Кабинет генерала Вика располагался на третьем этаже. Войдя вслед за хозяином дома в просторное помещение, Анзэ бегло осмотрелся: массивный письменный стол, уходящие под самый потолок книжные стеллажи за ним и аккуратный ряд мягких диванов вдоль стены.
Не теряя непринужденности, юноша опустился на один из диванов, снял черную шляпу с широкими полями и небрежно положил ее перед собой на журнальный столик.
Гнев на лице генерала постепенно угас. Командующему целым корпусом потребовалось лишь немного времени, чтобы оправиться от шока — мысль о том, что его сын связался с главой синдиката «Ирис», поначалу совершенно выбила почву из-под ног. Переварив оглушительную новость, Вика вернул себе прежнюю выдержку и холодный расчет.
Обогнув стол, он сел в кресло, уперся подбородком в сцепленные пальцы и тяжело, исподлобья уставился на гостя.
— Назови свою настоящую цель, — глухо произнес генерал.
Анзэ лишь улыбнулся. Закинув ногу на ногу и свободно положив руки на колено, он всем своим видом демонстрировал полнейшую развязность.
— Я хочу жениться на Райне.
Вика глубоко вздохнул, сжав зубы так, что желваки заходили ходуном.
— Господин Сикэма, бросьте паясничать. Давайте говорить начистоту. Вы из года в год отправляете свои корабли кружить на границах Внешнего фронта — думаете, Военное министерство этого не замечает?
Анзэ про себя досадно вздохнул. Типичная ситуация: он пытался обсудить личную жизнь, а будущий тесть упорно переводил разговор на государственные интересы. Заяви он сейчас, что им движет чистая любовь к Райну, генерал не поверит ни единому слову. А вот если скажет, что ищет выгоду и влияние семьи Вика в армейских кругах, тот сразу с облегчением кивнет.
Анзэ слишком хорошо понимал ход мыслей старого служаки, и от этого становилось горько. В наше время правде никто не верит.
Встряхнувшись, Анзэ принялся с готовностью отбивать подачу:
— Вы мне льстите, генерал. Внешний фронт — не то место, где стоит появляться скромным дельцам вроде нас. Мы там отродясь не бывали.
— Наш флот лишь обеспечивает безопасность торговых судов и грузовых транспортников, — с безупречно елейной улыбкой продолжил он. — Космос бескраен, маршруты то и дело смещаются из-за аномалий. Сбиться с курса — дело житейское, стоит ли поднимать шумиху из-за пустяков?
Генерал усмехнулся. Как ни странно, настроение его слегка улучшилось: сидящий напротив мерзавец наконец стал похож на главу преступного синдиката, а не на залетного паяца.
— Раз уж ваши корабли так часто «сбиваются с курса», не стоит удивляться, если с ними случится какое-нибудь досадное происшествие, — ровным тоном заметил Вика. — Надеюсь, получив подобные сводки, вы сохраните хладнокровие.
Анзэ ответил тем же усмешливым взглядом. В последние годы патрулирование Внешнего фронта ужесточилось, и даже под его личным командованием отряды «Ириса» регулярно попадали в засады военных. Так что угрозы генерала не произвели на него ни малейшего впечатления.
Они обменялись еще несколькими ничему не обязывающими фразами, прищупываясь к манере речи и характеру друг друга. Вернее, генерал пытался сопоставить образ, сложившийся в его голове, с сидящим перед ним человеком. Слухи о Сикэме гремели по всей Межзвездной Федерации, но мало кто видел его вживую.
Благодаря системе «Радужный Паук» главарь синдиката безупречно контролировал любую утечку информации о себе. Даже в секретных сводках Бюро безопасности, разосланных высшему командованию, имелся лишь один смутный снимок, сделанный исподтишка.
На той фотографии глава «Ириса» был запечатлен в черном пальто и широколобой шляпе, надвинутой так, что виднелись лишь подбородок да узкая линия сжатых губ.
