Получив известие от Анзэ, Фален с облегчением перевёл дух.
Наконец-то у него в руках появился козырь — драгоценный товар, способный в случае чего спасти собственную шкуру!
Запуск ключевой технологии меха в тестовом режиме однозначно подтверждал её безупречность. Поговаривали даже, что правительство и военное министерство звездной системы Ско уже заключили с Анзэ соглашение о совместном производстве боевых машин и грузовой техники.
Фален мгновенно прикинул, как выжать из этих сведений максимальную выгоду и заодно вытащить себя из зыбучего болота, в котором завяз по самые уши. Убираться отсюда следовало как можно скорее — промедление было смертоносно.
Проболтавшись на Центральной звезде каких-то три месяца, Фален обзавёлся любовницами с пугающей скоростью — по штуке в день. Страсти накалялись, любовные фронты вспыхивали один за другим, и он банально начал сдавать позиции.
Обычно он не задерживался нигде надолго. Дело было даже не в ветрености: он просто не мог не проявлять к дамам безупречную нежность и доброту. Фален никогда не отказывал женщинам, если их просьбы не затрагивали интересы Синдиката Ириса. Даже если выполнение каприза грозило ему неприятностями, он всё равно уступал. Разумеется, от такого галантного и обходительного красавца дамы сходили с ума десятками.
Фален уже несколько раз отправлял Эми панические просьбы о помощи, умоляя отслеживать передвижения его многочисленных пассий, дабы избежать их нежелательных встреч.
Эми от злости готов был рвать и метать. Чёрт возьми, он профессиональный аналитик и специалист по разведке, а не персональный навигатор по бабам! К тому же львиная доля его сил уходила на наблюдение за Райном. Как тут проследить за табуном ревнивых девиц?
— Самое время делать ноги, — подытожил Фален.
— Погоди ты, — отмахнулся Эми. — Завершатся испытания у босса — и технологию запустят в сеть. Кто-то же должен помогать здесь на месте!
«Ишь чего захотел! — думал Эми. — Чтобы Анзэ явился лично?»
Босс ни за что на свете больше не ступит на территорию Центральной звездной системы. Эми готов был прозакладывать собственную голову: как только в системе Ско сойдёт с конвейера первый меха, способный на дальние перелёты, Анзэ первым делом рванёт в звездную систему Модлан.
— Нет, Эми, уходить надо прямо сейчас, — мягко, но твёрдо возразил Фален. — Нынче я выступаю наживкой в грызне верхушки Центральной звезды. Чуть оступишься — и с потрохами сожрут. Вот когда они перегрызут друг другу глотки, я вернусь и буду вести диалог уже с победителем.
Эми открыл было рот, но не нашёл ни единого аргумента. В стратегическом видении Фален превосходил его на голову.
— Ладно, сдаюсь, — проворчал он. — Куда навострил лыжи?
— К госпоже Хайлань. К нашей Пурпурной Госпоже, — улыбнулся Фален. — Всё-таки это первый раз в жизни, когда я оступился из-за женщины. Очаровательная дама оставила мне воистину незабываемые впечатления.
Эми хмыкнул:
— Что ж, логично. Двигай в звездную систему Модлан. Мне всё равно нужно пасти Райна, так что если вы оба окажетесь в одном месте, мне будет куда проще прикрывать вас разведданными.
Разговаривая, Эми размышлял:
«Раз уж Фален сматывает удочки, может, и мне свалить? Подобрать систему поближе к Туманности Поперечного Краба? Или завалиться прямо на правительственную планету и вести наблюдение оттуда?»
Конспираторы приступили к упаковке вещей. Внешне Фален по-прежнему виртуозно лавировал между фракциями и восхищенными дамами, создавая иллюзию полного беззаботного счастья.
Эми же полностью погрузился в прокладку маршрутов эвакуации и подчистку цифровых следов. Из-за этого он на время упустил из виду новости от Райна — тем более тот находился в стадии плановой модернизации оборудования, и любые незапланированные сеансы связи могли выдать его с потрохами.
