Генералу Вике недавно перевалило за восемьдесят. По меркам эпохи, когда средняя продолжительность жизни стремилась к двум столетиям, он только вступал в самую пору расцвета — период наивысшего подъёма физических и духовных сил, который у сильных мира сего длился обычно пару десятилетий.
В прошлой жизни Анзэ довелось по-настоящему столкнуться с генералом лишь годы спустя. Хотя они с Райном стали парой ещё до выпуска из академии, оба тогда оставались зелёными новичками. У каждого строилась собственная карьера, каждый разгребал бесконечные проблемы, неизбежно навалившиеся после учёбы.
Им долго пришлось жить в разлуке: служба в разных корпусах не способствовала частым встречам. Анзэ блестяще давалось командование крупномасштабными сражениями, а Райн специализировался на дерзких операциях элитных манёвренных отрядов. Лишь когда Анзэ пробился к должности капитана и снискал славу на поле боя, командование наконец задумалось над тем, чтобы прикрепить к его кораблю постоянную группу спецназначения.
Получив известие, Райн приложил все силы для перевода и в итоге оказался на борту линкора Анзэ — сначала командиром элитного отряда, а позже и вовсе сменил корпус, став старпомом его флагмана.
Всё это случилось лишь десятилетие спустя. Тогда Анзэ, восходящая звезда Военного министерства, дышал полной грудью: карьера шла в гору, любимый человек наконец рядом — казалось, ничто не способно омрачить будущее.
Но омрачало. Непреклонное, глухое сопротивление генерала Вики нависло над их союзом тяжёлой тенью.
В те годы Анзэ ломал голову, пытался понять причину. Да, за его спиной не стояло влиятельного клана — но разве собственная выучка и неуклонный рост сил ничего не стоили? Он верил: стоит дослужиться до обладателя генетических способностей ранга «А», и происхождение потеряет всякий вес. Разве статус опытного капитана боевого линкора и могущественного бойца — не лучшее доказательство его ценности?
Ссылок на продолжение рода он и вовсе не понимал. В их веке при желании завести ребёнка достаточно было обратиться в Научно-исследовательский институт биологического потенциала за искусственным выращиванием эмбриона. Неужто семья Вика не наскребла бы денег на процедуру? Да даже если бы отказала, у самого Анзэ скопилось более чем достаточно средств — за годы беспрерывных походов он почти не прикасался к жалованью.
К тому же они с Райном росли вместе. Познакомившись ещё шестилетними мальчишками в Кадетской военной академии, они знали друг о друге абсолютно всё. Ссорились, доходили до криков, даже сцеплялись в драках, но в самые тёмные, беспросветные мгновения жизни неизменно подставляли плечо. Годы шли, они взрослели, учились уступать и принимали недостатки друг друга, пока их характеры не сплавились в безупречную сыгранность. Так почему генерал Вика упёрся намертво?
Лишь когда Райн погиб, а сам Анзэ взобрался на самые вершины власти, до него дошёл подлинный мотив старого генерала.
В ту пору, пока молодёжь пробивала себе дорогу, умудрённый опытом генерал Вика уже чуял невидимые подводные течения. То было время появления Карт Кубика Рубика, грандиозного прорыва в связи и смены поколений мех-ядер. Межзвёздные связи уплотнялись, а вместе с ними назревали неизбежные конфликты.
Генерал вовсе не желал младшему сыну чрезмерной славы. Старший унаследует род, младшему достаточно скромной, неброской службы, а младшую дочь можно выгодно выдать замуж за равного по положению. Для старого стратега это был верный способ сохранить клан и уберечь близких от бури.
Но Анзэ, слепо жаждавший завоевать признание генерала и упрямо считавший, что его презирают за худородовитость, рвался всё выше. И чем ярче он сиял, чем больше взоров привлекал к себе, тем сильнее генерал Вика стремился от него откреститься.
Поняв, что Анзэ не отступится от Райна, старый генерал поступил жёстко, словно ящерица, отбрасывающая хвост: он полностью передал сына под ответственность Анзэ и обрубил все связи парня с домом.
