Видел ли Анзэ карту Кубика Рубика?
Разумеется. Возглавляя шайку, отлавливавшую скупщиков, он не раз разглядывал трофеи, принесенные подчиненными, и даже лично пробовал их в деле.
Отчетливо помнилось, как по неопытности он вставил такую карту в собственный терминал связи, рассчитывая под видом незнакомца написать Райну. Но сигнал перехватило с ошибкой, и сообщение случайно ушло прямо брату Райна.
Первое время Анзэ ни о чем не подозревал и вовсю флиртовал со своей «Большой Клубничкой». Однако собеседник оказался не из пугливых: прямо назвал свое имя и в лоб спросил, кто такой сам Анзэ.
Вот тут-то Анзэ и обомлел. Не раздумывая ни секунды, он отрубил карту Кубика Рубика и сделал вид, будто вообще ничего не происходило.
Карта Кубика Рубика представляла собой пластинку размером пять на три сантиметра. Она разительно отличалась от привычных нано-карт, используемых в современных терминалах, и совершенно не походила на то, что представляли себе люди, слышавшие о ней лишь понаслышке.
Внешне она напоминала скорее клубную карту, нежели чип.
К тому же вставлять ее никуда не требовалось: достаточно было приложить к приемному модулю терминала, и устройство тут же подключалось — невероятно удобно.
Белая пластина, парящая сейчас над лабораторным столом Минло, выглядела точь-в-точь как те самые легендарные черные карты — оставалось лишь нанести покрытие да чуть срезать края.
Анзэ сощурился, пытаясь разгадать Минло.
Лицо того скрывала защитная маска. Виднелась лишь растрепанная светло-каштановая шевелюра. Минло настолько увлеченно манипулировал приборами, что совершенно не заметил вошедшего.
Анзэ слегка склонил голову, размышляя. Семья Антас специализировалась на технологиях глубокой космической связи. Неужто Минло и есть тот самый гениальный психопат из будущего?
Но если припомнить, как парень вел себя всю дорогу...
Анзэ мысленно усмехнулся: перед глазами вставал лишь милый мальчуган с разгоряченными, раскрасневшимися после душа щеками.
Пожурив себя за несерьезность, Анзэ скрестил руки на груди и молча замер у края стола.
Спустя некоторое время Минло наконец снял маску. Откинувшись на спинку кресла, он выглядел совершенно удрученным. На утонченном личике читалась беспросветная досада, а светло-фиолетовые глаза сощурились от усталости, отчего казалось, будто юноша едва сдерживает слезы.
И без расспросов было ясно: очередная попытка провалилась.
Минло закрыл лицо ладонями, всем видом выражая глубочайшее уныние. Но стоит отдать ему должное: посидев так какое-то время, он звонко похлопал себя ладонями по щекам и снова пришел в себя.
Озаренный новой идеей, парень уже собрался было продолжить работу, когда молчавший доселе Анзэ подал голос:
— А ужинать кто будет?
Минло вздрогнул от неожиданности — он только сейчас понял, что в комнате не один!
Лишь мгновение спустя в памяти всплыло, что кто-то действительно входил и говорил про ужин.
— А, это ты... — Минло выдохнул и слегка расслабился. Развернувшись на кресле к гостю, он признался: — Извини, я ушел в работу и ничего не замечал.
— Пустяки, — махнул рукой Анзэ и добродушно улыбнулся: — Сначала поешь. Выглядишь неважно.
Минло лишь криво усмехнулся. Перелет на корабле Лики выдался спокойным, у него наконец появилось время для исследований, но, не добившись ни малейшего успеха, разве мог он чувствовать себя хорошо?
Потирая виски, Минло поднялся и подошел к столику с едой.
Анзэ же склонился над лабораторным стендом. Разглядывая парящую в воздухе пустую прототипную карту, он негромко поинтересовался:
— Что это за штука?
Минло тем временем торопливо заталкивал в рот томаты. Из-за раздувшихся, как у хомяка, щек его речь звучала весьма смутно:
— Сш-шигнальная ка-карта.
— Сигнальная карта? — Анзэ опустил взгляд, а затем с улыбкой уточнил: — И для чего она нужна?
Минло пожал плечами и совершенно искренне спросил:
— Ты ведь знаешь, чем занимается моя семья?
Улыбка Анзэ стала чуть шире:
— Глубокая космическая связь?
— Именно. Наш дом отвечает за узлы сети, сосредоточенные вокруг магистральной звезды возле Звезды Яркой Радуги. Вселенная необъятна, и Межзвездная Федерация не способна передать всю связь в одни руки, поэтому у каждого сектора — своя инфраструктура.
— А внутри сектора у множества малых систем тоже собственные каналы. В итоге образуется многослойная система. Мы все работаем в рамках единого стандарта, но внедрение инноваций в каждом конкретном секторе ложится на плечи местных разработчиков. Иначе скорость передачи данных в масштабах галактики упадет на порядок.
Невзирая на длинную тираду Минло, Анзэ мгновенно уловил суть.
Все упиралось в ту же истину: космос слишком грандиозен, а подконтрольные Федерации территории слишком обширны. Синхронизация Межзвездной сети происходит раз в десять лет — по стандарту Центральной звезды. Но ведь в иных секторах год длится далеко не триста шестьдесят пять дней! Где-то год проходит всего за десяток часов.
