Минло с каменным лицом уставился на Анзэ.
А этот мерзавец сиял от восторга и предвкушения:
— В детстве я обожал её голос! Жаль, потом такой возможности больше не выпадало...
Если быть точным, госпожа Нина просто ушла со сцены.
Анзэ с невинным видом похлопал ресницами, изо всех сил пытаясь казаться милым:
— Ну пойдём!
— Ни за что! — закипая от ярости, отрезал Минло. — Нам сейчас важнее всего скрыться от ищеек моей семьи, а ты собрался развлекаться?!
— Но согласись, твоим родным и в голову не придёт искать тебя на концерте, — с самым серьёзным видом возразил Анзэ. — Там же будет тьма народу! Подружимся с кем-нибудь из фанатов и уедем вместе. Это в разы безопаснее, чем смываться вдвоём.
Минло на секунду задумался: а ведь в этом действительно есть логика...
Но тут же услышал продолжение:
— Так что покупай билеты, молодой господин! Не поверю, что ты сбежал из дома с пустыми карманами.
Минло потерял дар речи.
«Нет, я точно придушу этого ублюдка».
Скрепя сердце, Минло подключился к Сети, чтобы проверить билеты. Разумеется, на живое выступление пропуск купить уже было невозможно — всё расхватали подчистую. Остались лишь трансляции для виртуального присутствия в Межзвёздной сети, да и те стоили запредельных денег.
Кое-какая заначка у Минло имелась, но если ухнуть её на билеты, им останется только зубы на полку положить. К тому же виртуальный билет позволял подключиться откуда угодно — лететь на Планету Аньтай вообще не требовалось. Так что полные бредни Анзэ о том, будто концерт поможет им сбежать, лопнули как мыльный пузырь.
И всё же, понимая, как сильно Анзэ загорелся этой идеей, Минло решил уступить. «Считай, расплатился за помощь при прорыве», — успокоил он себя и приобрёл два билета. В конце концов, собственная жизнь дороже денег, а долги Минло привык отдавать сполна.
Однако, когда заказ был оформлен и последние два галёрных билета оказались у него на руках, раскрылся куда более шокирующий факт. Минло осознал, что этот мерзавец Анзэ... ни разу в жизни не выходил в Сеть!
Подожди-ка. Человек в космическую эпоху ни разу не бывал в Межзвёздной сети?! Он вообще гражданин Федерации?!
— Не смотри на меня так, — невозмутимо отозвался Анзэ. — Разумеется, я бывал там. Просто сейчас мне нужна чистая личность.
Если точнее, ему требовалось сначала принять препарат активации генов, который изменит рисунок его мозговых волн, а затем обзавестись новым персональным терминалом. До тех пор вход в Сеть был закрыт: стоит ему авторизоваться, и Бюро безопасности Федерации тут же запеленгует его местоположение. Как-никак Анзэ отучился десять лет в Центральной кадетской военной академии, и образцы его биотоков давно хранились в общей базе.
Минло прищурился, испытывающе разглядывая спутника:
— Новый паспорт не мешает выходить в сеть, если только твои биометрические данные не занесены в реестры Главного ИИ Федерации.
Подобной «чести» удостаивались либо особо опасные преступники, либо государственные чины. Кем же был этот придурок?
— Ошибаешься, — пожал плечами Анзэ. — В этих базах числятся ещё и военные. А я... ну, считай, член семьи военного.
Когда Райн выбьется в офицеры, Анзэ с чистой совестью сможет называть себя армейским родственником!
Минло закатил глаза. С каких это пор у рядовых родственников снимают энцефалограмму для центрального ИИ? Разве что у него в роду высокопоставленные генералы... Минло вспомнил, с каким невероятным мастерством Анзэ пилотировал корабль, и мысль вспыхнула сама собой: а ведь этот парень, наверное, тоже сбежал из дома, как и он сам?