Расчёт генерала оправдался — следующие пятьдесят лет смуты семья Вика пережила без потерь. Вот только Анзэ не оправдал доверия: Райн пал в туманности Поперечного Краба.
В глазах сторонних наблюдателей вражда между генералом Викой и Анзэ оставалась непримиримой до самого конца. Когда Анзэ встал у руля Межзвёздной Федерации, генерал просто подал в отставку и ушёл на покой — торговать фруктами.
В глубине души Анзэ восхищался проницательностью старика, но между ними навсегда легла затаённая обида. Анзэ не мог простить генералу, что тот не предупредил о надвигающемся хаосе, из-за чего они с Райном оказались разлучены смертью. А генерал проклинал Анзэ за то, что тот увлёк его сына за собой и сгубил в далёкой туманности.
Кто прав, кто виноват — рассудить трудно. Анзэ амбициозно рвался наверх, мечтая стать достойной партией Райну; генерал же хладнокровно защищал всю семью, не желая рисковать всем родом ради одного ребёнка.
Боль осталась у обоих. Потому в той жизни они избегали встреч, а если и проворачивали совместные дела, то исключительно через Чжичжи, младшую сестру Райна. И вот теперь, сквозь вихрь времени, Анзэ снова стоял перед генералом. В груди бушевал суматошный вихрь чувств.
Возможно, с этим человеком они так и не найдут общего языка. Но одно Анзэ знал твёрдо: их будущее с Райном будет другим. Совершенно другим.
Генерал Вика, разумеется, и понятия не имел, о чём успел передумать стоящий перед ним черноволосый наглец. Для него этот тип по имени Анни выглядел чистейшим провокатором, пришедшим выдвигать ультиматумы!
Забраковать перевод Райна — и сделка сорвётся? Будешь требовать у Военного министерства нового контакта, ведь Земля круглая — всё равно пересечётесь?!
Генерала едва не разорвало от ярости. К счастью, госпожа Вика вовремя заметила, что муж на грани взрыва, и ощутимо ужалила его за локоть, призывая к сдержанности — кругом хватало лишних глаз и ушей.
Проглотив рвавшийся наружу рык, генерал чуть не выронил глаза из орбит от напряжения. Гости вокруг сочувственно охнули: старого вояку едва кондрашка не хватила.
Анзэ вовремя сдал назад — не стоило портить Райну выпускной вечер.
Слегка наклонив голову, он мягко произнёс:
— Прошу прощения, если мои слова показались вам резкими, — улыбнулся Анзэ. — Но я абсолютно искренен. Мы с вашим сыном знакомы давно и связаны глубоким чувством. Надеюсь, в будущем нам представится случай сойтись поближе.
Кивнув госпоже Вике, он подошёл к Райну и едва слышно шепнул ему на ухо:
— Ещё увидимся.
Райн изумлённо распахнул глаза. Анзэ успел наделать шуму на балу, но явно не торопился спасаться бегством! Нынче, благодаря стараниям самого же Анзэ, сеть летает на бешеных скоростях — найти фото главаря Синдиката Ириса не составит никакого труда!
Он инстинктивно вцепился Анзэ в рукав:
— Ты...
— Райн, — тихо позвала госпожа Вика.
Милый сынок, ты что, не видишь, отец сейчас сгорит от злости?
Пальцы Райна соскользнули, но Анзэ накрыл его ладонь своей и мягко улыбнулся. В его светло-голубых глазах плескался тёплый, искристый свет:
— Доверься мне, Райн.
Он слегка сжал его пальцы. Райн тихо вздохнул и наконец отпустил его, не сводя взгляда с уходящей фигуры.
Анзэ скользнул в толпу, словно рыба в воду, ловко огибая любопытных, и приблизился к Фалену, который вовсю соревновался в лихости с Хаманом.
Когда Фален уже тянулся за очередным бокалом, Анзэ изящно перехватил его прямо из-под носа товарища:
— Весело тут у вас?