К тому же Райн находился на базе. Каким бы захудалым ни был этот гарнизон, базовая система защиты там имелась. Если парень сам не полезет на рожон, ничего страшного с ним не случится.
Однако Эми и представить не мог, насколько глубоко сгнила ситуация внутри планеты Калан. Ненависть между коренными пещерными людьми и военными гарнизона накалилась до предела. Не хватало лишь одной искры, чтобы вспыхнул всепожирающий пожар войны.
Из-за обновления систем на базе выходить наружу солдатам запретили. Несколько сотен мужиков оказались заперты в ограниченном пространстве за выпивкой и болтовнёй. А где толпа и алкоголь — там неизбежны конфликты. Вдобавок на фоне предвкушения скорого перевооружения у всех чесались кулаки. Солдаты тайком протащили спиртное, выпили, словечко за словечко — и в лагере вспыхнула бытовая потасовка.
В этот момент Райн находился у себя в каюте, изучая техническую документацию по обновленным системам. Все остальные ждали, пока штаб пришлёт инструкторов, но Райн предпочитал разгребать всё сам: когда речь идёт о средствах выживания, надеяться стоит только на собственные мозги.
Модернизация базы включала два основных блока: внедрение маскирующего кода системы «Радужный Паук» и развертывание нового комплекса связи, созданного на его основе. Проще говоря, речь шла о кардинальном улучшении каналов связи между базой на Калане и ближними пограничными силами. В руководстве подробнейшим образом описывались правила эксплуатации и протоколы сопряжения.
Но имелось одно важное примечание: на время проведения работ внешняя связь базы полностью отключалась. Ни отправить сигнал, ни принять его было невозможно.
Прочитав эту строчку, Райн почувствовал глухую тревогу. Чутьё подсказывало, что добром это не кончится. Будь он командиром элитного отряда противника, он бы без колебаний выбрал именно этот момент для внезапной атаки.
Впрочем, тут же опомнился Райн, единственный местный контингент на Калане — это пещерные люди. Они живут глубоко под землёй, не имеют ни технологий, ни развитой культуры. Откуда у них силы для нападения на укрепленный гарнизон?
Впоследствии Райн не раз мысленно клял себя за этот опрометчивый оптимизм.
Когда на базе начался тарарам, Райн сперва растерялся. Подумаешь, напились и набили друг другу морды — эка невидаль для глухого гарнизона! Но спустя пару секунд он заметил, что к драке с азартом подключается всё больше народу. Дело принимало дурной оборот. Райн с каменным лицом оценил обстановку и рванул в сторону узла связи.
Опустилась ночь. Связь с внешним миром перекрыта. Бежать к командиру отряда бессмысленно — тот вряд ли сможет утихомирить разогретую алкоголем толпу бойцов, разве что попытается подавить бунт силой. Но если начнется силовой разгон, база просто вспыхнет, как пороховая бочка.
Райн быстро принял решение и направился в вещательную рубку. Находившийся там дежурный пребывал в полупаническом состоянии: с вышки отлично просматривалось, как внизу разгорается грандиозная свалка.
— Командир! Что делать?! Я пытался доложиться капитану, но тот не отвечает!
— Есть какие-нибудь громкие звуковые сигналы большого радиуса? — быстро спросил Райн.
Дежурный задумчиво почесал затылок:
— Ну... тревога при боевом нападении...
Райн едва не взвыл. Это вам не у Анзэ, где можно включить любую музыку для настроения. На военной базе действуют жесткие уставы: за самовольное включение боевой тревоги без приказа шкуру спустят.
— А марши есть? Поставь какой-нибудь сплочающий боевой марш! — велел Райн.
За это тоже посчитают нарушением, но всё же куда меньшим, чем ложная тревога.
И вот над базой загремела мощная, бравая военная песня.
Однако эффект получился неожиданным: дерущиеся солдаты моментально разбились на два четких лагеря и под ритмичные звуки марша с удвоенным энтузиазмом выстроились стенка на стенку!
«Ну и ну...» — Райн лишь онемело лишился дара речи.
Надо признать, что под бодрящий мотив и четкий ритм орать боевые кличи и самозабвенно молотить сослуживцев кулаками оказалось удивительно весело.
