Скри-и-ич!
Резкий тонкий звук — и в машинный зал мгновенно ворвался тревожный рев сирены. Защитный индикатор на панели сменил мягкое зелёное сияние на угрожающе алый цвет.
Хаман вздрогнул всем телом. Не теряя ни секунды, он махом смахнул с экрана подпись под фотографией, развернулся и бросился наутёк.
Сражение в цифровом пространстве вышло настолько напряжённым и опасным, что Хаман напрочь позабыл о реальности. Убегал он хаотично, на пределе сил — несколько раз ищейки буквально наступали ему на пятки, и крах казался неминуемым. Лишь благодаря Райну, который вовремя заметил его побелевшее лицо и выдернул из мастерской Эми, катастрофы удалось избежать. Эми экстренно подключился к виртуальной схватке и помог оторваться от погони — десятков опытных специалистов по информационной безопасности из Бюро безопасности.
Едва вырвавшись из пасти цифровой западни, Хаман замер на месте, испуская почти видимый пар — словно раскалившийся от катастрофической нагрузки серверный блок. На соседнем терминале вспыхнул видеовызов.
— Что произошло?! — выпалил Эми, не дожидаясь устойчивого сигнала. — Ты на кой черт туда полез, что за тобой целый полк увязался?..
Осекшись на полуслове, Эми уставился на дрожащие щёки Хамана и невольно выдохнул:
— Погоди-ка... Ты чего такой странный? Ты... ты что, на глазах худеешь?!
Райн опешил не меньше. Он внимательно присмотрелся к товарищу и с изумлением осознал: Хаман и впрямь будто сбросил пару килограммов прямо на глазах!
Хаман растерянно поднял голову, провел ладонью по лицу и обнаружил, что пальцы покрыты маслянистым потом.
— Я... — выдавил он.
Мысли плыли, в голове образовалась звенящая пустота, а реакции затормозились до предела.
Райн решительно схватил его за руку и потащил в душ. Он заставил Хамана умыться и встать под ледяные струи. Только когда холодная вода окатила его с головы до ног, к Хаману окончательно вернулась способность соображать.
Уставившись на свое отражение в зеркале, он издал дикий вопль:
— Как я... почему я похудел?!
Райн прикрыл ладонью рот, изо всех сил сдерживая нервный смех:
— Ты... пробудил способность? И плата за неё — сжигание жира? Ну у тебя и дар...
— Куда делись мои бока?! — печально вздохнул Хаман, пощипывая свой подбородок.
Райн только закатил глаза, решив воздержаться от комментариев.
Проведя детальную самодиагностику, Хаман убедился: генетическая способность действительно пробудилась. В чём-то его дар перекликался со способностями Мечника Хеля — предельная концентрация ментальной энергии и колоссальное ускорение мыслительных процессов. Однако если Хель использовал просчёт пространственных координат для рассечения материи, то Хаман разогнал работу мозга для гиперскоростного сбора и анализа данных в сети.
Плата Хеля заключалась в амнезии — перегрев нейронных сетей повреждал память. Плата же Хамана оказалась куда забавнее: катастрофический расход энергии выжигал жировые запасы организма, моментально приводя к сбросу веса.
— Уж чему-чему, а такому побочному эффекту позавидует любая дама, — заметила Анжела, узнав о результатах.
Хаман тем временем обнял тазик с едой и принялся судорожно поглощать всё подряд. Стремительное похудение отозвалось диким, зверским голодом — колоссальные энергозатраты требовали немедленной компенсации.
После всей этой суматохи Хаман отправился к Кенту на генетический анализ. Тест подтвердил: его R-ген полностью мутировал, способность окончательно зафиксирована. Хаман облегчённо выдохнул. Теперь по возвращении домой старик хотя бы не выбьет из него всю дурь — как-никак, сын стал полноценным обладателем генетических способностей.
Когда остальные разошлись, предоставив Хаману возможность перевести дух, тот остался наедине с Райном и резко сменил тон. Лицо его стало предельно серьёзным:
— Райн, твоя личность раскрыта.
Райн лишь равнодушно пожал плечами:
— После встречи с братом Яксом я был готов к тому, что маскировка сорвётся.
Якс хоть и оставался старым знакомым из прошлого, всё же служил в Бюро безопасности. Их позиции кардинально различались.
Хаман поразмыслил пару мгновений и качнул головой:
— Нет, не думаю, что нас сдал Якс. Он ведь знает и меня тоже. Капни он на тебя — накрыли бы обоих.