«Что есть этот снимок, что его нет!» — чертыхались тогда офицеры.
Но теперь генерал вынужден был признать: кадр оказался донельзя точным. Подбородок гостя точь-в-точь совпадал с тем, что на фото.
Правда, на снимке от главы синдиката разило удушающей угрозой. Даже сквозь цифровую зернистость ощущалось его паршивое настроение: чуть повернутая голова, жесткие складки у рта, будто он готов в любую секунду отдать приказ о расстреле.
А ведь тогда Анзэ просто во весь опор мчался домой и на месте обнаружил, что у Райна закончилась стажировка и тот уже улетел из звездной системы Ско...
Сопоставляя застывший кадр с живым человеком, Вика невольно нахмурился. Было в нем нечто странное. Не то чтобы гость недотягивал до статуса босса, но в его осанке отсутствовала въевшаяся ледяная жесткость. Скорее, он напоминал старшего сына генерала — такая же собранная, спокойная уверенность.
Анзэ великодушно дал генералу минут двадцать на расспросы и скрытую оценку. Он вкратце повторил то, о чем уже говорил Декаэру: мол, они с Райном — друзья детства, и все в таком духе. Впрочем, Вика не поверил ни единому слову.
Как отец, генерал внимательно следил за окружением сыновей. Он до сих пор помнил поименно всех приятелей младшего — и среди них уж точно не числилось никакого Сикэма!
Хотя... Постойте.
Генерала будто током ударило. А что, если «Сикэма» — лишь псевдоним?
Бюро безопасности сбилось с ног, пытаясь раскопать его прошлое. Человек возник словно из ниоткуда: объявился в «Небесном Рае Звезд», а спустя мгновение уже правил «Ирисом», будто взломал саму реальность. Никаких следов, никакой истории взросления — полнейший вакуум!
Но если само имя было фальшивкой, пазл мгновенно складывался.
Мысленно предавая анафеме бездарей из Бюро безопасности, генерал начал перебирать в памяти детских друзей Райна.
Тот поступил в кадетскую военную академию в шесть лет. Все его близкие товарищи продвигались по службе вместе с ним — их личные дела были прозрачны и легко отслеживались.
Вика активировал виртуальный терминал на столе и ввел фильтр: поиск по однокашникам сына, чьи архивы прерывались или отсутствовали.
На полупрозрачном экране возник снимок: черноволосый парнишка с пронзительными светло-голубыми глазами. Его личное дело обрывалось на отметке в шестнадцать лет.
Вот оно! Генерал потрясенно перевел взгляд с экрана на гостя. Он вспомнил. Много лет назад Райн умолял отыскать этого мальчика. Вика тогда скинул поручение адъютанту и выбросил случай из головы, а сын больше не поднимал эту тему.
Сверив фотографию с сидящим напротив мужчиной, чьи светло-голубые глаза лучились мягким светом, генерал выдохнул:
— Ты... Анзэ Уотер! Лучший абитуриент Межзвездной Федерации!
Улыбка Анзэ стала шире. Чуть наклонив голову, он прищурил голубые глаза и неторопливо произнес:
—... И тот самый человек, которого Райн так отчаянно пытался найти. Вот только, увы, ни у кого из вас ничего не вышло.
Он растягивал слова, придавая голосу едва уловимый, печальный оттенок:
— Вы так меня и не нашли...
Эта фраза прозвучала как скрытый упрек, болезненно ударивший по тщеславию генерала.
Когда Анзэ внезапно исчез, академия проводила расследование. Выяснили лишь то, что следы парня затерялись в звездной системе Тар. В те времена Межзвездная сеть не обновлялась мгновенно — синхронизация происходила раз в десять лет, а спецсвязь использовалась строго по назначению. Кто стал бы заводить отдельное агентурное дело на сгинувшего первокурсника?
Вика тогда не придал этому значения. В бескрайнем космосе люди пропадают тысячами, и за долгие годы службы генерал привык относиться к подобному как к неизбежной статистике.
