки силы» для улучшения физических кондиций. У Ся Чу тоже имелась тысяча — её заработал Второй малыш, уложив врага ядовитыми клыками.
— Нет! Я хочу предупредить: ни в коем случае не трать их в игре!
Янь Шицин опешил:
— Это ещё почему?
Ся Чу огляделся по сторонам и, убедившись, что поблизости никого нет, наклонился к самому уху маршала и прошептал:
— Забыл? Очки, оставшиеся до конца шоу, конвертируются в реальные кредиты!
— Вырастить четырёх малышей — это безумные траты. Не думай, что если у тебя сейчас есть деньги, то можно швыряться ими направо и налево. Им ещё на образование копить! Так что экономить надо начинать прямо сейчас.
Янь Шицин с искренним восхищением кивнул:
— Ся-Ся, какая же ты рачительная хозяйка.
Ся Чу потёр вспыхнувшее ухо:
— С чего это ты вдруг разнежился и зовёшь меня «Ся-Ся»?
Звучало это донельзя подозрительно.
Посидев на корточках ещё мгновение, юноша резко вскинул голову и с прищуром спросил:
— Ты ведь их уже спустил, да?
Янь Шицин выпрямился во весь рост и принял честнейший вид:
— Как ты мог такое подумать, Ся-Ся? Разве я похож на транжиру?
Ся Чу одарил его пронзительным взглядом: «Неужели?»
И к чему тогда вся эта показная святость на лице?
【Понял! Верные признаки того, что Янь Шицин врёт: первое — нелепые ласковые прозвища; второе — назойливое повторение одного и того же!】
【На его физиономии прямо капслоком написано: «Я ВИНОВАТ»】
【Ещё бы ему не виниться, он же спустил абсолютно всё!】
【Четыре-пять тысяч очков! На что, чёрт возьми, можно было их угрохать?!】
【Свежие цветы для Ся Чу, сочные фрукты, отборное выдержанное мясо... думаете, это с неба упало?】
【Мать твоя... Так он всё это на ухаживания потратил?! Вот уж точно: нет денег — не лезь в романтику!】
【Да ладно вам! Посмотрите на Четвёртого и Белую змейку — чистая, бескорыстная любовь! Проблема не в деньгах, а в том, что Янь Шицин просто транжира =v=】
— Говори прямо, сколько у тебя осталось? — Ся Чу изо всех сил старался дышать ровно.
— Полно, — упорствовал маршал. — Я почти ничего не тратил.
— Правда? Покажи личный кабинет.
Ся Чу был далеко не глуп, и провести его так просто не удавалось.
— Панель видна только мне, как я тебе её покажу? — не моргнув глазом заявил Янь Шицин. — Ся-Ся, я считаю, что главное в отношениях — это доверие. Всякая любовь строится на взаимном...
В этот момент диалог безбожно прервала система:
[Уведомление: Оставшиеся участники фракции выживших: 12]
[Включено отображение местоположения участников в реальном времени. Информацию можно отследить на мини-карте]
Оба мужчины даже не взглянули на интерфейс. Ся Чу и Янь Шицин одновременно развернулись в сторону динамика и рякнули:
— Заткнись!
Система: OxO;
【Урок на всю жизнь: когда парочка выясняет отношения, третьему лучше не влезать — пришибёт рикошетом.】
【Кстати о пришибленных... Вот и второй кандидат подоспел.】
К ним на всех парах подлетел взволнованный Лу Чуаньчуань:
— Вы видосы видели?! На вас же целая куча зелёных точек прёт!
«Зелёные точки» обозначали игроков фракции выживших — прямых врагов Ся Чу и Янь Шицина. После того как координаты участников стали публичными, реакция остальных была единодушной: мелкая сошка подождёт, главная угроза — Янь Шицин. И пока выживших не перебили поодиночке, нужно объединиться и выбить его из игры!
Видя столь масштабную травлю, Чуаньчуань испытывал дикую смесь восторга и предвкушения.
Восторг — от размаха предстоящего зрелища.
И радость — оттого, что сам недавно побывал в шкуре изгоя, а потому чувствовал к Янь Шицину нечто вроде сочувствия товарища по несчастью.
Вот только его «товарищ» особым терпением не отличался.
— На тебя же толпой идут! Неужто не страшно? — допытывался Чуаньчуань.
Янь Шицин отмахнулся с откровенным раздражением:
— Мне сейчас не до них.
Ся Чу подхватил:
— Вот именно. Янь Шицин, не смей переводить тему! От этого ты выглядишь ещё виноватее!
— Кто виноват? Я?! Да я чист как день!..
Парочка вновь увлечённо погрузилась в перепалку, совершенно не замечая окружающих. Чуаньчуань раскрыл рот, желая напомнить: «Эй, ребятишки, враги не будут ждать, пока вы наорётесь!», как вдруг почувствовал дёрганье за штанину.
Первый малыш снизу вверх смотрел на него преданными глазами. Знакомый взгляд, знакомый запев:
— Чуаньчуань... Папа с папочкой совсем с катушек съехали. Мы можем положиться на тебя?
Под взглядом пяти пар умоляющих детских глаз в душе Лу Чуаньчуаня вспыхнуло пламя небывалой ответственности.
Раз эти гады идут на Янь Шицина, то он, Лу Чуаньчуань, станет для них непреодолимым рубежом! И любовь Янь-Ся, и безопасность малышей — он берёт всё на себя и защитит их любой ценой!
Заручившись высочайшим доверием, он с гордо поднятой головой зашагал в чащу, насупившись перед приближающейся группой.
Участники- «пришельцы», заметив одинокую «зелёную точку», сперва решили, что это соратник, решивший нанести удар первым. Они уже прикидывали, как организовать засаду и поделиться очками.
Но не успели они разглядеть человека, как из кустов вылетело лезвие огромной палаческой шпаги!
Один из игроков в последний момент отпрянул от занесённого клинка и едва не зашёлся отборной бранью:
— Чуаньчуань, мать твою, ты совсем ослеп?! Своих режешь?!
Миловидное лицо Лу Чуаньчуаня оставалось суровым до нелепости:
— Мои свои — у меня за спиной.
«Пришельцы» застыли в шоке: «Это ещё что за фокусы?!»
В игре с командным зачётом, где призовой фонд делится поровну между выжившими, вероятность предательства стремилась к нулю.
И в таких условиях ты, паскуда, переметнулся к врагам?!