Райн мгновенно подтянулся, взгляд его стал зорким и настороженным:
— Хочешь сказать, меня опознал кто-то ещё?
— Похоже на то, — медленно кивнул Хаман. — В конце концов, и при контактах с синдикатом «Ветряной Зверь», и во время вылазок в Бюро безопасности светился именно ты. Я оставался в тени. Даже когда ходил выпить в бар, со мной всегда находился Эми, да и визор я носил. Враги, скорее всего, решили, что я просто рядовой из «Ириса».
Райн ненадолго задумался, после чего произнёс:
— Гадать бессмысленно. Вернёмся домой — и всё прояснится.
Истинный маршрут их побега от семьи сокрыть бы не удалось, но вот детали их подвигов вполне поддавались редактированию — Эми мог сфабриковать пару убедительных видеозаписей. К тому же главное дело было сделано: и он, и Хаман успешно пробудили генетические силы, так что самоволка себя полностью оправдала.
— Помнишь, когда ты ходил на разведку к опорному пункту, брат Якс смылся первым? — высказал ещё одну догадку Хаман.
— Ещё бы не помнить, — поморщился Райн. — Кабы не его финт, меня бы не попёрли аж до самой военной базы.
— Я тогда вестировал твой путь и потерял его из виду, — хмуро продолжал Хаман. — Но позже, когда мы с Эми взламывали архивы Бюро безопасности в поисках данных о рукотворных людях, следов Якса там тоже не нашлось. Вдруг с ним что-то случилось?
Сердце Райна ёкнуло:
— Да ну, не может быть...
Хаман тяжело вздохнул:
— В любом случае, времени на его поиски у нас нет. Остаётся надеяться, что Бюро обеспечивает своим людям надежную защиту. В крайнем случае попросим Эми присмотреть за ситуацией.
— Только так, — со вздохом согласился Райн. — Сроки поджимают.
Задержатся они хоть на день — и Центральная военная академия отчислит их без права восстановления. А если это произойдёт, отцы превратили бы лица и Райна, и Хамана в сплошную гематому.
Анзэ Уотер, судя по всему, тоже точно рассчитал день их отбытия. Он на пределе возможностей переправил всех рукотворных людей на планету Тэма под опеку Босса Чарли, а сам уселся за штурвал грузового челнока и на предельной скорости пронёсся через экстренные гиперпространственные коридоры. Миновав серию пространственных прыжков, он успел вернуться на планету Синица аккурат до отлёта Райна.
Увидев Райна после долгой разлуки, Анзэ не сумел сдержать ни захлестнувшей его тревоги, ни запоздалого страха. Он с разбегу врезался в объятия возлюбленного и отчаянно закричал:
— Ра-а-айн!..
В тот же миг из динамиков на всю катушку врезалась громкая траурная мелодия:
«Как же горько ты поги-и-иб!..»
Анзэ застыл каменным изваянием.
Лицо его перекосилось от бешенства:
— Эми, а ну вали сюда, паршивец!
Из сирены зафонило оправдательное бубнение Эми:
— Ой, пардон! Я же хотел включить композицию «Встреча после долгой разлуки»! Какого черта тут «Песня о печали»?! Кто вчера лазил в настройки системы оповещения?!
После недолгой возни за кадром мотив сменился — из динамиков потекла нежная, трепетная, исполненная тепла мелодия.
Анзэ сжимал Райна в объятиях, не желая отпускать ни на миллиметр. Вдыхая родной запах и ощущая ровный, сильный стук сердца в чужой груди, он постепенно обретал внутренний покой.
Райн жив. С ним всё в порядке. Он стал только сильнее и выносливее.
Поначалу Райн с удовольствием откликался на эти пылкие объятия, но когда спустя три минуты хватка лишь уплотнилась, похлопал Анзэ по спине, намекая, что пора бы и честь знать.
В конце концов, они находились на посадочной платформе транспортного узла. Со всех сторон снували технические службы, механики и экипажи соседних челноков.
Анзэ спохватился и разжал руки, но тут же перехватил ладонь Райна, сплетая пальцы. На его губах расцвела светлая улыбка:
— Я вернулся.
Райн мягко улыбнулся в ответ:
— С возвращением.
Держась за руки, они покинули космопорт и направились в штаб-квартиру синдиката «Ирис». Едва Анзэ переступил порог главного холла, как обнаружил, что на мягких диванах расположилась целая делегация: Рейман, Мечник Хель, Санк и ещё добрый десяток ключевых фигур.