Но теперь, спустя почти десяток лет, пропавший мальчик стоял перед ним — превратившийся в легендарного Радужного Паука, обладающий хрестоматийным талантом тактика и стратега. А ведь если бы его тогда нашли...
Наблюдая, как меняется выражение лица генерала, Анзэ тихо хмыкнул:
— Не берите в голову, генерал. Я ушел по собственной воле.
Подавшись вперед, он добавил:
— Без меня рядом Райну в армии было куда безопаснее. А я, оказавшись на свободе, смог гораздо быстрее добиться того, что имею сейчас.
— Безопаснее? — Вика насупился. — Значит, на тебя действительно охотились? И ты решил уйти, чтобы отвести удар?
Анзэ лишь загадочно улыбнулся. Он намеренно подвел генерала к этому выводу: верхушке Межзвездной Федерации давно пора было напомнить, что внутри самой Федерации кишат крысы.
— Впрочем, ворошить прошлое бессмысленно, — спокойным тоном продолжил Анзэ, вертя в руках черную шляпу. — Сейчас я твердо стою на ногах и способен защитить себя. А тут как раз Райн окончил академию — вот я и прилетел.
Он опустил взгляд на поля шляпы:
— Глядя на его выпускной, я невольно задался вопросом: а ведь останься я тогда, тоже кружился бы сейчас в вальсе по парадному залу в строгом мундире...
Вика сокрушенно вздохнул. Подозрительность окончательно уступила место смутной отцовской симпатии. В конце концов, генерал помнил рассказы младшего сына: тот на каждых каникулах только и твердил о своем неугомонном приятеле Анзэ — дерзком, открытом и отчаянном.
Похоже, жизнь выбила из него прежнее ребячество, зато отчаянную дерзость возвела в абсолют.
— И все же ты поступил безрассудно, явившись прямо сюда... — уже мягче произнес генерал. — Ты хоть представляешь, сколько людей в Федерации мечтают о твоей голове?
Анзэ понял, что добился своего: генерал смягчился и невольно проникся к нему сочувствием. Сбросив спесь, юноша скривил губы и с нарочитой досадой протянул:
— Подумаешь, всего-то подтолкнул синхронизацию Межзвездной сети! Я ведь именно из-за этой задержки в свое время и пропал, верно? Кто же знал, что у старикашек это вызовет такую бурю! Настоящие ископаемые, совершенно не ценят технический прогресс.
Вика не знал, то ли смеяться, то ли ругаться:
— Ты вывалил эту технологию без предупреждения! Какое там прогресс — правительственные структуры и криминальные синдикаты захлестнула волна хаоса! Ни у кого не было времени подготовиться!
Пожалуй, лишь правительство звездной системы Ско выиграло пару дней благодаря секретным договоренностям с «Ирисом». Остальным же организациям, вынужденным в экстренном порядке перекраивать всю инфраструктуру связи под систему «Радужный Паук», оставалось лишь проклинать его создателя, в ночную смену переписывая базы данных.
— Какая разница? Система уже работала, — с невозмутимым видом пожал плечами Анзэ. — А дай я предварительную утечку — неизвестно, позволили бы мне вообще довести дело до конца. Поди угадай, кто стал бы улыбаться в лицо, а за спиной готовить диверсию.
Вика смолчал. Спорить тут было не о чем — в высших эшелонах власти именно так всё и происходило.
Тут Анзэ мгновенно сменил тон. На его лице просияла азартная улыбка:
— Так что мое приглашение на танец и слова о женитьбе на Райне — вовсе не шутка. Я говорю абсолютно серьезно.
Он подался вперед, заглядывая генералу прямо в глаза, и с наигранной капризностью добавил:
— Если вы не дадите мне даже шанса, дядя Вика, я ужасно разочаруюсь и расстроюсь!
А затем лукаво прищурился, понизив голос до заговорщического шепота:
— А уж что я могу натворить с расстроенных чувств... за это я не ручаюсь~