От этой догадки на душе у Минло стало немного теплее, да и злость улеглась.
— И как ты с таким багажом собираешься идти на концерт? — поинтересовался он.
— Как-нибудь обойдётся, — беспечно отозвался Анзэ.
Вместо того чтобы лезть в Сеть, Анзэ проложил маршрут к Планете Аньтай.
Минло насупился:
— Нам незачем туда лететь, мы можем посмотреть трансляцию отсюда.
— Но я хочу вживую, — Анзэ потёр виски. — Извини. Похоже, побочный эффект ещё не прошёл, вот я и делаю глупости.
Минло застыл, а потом с тревогой спросил:
— Ты ведь не врежешься в какой-нибудь астероид?
Анзэ задумчиво прикусил губу:
— А знаешь... вообще-то могу...
Минло онемел от ужаса.
Впрочем, переживать о катастрофе в открытом космосе ему долго не пришлось.
Благополучно посадив корабль в крупнейшем мегаполисе Планеты Аньтай, где должна была выступать знаменитая певица межзвёздного масштаба, госпожа Нина, Анзэ первым делом потащил Минло... в парк аттракционов.
— Ого! Вот это махина! — восхищённо воскликнул Анзэ, разглядывая гигантские колёса обозрения, яркие карусели и сверкающие огнями конструкции. — Заметил эту красоту ещё при снижении! Вблизи выглядит просто сказочно!
У Минло закралось дурное предчувствие:
— Ты что удумал?
— Как что? Развлекаться! — Анзэ схватил его за руку и потащил к входу.
Каково это — кататься на бамперных машинках посреди толпы малышей, едва достающих тебе до пояса?
Минло поклялся себе, что больше никогда в жизни не подвергнется подобному позору.
Анзэ же с неукротимым азартом опробовал вместе с ним абсолютно все аттракционы. Лишь когда на город опустилась ночь, он наконец умерил пыл.
Минло к тому моменту выдохся окончательно и тушкой растянулся на скамейке под ветвистым деревом. В ночном небе пылали огни салютов, кругом звенел детский смех, а оглушительная музыка с ритмичными басами отдавала в висках. Минло казалось, будто его собственный мозг взрывается вместе с этими салютами.
Анзэ стоял возле скамейки, устремив взгляд в вышину. Залпы рассыпались в темноте огненными лепестками, отбрасывая на его лицо причудливые блики.
Он молча наблюдал за калейдоскопом огней, и дневное безумное оживление испарилось без следа.
— Извини. И... спасибо за сегодня, — тихо проговорил он, не оборачиваясь.
Огни медленно таяли в чернеющей вышине, и Анзэ прикрыл глаза.
С шести лет в кадетской школе, а затем в двадцать шесть — на передовой, среди порохового дыма и крови... У него никогда не было возможности узнать, что такое детская беззаботность.
Побочный эффект его генетической способности по сути лишь снижал самоконтроль, заставляя делать то, что действительно хотелось, и говорить то, о чём думал. Возможно, дело было в его даре «Абсолютного доверия к слову»: после активации способности, придававшей любой его речи непререкаемую убедительность, разум на время терял хватку, а сам он становился импульсивным и совершал глупости.
В порту Звезды Яркой Радуги он применил способность дважды — на поваре и владельце заведения, да ещё один раз на самом Минло. Три применения подряд обернулись сильным спадом самоконтроля, и сколько продлится эта фаза, он не знал.
Генетические способности всегда требуют отплаты.
Минло мрачно спросил:
— Пришёл в себя?
— Угу, — тихо откликнулся Анзэ.
Минло поцокал языком. Теперь-то он понял: «побочка» выражалась в том, что этот тип превращался в законченного идиота — например, с бесстыдным видом катался на детских машинках.
— Ладно уж, молодой господин тоже неплохо развлёкся, — Минло поднялся со скамейки и гордо задрал подбородок. — В конце концов, жизнь должна приносить радость. Иначе какой смысл вообще жить?