Все они явились с пачками отчётов и срочных дел.
Лицо Анзэ мгновенно скривилось в мученической мине.
Райн расхохотался. Не дав Анзэ вымолвить и слова, он сделал шаг вперёд и задорно объявил:
— Сегодня ваш босс переходит в моё распоряжение! Все дела — завтра!
Рейман на секунду опешил, внимательно вгляделся в Райна и с усмешкой качнул головой:
— Что ж... Будем считать, что шеф всё ещё в отъезде.
Хель невозмутимо добавил:
— Берегите силы. Отдохните как следует.
От этого прозрачного намека щеки Райна вспыхнули ярким румянцем.
Санк и остальные тоже прошлись пару раз дружескими шуточками по поводу воссоединения парочки, после чего откланялись. Своим появлением они уже выполнили задачу — дали Анзэ понять, что дел невпроворот и затягивать с работой не стоит.
Хаман уходил последним.
— Мы планируем отбывать, — сообщил он Анзэ. — Стартуем послезавтра.
Пока он произносил эти слова, его рука незаметно юркнула в карман куртки Райна, подсовывая туда какую-то пикантную мелочишку для интимных развлечений. Хаман попытался было отвлечь внимание Анзэ, но тот вдруг ошарашенно вытаращился на него и воскликнул:
— Ты чего вытянулся, как сухая соломинка?!
Хаман замер.
— Я верну свой вес, слышишь?! Верну! — гневно рявкнул он и гордо удалился прочь.
— Вот странный... — пробормотал Анзэ. — Разве похудеть — это не к лучшему?
Райн не удержался от смешка:
— Какое «к лучшему»? А как ему тогда активировать генетический дар?
Анзэ изумлённо вскинул брови:
— Он всё-таки пробудил способность? А при чём тут сброс веса?
Насколько помнил Анзэ, раньше от мыслей Хаман только набирал массу. Сколько он его знал, тот ни разу не худел.
Райн вкратце описал суть дара Хамана, закончив объяснением:
— Вот побочный эффект и выжигает калории.
Анзэ разинул рот и некоторое время молча переваривал услышанное, пока наконец не выдохнул:
— Ну и ну... Воистину чудеса науки.
Впрочем, нюансы изменений в этой жизни заботили Анзэ ровно три секунды. Выбросив Хамана из головы, он переключился на куда более важную тему.
— Ты уже уезжаешь? — Анзэ впился взглядом в Райна. В его синих глазах смешались тоска и страстная влюблённость. — Неужели нельзя остаться еще хоть ненадолго?
Ему только-только удалось зачистить территорию и обезопасить пространство, чтобы Райн мог насладиться отдыхом, а тот уже собирает вещи!
Райн тихо вздохнул. Расставание давалось ему не менее тяжело.
— Кабы моя воля, я бы остался. Но если задержусь ещё хотя бы на пару дней, меня отчислят из академии.
Он ведь и так сбежал самовольно!
Анзэ обнял Райна за талию, увлекая его за собой на широкий диван. Подобно верному псу Гоу Да, он принялся усердно тыкаться носом в грудь и шею возлюбленного:
— А может, ну её, эту академию?
Райн изогнул бровь и с лукавой ухмылкой посмотрел на устроившегося у него на груди Анзэ:
— Серьёзно? И я останусь подле тебя?
Впрочем, уже через секунду Анзэ сам же и отменил собственное предложение:
— Нет, не годится. Возвращайся в академию. Как ни крути, а диплом получить надо.
Анзэ мог позволить себе устраивать хаос в этой системе лишь потому, что проходил эту «игру» по второму кругу и обладал опытом высшего ранга. Райн же, при всём его колоссальном потенциале, пока оставался новичком.
Вселенная бескрайняя, да и самому Анзэ требовалось постоянно расти. Добившись первых успехов, нельзя было расслабляться.
От этих слов сердце Райна затопила невероятная нежность. Вот за это он и любил Анзэ: тот не просто сгорал от страсти, но и уважал его путь, думал о его будущем и делал всё, чтобы помочь ему встать на ноги.
Ну как можно не любить такого невероятного человека? С каждым днём это чувство становилось лишь глубже.
Райн протянул руки, ласково обнял голову Анзэ и прикоснулся губами к его лбу.
