Зрители у экранов краснели до кончиков ушей.
«— Я, одинокий холостяк, получил критический урон в десять тысяч очков!»
«— Старый пёс Янь, в твоём репертуаре!»
«— Входил с нежным румянцем на щеках, а выхожу с самыми пошлыми мыслями...»
«— Боже мой, я же ещё ребёнок! Мне точно можно на такое смотреть? (смущённо закрывает лицо)»
Система трансляции лаконично ответила: нельзя.
Не успели зрители задаться вопросом, бесплатно ли им показывают подобное, как экран мигнул и застлался сплошной цензурной мозаикой. Разглядеть сквозь разноцветные пиксели движения двух сплетённых силуэтов было невозможно, однако комментаторов это не остановило.
«— А выглядит всё равно чертовски бурно...»
«— И не говори, вот это страсть!»
За долгие дни эфира зрители развили у себя поистине выдающееся воображение.
* * *
Когда яркие вспышки салюта в небе угасли, остров погрузился в тишину.
Ся Чу с трудом вырвался из объятий Янь Шицина. Оглядевшись по сторонам, он смущённо и с невольной головной болью спросил:
— Ты так всю ненависть на нас не свлечёшь?
Янь Шицин смотрел только на него. Казалось, весь остальной мир и все люди вокруг больше не способны вызвать у него ни единой эмоции.
— Нет, — уверенно отрезал он. — Всё равно они со мной не справятся.
«Звучит как заявление типичного коварного злодея», — подумал Ся Чу.
Впрочем, даже при обычном ходе соревнований Янь Шицин без труда выбил бы всех участников. Вот только эффективность такой стратегии была слишком низкой — вместо бесполезной траты времени он предпочёл провести побольше дней с Ся Чу наедине.
Ласково погладив любимого по голове, Янь Шицин добавил:
— К тому же они пришли на свадьбу с пустыми руками.
Ся Чу не понял:
— И что с того?
— То, что они дисквалифицировали сами себя, посчитаем их свадебным подарком.
Вылетевшие из системы участники, которые в этот момент вне себя от ярости на чём свет стоит костерили маршала, от таких слов мгновенно лишились дара речи. А секундой позже взревели с новой силой:
— Я не принёс?! Я так старательно коптил это мясо, почему оно не считается за подарок?!
— Брат, ты же сам не предупреждал, что надо с подарками приходить! К тому же меня твой Четвёртый малыш силой притащил!!
Разумеется, лишь единицы прихватили с собой хоть какое-то вяленое мясо. Но они ведь находились на необитаемом острове! Неужели кто-то всерьёз рассчитывал получить денежные конверты?!
— Бесстыдник! Какой же бесстыжий! — возмущались они.
На острове Янь Шицин несколько раз подряд чихнул.
Ся Чу косо взглянул на него:
— Это тебя точно они перемывают.
Янь Шицин лишь слегка вскинул бровь и с едва уловимым, леденящим прищуром поглядел прямо в объектив камеры:
— Неужели?
От этого тёмного, пристального взгляда у выбывших участников, сидевших перед экранами, мороз прошёл по коже. Все они невольно вздрогнули.
Если подумать... А ведь Янь Шицин прав.
Именно так! Они полностью согласны с его логикой. И уж конечно, они уступили не потому, что боялись его кулаков! Абсолютно нет!
В чате трансляции тоже на миг воцарилась тишина, после чего зрители принялись наперебой отправлять виртуальные подарки и голоса.
«— Я-я-я прямо сейчас отправлю подарок!»
«— Дарить особо нечего, сброшу пару рекомендательных билетов. Видишь, маршал Янь, я тут не на халяву сижу! @Янь Шицин»
«— Билеты отправил, только не смотри так, я пугливый, хнык-хнык...»
Фанатское сообщество всерьёз перепугалось, что за просмотр без подарка Янь Шицин вздумает подорвать и их.
Янь Шицин принял все переводы без тени смущения, но сдержанно напомнил:
— Шлите не мне, а Ся Чу.
«— Хорошо-хорошо, без проблем!»
Спустя час свадебная суета окончательно улеглась.
