События переносятся на десять минут назад.
В то самое мгновение, когда Ся Чу получил системное уведомление, аналогичное оповещение пришло и участнице Чжао Цянь.
Впрочем, в отличие от удачливого Ся Чу, Чжао Цянь находилась на внушительном расстоянии от ближайшей точки сброса припасов.
К счастью, едва отсчитав секунды, система выдержала паузу и выдала новое сообщение:
[Невостребованные контейнеры исчезнут через 3 минуты. Запущен обратный отсчёт: 3:00, 2:59…]
Чжао Цянь повеселела: алая точка всё ещё горела на карте, а значит, контейнер никто не забрал!
Поспешив к метке, она перевалила через песчаную гряду и заметила в низине вожделенный набор. Огляделась — кругом ни души. Лишь убедившись, что всё тихо, Чжао Цянь приблизилась и протянула руку. Пальцы едва не коснулись крышки…
В то же мгновение волоски на её загривке встали дыбом. Забыв о мыслях, Чжао Цянь подчинилась чистейшему инстинкту выживания и кубарем рванула в сторону.
Стрела со свистом чиркнула у самого уха и с гулким вязким звуком вонзилась глубоко в песок. Замедлись она хоть на долю секунды — наконечник пробил бы шею насквозь.
Спина мгновенно покрылась липким холодным потом. Закатившись за ствол баобаба, Чжао Цянь с трудом перевела дыхание и лишь после этого осторожно пригляделась к торчащей стреле.
Древко ушло в песок почти по самое оперение — дури в выстрел вложили немало. Участников, способных на такую меткость и силу, на шоу можно было пересчитать по пальцам одной руки. В голове промелькнули догадки, но двигаться Чжао Цянь не дерзала.
Затылком она чувствовала: её не пристрелили лишь потому, что стрелок решил смилостивиться. Иначе её сняли бы ещё во время броска к дереву.
Вот только… Чжао Цянь бегло окинула взглядом окрестности. Кругом — голая пустыня, лишь одинокий баобаб даёт хоть какую-то тень. И кроме неё за деревом никого. Где же выслеживал её засадник?
Осенённая жуткой догадкой, она оцепенела. Затаив дыхание, медленно, с нечеловеческим усилием подняла голову к кроне.
На ветви среди редкой листвы восседал человек. Он придерживал лук и с лёгкой, едва уловимой усмешкой разглядывал её сверху вниз.
Спина Чжао Цянь натянулась струной, но тут же расслабилась — острая угроза миновала. Вытерев со лба выступающий пот, она с тяжёлым вздохом пробормотала:
— Мы же в одной команде, маршал Янь. К чему такая жестокость?
— Виноват, — Янь Шицин кивнул на слепящее солнце и указал на свои глаза. — Слепит ужасно, да и стояла ты далеко. Сразу не разглядел, кто подползает.
«Выходит, мне просто не повезло стать мишенью сослепу?» — мысленно выпала в осадок Чжао Цянь.
Впрочем, вслушавшись в слова маршала и осмотревшись получше, она заметила то, на что не обратила внимания сразу.
Она оказалась далеко не первой, кто позарился на контейнер. По разбросанным вокруг обломкам снаряжения стало ясно: до неё здесь успели полечь и другие участники, попавшие под стрелы Янь Шицина.
Когда на отсчёте оставалось пятнадцать секунд, Янь Шицин легко спрыгнул с ветки, неторопливо подошёл к низине и заставил контейнер исчезнуть в рюкзаке.
Содержимое набора мало чем отличалось от стандартного, разве что бонусом шла крайне полезная вещь — оружие.
Пусть обычное холодное оружие, но пока остальные участники шарились по пустыне с пустыми руками, занятая господствующая высота давала колоссальный перевес. Что маршал только что убедительно и продемонстрировал.
— Так вы и лук со стрелами достали из контейнера? — сообразила Чжао Цянь.
Янь Шицин молча кивнул.
— И сколько народу вы выбили до моего прихода?
Маршал смерил её долгим, многозначительным взглядом.
Кожа на затылке у Чжао Цянь снова зачесалась.
— Ничего такого, просто любопытство! — поспешно замахала руками она.
Янь Шицин молча поднял растопыренную пятерню.
Чжао Цянь удручённо смолкла, мысленно отдав дань памяти пяти бедолагам.
Впрочем, если подумать, картина складывалась любопытная.
На карте находилось около полутора сотен участников, а сброшенных наборов — всего пятьдесят. По идее, за ними должна была разгореться кровавая драка. Однако этот контейнер так и пролежал в низине до самого истечения времени. Янь Шицин попросту решил использовать его как наживку для незадачливых охотников за припасами.
«Прежде маршал не проявлял особой агрессии к остальным игрокам, — подумала Чжао Цянь. — Что заставило его открыть охоту так рано?» Она не удержалась и озвучила вопрос вслух, но Янь Шицин то ли сознательно проигнорировал её, то ли действительно ушёл в свои мысли.
Чжао Цянь осталась стоять с открытым ртом.
[Янь Шицин снова включил двойные стандарты!]
[Янь Шицин: «Я всё слышал, но расходовать слюну на ответы слишком затратно в пустыне, так что обойдёшься».]
[Будь тут Ся Чу или малыши, он бы из кожи вон вылез, а ответил!]
[Самый сок в том, что он весь хабар сгрёб в свой рюкзак. Сестра Чжао вообще-то твоя сокомандница, маршал! Как можно быть настолько бессердечным?!]
[И всё-таки, какой же маршал Янь был потрясный пару минут назад~]
[Вот именно! Оружие — это одно, но его расчётливость вызывает дикий восторг. Правила шоу буквально толкают людей к стравливанию. А он сообразил первее всех, устроил засаду на приманку и устранил конкурентов оптом. Недаром Первый Маршал Империи!]