— Не волнуйся. Сколь бы ярко ни сияли звёзды в небесах, в моём сердце ни одна из них не сравнится с тобой.
Анзэ утонул в его изумрудных глазах. Подавшись вперёд, он трепетно коснулся губами вечно манящих век. Райн прижмурился, впитывая каждую секунду этого сладкого дурмана.
Одной рукой он сжал волосы Анзэ, а другую погрузил в карман брюк, нащупав гладкий бок маленького флакончика.
«Хаман — поистине лучший друг века!»
Райн чуть повернул голову, слегка задев щекой сережку в ухе Анзэ, и прошептал прямо в губы:
— Оставим себе что-нибудь на память перед разлукой?..
Анзэ потерял остатки контроля. Перевернувшись, он накрыл Райна своим телом и впился в его губы жадным, сокрушительным поцелуем.
* * *
Пятый том. Наша встреча сквозь года
Глава 80. Взмах крыльев бабочки
— А теперь приглашаем представителя выпускного курса для прочтения торжественной речи!
Едва отзвучал голос ведущего, как на трибуну степенным, уверенным шагом поднялся высокий златовласый красавец. Роскошная шевелюра оттенка спелой пшеницы, глубокие изумрудные глаза... Когда он улыбался, казалось, будто весенний бриз ласкает лицо, но стоит ему стать серьёзным — и перед вами возникал несокрушимый ледяной утес. Разумеется, это был Райн Вика.
Сегодня наступил день его выпуска из Центральной военной академии. Заняв первое место в рейтинге курса, Райн удостоился чести выступать с трибуны. Черновик речи был выверен заранее, так что он с невозмутимым видом выдал аудитории — студентам и преподавателям — положенный набор правильных и вдохновляющих фраз, после чего сдержанно поклонился и покинул сцену.
С тех пор как он в последний раз покидал звёздную систему Скот, прошло целых восемь лет. По-хорошему, программа обучения в академии занимала шесть лет, но кто же мог подумать, что этот чертов Анзэ Уотер умудрится развести бучу в системе Скот такой силы, что ее эхо докатилось за миллиарды световых лет — прямо до Центральной звёздной системы!
Тогда, сразу после отлёта Райна, Анзэ трансформировал печаль расставания в неистовый трудоголизм и с головой погрузился в работу.
Судя по всему, он твердо вознамерился закрыть все открытые вопросы до того, как Райн получит диплом. Поэтому на второй год после отъезда возлюбленного, едва Минло Антас полностью освоил доставленные технологии и переоборудовал флагманский линкор «Золотой Лев», Анзэ вновь повел свои силы в поход.
Сперва он подчистую зачистил остатки мятежных группировок в туманности Летящей Птицы — перед ним склонила голову даже семья Кармен, пользовавшаяся прямым покровительством Военного министерства. А затем Анзэ протянул свои когти к соседней туманности Старого Орла.
Технологические разработки Финансовой группы Морского Песка давно не давали ему покоя.
Имея в штабе бывшего предателя Реймана и действующего перебежчика Фалена, Анзэ действовал с максимальной эффективностью. В качестве внешнего силового ресурса был нанят наёмничий отряд «Линдан». Анзэ и Мечник Хель возглавили две оперативные группы и развязали масштабную войну между туманностью Летящей Птицы и туманностью Старого Орла.
Правительство звёздной системы Тар без конца рассылало штормовые предупреждения, призывая торговые караваны и гражданские лайнеры огибать зоны конфликта десятой дорогой. Чиновники то и дело пытались выйти на связь с Анзэ и руководством Финансовой группы Морского Песка, умоляя стороны придерживаться принципов взаимоуважения и решить споры за столом переговоров.
Само собой, ни Анзэ, ни его противники ни во что не ставили эти дипломатические призывы.
Анзэ откровенно вознамерился поглотить финансовую группу, а та, понеся огромные убытки, жаждала реванша.
Столкновения шли жесточайшие. Единственным утешением для местных властей оставался тот факт, что новый главнокомандующий синдиката «Ирис» принципиально не втягивал в разборки мирных жителей.
Если патрули случайно задевали купеческий корабль, «Ирис» без вопросов покрывал убытки. Если же происходил трагический инцидент с жертвами, организация выплачивала семьям погибших колоссальные компенсации. Более того, когда гражданские суда попадали в бедствие, патрульные флотилии Анзэ первыми приходили на помощь — настоящий образец благородства в космических масштабах!