Он произнёс это с самым независимым видом.
Анзэ усмехнулся:
— Пойдём. Пора искать влиятельного покровителя.
Минло вскинул бровь:
— Что ты задумал?
Анзэ лишь таинственно улыбнулся.
* * *
Полчаса спустя, когда в тихом, неприметном кафе Минло увидел госпожу Нину — в солнцезащитных очках, широкополой шляпе и элегантном длинном платье, — он потерял дар речи.
— Смотри, а вот и наш пропуск на корабль, — неторопливо прошептал Анзэ.
Госпожа Нина была ослепительной женщиной с роскошными золотистыми волосами и безупречной фигурой. Изящная чёрная ткань подчёркивала гибкий силуэт. Держа в руках клатч, певица прошла к дальнему столику, заказала кофе с десертом и опустилась в кресло.
Минло то и дело переводил взгляд с экрана терминала на незнакомку и поражённо шептал:
— Надо же... И правда она. Откуда ты узнал, что она придёт сюда?
Анзэ не ответил. Их столик располагался совсем рядом, за квадратной несущей колонной.
Подозвав официанта, Анзэ с помощью ложечки набросал несколько слов на салфетке, после чего попросил отнести госпоже Нине горячий шоколад вместе с этой запиской.
Певица удивилась. Вскинув голову, она увидела неподалёку двух юношей: один сидел с угрюмой миной, зато второй сиял доброжелательной улыбкой.
Она взяла салфетку. На ней аккуратным почерком было выведено:
«Гулять в одиночку слишком опасно — поклонники не дремлют. Лучше прихватить с собой охрану».
Сердце госпожи Нины ёкнуло: её узнали?
Чёрная вуаль, спускавшаяся с полей шляпы, скрывала лицо, но её алые губы тронула изящная улыбка. Слегка кивнув юношам, певица не притронулась ни к шоколаду, ни к заказанному кофе с пирожным. Она поднялась и не спеша покинула заведение.
Минло провожал её взглядом, пока дверь не закрылась, а затем повернулся к спутнику:
— И зачем ты это сделал?
— Я же говорил — приехал на встречу с кумиром, — пробормотал Анзэ, потягивая напиток через соломинку.
В следующую секунду двери кафе с шумом распахнулись, и в зал ворвалась шумная толпа.
— Я точно видел, она вошла сюда! — выкрикнул парень в кепке.
— Госпожа Нина! Вы здесь?!
— Мы ваши фанаты! Дайте автограф, пожалуйста!
Больше десятка перевозбуждённых фанатов начали метаться между столиками. Разъярённый владелец тут же вызвал полицию.
Спустя десять минут прибывший наряд вывел разочарованных поклонников наружу. Один из них на ходу удручённо бормотал:
— Да я же собственными глазами видел, как она заходила! Чёрт, достучаться до богини просто невозможно...
— Ничего, в следующий раз повезёт!
Минло, с открытым ртом наблюдавший за этим балаганом, нервно сглотнул:
—... А если бы госпожа Нина не ушла?
— Тогда кафе превратилось бы в зону стихийного бедствия, — пожал плечами Анзэ.
В его прошлом варианте реальности взвинченная толпа заблокировала выходы, началась давка, в душном помещении люди стали терять сознание. Дюжину поклонников увезла скорая, и один из них скончался в больнице.
На певицу обрушился шквал газетных нападок. Мечтавшая о покое артистка не выдержала скандала, объявила об окончательном уходе со сцены, вышла замуж и навсегда завязала с музыкой.
Тогда Анзэ так и не удалось побывать на её концерте.
— Кстати, а чем госпожа Нина вообще прославилась? — спросил Минло, открыв поиск на терминале. Экран тут же запестрил заголовками.
— Песней «Надежда», — улыбнулся Анзэ. — Невероятно красивая, светлая мелодия. Я её очень люблю.