[Кстати, как там малыши? Ужасно соскучились по ним, где их носит? QAQ]
* * *
Третий малыш тем временем с умиротворением грелся на солнышке и предавался послеобеденному сну.
Для обычных участников местный зной был сущим адом, а вот для кактуса — в самый раз. Благодать, да и только!
К тому же быть растением оказалось невероятно здорово по иной причине: больше не требовалось ломать голову над добычей пропитания.
Включил фотосинтез — и сыт по горло! А зажмёт жажда — уходящие глубоко в песок корни сами подтянут прохладную влагу.
Лежишь себе без движения, пьёшь да ешь сколько душе угодно — заветная мечта Третьего малыша сбылась самым неожиданным образом!
Пошевелив иголками, он припал к подземному источнику и приготовился слушать свежие сплетни собратьев по пустыне.
Однако в зелёных рядах нарастало нешуточное беспокойство.
— Что делать, что делать?! ОНО приближается!
— Моего дальнего родственника сожрали! Ы-ы-ы, неужели и нас сожрут?!
— Пропали мы, пропали! Мамочки, я сейчас умру-у-у!
Слушая эти вопли, Третий малыш постепенно понял: к их плантации стремительно приближается некое страшилище, вознамерившееся полакомиться кактусами.
Малыш ужаснулся: надо же, только стал зелёным колючим кустом — и на тебе! Будучи зверьком, при опасности можно дать дёру, а тут корни крепко держат в земле. Не сбежать!
— Да что за жуть к нам прётся?! — с дрожью в голосе пискнул Третий.
— Огромное, жуткое чудовище!
— Вся шкура в косматой шерсти!
— А пасть — от уха до уха!
— И глазища вылуплены, ровно медные блюдца!
Третий малыш живо представил эту картину: косматое, пастистое, глазастое чудище… Какая мерзость! И до чего же страшно!
Наверняка эта тварь похожа на злого демона Чжун Куя из сказок или на жуков-инсектоидов из военных хроник — уродливых и кровожадных! Бедный малыш перепугался до дрожи в иголках.
— И… и что же нам делать, если оно придёт? — со слезами в голосе заикался Третий.
— Эй, да ты не паникуй так!
— Ага-ага, главное — зарывай корни поглубже! Пока оно не сожрёт тебя подчистую, ты всегда сможешь отрасти заново.
— Правда, придётся отлежаться под землёй сотню-другую лет, пока не проклюнешься на свет… Эх-х.
Третий малыш сразу обмяк:
— А, ну понятно.
Выходит, если его не сгрызут вместе с корешками, он спокойно возродится. В таком случае трагедия отменяется. Малыш со спокойной совестью снова свернулся в метафорическую «солёную рыбу» и улёгся греться.
Увы, отдохнуть не удалось. Не прошло и пяти минут, как соседние кактусы опять забились в истерике.
На сей раз это был не просто испуг, а первобытный ужас. Многие соседи открыто рыдали во весь голос.
— Что опять стряслось? — вынырнул из дремоты Третий.
— Ы-ы-ы-а-а! Гонец прибежал, сородич наш! Говорит, это чудище невероятно свирепое! Как бы глубоко ты ни прятал корни, оно выкопает всё до последней ниточки и сожрёт подчистую!
— На этот раз нам точно конец!
— Мне ведь даже годика не исполнилось, я не хочу умирать-я-я-я!
От оглушительного плача вокруг у Третьего затрещали стебли. Однако, пройдя через пик паники, он внезапно обрёл удивительную, холодную ясность.
Положим, сам-то он при «смерти» не пропадёт — просто вылетит из виртуальной игры. Но испытывать жуткую боль, пока тебя грызёт несытый монстр, малышу не улыбалось ни капли!
К тому же ему успели понравиться эти забавные зелёные соседи… а точнее, сплетни, которыми они делились.
Нет, так дело не пойдёт!
Третий малыш мысленно сжал кулачки. Он обязался во что бы то ни стало спасти колючую братию!
— Неужели мы совсем никак не можем дать сдачи этому монстру? — решительно спросил он.
Плач мгновенно оборвался. В наступившей тишине соседний кактус недоуменно поинтересовался:
— Дать сдачи? Это ещё как?
Третий малыш вздохнул: «М-да, окружение у меня — сплошь неграмотная дремучесть».
Впрочем, не страшно. План по сокрушению чудовища у него уже созрел.
* * *
Тем временем «косматое чудище с огромной пастью и глазищами-блюдцами» весело шагало по песчаным барханам. Время от времени оно останавливалось возле суккулентов, чтобы смачно откусить пару сочных стеблей.
Будь поблизости съёмочный дрон, зрители непременно услышали бы его жизнерадостное мурлыканье под нос:
«Я маленький верблюжонок, милый верблюжонок! До чего ж я раскрасавец, до чего ж весельчак!»
Первый малыш оглянулся на пустынный горизонт и печально вздохнул:
— Братики-братики, ну где же вы все?..
Впрочем, верблюжонок твердо верил: раз у них такая крепкая братская связь, они непременно скоро встретятся!
Потоптавшись на месте, он снова затянул во весь голос:
«Я маленький верблюжонок, обожаю кактусы! Хрустящие, сочные, сладенькие — верблюжонку на радость!»
Для ушей несчастных кактусов эта незамысловатая песенка звучала сокрушительным погребальным звоном.
В это самое время…
Первого малыша — жуткого «пожирателя суккулентов» — и Третьего малыша, готового грудью встать на защиту зелёных собратьев, разделяло менее двух километров.