Для самого же Анзэ захват туманности Старого Орла сулил колоссальную выгоду. Во-первых, внешняя война сплотила синдикат «Ирис», закалила боевой состав и подскочила преданность структуре.
Во-вторых, ему требовались передовые технологии для реализации собственных амбициозных планов — в частности, для обнаружения и начала освоения Демонической звезды Мо, таившей огромные запасы элемента Ло.
Наконец, оставался вопрос с Минло. Старший брат Мин Сяоло всё ещё находился в коме где-то в недрах туманности Старого Орла. Госпожа Мэйтин, выращивавшая клубнику на планете Тэма, через третьи руки передала Анзэ сообщение: она готова служить ему верой и правдой, если он вызволит её старшего сына.
Анзэ с иронией отмечал, что стабильность научного отдела «Ириса» держится исключительно на семейных дрязгах клана Антас. Если Мин Сяоло удастся уладить конфликт с родней, новейшие инженерные мысли потекут рекой прямо на его линкоры и мехи.
Но если парню не удастся договориться со своей эксцентричной матерью... О последствиях Анзэ предпочитал даже не думать.
В конце концов, исправность карт Кубика Рубика, через которые они связывались с Райном, полностью зависела от профилактики Минло!
Учитывая, что влияние Анзэ пока ограничивалось системой Скот, вытащить родную мать Минло со Звезды Яркой Радуги в системе Тар представлялось непростой задачей. Минло заверил, что готов подождать: горе-отец не станет торопиться с расправой, ведь мать оставалась ценным козырем и заложником.
Мин Сяоло даже заявил, что не держит зла на Мэйтин. В конце концов, для той единственным любимым ребенком был старший сын — тот самый, что перманентно плавал в питательном растворе Финансовой группы Морского Песка, а вовсе не Минло. С её стороны было вполне логично использовать младшего ради спасения старшего.
Слушая эти рассуждения, Анзэ испытывал лёгкий мороз по коже. Простить человека, пытавшегося лишить тебя жизни... У Мин Сяоло в голове гнездились весьма жуть наводящие концепции!
Впрочем, Минло поставил чёткое условие:
— Пять лет. За пять лет ты обязан вытащить мою мать.
Анзэ, не задумываясь, дал твердое обещание:
— Когда это я не сдерживал слова? — ударил он себя кулаком в грудь.
Минло со спокойной душой вернулся к работе. Прежде Анзэ давал лишь туманные запевные фразы без конкретных сроков, и парень всерьёз опасался, что дело растянется на десятилетия.
Анзэ считал Минло безумцем, но и Минло находил Анзэ откровенно чокнутым.
— Моя мать — клон, — объяснил позже Минло. — Даже с учетом генетической стабилизации продолжительность её жизни куда короче, чем у обычных людей. Боюсь, если затянем, спасать будет некого.
Так два человека, считавшие друг друга психованными, невольно фильтровали тон при общении и прекрасно ладили.
Межгалактический конфликт затянулся почти на год. Финансовая группа Морского Песка потерпела разгромное поражение, так и не поняв, откуда у синдиката «Ирис» взялся такой гениальный стратег.
В эпоху освоения дальнего космоса с локальным боем пару-тройку линкоров справится любой опытный капитан. Но когда ареной сражения становится весь звездопадный массив туманности — с учётом орбит планет, астероидных поясов, логистических хабов, орбитальных станций, военных портов и пространственного экономического взаимодействия — стратеги подобного масштаба ценились на вес золота.
Дело дошло до того, что штабы оборонительных войск туманности Летящей Птицы и Старого Орла засылали наблюдателей и аналитиков для изучения тактических приёмов Анзэ. Высший офицерский состав откровенно восторгался филигранной точностью развертывания сил «Ириса».
И когда Анзэ, задействовав колоссальные ресурсы, окончательно накрыл всю научно-исследовательскую верхушку Финансовой группы Морского Песка, его имя прогремело на весь сектор.
Псевдоним «Сикэма» загремел по всей звездной системе Скот. И славу ему принесла не личная боевая мощь и не численность флота, а гений верховного командования. Даже если бы он завтра покинул пост главаря синдиката, крупнейшие корпорации и союзы перегрызли бы друг другу глотки за право нанять его главным военным советником.
Эта «Однолетняя война» вошла в учебники истории сектора Скот. Боевые аналитики Военного министерства подробно задокументировали каждую фазу операции и направили материалы в Центральную военную академию, где разбор манёвров Сикэмы включили в обязательную программу для курсантов.