Фален смерил его быстрым взглядом, пожал плечами и уступил место. Анзэ с вызовом усмехнулся Хаману:
— Смена игрока. Рискнёшь?
Хаман закатил глаза и фыркнул:
— Да без проблем!
Пока они наперегонки опустошали ёмкости, хмельной Фален с пылающими щеками и пьянящим, томным взглядом карих глаз пошёл гулять по зале. Он порхал от одного гостя к другому, флиртуя без разбора — будь то курсант, чиновник или суровый генерал. На чужое недовольство он лишь беззаботно смеялся и переключался на новую жертву.
В конце концов эта яркая бабочка порхнула к оркестру. Очаровав солистку несколькими фразами, Фален заполучил гарнитуру. Певица с улыбкой уступила ему сцену и села за рояль, с удовольствием взявшись аккомпанировать.
И Фален запел.
Его голос — Голос Небес — звучал чисто и невесомо, заставляя даже сильных обладателей генетических способностей замирать от восторга. Под нежные пассажи рояля песня разнеслась по всему залу, унося души слушателей к далёким туманностям и мерцающим созвездиям. То был крик человеческого духа, обращённый к бездонному космосу, жажда открытий и вечный зов неизвестности.
Даже пьяный вдрызг Хаман притих, слушая песню. Взгляд его прояснился; он коротко кивнул Анзэ, подавая знак, что пора уходить. Но Анзэ не смотрел на него — его взор был устремлён на Райна, стоявшего неподалёку подле матери.
Их взгляды скрестились, не желая расставаться. В ярком свете софитов золотовласый юноша смотрел на него с бесконечной нежностью. Анзэ знал: этот миг останется с ним навсегда.
Райн первым смущённо отвёл глаза. Анзэ улыбнулся и бесшумно скользнул к выходу.
Напоследок он отправил Райну сообщение через карту Кубика Рубика: «Ещё увидимся».
Песня Фалена ещё долго звенела эхом под сводами зала, погрузив гостей в сладкое оцепенение. Когда присутствующие опомнились, певец уже испарился, а вместе с ним исчез и черноволосый незнакомец.
А что же Хаман? Толстяк беспробудно дремал мордой в столе, вызывая у собственного отца непреодолимое желание задать ему хорошую трёпку.
Анзэ вышел из залы на свежий ночной воздух. На ходу он отстегнул изумрудную брошь в виде ириса, сбросил чёрный пиджак, выворотным движением перевернул его наизнанку — серым подкладом наружу — и снова накинул на плечи. Теперь на нём сидел строгий серый костюм.
Он зачесал волосы на лоб и вынул из внутреннего кармана очки в тонкой оправе.
Спустя пять минут из тени выскочил Фален. Своего яркого кафтана он уже лишился, где-то раздобыл форму выпускника академии, а вместо кружевного шейного платка натянул широкополую шляпу.
Фален шутливо отдал честь:
— Задание выполнено, босс! Валим отсюда?
— Следов не оставил? — уточнил Анзэ.
— За кого вы меня принимаете! — всплеснул руками Фален.
— Отлично.
Анзэ бросил последний взгляд на подсвеченные окна залы и уверенно произнёс:
— До скорой встречи, мой дорогой Райн.
Тем временем в зале разгорался переполох. Преподаватели и охрана пытались успокоить гостей. Генерал Вика с мрачным видом допрашивал сына:
— Кто эти двое? Где ты с ними сошёлся?
— На стажировке, — невозмутимым тоном отозвался Райн.
Сердце генерала ушло в пятки. В своё время он так и не смог выяснить, куда именно отправили сына, но позже всё же добыл его личное дело.
Райн отбывал службу в звёздной системе Ско — эпицентре последних тревожных событий. Выходит, этот незнакомец — крупная рыба оттуда?..
В этот момент госпожа Вика с милой улыбкой потянула мужа за рукав. Генерал недовольно нагнулся, и супруга шепнула ему прямо на ухо:
— Дорогой... а господин Анни оставил у меня в ладони наклейку с радужным пауком.
Генерал Вика обомлел.