Разница во времени порождает временные лаги и задержки. Разумеется, Федерация не способна контролировать каждый чих в любом отдаленном уголке, оттого и приходится делегировать полномочия местным структурированным сетям.
Межзвездная связь делится на категории. Первую, высшую категорию образуют системы, чьи периоды обращения близки к параметрам Центральной звездной системы. Там разницу частот и времени легко нивелировать, поэтому данные у них синхронизируются с общефедеральной Сетью практически мгновенно.
Остальные же категории — со второй по шестую — страдали от серьезных задержек из-за колоссальных расстояний и временных аномалий.
Случалось, что до какого-нибудь отдаленного сектора новость доходила лишь тогда, когда в месте событий уже проходили годы. Это и служило второй причиной десятилетней синхронизации Сети.
Федерации требовалось подтягивать информацию и технологии всех систем до единого уровня: экспансия человечества в неизведанный космос продолжалась непрерывно, и никто не должен был отставать.
— Раз ты понимаешь базовые вещи, объяснять дальше будет проще, — Минло наконец проглотил томат и мрачно хмыкнул. — Мой побег из дома — история долгая.
Анзэ, не сводя глаз с пустой карты, бросил:
— Тогда изложи кратко.
Минло поперхнулся несостоявшейся речью, пробормотал что-то под нос и проворчал:
— Если в двух словах... Десять лет назад моя мать покинула Звезду Яркой Радуги и отправилась в звездную систему Скот на поиски нового элемента.
Анзэ на мгновение замер, вспоминая, как во время бегства с родной планеты Минло бросил охране фразу про «фальшивку, которую заставляли звать матерью»:
— Твой отец подменил ее?
— Из-за коммерческой тайны. Чтобы конкуренты из других кланов связи не пронюхали о скором открытии нового элемента, отец нанял двойника. Он сделал вид, будто мать никуда не уезжала.
Лицо Минло потемнело:
— Кабы только это! За эти десять лет при странных обстоятельствах один за другим погибли мои брат и сестра. А вести от матери становились все более туманными. Я подозреваю, что отец использует подставную женщину как ширму, а сам тем временем убирает мать из игры.
— И каков мотив? — Анзэ изогнул бровь.
— Мать родом из дома, занимающего третье место в сфере межзвездной связи.
— Понятно, — покачал головой Анзэ. — Выгода и власть.
— Именно. Нажива. Я обязан добраться до системы Скот и отыскать ее. И уж точно не позволю новому элементу достаться отцу.
В голосе Минло звучала непреклонность:
— Поступай он честно, выкупи у материнского клана права на использование и разработки, я бы слова не сказал. Но подобное вероломное поглощение...
— В бизнесе любые средства хороши, — пожал плечами Анзэ. — Поглощение — обычная практика. Побеждает тот, у кого руки длиннее да умишка побольше.
Анзэ чужда была вся эта корпоративная грызня, да и семейные драмы Минло его мало трогали. Маленький Минло был еще слишком наивен для этого жестокого мира.
Его занимал совсем иной вопрос. Указав пальцем на пустую прототипную карту, Анзэ вернулся к теме:
— Ты вывалил кучу подробностей, но так и не ответил: что это за карта?
— Мать сумела передать секретным каналом образцы. Она назвала открытый элемент «Ло» — в честь моего имени.
Голос Минло стал тише, приобретя особый, почти благоговейный тон:
— Эксперименты показали: при определенных температурных условиях коэффициент внутреннего трения элемента Ло стремится к абсолютному нулю.
Анзэ одарил его совершенно недоуменным взглядом:
— И о чем это должно мне сказать?
— Это значит, что крошечного импульса кинетической энергии достаточно, чтобы элемент непрерывно перемещался в открытом космосе.
Заметив выражение лица собеседника, Минло вздохнул и решил оставить научные тонкости:
— Короче говоря! Если соединить элемент Ло с другими веществами и получить стабильную структуру — вроде этой пустой карты — а затем записать на нее электронные данные, то под воздействием разноименных зарядов карта начнет транслировать сигнал. А поскольку трение нулевое, толкать элемент Ло способна даже обычная световая волна!
Минло подался вперед, глаза его блестели:
— Чего больше всего во Вселенной?
— Э-э... Солнечного света? — пробормотал Анзэ.
— Точнее, колоссальной тепловой энергии, излучаемой звездами! Стоит задать карте нужные настройки для улавливания квантов света — и исходящий сигнал смогут мгновенно принять на любой планете, излучающей энергию!
Восторг захлестнул Минло с головой:
— Мы видим свет звезд, удаленных от нас на миллиарды световых лет. А с этой картой мы сможем в ту же секунду связаться с обитателями тех далеких миров! Если довести технологию до ума, категории связи уйдут в прошлое! Вселенная получит подлинную, мгновенную систему межзвездных коммуникаций!
— Это станет величайшей революцией в истории связи! А вслед за ней совершат прорыв материаловедение и оборонная промышленность. Когда информация станет доступна каждому без задержек, даже самые отсталые миры смогут через Сеть открыть для себя бескрайний космос!
Юноша говорил с таким жаром, что вся его фигура лучилась вдохновением. В лиловых глазах бушевал огонь — он словно уже стоял на пороге новой эры.
— Элемент Ло изменит галактику до неузнаваемости! Разве не похоже на магию из старых сказок?
Минло гордо приподнял подбородок:
— И этот ключ к будущему назван в мою честь!
— Я просто обязан... это мой долг — распахнуть эту дверь перед всем миром!