Райн не знал, плакать ему или смеяться.
Разумеется, Райн владел куда более подробными сведениями, чем его преподаватели: Анзэ регулярно связывался с ним через карту Кубика Рубика и изливал душу.
То подливал масла в огонь, рассказывая, как Рейман опять всех подставил и огреб от Хеля; то жаловался, что обольстительный Фален выудил очередные секреты у какой-то высокопоставленной дамы; то сообщал, что Эдмонд влюбился в канонаду сражений и отпросился в боевой передовой отряд, наотрез отказавшись работать личным телохранителем. В итоге Анзэ плакался, что рядом с ним из свиты остался один лишь Эми.
Даже Старый Ханс отправился на усиление к Чарли, оставив Анзэ лишь шустрого юношу Эми в качестве секретаря. А так как связь работала идеально в любой точке космоса, Анзэ сменил имя, переоделся и отправился кутить прямо в центр туманности Старого Орла.
Вражеские контрразведчики бились над загадкой, почему их секреты утекают со скоростью прорвавшей плотину реки. Секрет был до смешного прост: Анзэ с Эми разгуливали у них под носом, прикрываясь прогулками с псом Гоу Да.
С тех пор стоило Анзэ взять на поводок Гоу Да и заявить, что идёт «подышать воздухом», подчиненные с ужасом гадали, какую организацию он сотрёт с лица галактики на этот раз.
Сам Анзэ считал себя чистейшей души человеком — мирным, наивным и законопослушным гражданином новой космической эры.
Когда Райн впервые услышал от Анзэ такую характеристику, то чуть не умер от смеха. Он тут же вспомнил слова своего профессора по военной тактике: «Сикэма — чудовищный стратег. Он видит поле боя насквозь. Все участники событий невольно пляшут под его дирижёрскую палочку, а сам он подобен пауку, сплётшему смертоносную сеть и хладнокровно наблюдающему за тем, как жертвы сами ползут в гибель».
К слову, по итогам той кампании Анзэ с почетом занесли в реестр особо опасных преступников Военного министерства с присвоением S-ранга розыска, а в Бюро безопасности на него завели толстенную пухлую папку.
— Твой оперативный позывной — «Радужный Паук», — предупредил Райн. — Передай Эми, чтобы отслеживал все шифровки с этим кодом.
Анзэ скривился:
— Что за дурацкая кличка?! — С созвучием на диалекте некоторых систем это звучало как «Красная Свинья».
— «Ирис» ассоциируют с радугой, а твой стиль боя называют паучьим, — пояснил Райн и тоже поморщился: — Ты не представляешь, нам даже на итоговом экзамене вопрос о тебе впихнули!
Анзэ промолчал.
Разгром Финансовой группы Морского Песка принёс Райну лишь проблемы с учебой, но захватив контроль над ключевыми туманностями и получив доступ к передовой научной базе, Анзэ нацелился на Демоническую звезду Мо.
Он ни на миг не забывал о своей главной цели: разработать элемент Ло и полностью реконструировать систему межзвёздной связи! Раз уж армейские чины нарекли его пауком, он сплетёт сеть, которая окутает всю Вселенную!
Учёные мужи из разгромленного синдиката поначалу саботировали работу, но едва Анзэ выложил перед ними точные координаты Демонической звезды Мо и предложил возглавить освоение элемента Ло, их глаза загорелись неистовым азартом.
Спустя два года напряженного труда на свет появился фундаментально новый протокол связи. Благодаря уникальным свойствам элемента Ло коммуникационные сети туманностей Летящей Птицы и Старого Орла прошли тотальную модернизацию. Теперь жители окраин могли принимать прямые трансляции из Центральной звездной системы без единой секунды задержки!
Когда новость облетела сектор, правительство системы Скот впало в ступор. Последующая серия закрытых сделок и обмена технологиями привела к тому, что власти срочно отправили рапорт в столицу и приступили к глобальной перестройке собственной инфраструктуры.
В Центральной системе это вызвало эффект разорвавшейся термоядерной бомбы.
Райну оставалось отучиться в академии полтора года до вожделенного диплома, когда вышло экстренное постановление Главного штаба: «В связи с внедрением новой системы связи и необходимостью освоения курсантами прогрессивных коммуникационных протоколов, выпуск всех курсов переносится на два года».
Райн Вика молча лишился дара речи.