Шум утих, и у Ся Чу наконец появилось время получше рассмотреть убранство. Он поднял с земли кокосовый фонарик. Шершавая кожура была вручную отшлифована до абсолютной гладкости, а состряпанная на ней улыбающаяся рожица вырезана аккуратно, без малейшей небрежности — каждый контур выводился с любовью и заботой.
— Это сделал Второй малыш, вернее? — спросил Ся Чу, не оборачиваясь на догнавшие его шаги.
— Угу, — тихо откликнулся Янь Шицин, и его голос мягко зазвучал в ночном прохладном бризе: — Ракушки мы собирали, промывали и просверливали вместе со Старшеньким. Цветочные лепестки Сяо Байбай и Четвёртый малыш искали по всему острову. Кокосовые фонари вырезал Второй, пригласительные открытки делал Сяо Чжи, а Третий...
Ся Чу удивлённо перебил:
— Третий тоже помогал?
Янь Шицин не сдержал лёгкой улыбки:
— Он помогал нам пробовать абсолютно все напитки и угощения.
Ся Чу фыркнул. В своём репертуаре, что тут скажешь.
И всё же в его глазах блеснули слёзы. Эта свадьба, сыгранная вроде бы на скорую руку, в каждой детали хранила теплоту Янь Шицинa и малышей. И эти мелкие подробности тронули Ся Чу куда сильнее грандиозного салюта, подорвавшего половину участников. В этот миг ему показалось, что их семья действительно будет счастлива вечно.
Янь Шицин взял его за руку и повёл к берегу.
На месте недавнего зрительного зала остался лишь один-единственный стол с блюдами. Особым образом зажаренное мясо, украшенное крупными кристаллами морской соли; нежнейшее картофельное пюре, выложенное на свежие листики мяты; сочные моллюски, печёная рыба и множество незнакомых диких ягод и зелени. Всё это они ели и в прошлые дни, но сегодня подача выглядела удивительно изысканно.
Рядом стоял кувшин с ледяным кокосовым соком, в прозрачной сладкой жидкости переливались мелкие кубики льда.
Ся Чу бросил взгляд на стоящего неподалёку Бумажного человека. Тот смущённо и гордо улыбнулся: да-да, этот лёд заморозил его собственный морозный дух!
Ся Чу расслабленно улыбнулся и поднял бокал:
— Первый тост — за нас.
Янь Шицин встретился с ним взглядом. Спустя мгновение он улыбнулся и, побуждая остальных присоединиться, тихим мягким голосом произнёс:
— За нас.
«— У-у-у, в такой прекрасный день я рыдаю как белуга!»
«— Исход соревнований уже очевиден, они скоро покинут шоу?»
На этом этапе финал не вызывал сомнений. Станет ли победителем Ся Чу или Янь Шицин — для публики и организаторов это уже не имело никакого значения.
«— Хоть я и готовился к этому заранее, всё равно так тяжело прощаться...»
«— Янь Шицин, прощай!»
«— Ся-Ся, прощай!»
«— Малыши, до свидания!»
«— Возможно, мы больше никогда вас не увидим, но пока вы счастливы в цифровом мире, нам этого достаточно. Сяо Чжи, Сяо Байбай и мои дорогие малыши, на этот раз действительно пока-пока...»
«— Какая же тоска, я ведь правда не собирался плакать!»
Как бы ни было грустно, зрителям приходилось смотреть правде в глаза. Рыдая в чате трансляции, они параллельно создали в Сети специальный памятный сайт. Туда загружали все видеоролики с малышами, скриншоты, а также многочисленные фанфики и рисунки.
День, когда они впервые увидели детей на экране, фанаты официально провозгласили «Днём памяти малышей» и договорились каждый год собираться на сайте, чтобы праздновать их «день рождения».
Сделав всё возможное, зрители немного заглушили боль расставания. И всё же в ту ночь многие не могли сдержать слёз, уткнувшись носом в подушку, а наутро отправились на работу с опухшими глазами.
Вот только...
На следующее утро Ся Чу и Янь Шицин принялись возводить на необитаемом острове трехэтажный дом.
Закончив постройку, они разбили перед входом большой огород и засеяли песчаную почву с трудом добытыми семенами. Судя по всему, эта парочка вознамерилась устроить себе на острове тихую сельскую идиллию вдали от всего света.