Райн хоть и дёргал щекой от увиденного сюра, но постепенно оттаял. Атмосфера во дворе разительно изменилась: враждебная злоба сменилась азартным спортивным духом. На смену мыслям «я тебе башку отрывать буду» пришло здоровое стремление одержать верх в честном поединке. Даже глазеющие с балконов солдаты перестали нервничать и начали азартно подбадривать бойцов, словно следили за плановыми учениями двух рот.
Итоги ночных баталий подвели лишь к рассвету. Зачинщики, как водится, продули. В этот момент на базу экстренно вернулся командир отряда, отлучавшийся для налаживания контактов с местной администрацией. Вид у него был такой, будто он готов был разорвать подчиненных на куски: уехал на пару часов, а они едва не разнесли базу к чертовой матери!
Командир устроил суровый разнос в штабе, пропесочил всех причастных и выписал целый ворох дисциплинарных взысканий. А затем, когда виноватые уже стояли ни живы ни мертвы, сменил гнев на милость, заявив, что грехи можно искупить внеплановыми патрулями и увеличенными нагрузками.
Дравшиеся бойцы с радостной готовностью закивали, выказывая горячее желание отправляться в патруль хоть прямо сейчас.
Смягчив тон, командир вздохнул:
— Я понимаю, служба в этой дыре — то ещё испытание. Но времена сейчас бурные, а вы при первой же возможности расслабляете булки. Это никуда не годится!
Солдаты виновато понурились и поклялись, что подобного больше не повторится.
Разделавшись с зачинщиками, командир подробно расспросил о ночных событиях и вызвал к себе Райна.
— Слышал, это ты прибежал в рубку и врубил музыку? — с улыбкой спросил он. — А ты не промах, парень.
Райн качнул головой:
— Я тоже нарушил устав, сэр.
Командиру понравился этот ответ. Он отлично знал, кто перед ним такой, и понимал, что второй молодой господин семьи Вика долго в их захолустье не задержится. Сначала он думал, что избалованный аристократ просто приехал поставить галочку в личном деле, но парень показал себя с лучшей стороны — соображалка у него работала как надо.
Понимая, что в маленьком гарнизоне Райна не удержать, командир предложил:
— На базе идет модернизация, нам нужно наладить постоянную связь с патрульным флотом в космосе. Есть вакансия офицера связи на орбитальном корабле. Хочешь попробовать?
В глазах Райна вспыхнул азартный огонёк:
— С радостью, сэр!
Любоваться звёздами с борта линкора куда приятнее, чем глотать пыль на этой забытой богом планете!
Официально Райн отправлялся в командировку, оставаясь в штате базы. Но служба на орбите давала отличный шанс: если патрульное командование присмотрится к нему и сочтёт перспективным кадром, его быстро переведут в космический флот на постоянку.
Довольный Райн поднялся на борт транспортного челнока и отправился на орбиту. Однако на третий день пребывания в космосе наземная база неожиданно полностью перестала выходить на связь.
В груди Райна ёкнуло. Он немедленно подал рапорт с просьбой выделить челнок для спуска на планету. Заявку утвердили, но поскольку вылет не являлся боевой задачей патрульного корабля, его назначили лишь через двое суток.
Когда спустя два дня Райн уже готовился погрузиться в десантный бот, его срочно вызвал капитан патрульного крейсера.
Офицер встретил его мрачным, тяжелым взглядом.
— Как долго земля не выходит на связь? — чеканя слова, спросил капитан.
— Трое суток, сэр. Заметив молчание базы, я сразу подал рапорт, но вылет разрешили только на сегодня.
Капитан долго молчал, затем произнёс сухим, мертвым голосом:
— Отставить челнок. База захвачена пещерными людьми. Выживших нет.
Райн застыл, словно оглушенный ударом по голове:
—... Что?
Капитан посмотрел на него со сложным, едва читаемым выражением:
— Это случилось позавчера ночью. До нас не дошло ни единого сигнала. Ты отвечал за связь между орбитой и поверхностью и не сумел вовремя распознать катастрофу. Жди дальнейших распоряжений...