Зрители онемели:
«?? Вы двое вообще собираетесь выходить?!»
Заходящее солнце окрасило облака в ярко-оранжевый цвет. Вечерний бриз слегка шевелил челку Ся Чу. Он сладко вздохнул:
— А здесь и правда чудесный вид.
Стоило отключить панель комментариев, как их покой больше никто не мог нарушить.
Они наслаждались жизнью вдвоём, отправив малышей жить по соседству — в отдельный домик в сотне метров от них.
— Шум моря всегда приносит удивительное умиротворение, — улыбнулся Янь Шицин, обнимая его за плечи.
Впрочем, это умиротворение быстро нарушили непутёвые дети.
Старшенький притащил охапку кокосов и с сердитым видом прибежал жаловаться:
— Папа, они не хотят раскалывать мне кокосы!
На лбу Ся Чу пролегла тёмная складка. Терпеливо вздохнув, он спросил:
— А они как свои открыли?
— Четвёртый братец умеет раскалывать их голыми руками. Второй братец и Сяо Байбай подольстились к нему, и он им всё сделал. Третий братец ленивый: не смог открыть — и вообще есть не стал. А Сяо Чжи сначала замораживает кокос насквозь, а потом бьёт об землю, и тот раскалывается... — Старшенький пустил слезу и фальшиво зарыдал: — Папа, только меня одного все обижают, у-у-у-а-а!..
На виске Ся Чу вздулась жилка.
Янь Шицин сочувственно вздохнул, слегка погладил его по руке, успокаивая, достал из-за пазухи ножик и одним быстрым движением распахнул кокос напополам.
Обрадованный Старшенький подхватил половинку, жадно выпил сок и вприпрыжку убежал.
Ся Чу и Янь Шицин переглянулись, беспомощно качнув головами.
В следующий миг Янь Шицин чуть наклонился, приближаясь к его лицу. Ся Чу, уже набравшийся опыта в таких делах, сразу понял, к чему всё идёт. Покраснев, он послушно прикрыл глаза, ожидая поцелуя.
Но в эту самую секунду Старшенький прискакал обратно:
— Папочка, они там спорят, что приготовить на ужин, а я не хочу есть с ними! Можно я поужинаю с вами?
Янь Шицин на мгновение замер и молча кивнул.
Малыш снова радостно удрал.
Янь Шицин опять медленно наклонился.
И снова топот детских ног!
— Па-па-па, я хочу поймать рыбу! Поможешь мне накопать червей для наживки?
На полуслове Старшенький наткнулся на убийственный взгляд Ся Чу. Малыш моментально застыл, развернулся на триста шестьдесят градусов и припустил со всех ног обратно, крича на бегу:
— Всё в порядке, папа, я лучше попрошу братьев!
Ся Чу раздулся от досады, как иглобрюх.
Янь Шицин властным движением обнял его за затылок и притянул к себе вплотную.
— К чёрту всё, — выдохнул он.
И на губы Ся Чу обрушился удерживаемый с трудом, горячий поцелуй.
* * *
Спустя пять дней, глядя на то, как эти двое устроили себе никем не тревожимый хуторской рай, зрители прошли путь от печали к равнодушию, а затем к глубокой усталости: «Господи, да пусть уже этот топор наконец упадет!»
Организаторы шоу тоже не выдержали.
[Внимание. Карта «Необитаемый остров» закроется через тридцать минут. Просим участников подготовиться]
[Обратный отсчёт: 00:30:00]
Янь Шицин с сожалением посмотрел на край неба и вздохнул:
— Система взбесилась.
Ся Чу полностью разделял его мнение:
— Это точно.
Они успели лишь наскоро дать пару указаний малышам, после чего их без церемоний вышвырнуло из виртуального мира.
[Подсчёт очков...]
Среди электронного писка Ся Чу увидел свою итоговую строчку: 1 место.
Результат не стал сюрпризом. С тех пор как Янь Шицин по секрету рассказал ему о своём уговоре с Лу Чуаньчуанем, они оба намеренно направляли фанатские голоса исключительно в пользу Ся Чу.
Теперь оставалось лишь дождаться официального объявления результатов и доставки приза.
Ся Чу выбрался из капсулы, на мгновение задумался, а затем отозвал Янь Шицина в сторону и шепнул ему пару мыслей.
Тот лишь плечами пожал:
— Делай как знаешь, я согласен.
И вот три месяца спустя Ся Чу получил денежный перевод от организаторов.
Изначальный приз составлял десять миллионов звёздных монет, однако на его счёт поступило лишь семь миллионов восемьсот тысяч. На оставшиеся два миллиона двести тысяч он выкупил для детей отдельный виртуальный мини-мир.
Этот мир был привязан к терминалам малышей. Они могли войти туда в любой момент и навестить своих «старых друзей»...
Да, цифровые данные Сяо Чжи и Сяо Байбая были бережно упакованы и перенесены в эту локацию.
Ся Чу сам когда-то был ребёнком и прекрасно понимал, какой болью для детей — особенно для Четвёртого — станет расставание с маленькой белой змейкой и бумажным человечком. Если он мог сотворить для них это маленькое чудо, он готов был отдавать любые деньги.
Этот подарок они вручат малышам на их четырёхлетие.
А что будет потом — решит время. Возможно, Четвёртый малыш подрастёт и постепенно забудет друга детства; возможно, его круг общения расширится, и они отдалятся друг от друга; а может, в нём прорастёт романтическая жилка, и, став взрослым, он устроит настоящую любовь между человеком и ИИ...
Всё это останется на усмотрение самих детей. Каждый должен сам выбирать свой жизненный путь.
Закончив с делами, Ся Чу вместе с Янь Шицином и малышами собрался в отпуск. Приз за победу, помимо денег, включал бесплатный семейный турпакет. По самым скромным подсчётам, ближайшие полгода им предстояло провести в разъездах по другим планетам.
В тот вечер Ся Чу сидел на кровати поджав ноги и подсчитывал дни:
— Я-то свободен, но ты уверен, что сможешь уехать насовсем? Штаб вообще отпустит тебя?
Из-за участия в шоу Янь Шицин пропустил кучу времени, поэтому после финала бездумно вкалывал в штабе и буквально жил на работе. Не трудно было догадаться, что уйти в отпуск на полгода для него — задача из области фантастики.
— Если тебе неудобно, я могу поехать только с детьми.
Ся Чу искренне считал себя очень заботливым.
Однако Янь Шицин от этих слов едва не задохнулся от возмущения:
— Ты уедешь с детьми развлекаться, а меня одного оставишь впахивать?!
Ся Чу почувствовал, что атмосфера накаляется, но искренне не понимал за собой вины: он же правда о нём беспокоился!
— Я просто предложил! Не можешь поехать — ну и не надо. Я же вижу, как ты устаёшь последнее время...
Закончить мысль ему не дали — губы накрыл решительный поцелуй.
— Сейчас я тебе покажу, насколько я «устал», — прошептал Янь Шицин, прикусив его за мочку уха. Горячее дыхание обожгло кожу, заставив Ся Чу вздрогнуть.
— Я не это имел в ви...
Ся Чу попытался упереться руками в его грудь, но та стояла нерушимой стеной.
А затем...
— Не надо, прошу...
В комнате сладкий феромон молочной конфеты переплёлся с терпким ароматом кедра, сливаясь в единое целое. Тихое сдавленное моление, доносившееся из-за плотно закрытой двери, звучало всё глуше.
Чуть позже.
— Сука, слезь с меня, а-а-а!.. — хриплый голос сорвался на яростную ругань.
А ещё через какое-то время ругань снова сменилась тихими стонами... В эту ночь покою в доме не бывать.
* * *
Спустя полмесяца на борту космического корабля.
Дети с восторгом прилипли к иллюминаторам, разглядывая незнакомые пейзажи. Ся Чу после вчерашней встряски испытывал такую дикую боль в пояснице, что не имел ни малейшего желания разговаривать и просто вяло откинулся на спинку кресла.
Посреди пути Второй малыш, листающий планшет, вдруг подал голос:
— Папа, тот аккаунт опять прислал мне чаевые.
После окончания шоу Второй увлёкся рукоделием в прямом эфире, поэтому Ся Чу завел ему профиль в Сети, где ребёнок изредка выкладывал обучающие видео. Чтобы избежать проблем, лицо малыша в кадр не попадало.
Несмотря на это, благодаря удивительному мастерству у него быстро появились фанаты. А недавно объявился один особенно щедрый поклонник.
Ся Чу лениво уточнил:
— Всё тот же ник «Когда вы двое сыграете свадьбу»?
Услышав знакомое имя, Янь Шицин нерастворимо прищурился, но остался неподвижен.
— Ага! — подтвердил Второй.
Ся Чу нахмурился:
— Столько денег шлёт... Тут точно нет какого-то подвоха?
Слушая его подозрения, Янь Шицин крепко сжал губы и не вымолвил ни слова. Он ни за что на свете не признается, чей это твинк.
«Я буду стоять на своём до конца», — твердо решил Янь Шицин. Однако когда лайнер приземлился и он сделал шаг к выходу, его ноги внезапно застыли, и он тут же попытался заслонить собой проход.
Ся Чу озадаченно спросил:
— Что такое?
Янь Шицин перегородил дорогу:
— Ничего.
«Ничего» как же! Ся Чу со вздохом качнул головой.
К счастью, снизу уже раздался радостный голос госпожи Янь:
— Ся Чу! Какая встреча! Вы тоже прилетели сюда отдыхать?
Ся Чу мягко отпихнул Янь Шицина и с улыбкой шагнул навстречу:
— Госпожа Янь, вы тоже здесь!
Рядом с ней стоял статный, зрелый мужчина. Годы не убавили его статности, лишь добавили благородных морщин у глаз.
Отец Янь Шицина.
Теперь Ся Чу прекрасно понял, отчего его спутник скривил мину. Этот старик постоянно твердил о «мире для двоих». Взять с собой детей уже было уступкой, а тут ещё и родители подоспели. Неудивительно, что маршал ходит чернее тучи!
Ся Чу с сочувственной смешинкой ужалил его за локоть и пошёл приветствовать госпожу Янь.
Янь Шицин с самым неприязненным видом поплёлся следом.
А вот дети с радостным криком бросились к старшим:
— Дедушка! Бабушка!
Старый генерал Янь при виде сына нахмурился, но перед внуками устоять не смог — его суровое лицо мгновенно расплылось в широкой улыбке.
* * *
Прошло несколько месяцев с момента окончания шоу, но пользователи Сети так и не смогли забыть малышей. Каждый день сотни людей приходили на памятный сайт, чтобы оставить тёплые слова:
«— Уж осень наступила. Интересно, как вы там, малютки? Похолодало, одевайтесь теплее, не простудитесь ночью!»
«— Я сегодня ел вкуснейшее жареное мясо... Эх, кабы я мог угостить вас нашим порционным шашлыком!»
«— Скоро зима. Так приятно сидеть в тепле и уплетать мороженое! Если вы это читаете, обязательно попробуйте так сделать!»
«— Прошло три месяца с нашего расставания, но я скучаю по вам ничуть не меньше...»
День за днём, капля за каплей, искренняя любовь фанатов превратила этот сайт в самый тёплый уголок Сети. Со временем туда стали заглядывать и случайные прохожие.
И вот в один из обычных дней среди привычных признаний кто-то выложил две фотографии.
Снимки были сделаны исподтишка на терминал, у автора явно дрожали руки, отчего кадры вышли размытыми. Но этого хватило, чтобы отчетливо разглядеть лица четверых детей.
Автор подписал пост всего тремя знаками:
«?!»
И эти знаки выразили эмоции всех фанатов.
Янь Шицин и Ся Чу с детьми. Четверо. И эти самые лица...
Если это не их малыши, фанаты готовы были отрубить себе головы и отдать им вместо мячей!
«— Чёрт возьми, Янь и Ся вообще за людей нас не считают! Я тут четыре месяца слезы проливаю, а им сложно было хоть слово сказать или показать детей?!»
«— А-а-а-а, мои малютки! А-а-а, Янь и Ся, только попадитесь мне на глаза, я с вами биться буду, сука!»
«— Я вас ненавижу! [ярость]»
И всё же, несмотря на ругань в комментариях, счастливые улыбки читателей было уже не сдержать.